Двое в любви, не считая собаки

Евгений думал, что этот день не может стать еще хуже чем есть сейчас. Да, безусловно ему нравится секс, парнишка прошлой ночью проявил себя особенно ярко, запомнившись Евгению надолго. Но на этом все. Видеть его утром было не то чтобы неприятно, скорее странно. Им нечего друг другу сказать, не с чего начать диалог. Дима пытался что-то сказать, что-то сделать, чтобы разбавить обстановку, но Евгений не оценил эту затею. В итоге они все-таки расстались на мирной ноте, но точно зная, что больше видеться не хотят. Каково же было удивление Евгения, когда на работе он встретил нового стажёра, и им оказался тот самый мальчик из бара. Так еще и раскрылась невинная ложь с именем. Евгений не дурак кому попало говорить свое имя, может, еще номер карты и обратный номер предоставить? А Дима, видимо, оказался недогадливым, чтобы соврать. По итогу они разошлись, и каждый занялся своим делом. Дима работой, а Евгений слежкой за ним. То, что этот парень работает в этом месте, означает лишь то, что рано или поздно мальчишка расколется и сболтнет кому-то лишнее. Может, так же отдавшись первому встречному, делясь секретами. Евгений заранее думал о Диме все самое плохое и злился на самого себя. Нужно было уходить, а не играть с милым мальчиком в романтику, может, сейчас бы все было нормально. Дима вздохнул, который раз поднимая взгляд на Евгения и получая еще более злой взгляд в ответ. Будто он как-то провинился. Разве он виноват в том, что Евгений ходит в клубы? Разве он один виноват в том, что они друг другу понравились? Но если вчера ночью мужчина казался более раскрепощенным, улыбка была доброй и внушала доверие, то сейчас он казался полностью вооруженным танком с жуткой ухмылкой и взглядом, способным испепелять людей или обращать их в камень. Одним словом, удивительный человек. Что еще более стыдно, так это то, что он обманул, представившись другим именем. Но проблема даже не в этом, просто Дима вспомнил, как без конца шептал это имя на ухо новому знакомому, когда тот делал что-то сверхинтересное. Сейчас эта ситуация казалась неловкой. Но если Дима думал, что сможет познакомиться с новым окружением и получить дело, то он ошибался. Не прошло и получаса, как Евгений вызвал его к себе и приказал принести кофе. Потом последовали другие мелкие дела, которые требовали осуществления, но точно не стажером. Например, вынести мусор или сходить в магазин. А Дима не мог отказать. Он покорно склонял голову каждый раз, когда оказывался в кабинете мужчины и так же безропотно делал все, что ему скажут. Евгений искал, к чему придраться, пойдет даже мало-мальский скандал, чтобы выставить парня прочь. Любой другой на его месте поднял бы шум, но Дима, словно Золушка, мечтавшая попасть на бал, выполнял все, что ему приказано. —А теперь почистить мне туфли. — холодно произнес Евгений так спокойно, будто это было повседневной обязаностью стажеров в полиции. Тут-то Дима не смог сдержать своего удивления. —Ч-что? Я не буду, это унизительно! —То есть, ты отказываешься выполнять приказ начальника? Сам уволишься или мне подождать? —Вы не имеете права отдавать мне такие указания... Так нельзя! Евгений с удовольствием наблюдал за реакцией парня, намеренно стараясь вывести его на конфликт. Конечно, отдавать глупые приказы и увольнять за невыполнения оных — это противозаконно. Но если стажер в порыве гнева нападет на своего наставника, то тут даже думать не станут, была ли причина агрессии или нет. Но Евгений радовался недолго. Он молча взял щеточку пропитанную специальным раствором, очищающим такого рода обувь, заставляя ее блестеть. Осев на пол, Дима протянул руку, кладя ладонь на щиколотку правой ноги, пододвигая ногу ближе. Думая лишь о том, что это скоро закончится, Дима молча чистил чужую обувь. Молчание плотной пеленой повисло в кабинете. Евгений чувствовал мучительное желание протянул руку и спрятать ее в светлых волосах, затем, возможно, чересчур сильно сжать непослушные волосы и протянуть мальчишку ближе к своему паху, лишь бы еще раз увидеть этот взгляд, полный обиды, ненависти и пренебрежения. Но, Евгений справился со своим желанием. А когда обувь стала чистой, он отпустил Диму. Забыл о нем на целый день, позволяя юноше наконец-то забыться и заняться своей работой. Впрочем, если он думал, что заслужил право остаться, таким неоднозначным образом, то крупно ошибался. Оставшись до позднего вечера в штабе, думая, что Стрелков уже ушел, Дима устало потирал глаза, надеясь поскорее попасть домой и уснуть. Дневная обида почти утихла, он сам себя уговаривал не расстраиваться. Да, человек который понравился тебе вчера ночью, оказался не таким, каким бы ты хотел его видеть. Он и не обязан испытывать симпатию, но зачем же так унижать? Поднявшись со своего места, собрав все свои вещи в сумку, Дима вышел из здания, спускаясь по ступенькам, для верности сняв очки, потирая их, боясь увидеть рядом с собой Евгения. От того он и прошел мимо большой и такой знакомой машины с мигалками, чем несказанно возмутил Евгения. Его тут ждут, а он мимо проходит, будто не знает. Дима вновь нацепил очки на нос игнорируя все вокруг, продолжая упорно идти вперед, даже когда шорох шин по мостовой усилился и она оказалась совсем рядом. —Дима, вы не перестаете меня удивлять. — бросил слащавый голос, улыбаясь. Дима продолжил идти, дрожащими руками даже нашел наушники, включая первую попавшуюся песню, вынуждая Евгения идти на крайние меры. Прибавив газу машина вырвалась вперед и без особых усилий влезла на пешеходную дорогу, перекрывая путь, застывая в неестественной позе. Дима остановился, хотел было броситься бежать, но не успел. Перед его носом тут же оказался Стрелков, для верности хватая за руку. —Отпустите! Я... Я буду жаловаться! —Но не пожаловался ведь. Да-да, еще раньше. Успокойся, расслабься, мы всего лишь поговорим. — старался Евгений успокоить парня, но у него явно не получалось это сделать. —Н-не буду! Зачем вы меня мучаете? Я же не сделал вам ничего плохого! —Будь благоразумнее и не кричи на всю улицу, — строго попросил Стрелков, но его просьба возымела обратный эффект. Словно дикий зверек, в ответ на просьбу закричал еще громче, стараясь вырвать своб руку из хватки, надеясь отпугнуть или хотя бы узнать истинные намерения мужчины которые должны проявиться из-за такого нестандартного поведения своей жертвы. Но Стрелков не дрогнул, показывая всем своим видом, что затея была глупой. Никто не бросился ему на помощь. Дима готов был расплакаться от обиды и на этот раз. Его тут сейчас возможно убьют, за то что он знает, а всем плевать. Даже свет нигде не зажегся, как же так? Евгений заметил перемену и вздохнув, осторожно обнял парня, поглаживая широкой ладонью по голове, растрепав светлые локоны. —Я хотел пригласить тебя выпить вместе. Красное полусладкое, помнишь? И поговорить. Намеками все равно ничего не добьешься, ты слишком упертый. —Не хочу. Вы мучили меня целый день. И вы сами сказали, что все на один раз, я тоже хочу, чтобы все было на один раз, ясно вам? —Ясно. Но мое предложение все еще в силе. Я расскажу почему так себя вел и извинюсь за свое поведение. Что скажешь? Дима понял, что просто так его никто не отпустит, но прежде чем сесть в машину, сфотографировал номера и написал адрес квартиры Стрелкова, переслав эту информацию другу и попросив, что если после этого он станет недоступен навсегда, идти в полицию и заявлять о похищении. Евгений мысленно похвалил предусмотрительность парня, пропуская его вперед. В машине они ехали молча, Дима предпочел смотреть в окно, правда не понимая зачем его увозят, неужели нельзя было обсудить все на улице? Особенно он не собирается пить. Вот если бы Стрелков вел себя днем иначе, не пытаясь намеренно уколоть парня, то тот может быть и подумал бы о продолжении. А так нет. —Проходи. Фреон, место мальчик. Сейчас тебя накормим. Навстречу им выскочил щенок и Дима вспомнил, что подумал вчера, что у злых людей определенно не может быть таких добрых собак. Не только добрых, но и любящих. Смотря на то, как Стрелков гладит собаку и уводит ее на кухню высыпая свежего корма, Дима вздохнул. О собаке Евгений заботился хорошо, Дима еще утром заметил как много у него разного вида кормов, видимо мужчина искал наиболее подходящий, среди них были и зарубежные марки. Так же щенок из раза в раз приносил самые разные игрушки и даже поводки Диме. Намекая на то, что тот должен погулять с ним. Единственное, что смущало Диму, это то, что с работы Евгений не отлучался, так кто же гуляет со щенком? Пройдя на кухню, сев на стул, Дима удивился, когда ему на колени положили пиджак и даже слегка возмутился этому, обращая взгляд к Евгению. Тот, будто нарочно, игнорировал юношу, откупорил вино и почти до краев наполнил бокал Димы. Диме удалось сделать только глоток, когда он почувствовал как пиджак с колен исчез, и заместо него на бедро легла широкая ладонь. Не успел парень что-то сказать, как увидел, что Евгений опустился сначала на одно колено, а затем и на второе. Одна рука гладила бедро по внутренней стороне, а вторая, щупала щиколотку, как делал это Дима. Диме пришлось отставить бокал, боясь, что уронит его, во все глаза смотря на то, как Евгений ведет себя странно. Поняв, что сопротивления он не чувствует, мужчина расстегнул рубашку Димы, поцеловал его в солнечное сплетение, а затем осторожно, шаг за шагом спустился вниз. —Ч-что ты делаешь? — прошептал Дима, чудом вспоминая родной русский, боясь, что еще немного и эта картина окажется глупым наваждением. —Не бойся, тебе понравится... Слова Евгения доверия не внушали, но действия не приносили вреда. Смотря ядовитым взглядом, одаривая дерзкой ухмылкой, Евгений дразнил и в то же самое время одаривал небывалым удовольствием. Дима не знал, что и думать, мог бы свалить все на вино, но Евгений не пил. Пока что нет. А когда он прошелся горячим языком по члену Димы, у того и вовсе отпали все вопросы и желание говорить, он вспыхнул как фонарик, вцепившись ладонями в стул, неуклюже разводя ноги, чувствуя горячие поцелуи. Строгий и страшный начальник жался к мягкому животу, ядовито шепча комплименты, точно зная, как удовлетворить парня. Его широкий, скользкий язык казалось был буквально везде, отчего Дима не мог сдержать смущения. В какой-то момент он спрятал лицо в ладонях, страшась, что за запечатления в памяти этой картины он потом будет наказан еще больше, еще более унизительно, но Евгений в этот момент как назло отстранился. —Эй! Открой глаза. Не бойся, давай, я хочу видеть твое распутное личико! Дима осторожно отвел ладони, краснея, вновь цепляясь ими в стул. —З-зачем вы... Не надо... —Ну как это зачем? Ты так смотрел на меня утром, такой грозный мальчик, я готов был кончить от одного твоего взгляда, малыш. Ты должен почувствовать то, что чувствовал я! —Я так не делал! Я... Я... — Дима терялся в словах, он надеялся лишь на то, что Евгений в качестве наказания не бросит все в тот момент, когда Дима захочет кончить. —О нет, малыш, конечно нет, ты же хороший мальчик, не стал бы так издеваться над своим боссом на работе, не так ли? Я у твоих ног, сладкий, позволь себе немного согрешить. Дима почувствовал как от настойчивой ласки на глазах появились слезы, а в следующие несколько секунд он согнулся, выдавливая из себя стон, невольно притягивая Евгения ближе, полностью погружаясь в жаркое пространство горла, заставляя мужчину сжать его бедро сильнее. Несколько секунд, шумные глотки, со стороны Евгения и Диме удалось отстраниться. Только через мгновение он понял, что натворил, страшась наказания за это. Евгений молча бросил на парня недовольный взгляд, в его планах не было забивать себе горло и желудок, довести до исступления, заставить кончить, но в ладонь же. Но, приведя парнишку в относительный порядок, запив неприятное послевкусие вином, Евгений отпустил эту ситуацию, признавая, что так было даже лучше. Дима не мог пошевелиться, растекаясь сливочным маслом, откидываясь на спинку стула, закрывая глаза. Прекрасный в своей томной неге, еще не отошедший от оргазма, всем своим видом просящий прощения. —П-п-простите. Я не хотел. Мне так понравилось... —Так уж и быть, сладкий. Но в следующий раз предупреждай. — ответил Евгений, поправляя взлохмаченные волосы парня, ловя на себе его опьяненный взгляд.