Become me

*John K – Love you Anyway

- Чертовы праздники! - папка с шумом ударяется о стол, заставляя присутствующих обратить внимание на Чонгука. - Что не так, инспектор? - Все не так. Они там снова не поделили гонорары, а нам придется, похоже, индейку прямо в офисе готовить. - Закажем на вынос, - пожимает плечами Мин. – Не впервой ведь. Так что там опять? - На носу Новый Год. У людей, видимо, от холода совсем голову отморозило, - Чонгук падает на стул, потирая прикрытые глаза. – Я думал, мы все получим заслуженные выходные. Отметим как следует, - взгляд невольно задерживается на Чимине, ведь в планах было предложить ему отпраздновать вместе. – Но сегодня сообщили, что очередная знаменитость попала в скандал, и нам предстоит расследовать это дело. - Что за скандал? – впервые подает голос Чимин, надеясь, что не попадет своим вопросом под горячую руку. - С наркотиками, конечно же. Об остальном даже читать не стал. Через полчаса выезжаем к диве. Заодно и узнаем, в чем там проблемы. Отдел расходится, не желая сейчас раздражать инспектора еще больше (хотя, в основном, он бывает довольно сдержан), когда Чимин все же рискует задержаться, чтобы получить немного больше информации. - Почему ты так злишься? – тон его голоса всегда действует словно успокоительное, и Чонгук все же поднимает на него взгляд, будто ища в нем спасение. - Я просто хотел побыть с тобой. Неужели я не заслужил чертов день только для нас двоих? - Эй, - Чимин переплетает их руки, - я же здесь. Какая разница, где именно мы будем. Мне достаточно того, что ты думал обо мне. Не злись, пожалуйста. - Ты совсем не расстроен? - Мы сможем наверстать в Новый Год, я уверен. Идем, я угощу тебя кофе, прежде чем мы отправимся за новым делом. Чимин действительно стал чем-то успокаивающе- важным для Чонгука, что с трудом объяснялось даже себе самому. Так сильно, что порой и от звука голоса по телу расползалось невыносимо-приятное чувство, сжимающее органы, а после – позволяющее вдохнуть полной грудью. - Кажется, нам сюда, - Чимин впервые попадает в элитный район города, где проживают селебрити, жизнью которых он не особо интересовался, но совершенно точно знал, кто сейчас на пике популярности. - Тебе не кажется, - Чонгук уверенно заворачивает на парковку, предоставляя охраннику служебное удостоверение. - Подождите минуту, за вами спустятся, - после проверки мужчина указывает на свободное место, и Чонгук неспешно заворачивает внутрь, стараясь откинуть все ненужные мысли. - Чимина, захвати планшет, он на заднем сидении, - просит старший, паркуясь в указанном месте. - Чонгук, все в порядке, правда. Я обещаю, что это все не будет проблемой. - Я уже остыл. Не беспокойся. Идем, - кивает на выходящих из лифта двух амбалов. – Это, похоже, за нами. Двое мужчин, подойдя к машине, молча проверяют их документы, а после кивком указывают на лифт, из которого вышли минутами ранее. - Мисс Кира проживает на верхнем этаже, у нее личный лифт с кодом, поэтому вы в любом случае не смогли бы подняться сами. Чонгук лишь молча пожимает плечами, желая поскорее со всем покончить. Кажется, они поднимаются наверх мучительно долго, и Чонгук вновь прогоняет в голове все вопросы, которые нужно будет задать потерпевшей. Раздается, наконец, характерный звук, оповещающий о прибытии на верхний этаж, и один из сопровождающей охраны выходит первым, как обычно, готовый прикрыть собой охраняемый объект. Чимин, в отличие от не обращающего внимание Чонгука, невольно восхищается размерами пентхауса и его роскошной обстановкой. Возможно, даже чересчур роскошной. - Миссис Кира, добрый день.. - Я все еще мисс, - раздается голос со стороны гостиной, докуда взгляд Чимина еще не успел добраться. Эффектная блондинка с шикарной фигурой, примерно его возраста, лениво потягивается, откидывая в сторону какой-то явно модный глянцевый журнал. Чимин с любопытством и удивлением разглядывает ее откровенный наряд, который вышеназванная мисс даже не собирается поправлять, и цепляется за заинтересованный напротив взгляд своим. Только вот разглядывает она Чонгука. И Чимин вдруг начинает ощущать какое-то неприятное шевеление внутри. Будто кровь вдруг резко приливает к голове из-за перевернутого состояния, хотя он совершенно точно стоит сейчас на своих ногах. - Простите, мисс Кира. Меня зовут Чон Чонгук, я – инспектор департамента полиции города Нью-Йорка. Это Пак Чимин – детектив моего отдела. - Присаживайтесь, - блондинка продолжает игнорировать Чимина, уже, кажется, пожирая Чонгука взглядом. – Предложить вам что-то? «На себя намекает» - проносится в голове Чимина, когда Чонгук лишь коротко бросает твердое «нет». - У нас не так много времени, поэтому начнем с того, что Вы расскажете нам подробно обо всем, что случилось. - Это утомляет. - К сожалению, это обязательная часть нашей рутинной работы, - Чонгук чуть откидывается назад, внимательно разглядывая лицо напротив. Девушка же и вовсе перестает кого-либо стесняться, подаваясь вперед, чем открывает доступ к своей весьма накачанной груди, что достаточно откровенно выступает из-под домашнего топика. - Предполагаю, что меня решили подставить. Пару раз я получала письма с угрозами, подумала, что это просто очередной поклонник. А вчера мне в гримерку подбросили запрещенные вещества, что, конечно, вызвало очень крупный скандал, ведь было обнаружено организаторами новогодней вечеринки, на которой я должна была выступать, - девушка снова откидывает волосы назад, не сводя с Чонгука взгляда. - Почему Вы сразу не обратились в полицию? - Не думала, что это серьезно. - У Вас есть доказательства того, что наркотики Вам подбросили? - впервые подает голос Чимин, уже весьма раздраженный таким откровенным поведением. - Вы считаете, что это мое? – Кира, наконец, переводит на детектива свой взгляд. - Я уточняю, видел ли кто-то из Вашего окружения, возможно, подозрительную личность? Были ли там камеры? - Вы должны этим заниматься.. Простите, я забыла Ваше имя. - Пак Чимин, - кивает детектив, не стараясь даже скрыть раздражения. – Мы можем увидеть те письма? - Мириам, принеси из моей комнаты письма, они в ящике слева, у окна, - кричит куда-то в сторону девушка, а после вновь возвращается к Чонгуку взглядом. – Вы будете вести мое дело? - Сложно сказать. Мне нужно получить больше информации. После этого мы примем решение. - Я хочу, чтобы этим занимались Вы. - Мисс Кира, прямо сейчас я не принимаю решение. Мне необходимо больше информации. Насколько нам известно, Вы состояли в долгих отношениях. Вы были официально расписаны? - О, Вы уже успели поинтересоваться моей личной жизнью? – девушка, похоже, совершенно не собирается останавливаться, и Чимину сейчас весьма некомфортно находиться с ней в одном помещении. - Это информация из досье, что было передано нам сегодня, часами ранее. Так Вы состояли в официальном браке? - Нет. Мы расстались еще в начале этого года. - Можете ли Вы утверждать, что Ваш бывший молодой человек не причастен к происходящему? - Не могу ничего утверждать. Можете пообщаться с ним сами. Мы не виделись с того момента. И я совершенно точно свободна сейчас. - Значит, это вряд ли связано с личной жизнью. Хорошо, если Вы не против, мы заберем в качестве улик письма. Скажите, Вы точно не видели кого-то возле Вашей гримерки? А охрана? - Я точно не видела. Охрану мне пришлось увеличить буквально с сегодняшнего дня. Да и знаете, там все в такой суматохе, что невозможно понять, кто есть кто. Люди постоянно снуют туда-сюда. Кто-то постоянно что-то приносит, убирает, выносит. Я не заметила ничего странного. - А как Вы нашли наркотики? - Не я. Их подбросили в мои вещи, в косметику. Все знают, что я пользуюсь определенным брендом в силу заключенного контракта, поэтому всегда и везде использую свою косметику. Таковы условия. Поэтому туда и подбросили. - Кто это обнаружил? - Стилист, когда выкладывал все на стол для работы. Теперь моя репутация может быть очень испорчена. - Мы Вас услышали. Как только у нас появятся зацепки или возникнут вопросы, с Вами свяжутся, - Чонгук поднимается, вспоминая, наконец, про Чимина, и кивает ему, когда девушка вдруг оказывается рядом за пару шагов, и хватает Чонгука за локоть, прося задержаться. Чимин, кажется, начинает закипать, видя такие собственнические действия. - Инспектор Чон, я дам Вам свою визитку. И у меня есть просьба. Не могли бы Вы сопроводить меня на ближайшее мероприятие? Боюсь, что все не закончится так просто, и одной охраны может быть недостаточно, - Кира осторожно поправляет воротник его рубашки, нарушая все личные границы. - Что ж, я думаю, мы сможем организовать спецоперацию, раз уж Вы - такая важная персона, - бросает Чонгук, отстраняясь практически сразу и забирая из рук подошедшего охранника ее визитку. – Всего доброго, мисс Кира. Не дожидаясь ответа, направляется к лифту, не выражая абсолютно никаких эмоций. Чимину же, напротив, хочется отвесить какую-нибудь колкость, ведь эмоций уже слишком много. И хотя ранее они и обсуждали друг с другом, притягивает ли их противоположный пол(вернее, только Чимин говорил об этом), Чонгук уж точно о таком не упоминал, и сейчас Чимин очень жалеет, что не додумался ранее спросить о том в ответ. Чего скрывать, на такую девушку очень сложно не обратить внимание. Роскошная, стройная, с красивым лицом. Под стать Чонгуку. С его-то бедрами. И крепкой фигурой. Не то, что Чимин. Который всегда оказывается на несколько шагов позади. Который всегда был чем-то лишним. Чем-то неправильным. - Информации не густо, - произносит Чонгук, заводя мотор. А Чимину и вовсе говорить не хочется, ведь слишком сильное чувство клокочет внутри, впервые разливаясь по венам.

***

- У тебя есть планы на праздники? - интересуется Дживон, заходя на кухню, чтобы вместе позавтракать, впервые за долгое время. - Пока не знаю, - неуверенно отвечает старший, вспоминая ситуацию днями ранее. Вдруг теперь Чонгук и не захочет быть с ним, имея такой шанс провести время с той блондинкой. - Что-то случилось? – интересуется у брата младший, будто даже действительно волнуясь. - Просто устал. Садись. Ты сам решил, чем будешь заниматься? - Да. Мы сняли дом с компанией. Тебя не зову. Но если вдруг ты будешь один, то я могу не идти. Или побыть с тобой и уехать позже. - Все в порядке, Джи. Не беспокойся об этом. У меня сейчас новое дело, возможно, вообще придется работать. Так что можешь смело ехать. Только на связь выходи, - Чимин нежно лохматит его волосы, радуясь, что сегодня у них есть такое вот утро. Он уже решил для себя, что хочет вырваться, пусть и на пару дней, в свой городок, где прошли почти все его детство и юность. Слишком хочется поговорить с одним человеком, который всегда был для него самым лучшим слушателем. Брат, закончив с завтраком, уходит в комнату, и Чимин, запираясь в своей, тихонько вбивает в поисковике имя Киры, чтобы (не Дай Бог быть пойманным) одним глазком взглянуть на творчество вышеуказанной звезды. Количество подписчиков впечатляет сходу. Она не обманывала, когда говорила о том, как сильно популярна. Телефон оповещает о входящем звонке, но Чимин, видя на экране имя Чонгука, решает пока оставить его без ответа. Слишком многое внутри отдается неприятным покалыванием. Вот только не слишком верит себе в том, что имеет право на такие эмоции, ведь снова ему никто не обещал, что все то особенное, что между ними случается, дает Чимину надежду на те собственнические чувства, которые бушуют внутри уже несколько долгих дней.

***

- У тебя все в порядке? – обеспокоенно интересуется Чонгук первым делом, зайдя в участок. – Я звонил в выходные, но ты так и не ответил. - Я был с братом. Нам нужно было это время. - Но ты мог хотя бы написать. Я обидел тебя чем-то? – Чонгук совершенно не понимает, что сделал не так, и Чимин, кажется, не собирается ему в этом помогать. - Нисколько. Просто были домашние выходные. Прости. Я должен заниматься нашей особенной клиенткой, - колко бросает младший, возвращаясь к своему столу. - Она звонила сегодня, - словно магнит, двигается следом за младшим, - говорит, что вспомнила что-то. - Значит, надо вызывать ее в участок. - Ты ведь понимаешь, что это невозможно? - Тогда ехать к ней. - Займусь этим после совещания. - Один? – нервно сглатывает детектив, обводя лицо Чонгука взглядом, в поисках эмоций. - Да. Не вижу смысла тратить на нее еще чье-то время. - Что ж, надеюсь, все пройдет хорошо, - детектив слегка морщится, будто и сам в свои пожелания не верит, а после ссылается на срочный звонок, выходя из отделения. Приближение праздников ощущается уже слишком сильно, от того кажется, что остаться вновь одному не такая уж и плохая идея.. - Мисс Кира, добрый день, - Чонгук, заходя в уже знакомую квартиру, замечает, что охраны стало как будто бы меньше. Да и вообще людей в целом. - Можем мы перейти на «ты»? – кокетливо интересуется та, подходя ближе. - Я на службе, простите. Не имею права. - Тогда я заеду за тобой вечером, когда ты будешь уже не на службе. Хочу позвать тебя на свидание. - Можем мы перейти к деталям, которые Вы вспомнили, - уходит от темы Чонгук, заметно напрягаясь происходящим. - Что ж, попробуем. Я, на самом деле, не знаю, будет ли эта информация полезной, но я задумалась, почему именно стилист обнаружил все это. Не так давно сменились некоторые члены моей команды, и хотя мне пообещали, что каждый новый сотрудник будет проверенным человеком, теперь я все же очень в этом сомневаюсь. - Есть что-то, что могло бы подтвердить Ваши слова? - У меня нет доказательств, но на вчерашней примерке к предстоящему мероприятию я заметила, как Дрю рылась в моих вещах. Поначалу я не придала этому значения, ведь она могла искать что-то для предстоящего пробного визажа. Но позже меня это смутило. Обычно такие вещи происходят при мне. - Вы как-то обозначили свое присутствие? - Все произошло довольно быстро. Мне нужно было срочно переодеваться, потом я вообще об этом забыла. А сегодня с платьями мне доставили вот это, - девушка выглядит по-настоящему напуганной, протягивая Чонгуку листок бумаги, сложенный вдвое. «Ты не доживешь до следующей весны» Все стандартно: текст вырезан из журнальных статей, все буквы разномастные, и Чонгуку, от чего-то, вспоминается глубоко любимый им «Телохранитель». Может, действительно, стоит присмотреться к окружению девушки. После того, как Чонгук ознакомился с деталями дела, это перестало казаться ему какой-то глупостью. Подкинутые в ее вещи наркотики говорили о том, что этот человек смог подобраться довольно близко к жертве, а, значит, ее жизнь может действительно подвергаться опасности. Поскольку Кира - довольно популярная и востребованная певица, то трагедия автоматически приобретала более глобальные масштабы – вопрос был уже не только в том, чтобы защитить ее жизнь, но и в том , что трагедия могла произойти и на крупном мероприятии, таком, как предстоящий концертный тур. Признаться, Чонгук не очень любил такие дела, да и связываться с людьми из высшего общества всегда было не самым приятным для него. Но случилось то, что случилось, и теперь он, как истинный полицейский, должен был довести это дело до конца. - Мисс Кира, не могли бы Вы предоставить данные на своего стилиста и на всю команду в целом. Я запрошу разрешение на сопровождение Вас. Так же вместе со мной будет несколько человек из отдела. Пожалуйста, постарайтесь не выходить из дома без лишней необходимости. - Ты действительно пойдешь со мной? - Я обязан защищать каждого, чья жизнь, так или иначе, подвергается опасности.

***

- Как все прошло? – интересуется сходу Чимин, который, кажется, провел ночь без сна – таким уставшим он выглядел. - Я отправил запрос на сопровождение. Мин и Кейт отправятся со мной. - А я? - А ты - нет. - Чонгук, я тоже хочу быть там. - А я не хочу, чтобы ты рисковал. Это дело не слишком приятное, и мне придется наблюдать за окружением, за каждым, кто будет на этом мероприятии, - Чонгук резко дергает шеей, будто от напряжения болит каждая его мышца, - а вместо этого я буду каждый раз отвлекаться на тебя. - Чонгук, я уже не ребенок. Я могу постоять за себя. Я не просто так выбирал эту профессию. - Я ни на грамм не сомневаюсь, что ты это сможешь, но пока у меня есть такая возможность, я буду стараться не привлекать тебя лишний раз. - Быть может, ты просто не хочешь меня там по другим причинам? - Например, каким? - Например, чтобы остаться с этой Кирой (стоит ли говорить, как кривится лицо Чимина) наедине? Чтобы провести приятный вечер, плавно перетекающий, возможно, и в ночь? - Какие глупости, детектив. Я буду при исполнении и.. - Не продолжай. Я не буду мешать. Никогда таким не увлекался. Чимин с какой-то горечью хватает свое пальто, вылетая из участка, сославшись на поступивший вызов, на который, на самом деле, и ехать-то уже не нужно было. А Чонгук так и остается на месте, не до конца понимая, что произошло сейчас между ними.

***

Подготовка к мероприятию шла полным ходом, когда инспектор, работая на пределе, решает, наконец, хоть немного снять стресс, отправившись вечером в спортивный зал их участка. Чимин, как мог, избегал эти дни встречи с ним, что совершенно сбивало с толку, но времени на более серьезный разговор у них, к сожалению, так и не появилось. От того он так яростно лупил уже добрых сорок минут эту грушу, что казалось, будто она вот-вот сорвется от неимоверной силы его ударов. В моменты, когда у Чонгука происходило что-то плохое, он предпочитал всегда вот так выпускать пар, позволяя своим эмоциям растворяться в каждом ударе. Представляя, что так он разбирается и со своими проблемами тоже. Когда не стало отца, Чонгук провел в зале три часа, боксируя без устали, пока мышцы не стало сводить от перенапряжения. Хотелось плакать от обиды или кричать на весь мир, от того он каждый раз доводил себя до состояния тупиковой физической боли. Когда ушел Кан, боль разрослась до вселенских масштабов, и простые удары по груше уже не спасали. Он так сильно тогда винил себя во всех своих провалах, что, не рассчитав, порвал мешок, так и не сумев совладать с эмоциями. Болело сильно и долго, закаляя его сердце, запирая на тысячу замков, и даже пластыри не помогали перемотать те огромные рубцы, что не затягивались все эти годы. Пока один очень интересный мальчишка не появился в его жизни. И сейчас, отбивая удары и нанося новые, Чонгук вновь корил себя за то, что сделал что-то не так, хотя и не до конца себе признавался, что именно. Позже, отправляясь в душ, он решает, что этим же вечером поедет к Чимину и они, наконец, поговорят, когда обнаруживает второго вошедшим к нему в душевую. Чимин сходу притягивает его к себе, целуя жадно, будто изголодавшийся подросток, только недавно узнавший, какое это удовольствие – сминать вот так чужие губы. Целует страстно, с силой зарываясь в чонгуковы волосы, и инспектор понимает, что еще каких-нибудь пара минут, и он перестанет себя контролировать. И, кажется, что именно этого Чимин и добивается, углубляя поцелуй, чтобы их языки, наконец, сплелись в единое целое. Дыхание вот-вот обещает закончиться, когда младший, упираясь в его тело, опускает свои руки к уже возбужденному члену, чтобы твердо дать понять – он здесь именно для этого. - Чимин, ты уверен? - Как никогда раньше, - мальчишка вновь к нему тянется, желая сейчас, в эту самую минуту, заполучить его всего. Чонгука действительно не приходится долго упрашивать. Подхватывая младшего, он вжимает его в стену, не переставая целовать, и, кажется, кайфует от приятного головокружения. Оказывается, все, что ему нужно – это Чимин. - Так сильно хочу тебя, - шепчет мальчишка, подставляя шею под нетерпеливые поцелуи. - У меня снова не очень хорошо со всем необходимым. - А я снова подготовился, - улыбается в губы, слегка прикусывая, - и это тоже захватил, - протягивает упаковку одноразовой смазки, отключая в душевой воду. Чонгук на мгновенье замирает, разглядывая лицо младшего, вновь будто ища в том хоть каплю сомнения, но Чимин лишь крепче к нему прижимается, желая поскорее стать одним целым. Руки блуждают по телу, словно заново изучая изгибы, чтобы уже наверняка знать каждый из них. А в голове пульсирует лишь одна мысль «не сойти с ума» от каждого прикосновения. Души к душе. Чимин не врал, говоря, что готов. Чонгук ощущает это сходу, в нетерпении разрывая пакетик и торопясь растереть смазку в руках. Узость Чимина заводит сильнее, когда Чонгук осторожно входит внутрь сразу двумя пальцами, стараясь не доставлять тому дискомфорта. Так хочется скорее стать одним целым, и мальчишка всячески старается это ускорить, притягивая Чонгука ближе к себе. Чимин, на самом деле, ехал на эту встречу с тяжелой головой, совершенно не осознавая, хорошей ли это все будет идеей. Но когда понял, что просто стоять в стороне, в ожидании, когда Чонгук закончит все свои процедуры, не получится, решил, что, в общем-то, терять ему и нечего. Он хочет этого мужчину прямо сейчас, в эту самую минуту, и вряд ли что-то (нахождение в спортивном зале их участка, например), сможет его остановить. Он просит большего, целуя жадно, двигаясь в такт чонгуковых пальцев, и тихо постанывая в губы. И если бы кто-то сейчас попытался ему напомнить, что еще несколько часов назад он сомневался в своей значимости в жизни старшего, Чимин бы лишь ухмыльнулся в ответ. Пустота внутри заставляет поежиться, когда его растерянный взгляд встречается с чонгуковым. Тот лишь молча опускает его на пол душевой, резким движением разворачивая спиной к себе. Чуть прогибает в спине, позволяя тому упереться головой о стену, и открывая для себя великолепный вид. Тело Чимина будто создано для его рук. Он весь так идеально всегда в них помещается, что Чонгук уже и не верит, что было по-другому когда-то. - Все хорошо? - беспокоится о комфорте младшего, прежде чем позволит себе дойти до конца. - Даже слишком, - мурлычит в ответ, чуть больше выгибаясь. Чонгук даже слишком хорошо понимает, как младший сейчас нуждается в нем, а потому не заставляет себя долго ждать. Его эта узость доводит до ручки, когда хочется сорваться, но страх причинить боль пересиливает. Чонгук входит медленно, будто проверяя на каждом миллиметре, действительно ли тот не обманывал, говоря, что хочет этого. Сжимает крепче в своих руках, когда Чимин подается резко назад, желая уже ощутить себя наполненным. Вздох невольно срывается с губ, пока он привыкает к таким желанным ощущениям, а Чонгук лишь тихонько поглаживает спину, стараясь успокоить, будто извиняясь за все те неприятные ощущения, что приходится всегда переживать в самом начале. - Ты можешь.. я готов, - шепчет Чимин, прикусывая и без того истерзанные губы. Чонгук толкается на пробу, не сдерживая стон, словно впервые дорвался до чего-то слишком долгожданного. Ему не требуется приглашение, чтобы совершить второй толчок, третий, чтобы позволить себе, наконец, в полной мере насладиться чиминовой близостью. Рукой сжимая бедро крепче, он проводит другой по спине, поднимаясь выше, чтобы ухватиться за плечо, в попытках стать еще ближе, прижать еще сильнее. И Чимин отвечает, двигаясь навстречу, уже сумевший расслабиться от нежных прикосновений мужчины. Инспектор сжимает крепко, водя большим пальцем по коже, вызывая приятные мурашки, что быстро разбегаются по коже, чуть покалывая. Чонгуку кажется недостаточно, ведь хочется касаться и кожей, будто желая срастись ею, что он и делает в следующую секунду, помогая Чимину выпрямиться, а после – прижимая к себе. Прикусывает мочку, подхватывая рукой под коленом, и прижимая грудью к стене. Странно признаваться в том, что за все эти годы он ни с кем и никогда не испытывал такой шквал эмоций, граничащий с сумасшествием. Ему не приходилось вот так за ними следовать, не важно, в каком из мест он находился. Чимин же, с его, порой, какой-то детской открытостью, частенько заводил старшего в тупик. Казалось, что мальчишка не умеет совершенно играть своими (да и чужими, в общем-то) чувствами, и его прошлый рассказ лишь очередное тому подтверждение. Слишком очевидны были его страхи. И если Чонгук, в силу возраста и опыта, научился с этим справляться, то Чимин совершенно точно всегда «пел» о том, что видел. И сейчас, позволяя Чонгуку буквально все, и ничего в замен не то, что не требуя, но и не прося, Чимин осознавал, что, быть может, он впервые пробует что-то настоящее в жизни. Крепкая рука мужчины, обхватывает его грудь, крепче прижимая спиной к своей, что дает ощущение надежной опоры, будто говоря без слов «я всегда буду держать тебя крепко, верь мне». И Чимин верит. Откидывает голову на его плечо, открывая больший доступ к шее, позволяя целовать, даря еще больше сказочных ощущений. Мальчишка опускает руку на свой член, желая так же получить разрядку, чувствуя по движениям Чонгука, что тот готов уже сорваться на максимум. Чимин отстраняется, разворачиваясь к нему лицом, когда тот подхватывает его на руки, торопясь вернуться к столь желанной дырочке. Резко вдавливает в стену, упираясь лбом в его, и продолжает ускоряться, не сдерживая уже какой-то животный рык. Чимину нравится. До изнеможения нравится позволять Чонгуку любить себя. Он знает, что вся та нежность, что копилась у старшего годами, нашла, наконец, свое место. Свою нужность. - Я больше не могу сдерживаться, - шепчет мужчина, предупреждая о своей разрядке, и Чимин помогает ему, прикусывая шею, зная, как сильно это нравится Чонгуку. Они кончают почти одновременно, что сопровождается их стонами, будто мелодией двух разных голосов, звучащих в унисон. - Слишком прекрасно, чтобы быть правдой, - шепчет инспектор, придерживая Чимина, но все еще оставаясь в нем. – Больше не мучь меня своим отсутствием. Боль в голосе старшего заставляет Чимина широко распахнуть глаза, крепче обхватывая спину мужчины. Ему сейчас жизненно необходимо видеть чонгуков взгляд, что он и делает в следующую секунду. - Я так сильно боялся сегодня быть здесь. Но еще больше – что меня бы здесь не было. - Ты сводишь меня с ума, Чимин. Но я уже и сам так сильно желаю этого сумасшествия. Чонгук осторожно включает воду, чтобы смыть с них двоих следы произошедшего, будто пряча улики. Использует уже любимый ими двумя гель, смывая после с их тел все, что случилось минутами ранее (а, может, желая смыть и более неприятные моменты), и укутывая Чимина в свое огромных размеров полотенце. Подхватывает на руки, словно что-то невероятно хрупкое, и выносит из раздевалки, оставляя на лице быстрые поцелуи. - Если так пойдет и дальше, ты меня разбалуешь. - Я буду этому только рад, - Чонгук действительно расплывается в улыбке, втягивая свой аромат с тела мальчишки. - Прости меня, Чонгук, - утыкается кнопочным носом в шею, будто прячась от того, что собирается ему сейчас сказать. – Прости, что я всегда все порчу, что всегда все делаю неправильно. Мне так сложно поверить в свою значимость. Особенно рядом с тобой. - Особенно? Что такого особенного в том, чтобы быть рядом со мной? - Все. Ты еще не знаешь, как сильно, на самом деле, влияешь на меня. Как много ты уже значишь, хотя и так мало вместе. Я ведь могу использовать это необычайно-важное «Вместе»? - Чимин, - выдыхает старший, пробегая взглядом по лицу напротив. – Это ты – особенный. Ты делаешь со мной то, что, казалось, невозможно испытать в принципе. С тобой я будто начинаю жить. Начинаю дышать. - Я так боюсь все испортить. - Почему ты повторяешь это? - Потому что я не знаю, как правильно, - Чимин прижимается крепче, когда Чонгук опускает их обоих на скамейку возле своего шкафчика. – Я так хочу быть тем, кто сможет излечить твою боль, но, кажется, только доставляю новую. - Как бы я хотел хоть на минутку стать тобой, - рука нежно скользит по лицу, вызывая рой мурашек по коже. – Хотел бы узнать все твои мысли наверняка, чтобы потом суметь доказать тебе, как сильно нуждаюсь. В тебе, Чимин, нуждаюсь. И если ты думаешь, что страшно только тебе, то ты ошибаешься. Но я не боюсь нашей неправильности. Никто не знает, в конце концов, как это – правильно. Я боюсь однажды остаться без тебя. Давай мы придумаем свое «правильно»? Давай научимся ему вместе? - Ты невероятный, ты знаешь? Это так необычно – не просто слышать, что ты кому-то нужен, но и знать это. Спасибо тебе за эти ощущения. Чимин прижимается в поцелуе, будто благодаря Чонгука сейчас. - Поедем домой, - шепчет старший, даже не догадываясь, что стал уже для Чимина тем самым домом.

***

Мисс Кира Я получила очередную угрозу. Это связано с тем вечером. Мне угрожают смертью.

*Show me all of your scars and the beautiful parts that you call your flaws Tell me I shouldn’t be here But I don’t care what you say Darling, watch me, watch me, watch me love you anyway. *Показывая шрамы свои, и то, что зовёшь недостатками, Говоришь, что мне не место здесь. Но мне все равно, что ты скажешь Смотри, как я люблю тебя, вопреки всему.