Трепет твоего сердца

Любовь? Нет, это нечто большее.

***

      Чонгуку лучше бы подумать о грядущих экзаменах и готовиться к поступлению в университет, но все мысли заполнила та, что сидит перед ним — вроде, так близко, но и в то же время она далеко, совсем неприкосновенна. Учёба кошкой скребёт где-то на заднем плане, мельтешится, но первая любовь сильно ударила в голову. И очень. Парень и сам не мог предположить, что однажды и его сердце окажется в чьих то руках. Обычно всё происходило совсем иначе: это ему признавались в любви, оставляли разные до радужной блевоты милые записки на парте, старались хоть как-то обратить на себя своё внимание, хотя каждая из них прекрасно понимала, что не за чем бороться — Чон не из тех, кого интересует отношения — он ведь как айсберг. И со временем весь пыл противоположного пола утих.       Он даже не мог предугадать то, что ею станет Им Наён, которая сидит перед ним уже второй год подряд и ни разу с ним не заговорила, не взглянула за все эти годы совместной учёбы. А ему очень хотелось услышать её нежный голос, ведь тех, порой и коротких добавлений, жутко не хватало. Однажды Чонгук был готов записать каждый её ответ на диктофон, но всё с треском обламалось, когда внезапно начал говорить гугл-ассистент и все обернулись на невозмутимого Чона. И опять все, кроме неё.       Парень хочет рассматривать её, изучать вдоль и поперёк, а не показывать на чертовом скелете ребра и называть их. Хочет прикоснуться до неестественно бледной кожи, а не рассказывать от чего зависит пигментация и как появляется загар. Хочет, чтобы она смотрела на него хотя бы из-под тишка, а потом прятала свои прекрасные глаза в тетради или на доске. Чтобы щёки заливались пунцовым, не из-за какой-либо нагрузки, а из-за него; чтобы на губах рацветала нежная улыбка из-за него. Хочет услышать трепет её сердца, а не своё собственное на лабораторной; чтобы вместо своей ладони на груди лежала её — такая маленькая и идеальная. Чонгук просто хочет, хочет и опять чертовски хочет — никак не может перестать хотеть её всю.       — Ты в какой вселенной опять? — усмехается рядом приземлившийся Хосок. А ему и говорить не надо — давно учаял, что глаза друга горят не из-за очередной дешёвой подводки, а губы не расплываются в очередной дурацкой улыбке, будто он пьян. Втюрился по самые не хочу и теперь никак не может успокоиться.       — Я даже говорить не стану, высмеешь же, — кинул Чон, продолжая наблюдать за Наён. — Она не пьёт яблочный сок, что за бред? — негодовал брюнет, заметив, что гранатовый разобрали.       — Это тебе знак свыше, не упусти его, — подталкивал младшего Чон. Но увидев на его лице непонимание, лишь глубоко вздыхает и закатывает глаза, позже кивая в сторону стакана. — Отдай ей сок, у тебя ведь всё равно аллергия на гранат. Плюс, отличный повод для знакомства, не думаешь?       — Ты гений..       Восхищённый идеей своего друга, Чонгук чуть ли не целует его и подрывается с места, захватив и стакан с собой. Но вся уверенность куда-то пропадает — точно лежит где-то у под ног — стоит ему оказаться рядом с её столиком, пока сердце начинает отбивать бешеную чечетку. «И это ведь только сок, что с тобой, парень?», — думал про себя брюнет.       — Привет, — начинает парень. — я могу к тебе присесть?       Им лишь так мило хлопает глазами, поднимая на него голову, хотя в другой ситуации посчитал бы это очень глупым. А сейчас ему хотелось на повторе воспроизводить встречу этих нежно-карий глаз с собственными. Девушка медленно вынимает из уха наушник и кивает ему, чуть съежившись — обычно с ней никто не сидит за обедом, да и не кому. Она привыкла к собственной компании и голосу Сэма Смита, льющегося из убранных проводов.       — О, почти забыл! А это тебе, — протягивая ей сок.       — Спасибо?..

***

      Чонгук не может. Еле себя сдерживает, чтобы прямо сейчас не расплыться в самой счастливой улыбке. И даже разбитые на руках костяшки того стоят, чтобы прямо сейчас их обрабатывал такой ангелочек. Идея «довести её до дома», так и не решившись сказать девушке об этом хороша, — если бы не его упёртость, он бы давно сидел бы с хёном и в очередной раз заливал бы своё «горе». А всё началось с того. хотя, продолжилось, когда на одной из улиц к Наён решили подойти не самые хорошие люди, которые позже получили не самые лучшие впечатления от чоновских кулаков. Хотя и самого парня поддели, но это было не так критично. По крайней мере, душу греет тот факт, что она любезно вызвалась подлатать его.       — Ещё чуть-чуть, — тихо промолвила Наён, вытирая засохшую кровь у подбородка.       Чон ничего не говорит, лишь непозволительно близко наклоняется к лицу девушки и оставляет лёгкий поцелуй на щеке. Та, как и давно желал парень, заливается пунцовым и смотрит куда угодно, но только не на него. Теребит в руках пропитанную спиртом вату, не зная, что делать и поджимает прекрасные персиковые губы, а парень мысленно отвешивает себе оплеуху, чтобы прямо сейчас не сорваться и не прикоснуться к этим. губам. Но она чиста и не порочна — персональный ангелочек для Чонгука, спустившийся с небес. Жаль, что и сам брюнет не такой. И ему действительно не хочется лишаться этого, испортить даже самую её сокровенную мысль — он хотел бы иметь такую же непорочную любовь, как и она сама.       — Это моя маленькая благодарность, — шепчет парень, наблюдая за всё тем же сметением. Если бы была возможность, он бы непременно прижал бы её к себе ближе; проводил бы кончиком носа по шее, вдыхая этот нежный цветочный запах, но он боится. Боится спугнуть и потерять вовсе.       — Но я благодарна тебе больше, — поднимаясь с места говорит Им, складывая всё обратно в аптечку. — Если бы не ты..       — Лучше не думай об этом, хорошо? — хочет прикоснуться к ней. — Может, сходим куда-нибудь на выходных? Слышал, что в прокат вышел новый фильм с Человеком-Пауком. ты ведь смотришь такое?       — Считай, что я ярый поклонник, — чуть посмеиваясь, ответила Наён.

***

      Чонгук жутко нервничает, сжимая в руках букет лилий. И чёрт с этим Хосоком, у которого только фраза «всё будет романтично, бро» выходит куда романтичнее, чем его подкаты. А парень полный ноль во всех этих любовных делах, а от этих до обморока сопливых дорам и толку нету — он при одном лишь упоминании к урне ближайшей подлетит. Но чоновское «поступай так, как велит сердце» на самом-то деле где-то греет душу, хотя кроме собственного быстрого сердцебиения пока ничего не чувствует.       Пока он ждал девушку, хотелось обратно позвать старшего, чтобы тот встряхнул его как следует и надавал лещей за такое убогое поведение — точно раскис с этой любовью. А где этот томный взгляд, горячее дыхание рядом с ухом — где весь твой природный шарм, Чон Чонгук? А Чонгуку хочется сказать, что «растерял всё в тот момент, когда влюбился». Ведь всё действительно лежит под ногами и делать ничего не приходится, кроме как тоскливо вздыхать и думать о ней. Но она сейчас здесь, стоит прямо перед ним и смущённо улыбается, заправляя прядь за ушко. Дыхание спирает, хочется всё прямо здесь и сейчас, но Чон себя одёргивает. В чёрт возьми который раз.       — Привет? — сказала Наён, чуть наклонив голову в бок, пытаясь хоть что-то увидеть в чужих глазах. Тот точно замер, никак даже не реагирует, на что девушка лишь щелкнула пару раз у него перед носом, выводя из «транса».       — О Боже, прости, я задумался, — начал тороторить брюнет, вызывая смех Им. — Это тебе, — чуть тише добавил Чон, протягивая цветы и улыбнувшись ей в ответ.       И только потом, когда они бок о бок движутся к торговому центру, до него доходит, что одеты они практически идентично. Даже не идентично, всё точь в точь. И белая футболка, заправленная в светлые джинсы; и кардиган, бледно-зелёного цвета.       По правде говоря, Чонгук тает. Не может умилиться, а в голове всё же проскальзывает мысль, что это судьба, и, может, родственные души точно существуют. Только вместо каких-либо знаков, символов на теле, брюнет видит красную нить, окольцовываящая их еле касающиеся ладони.

***

      И будет банально написать, что на протяжении всего фильма Чон не сводил с неё глаз — сюжет где-то правда проносился перед глазами, а всё остальное время он смотрел на неё. Также аккуратно из-под тишка, откладывая в памяти и сердце её яркую улыбку, удивлённый взгляд; то, как она замирала вся сразу, а позже радостно сжимала кулачки, выдыхая тихое «yes». Чонгук уверен, что лучше фильма, чем её, он никогда не увидит, но обещает себе пересмотреть Человека-Паука — всё же, внутренний фанат яро кричит, ломится в дверь, прося помощи — неистово хотелось прочувствовать всё то, что сегодня он увидел на лице девушки.       — Хочешь ещё куда-нибудь сходить? — начал брюнет, когда они вышли из кинозала.       — Честно, даже не знаю.. — протянула Им.       — Парк совсем недалеко, может, прогуляемся? И погода хорошая.. ну?       Ответа долго ждать не приходится — Наён кивает головой в знак согласия и, немного не смело, но берёт того за руку и тянет к выходу. До Чонгука сразу не доходит, что происходит — опешил бедный, так и замер с удивлёнными глазами. А потом сердце начало пробивать удар, другой и брюнет. Чонгук несказанно рад, видя как красная нить тянется всё выше и выше, укрепляя их связь. Тепло улыбается, а глаза полумесяцами становятся, отчего и девушка не может сдержать своей улыбки.       Но даже погода не предвещала ничего подобного — тучи начали сгущаться, пряча солнце за собой, когда они шли по парку, кушая мороженое. Следом с неба начали подать капли воды и, за короткий срок вся земля оказалась влажной, как и наши главные герои — Наён долго отнекивалась, желая погулять под дождём, а гроза Чон Чонгук пытался поймать убегавшую от него девушку, чтобы переждать где-нибудь непогоду. В конце-концов, они, намокшие до ниточки, бежали, держась за руки и глупо смеясь.       — Если ты завтра сляжешь, то я к тебе не приду, — в шутку бросает Чон, пытаясь восстановить дыхание.       — Хорошо, — также отвечает девушка. — но я к тебе обязательно наведаюсь.       После этого Чонгук даже не знал, что сказать, продолжая рвано дышать и смотря на неё «тем самым влюблённым взглядом», наполненный нежностью и. конечно же, любовью. И мир действительно замирает, дождь за окном уже льёт не так сильно, а она всё также прячет свой взгляд в меню, лишь изредка поднимая свой взгляд на него. Если у любви есть имя, то это определённо Им Наён.