Урок мироздания

— Оксана, какие вещие сны? — Валентина деланно рассмеялась, пытаясь свести всё это в шутку, хотя головой же понимала, что Амелина права. — Обычные! — неожиданно уверенно заявила Оксана, смотря на Валю в упор и совсем не разделяя её веселья. — Вы с Власовой целовались, это неоспоримый факт. И ведь не в первый раз мне снится то, что потом происходит. У Риты странная суперсила, она в халка ходячего превратилась, Майский носится, как в задницу ужаленный, Рогозина из кабинета не выходит, с чем бы это ни было связано… — Ладно-ладно, я верю тебе. — Антонова подняла руки, признавая своё поражение. — Хорошо, ты видишь вещие сны. «Девчонка смышлёная, ха», — отозвался голос внутри. «Ты можешь быть не таким ядовитым?» — с трудом сдержав порыв произнести это вслух, мысленно ответила Валентина. «А, то есть в сарказм Власовой мы влюбляемся, а я, видите ли, ядовитый?» — детектор, как его прозвала Валя, никак не унимался. Видимо, её собственное напряжение всё-таки транслировалось и на внутренний голос. «Мне её одной по уши», — возразила Антонова. «Влюбилась ты по уши, а сарказма много не бывает», — довольный собой, внутренний голос наконец-то успокоился. — Антонова! — крик Амелиной вывел Валю из внутреннего диалога. — А? Что? Ты чего кричишь? — Так до тебя иначе не достучаться. На совещание пошли, говорю, — Оксана уже стояла у выхода, нетерпеливо постукивая каблуком. — А, да, идём. Галя говорила, что сегодня обсудим произошедшее. Слишком много всего изменилось после взрыва. — И это правда, — согласилась Оксана, мерно вышагивая рядом с Валей. Ведь её вещие сны не так уж страшны, если подумать о том, что о новых способностях других они ещё явно не всё знают. Переговорная постепенно заполнялась сотрудниками. Оперативниками, экспертами, лаборантами, — всеми, кто в тот злополучный день оказался в здании Федеральной Экспертной Службы. — Давайте будем вести себя потише, — словно классная руководительница школьников, Галя повысила голос, привлекая всеобщее внимание. — Нас здесь слишком много, поэтому если каждый проявит уважение, то мы сможем добиться тишины. Слова полковника магическим образом подействовали на собравшихся, поэтому спустя несколько минут в переговорной, полной сотрудников, стало совсем беззвучно. Даже часы не тикали. Что, кстати говоря, только в эту секунду заметила Рогозина. «Интересно, когда это они остановились? Совпадает со временем взрыва… Надо будет сменить батарейку», — подумала Галина прежде, чем решилась заговорить. — Итак, все вы знаете, по какому поводу мы здесь собрались. Понимаю, всем после работы хочется домой, но чем быстрее мы перейдём к обсуждению, тем быстрее отправимся на отдых. — Какова была причина взрыва? — спросил кто-то из лаборантов. — В труп, доставленный в морг, было вшито взрывное устройство. Все входы в наше здание проверяются детекторами… кроме морга. Эта проблема уже устранена, к сожалению, после чрезвычайного происшествия. «Фу, какая она роботизированная. Мне её жалко», — раздалось в голове у Романа, который с непривычки снова обернулся, а после мысленно чертыхнулся. «Хватит так пугать. И вообще, что с ней такое?» «Мы ведь с тобой это обсуждали. У неё нет ауры. Потому что нет эмоций. Робот в коже, забыл мою высокоинтеллектуальную аналогию?» «Я не могу понять, почему», — мысленно возмутился Березин. «Естественно, у тебя интеллект ниже среднего!» «Чего?!» «Я про эмоциональный интеллект, боже, может, ты и правда кому-то передаришь свой дар, м?» — голос звучал совершенно счастливо, что шло врозь с его словами, но на это Рома отреагировал лишь улыбкой и сконцентрировал всё своё внимание на начальнице. — Мы пока не понимаем, что именно произошло… Тем не менее, думаю, каждый из вас заметил какие-то изменения в себе. Но для начала давайте послушаем экспертов. — Рогозина жестом указала на Тихонова и перевела на него взгляд. Иван, к своему же удивлению, отчего-то заволновался и уронил бумаги, секунду назад шелестящие в руках. — Да-да, секунду, — Тихонов наклонился за результатами экспертиз, дрожащими руками собрал их в кучу и поднялся, намереваясь всё-таки начать свой доклад. — Так вот, в целом, ничего нового я рассказать не могу… — Иван? — Галя, в удивлении сведя брови, тщательно смотрела на Тихонова. Вернее, на то место, где должен был стоять компьютерный гений. — Я так понимаю, твоё изменение — это умение стать невидимым? Спасибо за демонстрацию, но, пожалуйста, вернись обратно. Говорить с пустотой не очень комфортно. — К сожалению, я этим не у-управляю, — заикнувшись, попытался оправдаться Ваня. — Оно само. — Давай я, — Оксана заботливо взяла в руки бумаги. — Иван хотел сказать, что кроме лёгкого снотворного, мы ничего обнаружить всё-таки не смогли. Есть следы распада странного вещества, но воссоздать его первоначальную формулу, увы, невозможно. В крови большинства сотрудников обнаружены те же остаточные продукты, но ничего сделать с ними мы не можем. — По камерам наблюдения тоже чисто, — добавил Майский, почесав затылок. — Мы отследили весь путь: от места преступления до нашего морга… Конечно, есть участки, где машина покидает зону видимости, но скорость движения и моменты появления на следующих камерах говорят о том, что остановок не было. Возникла неловкая пауза, ведь каждый возлагал на экспертов определённые ожидания. Конечно, всегда хочется пойти по легчайшему пути. — Стоит добавить, что никто, кроме тех сотрудников, которые присутствовали непосредственно во время взрыва, не подвергся влиянию этого вещества, — решила разбавить тишину Антонова. — Я ведь правильно понимаю, что пришли все? — Рогозина окинула взглядом всех присутствующих, а после посмотрела в список, заранее составленный ею для сверки. — Кажется, так и есть, все двенадцать человек здесь. Предлагаю обсудить… Произошедшие в вашем организме изменения. Лично я не заметила каких-то особенностей, кроме бессонницы и потери аппетита. Но это вполне может объясниться стрессом, руководство сильно давит, — полковник первая поделилась своими ощущениями, что вызвало несколько облегчённых вздохов. — У меня получается двигать предметы, не прикасаясь к ним, — несмело заявил один из лаборантов, вспомнив случай с пробирками в морге. — Вот, смотрите, я даже научился это контролировать, — улыбнувшись, парень направил руки в сторону записной книжки Гали, и та сразу взлетела в воздух. — Спасибо… за наглядную демонстрацию, — Галя взяла в руки блокнот и сделала в нём несколько записей. «Рогозина — ничего». «Тихонов — невидимость». «Прокопенко — телекинез». — А я… Знаете, показывать лучше не буду, но если нужно что-то сжечь, то обращайтесь, это не проблема, — второй лаборант говорил ещё менее уверенно — ещё бы, когда на тебя смотрят больше десятка пар удивлённых глаз. Рогозина неслышно вздохнула и сделала ещё одну запись. «Цветков — пирокинез». — А я вижу возраст людей и количество их половых партнёров, — смущённо добавил совсем новый охранник — один из тех сержантов, что как раз заступили на дежурство в тот самый день. Галя поколебалась несколько минут, но всё же, для сохранности этой бесполезной информации в памяти, решила сделать запись. «Черненко — возраст и сексуальный стаж». «Как глупо звучит, надо же», — мысленно усмехнулась Рогозина, переводя взгляд на второго охранника. — У меня появилась способность видеть, чем болен человек, — заявил второй охранник. — Так я заметил, что у моей жены развивается опухоль, но она операбельная, врач сказал, что нам повезло. — Это действительно везение, что вы смогли заметить это на ранних стадиях, — Галя поддерживающе улыбнулась, а после сделала очередную короткую пометку. «Анисимов — болезни». — А я из дома на работу за секунду добираюсь. Телепортация, — гордо и самоуверенно продолжил третий охранник, будто у них здесь было соревнование по самым крутым сверхспособностям. — Интересно, — незаинтересованным автоматическим голосом ответила Рогозина, продолжая вести свой список. — Оксана, у тебя что? «Федянин — телепортация». — Кажется, мне снятся вещие сны… Не уверена, мне нужно проверить ещё несколько раз, чтобы окончательно в этом убедиться, — Амелина с трудом сдержала порыв обменяться взглядами с краснеющей Антоновой, но её смущение она почувствовала и без сверхспособности, как у Березина. — Понятно, ладно, дай знать, как проверишь эту теорию, — Рогозина перевела взгляд на лучшую подругу. — Валя? «Амелина — предсказание будущего». «Антонова — детектор лжи». — Определяю, врёт человек или говорит правду, — коротко ответила Валентина, словив на себе несколько удивлённых взглядов. — Полезное для нашей работы умение, — Галя слегка улыбнулась, пытаясь разрядить обстановку, а после взглянула на оставшихся оперативников. — Суперскорость, — ожидаемо быстро сообщил Майский. — Суперсила, — незаинтересованно поделилась Рита, размышляя только о том, как бы так ухитриться позвать Валю на свидание, чтобы получить согласие. — А я умею различать эмоциональный фон людей. Голос подсказывает мне, что они чувствуют и что нужно сделать, чтобы помочь справиться с эмоциями. — Роман искренне и доброжелательно улыбнулся, обменявшись взглядами с Оксаной, которую совсем недавно очень вовремя поддержал. Галя понимающе кивнула и, отвлёкшись на свои записи, не заметила, как с ней рядом снова появился Тихонов. «Майский — сверхскорость». «Власова — сверхсила». «Березин — эмоциональный фон». А Иван, между прочим, всё это время тревожно стоял рядом, не понимая, как ему включить свою видимость обратно. И в момент, когда Оксана перевела взгляд на другого мужчину, в нём лишь на секунду, но всё же вспыхнула злость… и от перемены эмоций он снова стал виден всем окружающим. — Но что нам со всем этим теперь делать? — взволнованно спросил лаборант. — Я не знаю, — честно ответила Рогозина, положив записную книжку на стол. — Я вас собрала для того, чтобы вы посмотрели друг на друга и поняли, что в этой ситуации вы не одни. Что есть люди, которые точно так же напуганы происходящим и тоже не знают, что им делать. Очень важно, чтобы каждый помнил, что он не один. Мы приложим все усилия, чтобы узнать, что всё-таки произошло, но установление причины не избавит нас от последствий… По переговорной прокатились обречённые вздохи. — Раз уж эти навыки и умения появились, значит, каждому из вас они были нужны. Принимайте эти новые части себя, учитесь жить в гармонии с ними. Все могут быть свободны, отдыхайте. — Рогозина покинула переговорную, уверенным шагом отправившись в свой кабинет. Валя успела только обернуться и гневно посмотреть на её быстро удаляющуюся спину. Обещала ведь, что поедет домой! — Тебя подвезти? — чарующий голос Риты сменил её эмоции, словно по щелчку.