Урок мироздания

— У тебя и правда столько неконтролируемой силы? — сдавленно прошептала Валя, чуть отстранившись от губ Власовой. — Что? — Рита, будто оглушенная этим поцелуем, совсем перестала понимать обращенную к ней речь. — Говорю, ты сейчас в стене сделаешь отпечаток в форме моего тела, — глаза Антоновой автоматически бегают по ошарашенному лицу Власовой в попытках найти там доказательства того, что она вот-вот засмеется. — Прости, я… Кое-как сложив два и два, Рита сделала шаг назад. Хотя отпускать Валечку ей совсем не хотелось, надо признаться. — Ничего, все в порядке, — Антонова отходит от стены и оценивающе осматривает испорченную картину. — Я не хотела, оно само, — попыталась оправдаться Рита, проследив за несколько встревоженным взглядом Вали. — Кажется, у нас есть такая же модульная картина, только с ночным видом… Ты знаешь, где она хранится? — Да, — несколько раз кивнув, Власова потихоньку начинает понимать суть вопроса. — Да, я заменю, заодно и трещину прикрою. — Да, я пойду… Неловко переступив с ноги на ногу, Маргарита быстро скрылась из виду, стараясь не пересекаться с ней взглядами. Валентине же ее смущение показалось бесконечно милым и даже приятным. Быстро схватив кружку с кофе, Валя резвым шагом направилась в морг. Пустота в голове была приятной, однако хватило ее ненадолго: удалось лишь переставить пробирки и сделать несколько простых экспертиз. Власова же на автопилоте добралась до одного из подсобных помещений, где и хранился второй набор модульной картины: с ночным видом на МГУ. Повесить ее на стену оказалось совсем нетрудно, поэтому уже через десять минут следы разрушений были тщательно замаскированы. Вешая на стену последний из блоков, Рита задумалась о том, как же так произошло, что ее давнее желание воплотилось в реальность? Нет, конечно, это было бы логично и даже закономерно, но если бы она сама заговорила с Валей. Позвала бы на свидание, делала бы комплименты, подарки и все такое прочее. Но факт того, что Антонова сама сделала первый шаг, да еще и так уверенно и твердо, начал вызывать в Рите подозрения. Поцеловать и загадочно сбежать — это, конечно, наверняка в духе Валечки, но Власова не была намерена оставить все просто так. В конце концов, не зря ведь они в ФЭС практически одни. Пока Маргарита уверенно шагала в сторону морга, к Вале неожиданно пришло осознание всего произошедшего, когда она свернула на экране рабочего компьютера окно с текущими экспертизами. — Господи, я сама воплотила в жизнь сон Амелиной! — инсайт пронесся в голове Антоновой настолько ошеломительно, что сдержать непроизвольную речь не получилось. — Зачем я только это сделала? — если бы Валентина говорила это не шепотом, то ее голос наверняка был бы испуганным и наполненным негодованием по отношению к самой себе. Ну надо же быть такой дурой? «Скажи еще, что тебе не понравилось», — озорно отозвался голос-детектор. — Понравилось, но речь же совсем не об этом! Это неправильно! «Но ты хочешь этого. Отношений с ней, поцелуев этих, секса, в конце концов», — безапелляционный ответ. — Почему я должна вдруг поверить тебе? Ты несешь полную чушь! — Антонова раздосадованно ударила рукой по столу. «Я говорю правду». «И мы оба это знаем. Признайся же себе, ну! Здесь никого нет, кроме меня». — Признаться в чем? В том, что Рита нравится мне, и я хочу, чтобы она была рядом? Что я давно думаю об этом, но боюсь, что она пошлет меня? Какого признания ты от меня ждешь? — Меня такое вполне устроит, — тихо отзывается Власова, стоя у двери и с полуулыбкой глядя на Валю. «Меня тоже», — проносится в голове Антоновой, которая, вздрогнув от неожиданности, поворачивается к незваной гостье. — Вот ведь хитрый уродец, а, — Валя злится и, недовольно выпустив воздух из легких, встает со стула. — Прости, я не тебе, — оправдывается она через пару секунд, глядя Рите в глаза, а после смущенно опускает взгляд. — Ты мне тоже нравишься, — Власова улыбается лишь краешком губ и, пока Валечка пытается понять, что это означает, подходит ближе, преодолев все расстояние между ними в несколько шагов. — Что? Я… это… — несвязно бормочет Валя, рефлекторно отходя назад и снова упираясь спиной в стену. — Помолчи, — Рита снова превращается в ту Власову, которую все знают, и целует Антонову требовательно и чуть грубовато, но этот поцелуй кажется Вале до того очаровательным, что она снова невольно стонет прямо в чужие губы.

***

Сотрудники с утра собираются чрезвычайно медленно: тянутся по одному, прямо как сыр на пицце. Лениво расписываются в журнале на проходной, сменяют напарников и закидываются крепким кофе в буфете. Рогозина бессменно сидит в своем кабинете, лишь предварительно переодев рубашку для отвода глаз. — Галочка, поехали по домам. — Только вот Антонову ей не обмануть. — Много работы, Валя, ты ведь понимаешь, с этими нашими происшествиями… — Рогозина разводит руками, мол, ничего не может поделать. — Есть что-то новое, кстати? — Нет, я планирую поговорить со всеми, кто был в ФЭС в момент взрыва… Ребята в лаборатории кое-что проверяют, думаю, ближе к вечеру ситуация может проясниться, — Галя делает пометки в блокноте, совсем не смотря на Валю. — Обсудишь это с кем-то? — Да, я бы даже хотела собрать совещание вечером. Со всеми сотрудниками, даже лаборантами. Приедешь? — Обязательно, и после этого лично отвезу тебя домой, — Антонова смотрит на нее самым строгим взглядом, который только может сейчас выдать. — Как скажешь, — Галя поднимает взгляд и кратко улыбается ей. Будь она внимательнее, то сразу заметила бы изменения в своей подруге. Но кроме бумаг Рогозиной сейчас совсем ничего не интересно. — Тогда до вечера, — Валя мягко улыбается ей, ставит на стол кружку с зеленым чаем и удаляется из кабинета. Уже на выходе из здания она сталкивается с бегущим Майским, который только чудом не сбил ее с ног. — Ой, Валечка, прости! Меня Оксана через телефон пытается убить, я пошел за чемоданчиком! Антонова и опомниться не успевает, как Сергей уже скрывается с ее глаз. Носятся как дети малые, честное слово. И чего это Амелина на выезде сегодня? Их с Ванькой обычно из лаборатории и палками не выгонишь.

***

На самом деле выезд Оксаны — идея Рогозиной. Судя по описанию местных полицейских, улик возле тела было бесчисленное множество. И это оказалось правдой, причем сильно преуменьшенной. — Все, больше никаких выездов! — Амелина ворчала всю дорогу, окончательно доводя Майского. — Ноги моей там больше не будет! — Обещаю, Оксана, больше я тебя с собой не возьму, — Сергей, неся в руках несколько ящиков с уликами, повернул в сторону лаборатории. — А я и не поеду! — Амелина, что было совсем на нее не похоже, сильно топала стройными ногами, направляясь в буфет. — Кофейку? — Антонова, вернувшаяся в ФЭС к вечернему совещанию, как раз наполняла свою кружку, когда вошла Оксана, разгневанная, как Зевс в мифах. — Ты меня спасешь, — выпуская вместе с воздухом свою злость, Амелина прикрыла глаза. — Я, конечно, просилась в поля, но не сразу же в этот Малиновск. Майский меня два раза чуть замуж не выдал! — И как же тебе удалось избежать этой участи? — смеясь, Валечка протянула ей кружку с кофе и подвинула тарелку с пирогом. — А по мне сильно видно, что мне кто-то нужен? Антонова рассмеялась еще сильнее, но, надо признаться, Оксану расслабил этот разговор. Сделав несколько глотков ароматного напитка, она перевела взгляд на стену и принялась разглядывать модульную картину. Это всегда ее успокаивало. — Господи! — через несколько минут неожиданно воскликнула она. — Вы с Ритой… — Оксана перевела вопрошающий взгляд на Валю. — О чем ты говоришь? — Антонова попыталась сделать вид, будто не понимает, о чем идет речь. — Вы целовались! — глаза Амелиной округлились еще сильнее. — Откуда ты… — Картина. Рита ведь пробила ее рукой, верно? — Валя в ответ лишь медленно кивнула, подтверждая догадки Оксаны. — Мне снятся вещие сны, — заключила она, напуганная своим же предположением. — Разве такое бывает?