Свеча тьмы

На пятом бокале вина, устав чуть ли не рыдать в таком состоянии Винченцо по-просту уснул, было тяжело, ему казалось, что во сне лучше, может это и действительно было. Порой, смотря на то, как рушится мир, он волновался, ведь понимал, что этот мир даже после обычного дождя не станет прежним, что уж говорить об открытых действиях людей. Было во сне сладко и очень тепло, одним словом, это состояние, из которого не хочется выходить. Может это и не тьма, а всего лишь тоннель, а тот дождь- всего лишь слёзы людей, которым страшно, смешанные в один поток. Где же вся та гуманность, о которой кричат из каждого чуть ли не утюга, но куда-то она пропадает, когда так нужна этому миру, который от корысти людей начинал тухнуть. Однако сон длился всего около часа, но и этого хватило для того, чтобы Винченцо хоть немного успокоился. Казалось бы, что могло его, жив и ладно, если бы не звонок в дверь, после третий попытки принесённого не понятно зачем и как, Винче всё же встал, быстро открыв дверь. Ему было не особо важно кто там, может друг, может просто какой-то человек что-то спросит, может убийца, если последний вообще хорошо. Однако там стоял достаточно знакомый ему силуэт, который без лишних слов зашёл в кварту, поправив свои блондинистые волосы, да это был его друг. И что сказать? В отличии от Винченцо он был как-то даже очень активен и весел, а уже знакомый нам итальянец вообще сонный• — Ну привет. Ох, Галочка, ты сейчас умрёшь— Как-то даже слишком радостно сказал Жан. — Да я и не против— Спросонья не контролируя язык сказал Ви,пока ещё не успев об этом пожалеть. — Подожди, что? Ладно, тут дело такое, нас зовут в бар, говорят там можно хорошо развлечься и расслабиться перед ещё одной трудной неделей. Нам всем твоё мнение очень важно, хотя не очень то и нужно. Поэтому рекомендую тебе пойти— Синеглазый всё с таким же интузиазмом это говорил. — Ну наверное пошли — неуверенно произнёс зеленоглазый, быть может, всё будет не так уж и плохо, как казалось до этого, да и ему уже неважно, что там будет.

***

Вот они вышли из дома, по дороге Жан много о чём говорил, о себе. Ензо его не слушал, ну или слушал краем уха, пока его друг пускал слова на ветер. И вот, они пришли, пока Энзо любовался потоком ночи, думая как красив этот мир, однако он больше не боится.