(Не)идеальный план

Нельзя пить мне, совсем. После первого же глотка алкоголя Ксю вылезает из под каменной стены, усердно возведенную мной за эти дни, и запихивает под завалы Оксану. Я понимаю что завтра уже всё, и какая то бешеная тоска давит на горло, создавая иллюзорную гипоксию. От нехватки кислорода мне трудно думать, а импульсивная Ксюха только радуется этому. А с другой стороны я столько об этом мечтала. И как говорила Скарлетт О'Хара:" я об этом подумаю завтра" . Вот и я, все мысли о предстоящем после отъезда отложила на завтра. Сегодня последняя ночь развлекаюсь как могу. Привлекаю к себе внимание. Смеюсь, улыбаюсь, дурачусь. Обстановка позволяет. Инна днём вернула парням телефоны, позвонить конечно по ним нельзя, но Ильяс включил музыку. Что то из девяностых, не свои треки. Если вначале мы просто болтали под музыку, то позднее с каждым глотком горячительного всё больше хотелось танцевать. Я зажигаю. Хватит на вечере и Нафани с грустной миной. Я её понимаю, внутри переживаю то же самое, но показывать этого не собираюсь, не могу. В какой-то момент Ильяс выключает музыку, я оглядываюсь и вижу лишь спину уходящего Тимура, Инны уже нет. И тут же чувствую руки на талии. Тепло идущее от ладоней пробегает табуном мурашек по спине. Я прижимаюсь к Ильясу спиной и какое то невероятное чувство пробирает до костей. Смесь эйфории и желания. Повернув голову пытаюсь рассмотреть его лицо, но чувствую лишь горячее дыхание в шею. Таю как мороженое в жаркий день, проймав его поцелуй. - Давай прогуляемся, - шепчет мне в висок. - А давай, - мне кажется что я плавлюсь как металл в мартеновских печах. На радостях забываю даже накинуть что нибудь на себя и иду за ним, как крыска за Нильсом. Не то что иду, плыву по воздуху. На улице довольно прохладно, Ильяс прихватывает плед с постели на веранде. Секунда и я завернута как в кокон, семеню ножками рядом с ним. - Куда мы идём? - Ну вон до тех развалин и обратно. - Почему именно туда? - Не именно туда, просто сказал. Проветрить тебя надо. - Ммм, - многозначительно мычу, словно поняла суть. Какая разница куда, сегодня главное что с ним. Меня немного колотит, Ильяс обнимает поверх пледа. Подумалось что и ему наверное холодно, выпутавшись, накидываю плед на него, сама прячусь в жарких объятиях. Так и стоим как два тополя на Плющихе. В оригинале конечно было три, но нам то третий не нужен. Теряя остатки нерешительности и вредности последних дней, растворяюсь в поцелуях и прикосновениях. Тяну его за собой к дому и услышав, то ли смех, то ли визг Инны застываю, пытаясь понять откуда звук. Тут же послышался голос Тимура, шутливым тоном что-то говорит ей. Затем они показались у крыльца и следом погас свет. - Кажется Нафаня пыталась искать цветок папоротника, - смеюсь, глядя в тьму глаз Ильяса. - Может и мы поищем? - вздернул бровь Ильяс. - Ну нет, я не верю, враки всё это, все эти ритуалы и обряды. Венок я тогда должна была бы пустить по воде, куда поплывет оттуда и жених придет. Так он же по течению и поплывет, если не утонет конечно. - А если утонет тогда что? Жених водяной какой-нибудь будет? - Нет, это значит, что замуж в этом году не пойду. - Так тебе рано замуж то. Ты говорила тебе двадцать всего. - А я и не говорила что собираюсь, - фыркнула я: - и мне через месяц уже двадцать один будет. - Совсем большая, - лёгкий смешок в макушку и я оказываюсь у него на руках. - Да, уже всё можно, - говорю я без задней мысли и сообразив что ляпнула, от смущения прячу лицо в его плечо. Он тихо усмехнулся и зашагал со мной на руках к дому. Ввалились мы достаточно громко что-то опрокинув в темноте. Никакой реакции Тимура и Инны. - Похоже спят, - радостно шепчет Ильяс и идёт в комнату. Опускает меня в постель и... уходит. - Ты куда? - злобно шепчу в темноту. - Двери закрыть, - раздался смешок в темноте. Выдыхаю. Он возвращается, а я жду уже в дверях комнаты, встречаю объятиями и поцелуями и увлекаю за собой в постель. Сегодня наша ночь, а всё остальное завтра. Утром взглянув на мирно спящего Ильяса, я ухожу как только на небе разгорелись первые признаки рассвета. Не люблю прощаться. Пусть у нас было не всё гладко за эти дни, но я видела его каждый день. А теперь буду скучать по нему ещё больше. Как только подумаю уже реветь хочется, так что нет. Избавлю всех от сопливых прощаний. - Где пропадала? - натыкаюсь на хмурый взгляд матери. - Я же сказала к подруге ездила. Мам, я устала, давай этот допрос завтра, весь день в дороге, - дежурно чмокаю её в щеку и прохожу к себе. Интонация матери не смягчается: - Шатаешься неизвестно где, смотри, в подоле не принеси. - Мам, ты так и не вспомнила кто мой отец? Мать тут же ретируется к себе на кухню. Это вопрос, на который моя, теперь уже сорокалетняя мать, не отвечает. Не хочет. Я спокойно прохожу в комнату, закрываюсь. Ставлю на зарядку и включаю телефон. Куча сообщений и пропущенных звонков. Почитаю потом. А сейчас ванна и спать. Наверное нехорошо было так уходить от Ильяса, но единственный молоковоз, который ходил через станцию до ближайшего поселка с автовокзалом, проезжал именно с утра. Да и я не уверена, что смогла бы так просто проститься с ним. Слезливая пьеса была бы обеспечена. А кому оно надо?! Ни мне, ни ему. Для него я очередная поклонница, а он для меня несбыточная мечта, которой я смогла лишь слегка коснуться. Коснуться, хм! Улыбка расползается по лицу, и я зажмурившись от удовольствия и немного стыда, погружаюсь под пену. Ничего нового в сообщениях, валяясь после ванны в пушистом халате, не увидела. Сообщение от куратора о угрозе отчисления за множество пропусков и несданную летнюю сессию, было ожидаемо. Судя по дате сообщения, меня скорее всего отчислили. Куча смс от одногруппников, столько же звонков. Сообщение от подруги сегодня утром о том, что куратор готова пойти навстречу, оформить академ. Ну вот и славно. Значит ещё не всё потеряно. Завтра надо будет ехать в колледж. Звук нового уведомления и подпрыгнула. Нафаня. " Блаженная бля! Ты хоть норм добралась до дома? Ильяс просит твой номер телефона" Дрожащими пальцами набираю: " Всё ок. Не давай", нажимаю отправить. Через пару секунд : " Ну и дура". Откинула телефон подальше и спрятав лицо в подушку, в очередной раз разревелась. На следующий день меня стало накрывать тоской, казалось что внутри переломано всё, боль была физическая. В колледж пришла никакая, мне без особых проблем оформили академ решив что у меня стряслось что то серьёзное. По дороге домой заглянула к Петровичу. Обрадовался как родной дочери. Угостил зелёным чаем со льдом и поинтересовался где я пропадала. Не получив вразумительного ответа нахмурился и предложил снова выйти к нему на работу. - Лето Ксанка, не успевают ребятки. Выходи, а? Не раздумывая согласилась, мне ещё нужно вернуть хоть часть денег Инне.