40 градусов

Утро. Два «друга» уже который раз лежат на одной кровати. Витя на груди Космоса, а Холмогоров щекой на его макушке перебирает светлые пряди. Сколько уже ночей они уже посвятили друг другу? Только бог знает. — Кось.- Тихо шепчет Виктор, проводя изящными пальцами вдоль грудной клетки любовника. Космос лишь вопросительно мычит. — Ты бы правда тогда пустил в меня пулю? — Вопрос выбивает Космическое чудовище из раздумий и ставит в короткий ступор. — Да. — твёрдо отвечает Космос закуривая очередную сигарету, дым которых в его лёгких уже играет роль кислорода. — Но потом бы и сам сгинул следом. — Последняя фраза слышится тихо и более нежно чем первая. Много мыслей у Холмогорова было о том что значит для него Виктор. Мог ли бы он жить без его тупых шуток, постоянной болтовни, тихих стонов под ухом тёмными ночами, нежных прикосновений и поцелуев по утрам. Не смог бы. Он точно убедился в этом после нахождения в могиле, вырытой ими же. *** Виктор прижимается разбитым носом к плечу товарища, желая хоть немного спрятаться от происходящего. Их пальцы скрещиваются даря невесомое, молчаливое тепло и надежду на то что их всего лишь запугают. Громкие выстрелы и такие же рыдания Вити. Космос хочет спрятать его ото всех. Чтобы не одна сволочь не могла как то тронуть или задеть предмет его обожания. Если до этого Космосила мог думать что без Пчёлы он и сам справится, то сейчас мысли были только об одном. Поскорее бы всё это закончилось, неважно застрелят их либо они останутся живы. Главное рядом. Главное с Витькой. *** Пальцы Виктора обхватывают подбородок Космоса и притягивают к себе за нежным поцелуем, который ощущается до приторности сладким и любящим в то время как большие ладони Холмогорова притягивают Пчёлкина поближе, не желая ни в коем случае отпускать. Поцелуй перерастает в страстный, чувственный. Они столько пережили вместе. Столько чувств и эмоций разделили на двоих.Чтобы понять что без друг друга они ничто и никто. Большинство людей знали Пчёлкина и Холмогова как бандитов, безчувственных и безжалостных. Но при друг друге, не будь это в постели или в Космосовой квартире за столом, они были честны и открыты друг другу на все сто и даже тысячу процентов. — Держи меня крепче, слышишь? — Немного отсраняясь от поцелуя шепчет Пчёлкин в который раз жадно впиваясь в чужие, но настолько любимые и родные пухлые губы Космоса. На что Космосила лишь притягивает его ближе, настолько что между телами ни остаётся даже миллиметра. Виктор сходил с ума только от одного взгляда Космоса. Разум пьянел и без коньяка от горячих прикосновений, теплых ладоней блуждающих по оголённому телу, которое Пчёла мог предоставить только Холмогорову. *** — Это же по пидорски? — Спрашивает тихо блондин припоминая Космосиле его же слова после зарываясь в жёсткие волосы лучшего человека его жизни. — Заткнись, Витёк — Стараясь как можно грозно шепчет Холмогоров припадая горячими губами к тонкой шее «друга» и будто в беспамятстве зацеловывая её. Не оставляя даже пустого места без невидимых следов от жарких поцелуев. *** Их жаркие ночи длились уже на протяжении лет шести. Сколько их было несосчитать ведь в такие дни оба впадали в беспамятство. Наслаждаясь только друг другом. И забывая обо всех на свете. В мире есть только они. Их любовь и близость. Остальное — неважно.