Звездам нужна тьма

      — На-а-цу-у, почему мне все так лень? — простонал Суо, неохотно спускаясь по лестнице на первый этаж, а затем сладко зевнул, прикрывая рот кулаком. — Может, ещё поспать?       К тому моменту, когда Кэтсуо объявился в гостиной, Нацуми уже давно сидела на удобном широком диване, пила утренний чай и читала книгу. Рядом с ней лежал, свернувшись в клубок, маленький Хлопушка и тихонько мурлыкал.       — Ты опять ночью сидел за музыкой? — девушка отложила книгу и обратила свой взгляд к высокому зеленоглазому чуду, что еле волокло ноги в её сторону.       — Ну, допустим.       — Про нормальный режим сна не слышал?       — Не будь занудой, — буркнул сонный брат и, по-царски развалившись на диване, уложил голову к ней на колени.       — А я и не зануда! О тебе, дураке, переживаю, — она на мгновение вспыхнула, но через секунду уже бережно перебирала растрепанные волосы брата и тихонько массировала тому голову. — Хочешь, чего-нибудь вкусное приготовлю?       — И ты ещё спрашиваешь? Конечно! Обожаю твою еду, вот бы моя будущая девушка так же вкусно готовила, — он довольно заулыбался, пока укладывал такого же сонного котенка к себе на грудь. — Может, проведём день вместе? — изумрудные глаза взглянули на сестру с надеждой. — Посмотрим фильмы, поиграем на гитаре, поболтаем, может, даже прогуляемся. А то ты будто забыла про мое существование, когда поступили в академию.       — Прости, но я не смогу. У меня тренировка, — виновато ответила девушка, действительно сожалея о невозможности осуществить его план. Она так же сильно, как и он, ощущала нехватку их общения в последнее время, поэтому твердо решила исправить этот недочет. Мысленно кивнув своему намерению, она вернулась в реальность, где Су продолжал говорить.       — Опять на пляже? Но это же только вечером. И ты что, не можешь подвинуть ее на день позже ради меня?       — Я буду тренироваться не одна. Со мной будет Тодороки, — не очень уверенно ответила Нацу, не зная, как на это отреагирует брат. Она неуютно поежилась в ожидании, и тут парень взорвался.       — Чего?! И давно у вас совместные тренировки?! Почему я до сих пор не знаю?! — вскочил с места возмущенный Оотани, спугивая бедного кота, который пулей усвистел под стол и смотрел теперь на парня с недоверием.       — Да мы только вчера договорились! — попыталась быстро реабилитироваться Нацуми, но брат так неистово махал руками от негодования, что, кажется, даже её и не слышал. Его сонливость испарилась бесследно.       — Ха, совсем бросила меня из-за своих мужиков, — снова возмутился Кэтсу и, падая обратно на диван, принялся загибать пальцы. — Сколько у тебя их там? Бакуго, Киришима, теперь Тодороки. Хорошо хоть Денки одумался. Кто ещё?! Я уже сбился со счета, сестренка… — словно выбившись из сил, он опустил голову, упираясь локтями в колени.       — Ты дурак?! — сверля его суровым взглядом, воскликнула девушка. — Ничего они не мои, мы просто дружим! А тебе пора бы дать Оскар за такую великолепную игру. Сколько драмы, сколько экспрессии! Балбесина.       Кэтсуо громко вздохнул и подытожил:       — Мучаешь ты этих бедолаг, оставь уже парней в покое.       — Что-то ты сегодня слишком много треплешься, Су. Не похоже, что тебе так сильно хочется спать, — не выдержала Нацуми и причудой перенесла со стола большой стакан воды, чтобы вылить её на голову глупому братцу.       — Ты че творишь?! — он как ошпаренный подскочил с места.       — Уж прости, но ты заслужил, противный братец, — она продемонстрировала ему свой язык и понеслась прочь.       — Да я же тебя сразу поймаю.       — А вот и нет! — Нацуми почти успела добежать до второго этажа и скрыть себя причудой, когда Су схватил её за предплечье, телепортировавшись на лестницу.       — Я заметил, что ты тоже жаждешь освежиться. Осуществлю-ка я, пожалуй, твоё желание, — парень перенес их обоих в пространство над бассейном, откуда они вместе полетели в воду под дикие вопли сестры.       Девушка залилась громким смехом, когда удалось добраться до поверхности воды, пока Кэтсуо, довольный собой, расслаблено лежал на спине, прикрыв глаза.       — Ты такой же сумасшедший, как и я, — радостно заключила Оотани выбираясь из бассейна. — Пойдём. Надо переодеться, а потом я приготовлю поесть.

***

      На улице вновь выдалась прекрасная погода, повсюду гуляют люди, выползшие из своих домов, чтобы напитаться солнечным светом в долгожданный выходной. Рядом со многими носятся дети или, высунув языки и тяжело дыша из-за жары, бредут собаки на поводках. Юная студентка UA бежит мимо людей в тени стройного ряда деревьев, что ведут к заветному месту встречи одноклассников. А бежит она, потому что опаздывает уже на десять минут.       Тодороки сидел на берегу пруда, подобрав колени, и задумчиво пускал ледяные узоры по водной глади, когда на экране телефона, что лежал рядом на спортивной сумке, вдруг высветилось сообщение, перетягивая на себя внимание.       /От кого: Нацуми Оотани/

Шото, прости, пожалуйста. Я немного опаздываю. Скоро буду.

             Пальцы парня активно заработали, набирая ответное сообщение.

/Кому: Нацуми Оотани/

Ничего страшного, не торопись. Я подожду.

      «Черт, так неудобно перед Тодороки, — с досадой подумала Нацуми, быстро прочитав его вежливый ответ. — Из-за выходки Кэтсуо пришлось снова мыть голову и укладывать волосы. А ещё ведь и на готовку нарвалась. В следующий раз не буду так поспешно предлагать свои услуги этому вредному братцу», — размышляла Нацу, закидывая смартфон в рюкзак. Бок всё ещё покалывало, но заставлять Шото ждать ещё дольше она не посмела, поэтому снова пустилась отстукивать четкий ритм по асфальту, закрывая глаза на боль.       — Хе-е-ей, Тодороки! — крикнула Нацуми, радуясь предстоящей остановке.       — У меня что, дежавю? — Шото невозмутимо ждал, пока одноклассница начнет дышать ровно после своего небольшого марафона, и с некой теплотой вспоминал недавнюю встречу у школы.       — Привет. Прости, пожалуйста! — виновато произнесла Нацуми, складывая руки в молитвенном жесте.       — Здравствуй. Я же сказал, что все хорошо. Только вот почему ты всегда бежишь? — к удивлению собеседницы, его лицо осветила самая добродушная улыбка, он действительно не злился, и это не могло не радовать.       — Видимо, судьба так смеется надо мной, — ответила девушка, аккуратно укладывая рюкзак рядом с сумкой Шото. — Я взяла нам обед. Когда устанем, можно будет передохнуть и покушать. А ещё это будет моя маленькая попытка загладить вину.       — Тебе не за что извиняться. Можем начать тренировку, если ты готова. Но если тебе надо передохнуть, то я не против.       — Я в порядке! Если какая-то легкая пробежечка заставляет меня взять тайм-аут, то какой из меня герой вообще? Это я просто разминалась.       Шото спорить не стал, вместо этого он молча кивнул и направился в противоположную от девушки сторону, наращивая дистанцию, чтобы дать старт тренировке. Поляна была достаточно широкой, чтобы можно было разгуляться, и безлюдной, что играло ещё более важную роль. Поскольку парк находился на окраине города и был больше диким, чем облагороженным, из посетителей здесь были в основном любители уединения, не желающие глазеть на шумные геройские тренировки.       Тодороки признал силу Нацуми ещё при первом столкновении, когда играл роль злодея, поэтому потренироваться с ней было отличной идеей. Оба героя стремились к увеличению выносливости, скорости реакций и радиуса поражения. И конечно же без развития навыка анализа боя в большой мир соваться не было смысла. Чтобы не мелочиться, Шото с первой же атаки превратил поляну в ледяное сумасшествие, заставляя девушку взлететь ввысь. Ответ последовал мгновенно, расщепив весь лед на мелкие колючие снаряды, что неслись в воздухе словно огромная стая птиц, Оотани закрутила их вокруг себя, скрываясь за блестящим облаком. Когда стая замороженных кинжалов резко рванула в сторону врага, Оотани уже не было на прежнем месте, её не было уже нигде. Чтобы обезопасить себя, Шото выпустил ледяной щит, но снаряды ловко разделились на две группы и, обогнув его, продолжили свое преследование. Тогда Тодороки создал круговую высокую стену, все же заставляя большую часть предательских ледышек разбиться о скалы. В это время скрытая причудой Оотани пробралась к нему за спину, чтобы сбить с ног обычным боевым приемом. Когда парень плюхнулся на землю, она придавила его своим силовым полем, однако он уже выпустил из руки ледяной выстрел, отбросивший девушку на большое расстояние. Контроль над силовым полем пошатнулся, поэтому, воспользовавшись моментом, Шото снова вскочил на ноги, готовый к реваншу.       Атаки проходили одна за другой в невероятно быстром темпе, всегда держа в напряжении. Оба юных героя уже были довольно сильны в анализе ситуации и скорости реакций, поэтому хорошо считывали друг друга. Хоть Тодороки по-прежнему и не использовал огонь, Нацуми же не стеснялась брать из своего арсенала все: она то взлетала, то опускалась на твёрдую поверхность, откалывала куски льда и направляла против их же владельца вместе со всем, что могла поднять в воздух, применяла силовое поле и телепатию, и даже пускалась в рукопашный бой.       Спустя пару часов Оотани в очередной раз взмыла высоко над поверхностью земли, уклоняясь от ледяной атаки. К тому моменту она уже изрядно выдохлась, однако Тодороки продолжал наступать, атакуя то с одной стороны, то с другой. Лёд возникал повсюду, не давая противнице ни шанса на передышку. Нацуми упустила момент, как Тодороки появился в метре напротив, но это уже не имело никакого значения, ведь резкая боль вдруг пронзила голову. Вместо лица Шото ей почудилось его же, но взрослое. Многочисленные ссадины и ушибы сразу же бросились в глаза, какие-то из порезов сильно кровоточили, где-то кровь уже запеклась, волосы растрепались, а геройский костюм и вовсе был изодран в клочья. Его взгляд пронизывал до дрожи, от головы до самых кончиков пальцев, в нем будто буйствовал целый океан боли и скорби, которую не под силу выдержать даже самому стойкому сердцу. Липкое чувство страха стало поглощать, словно затягивая в зыбучие пески своими цепкими ледяными щупальцами. Хотелось вопить от бессилия, хотелось обнять дорогого сердцу человека, хотелось забрать, убежать и никогда не возвращаться в это ужасное место.       Глаза все ещё смотрели на одноклассника, на их безопасное поле для тренировки, но сознание подло подменяло эту реальность на те обезображенные картинки, сплошь заляпанные кровью. Они ярко горели в памяти, затмевая все, заставляя грудную клетку болезненно сжиматься. Нацуми попыталась протянуть к Тодороки дрожащую руку, а с губ еле слышно слетели слова:       — Беги… — дальше ждали лишь темнота и свободное падение.       К счастью, Шото среагировал быстро, он сумел поймать одноклассницу до того, как она встретится с неприветливо жесткой поверхностью. Он спустился на землю с ней на руках, а затем аккуратно уложил на примятую траву, нависая сверху.       — Нацуми, очнись, пожалуйста, — прозвучал тихий обеспокоенный голос. — Нацуми, — Шото коснулся её руки и сперва сильно напугался, ведь девушка показалась ему чересчур холодной, но грудная клетка равномерно вздымалась и опускалась, говоря лишь о потере сознания. — Цуми…       Тодороки не понимал. Он успел увидеть лишь неистовый страх в её глазах, прежде чем сработал инстинкт героя. Но что могло его вызвать, парень придумать не смог, ведь когда он огляделся по сторонам, то ничего подозрительного не заметил. Кругом виднелись лишь последствия их сражений, никаких лишних глаз и сомнительных движений, даже животных, напуганных шумом их битвы, не было слышно.       Тодороки уже доставал из своей сумки спортивную куртку, чтобы хоть как-то согреть Оотани, когда она медленно разлепила глаза и попыталась подняться.       — Фух, ты в сознании. Только не перенапрягайся, — Тодороки помог ей присесть, прислонившись спиной к добротному дереву, что росло неподалеку. — Как ты себя чувствуешь?!       — Чувствую? Вроде нормально. Что случилось? — Оотани часто заморгала и покрутила головой, пытаясь до конца прийти в себя.       — Мы все ещё тренировались, когда ты внезапно потеряла сознание и полетела вниз с большой высоты. Я еле успел тебя поймать, — рассказывал парень, попутно одевая её в свою куртку. — Я уже подумал, что сильно задел тебя своей атакой, когда почувствовал какая ты ледяная, но потом заметил, что твое дыхание не нарушено, и моя тревога стала хоть и на грамм, но полегче, — продолжал он, уже бережно растирая ей руки.       — Прости, что заставила поволноваться, — ответила Нацуми, стараясь скрыть свой испуг.       — Почему не сказала, что так устала?! Ты же могла сильно пострадать! — отчитал её парень.       — Прости… — понуро ответила Цуми. — Уже второй раз за месяц. Странно… У меня давно не было приступов. Что послужило катализатором? Да и раньше таких не было, — она вдруг тихо забубнила себе под нос, занятая решением загадки, позабыв про одноклассника.       — Приступы?! Второй раз за месяц?! — вскрикнул Тодороки, пугая увлеченную размышлениями Нацуми. — Это может быть опасно!       — Ой, нет-нет, все нормально, — замахала руками девушка.       — Это что угодно, но не нормально. Тебе нужно ко врачу!       — Если тебе станет спокойнее, я расскажу родителям. Они всегда сами занимались моей причудой и ее побочными эффектами.       — Обещаешь? — в его взгляде не было ни намека на вопрос, там было лишь твердое намерение позаботиться об этом лично, если девушка решит заупрямиться.       — Да, спасибо за заботу.       Тодороки облегченно выдохнул, расслабляя напряженные до этого плечи. Он наконец позволил себе сесть на землю возле девушки, отпуская ситуацию. В это время живот Оотани подал сигнал SOS, крича об ужасном голоде.       — Может, перекусим? — смущенно предложила Нацуми.       — Если ты точно в норме, то я был бы не против что-нибудь съесть. Тоже проголодался, — девушка уверенно кивнула в ответ и, довольная, погрузилась в свой рюкзак в поисках бэнто. Протянув сначала сверток с контейнером своему спасителю, она принялась извлекать ещё один, но уже для себя.       Покончив со вкусным обедом, герои не торопились возвращаться к тренировке. У Цуми ещё слегка кружилась голова, а ноги не хотели нормально функционировать, поэтому было решено немного расслабиться и просто поговорить. Сперва обсудили итоги сражений, а после уже пустились в уютные разговоры об интересах и увлечениях. Хоть Тодороки больше был слушателем, он все же рассказывал что-то и о себе время от времени.       — Дай мне свои ладони, — неожиданно для девушки попросил Шото.       Заинтригованная Нацу послушно протянула руки. Парень бережно перевернул их ладонями к небу, соединяя друг с другом, а сверху накрыл своей. Оотани почувствовала как что-то нежно защекотало кожу, а потом это что-то стало обретать вес. Когда Тодороки отнял свою руку, красивый ледяной цветок камелии предстал перед взором юной девушки.       — Вау! — выдохнула Нацуми. — Это очень красиво, Шо! Я не знала, что ты можешь так делать.       — Я не пользуюсь этим, довольно сложно придавать такую детальную форму льду.       — Но это же точно может найти применение.       — Уже нашло, я смог тебя порадовать, — смущенно ответил Шото, отводя взгляд. — Я изредка тренирую эту сторону способностей, ведь для чего-то же я могу это делать.       — Ты действительно меня порадовал, только очень жаль, что растает, — с грустью договорила Оотани.       — Если хочешь, я принесу тебе такой же, но живой, — Тодороки все же набрался храбрости, чтобы снова посмотреть собеседнице в глаза, не понимая, чего именно хотел там отыскать. То ли её искреннее желание, то ли причины своего смущения.       — Правда? Я была бы очень рада! — услышав это, парень нежно улыбнулся, так и не найдя пока ответов на все свои вопросы.       «Какой же он, оказывается, милый. А в школе всегда кажется таким загадочным и отстранённым», — подумала Оотани, изучая его лицо.       — Думаю, сегодня я больше ни на что не способна, — вдруг выпалила Нацуми в конце своих раздумий и растянулась на траве.       — Вот и хорошо, не стоит опять перенапрягаться. Идти сама сможешь?       — Смогу. Но давай ещё немного посидим? Может, сделаешь мне ещё что-нибудь изо льда?       — Давай попробуем, — Шото провёл пальцами правой руки по ключицам одноклассницы, когда та снова приняла вертикальное положение. На шее сразу же материализовалась подвеска с маленькой лисой.       — Ва-а-ау! Выглядит так, будто тебе не составляет никакого труда сделать что-то подобное, хотя ты говоришь, что это сложно.       — Ну-у, возможно, я и способен на что-то.       — По-моему, ты сильно скромничаешь. Ты только посмотри какое чудо у меня на шее. Ты обязан меня сфотографировать. Скорее! Пока не растаяло, Шо! — Цуми повела себя как маленький восторженный ребёнок, что сильно развеселило Тодороки и, что самое важное, подтвердило улучшение её самочувствия, иначе она не скакала бы сейчас так суматошно вокруг своего рюкзака в поиске смартфона. — Нет времени искать мой телефон, фоткай на свой!

***

      — О, хлопушка, у тебя не занято. Отличненько, — Нацуми села на сидение возле окна, закидывая ноги на блондина.       — А ты не борзеешь ли часом?       — Даже если и так, мне удобно, — парень закатил глаза и отвернулся, но ноги скидывать не стал. Он уже привык к заскокам своей соседки по парте.       Когда все ученики класса 1-А заняли места и успокоились, комфортабельный автобус академии UA смог наконец начать свой путь. В плане подготовки молодых героев сегодня числилась выездная тренировка в комплексе USJ, и чтобы провести время в пути с интересом, Нацу намеренно расположилась рядом со вспыльчивым Бакуго. Ей нравились их взаимоотношения. Хотя парень и был пороховой бочкой, он также обладал острым умом, имел четкую цель в жизни и свои принципы, что цепляло Оотани. Он часто, может, и неосознанно, но поднимал ей настроение, подбадривал, хоть и в своей агрессивной манере, даже помогал. И только ей единственной удавалось найти правильный подход к его неукротимому нраву.       Процесс обмена колкостями с Кацуки был неотъемлемой частью её новой жизни в академии, однако Нацуми совсем не оценила, как этим утром класс начал высмеивать его характер. Ей показалось это чрезмерным. Парень, естественно, вспылил, а Нацу в очередной раз пришлось сглаживать ситуацию, ведь она с самого начала стала его «тормозами», и все это принимали уже как должное.       — Да сядь ты уже, — Оотани с силой потянула парня на место. — А я с вами не согласна, — возразила она, желая прекратить эти нападки. — Мне кажется, что Баку станет одним из лучших героев. Даже с его тяжёлым характером. Все полюбят его. К тому же с возрастом люди меняются.       Бакуго, удивленный услышанным, застыл на месте, позабыв о своем гневе.       — Ну что ты так смотришь? Думаешь, что я только подкалывать тебя могу? Всё, ребят, отстаньте от него, — Цуми снова дернула Кацуки, чтобы тот облокотился о спинку кресла, и положила голову к нему на плечо.       Обескураженный поведением девушки он даже не нашел что ей сказать. Было странно ощущать её близость в таком контексте, сейчас она вызывала вовсе не гнев. Кацуки скорее бы назвал это чувство безопасным, даже приятным. Девушка встала на его сторону, она проявила нежность и заботу вместо привычного колкого замечания. Обычно он бы не принял подачек в свою сторону или руку помощи, но услышав её слова, гордость все же решила не поднимать бунт. В Нацуми не было веселости или ожидаемого сарказма, и это заставило мысли парня окончательно спутаться.       Погрузившись в глубокий анализ ситуации, Кацуки стал замечать детали. До носа вдруг долетел приятный аромат женского шампуня, белоснежные волосы мягко касались кожи, а в тех местах, где пара соприкасалась друг с другом, рождалось уютное тепло. Бакуго сделал медленный и глубокий вдох, борясь с незваным желанием уложить свою голову поверх её. Мечтать о чьей-то близости для парня было в новинку, но он упорно сопротивлялся этому мучительному чувству. Когда Кацуки все же решил, что сможет справиться с этим, девушка стала невесомо водить своими бархатными пальцами по внутренней стороне руки, пуская мурашки и привнося в его сознание ещё больше хаоса. Её касания были нежными, мягкими, даже успокаивающими. В итоге Бакуго плюнул на здравый рассудок и перестал сопротивляться, уложил свою голову поверх головы Нацу и прикрыл глаза. Ребята в автобусе переглянулись, но трогать эту парочку никто не посмел, они просто вернулись к диалогу о причудах.       Нацуми сделала все интуитивно. Изначально она сама хотела поиздеваться над своим неизменным напарником по спорам, но стерпеть такие грубые слова в его сторону не смогла. Она знала, что когда тебя не понимают или дразнят — очень неприятно, даже если ты взрослый парень, причем способный постоять за себя и без чьей-либо помощи. Как она пришла к такому варианту поддержки, сама оставалась в догадках. Но лежать на его плече не казалось чем-то неуместным и неправильным, наоборот, было довольно приятно. Оотани знала, что когда тебя захлестывают не самые радостные эмоции, всегда ценно чувствовать чьи-то родные прикосновения и тепло. Нацуми понадеялась, что стала для него чем-то большим, чем просто одноклассницей, и поэтому он примет её. И он принял. Может, рано записывать себя в статус его друга, но это уже что-то.       Нацуми отстранилась от крепкого мужского плеча, когда автобус плавно затормозил возле огромного тренировочного комплекса. Девушка ласково потрепала блондинистую голову и по-доброму улыбнулась. Бакуго же неоднозначно посмотрел ей в глаза, но по-прежнему не готов был что-то сказать, поэтому просто встал и пошел к выходу.       Тринадцатая уже ожидала класс 1-А возле громадного строения. Проводив ребят внутрь, она зачитала вступительную речь, в которую время от времени встревал учитель Айзава, а вот Всемогущий так и не появился на горизонте. Однако его место решили занять незнакомцы, внезапно появившиеся в центре USJ.       — Это ещё кто? Это как на вступительном экзамене? Занятие уже началась? — произнёс Киришима, двинувшись навстречу все прибывающим людям.       — Никому не двигаться! Это злодеи. Тринадцатая, начинай эвакуацию, я их задержу, — учитель надел свои очки и умчался в сторону опасности.       Все попытки связаться с академией были тщетны, кто-то глушил все сигналы. Тринадцатая спешно направила учеников к выходу, но путь им преградил злодей, похожий на черно-фиолетовый туман. Не долго думая, Бакуго и Киришима набросились на неизвестного.       «Что же вы творите, глупые?» — забеспокоилась Нацуми.       — Кэтсу, — резко выкрикнула девушка. — Скорее телепортируйся и оповести академию!       — Уже ушёл, — с этими словами брат растворился в воздухе.       — Геройские детишки, что же вы наделали?!       Тодороки схватил Нацуми за руку и закрыл собой от злодея.       — Держись рядом, Цуми. Только, прошу, не делай глупостей.       — Хорошо.       Только она успела ответить, как всё кругом заволокло черно-фиолетовым дымом и начался хаос. Тодороки не отпускал руку Нацуми, даже когда они неожиданно полетели вниз с большой высоты в совершенно неизвестном им месте. Девушка среагировала первая и спокойно опустила их на землю своей причудой.       — Ты в норме? — сразу же уточнил Шото, попутно осматриваясь по сторонам.       — Я-то в порядке, но вот интересно, как там остальные? Видимо, их забросило в другое место. Кроме нас я никого не вижу, — тоже оглядываясь вокруг, проговорила Нацу.       — Смотри, там злодеи! — Шото резко топнул ногой, пуская вперед ледяной поток, что за считаные секунды лишил злодеев возможности двигаться.       К счастью для пары друзей, враги оказались какими-то жалкими неумехами.       «Класс 1-А, говорит Нацуми. Вы меня слышите? Все в порядке? Все целы? Кому-то нужна помощь?» — зазвучало в голове каждого будущего героя.       «Мы в норме. Мы тоже. И мы», — отвечали один за другим одноклассники.       «На нас с Шото напала группа неумелых злодеев, но Тодороки с ними справился. Теперь мы собираемся пойти помочь учителю Айзаве. Я все время буду поддерживать связь между нами. Если вдруг кому-то нужна будет помощь, сразу сообщите!»       — Цуми, тебе нельзя так себя истощать! — Шото схватил её за плечи, призывая к благоразумию. — Помнишь, что недавно случилось?       — Не волнуйся, со мной все хорошо. Но я должна быть уверена, что все мои друзья в порядке. По-другому я не умею и не хочу!       — Но я же знаю, что тебе пока тяжело даётся перенос сознания. Это отнимает слишком много сил.       — Я все сказала, Шо! — глаза ее были полны решимости, которую невозможно сломить.       — Ладно, — устало выдохнул одноклассник. — Я буду тебя прикрывать.       Пара немедля выдвинулась на помощь учителю, который вынужден был сражаться с большой толпой противников в одиночку, думая лишь о защите своих учеников. Но к тому моменту, когда друзья прибыли на место, ситуация уже сильно поменялась. Перед ними теперь разворачивалась ожесточенная схватка Всемогущего с неизвестным чудовищем.       — Боже, что это такое?! Шо, смотри! Нужно помочь учителю. Этот туманный опять вмешался!       Тодороки сразу же пустил лёд в огромного монстра, который яростно впивался когтями в бок учителя и, наверняка, причинял адскую боль. В тот же самый миг подоспел и Бакуго, с мощными взрывами налетая на туманного злодея, который усиленно пытался помочь в борьбе со Всемогущим.       Главарю банды, который носил странные руки по всему телу, явно не понравилось, что детишки забрали его путь к отступлению.       — Ному, верни наш транспорт, — надменно скомандовал этот жуткий тип.       — О, нет… Кацу! — наполненная ужасом, выкрикнула Оотани.       Большой столб пыли поднялся там, где секунду назад был блондин. Мощный удар выбил весь кислород из легких, а затем девушка рухнула на землю.       — Что произошло? Каччан? Ты успел увернуться?! — обрадовался Мидория.       — Это не я, идиот, — рыкнул парень, подползая к девушке. — НАЦУ! Ты жива?! — Кацуки склонился над обессиленным телом.       Когда Ному получил команду атаковать, Оотани сразу догадалась, что даже секундное промедление может стать фатальным, поэтому перенесла Бакуго прямо к себе. Однако из-за адреналина, бушующего в крови, она совершенно не рассчитала силу. Именно поэтому Кацуки влетел в нее спиной на очень большой скорости. В это же время Всемогущий принял удар монстра на себя.       — Молодец, Оотани, девочка моя! Хорошо сработала, — похвалил учитель, отшатываясь от стены, в которую влетел под действием вражеского удара.       — Всегда рада помочь, — откашливаясь и приподнимаясь на локтях, сказала Нацу.       — Нас шестеро против троих, мы подстрахуем Всемогущего и сможем их прогнать, — воодушевленно сказал Киришима.       — Нет! Вы своё дело сделали, а теперь бегите, — отрезал Всемогущий.       — Но я, кажется, сильно помог вам, заморозив того монстра чуть ранее.       — Шо…не надо, — прокряхтела Нацуми, снова поднимаясь на ноги. — Я сдержу их, учитель, не волнуйтесь за нас. Мы сможем о себе позаботиться.       — Ты прав, юный Тодороки. Спасибо тебе. Но сейчас другая ситуация. Доверяюсь тебе, Оотани!       — А я верю в вас, — Всемогущий показал большой палец.       — Что ты такое говоришь?! — взбесился Бакуго.       — Ты сам все понимаешь, не глупый. Мы будем только мешать! Так что закрыли свои рты и чапаем подальше, чтобы дать учителю больше пространства!       Девушка попыталась сделать шаг, но еле устояла на ногах. Сильная боль отозвалась в районе грудной клетки       — Черт, кажется, у меня сломана пара-тройка рёбер.       — Я помогу, — Кацуки аккуратно взял девушку на руки. — Прости… Это из-за меня тебе теперь так больно. И спасибо… — парень тихо сказал это на ухо и оставил еле ощутимый поцелуй у неё на макушке.       Схватка между учителем и Ному продолжала набирать обороты, пока Всемогущий ещё раз не доказал, что по праву зовется Символом мира. Оставалось разобраться лишь с парочкой врагов, однако не менее противных.       «Всемогущий выдохся. От него исходит пар, как тогда на пляже. Неужели он сейчас примет истинную форму? Что же делать?! Поведение Мидории только усиливает мою уверенность в том, что происходит. Учитель блефует, я вижу, он уже не может продолжать бой».       Главарь злодеев резко сорвался с места в сторону Всемогущего. Секунда и Мидория уже летит на него, а следом за ним летит и Нацуми, которая предугадала несдержанность кучерявого.       — Мидория, нет! — Оотани сильнее ухватилась за парня.       Но пара уже летела прямиком ко всеразлагающей ладони Шигараки. Выстрел. Спасительный выстрел. Одноклассники упали на землю.       — Слава богу, учителя здесь! — выдохнула беловолосая.       Но, к сожалению, главным злодеям все же удалось скрыться.       — О, нет-нет. Что же делать? Оотани, у тебя что-то с глазами, скорее закрой их, — кричал Изуку, пытаясь скрыть от её взора истинный образ наставника.       — Успокойся, Мидория, я все знаю. И про учителя и про твою силу.       — А-а-а, хорошо. Стоп! Что?!       — Ребя-я-ят, — позвал Киришима, побуждая новую волну паники захлестнуть Мидорию.       — С нами все нормально, проверь остальных. О нас позаботятся старшие, — ответила ему девушка. — Не волнуйтесь, я скрыла вас силовым полем, учитель. Он не видел.       — Спасибо тебе, Оотани.       — Это вам спасибо, — на уставшем лице появилась улыбка.