Урок мироздания

Валя рефлекторно села на край стола — интересно, откуда у неё такие рефлексы? — и обняла Риту за шею, не желая разрывать поцелуй. Удивительно, но обычно напористая Власова сейчас была категорически спокойна и нежна, почти никак не отреагировав на очень даже откровенные объятия Антоновой. Только когда ногти Валентины аккуратно впились в плечи, Рита сообразила, наконец, что одними объятиями можно не ограничиваться. Её губы медленно продолжили дорожку из поцелуев вдоль скулы, плавно перебираясь на шею, а пальцы забрались под форменную рубашку, касаясь чуть дрожащей кожи. Одновременно с первым тихим стоном, сорвавшимся с губ Антоновой, в помещении раздался абсолютно бестактный в своей напускной тактичности кашель начальницы. Она стояла в дверях, делая вид, будто ей совсем нет дела до происходящего. — Брачные игрища оставьте за пределами работы, — прозвучало это исключительно рабочим и практически приказным тоном, — пожалуйста, — чуть мягче добавила Рогозина в конце, разворачиваясь в противоположную сторону. Рита рассмеялась, уткнувшись лицом в шею Вали и оставив напоследок несколько лёгких поцелуев. Как будто они могут компенсировать произошедшее. — Галя меня отчитает, как школьницу, — на выдохе произнесла Антонова, уже предвосхищая пламенные антиромантические речи, которые вскоре начнёт декламировать её давняя подруга. — Кружевной фартук наденешь или оставим его на вечер? — Боже, Власова, — Валя закатила глаза, звонко рассмеявшись и толкнув Риту в плечи, которые только что сама нетерпеливо сжимала. — Иди домой. — А ты? — Дежурство же моё, — Антонова грустно улыбнулась, встав со стола и проведя рукой по волосам. — Хочешь, я останусь? — неожиданно предложила Рита, аккуратно взяв Валю за руку, и это касание пальцами ощущалось куда интимнее, чем секс. — Сама-то хочешь? «Ой, а то ты не знаешь», — ворчливо заявил голос, о существовании которого Антонова умудрилась забыть за эти несколько минут. «Мне нужно услышать это от нее», — мгновенно ответила Валентина, стараясь заметить любое, даже самое незначительное, изменение на лице Маргариты. — Конечно, — искренне отвечает Власова. И Валя верит ей. Не потому, что в голове есть «детектор», определяющий где правда, а где ложь; не потому, что не видит ни намёка на враньё; и даже не потому, что сама влюблена по уши. Валя верит просто так. Ей больше не нужно проверять каждое чужое слово, потому что она знает: её действительно любят. Поразительно, что для этого открытия нужно было влезть в отношения с Ритой, но… Видимо, это только к лучшему.

***

Следующим утром Оксана так сильно зациклилась на своём откровенно страшном сне, что не заметила, как погрузилась в чреду бесконечных размышлений, которые привели её к одному только опозданию. Забежав в переговорную и прервав Рогозину на полуслове, Амелина взбудоражено воскликнула: — Мне приснился очень странный сон! — Оксана, это всё очень интересно, но давай отложим обсуждение твоих сновидений? Ненадолго, всего лишь проведём совещание, — с явным скепсисом в голосе предложила Рогозина, всем видом показывая, что абсолютно не видит никакого повода для смены темы разговора. — Завтра морг снова взорвётся! — выпалила Амелина, вновь привлекая к себе взгляды всех присутствующих. — Ты видела, как это произойдёт? — спросил Рома, вставая из-за стола и обнимая дрожащую Оксану за плечи. — Нет, не видела, но… Проблема даже не в этом, а в том, что… — Амелина замолкла, пытаясь подобрать правильные слова, но как правильно описать приснившийся ей бред? — Понимаете, всё повторится… Снова тот труп, взрыв, наши способности, как будто петля запустится с начала. — Ты хочешь сказать, что мы попали в какое-то подобие дня сурка? — неверяще спросила Рогозина, отказываясь понимать происходящее. — Если точно, то прошла ровно неделя, — меланхолично уточнил Данилов, уже не первый раз слышащий эту беседу паникёрши и Фомы Неверующего. — Ты… — Оксана грозно посмотрела на него, стремясь уничтожить взглядом. — Ты мне тоже снился, и я всем расскажу! — Да-да, я знаю про твой сон и желание «вывести» меня на чистую воду. Но, слушай, это вообще не имеет никакого значения, — Данилов махнул рукой, будто бы его совершенно не взволновала эта новость. — Не имеет значения то, что ты умеешь перемещаться во времени?! — Капитан Данилов, — строго проговорила его имя Рогозина, переводя на сотрудника суровый взгляд. — Во время взрыва я находился в лифте. Не успел покинуть пределы ФЭС, соответственно, мне тоже досталась сверхспособность, — пояснил Степан, явно утомлённый этими еженедельными пересказами. — Почему ты нам не сообщил об этом? — возмущённо спросила Рита, тут же почувствовав лёгкое прикосновение к колену — Валечка пыталась невербально успокоить её. — Да в этом вообще нет никакого смысла! Я уже что только не делал за эти недели. И говорил, и не говорил, и убеждал, и разубеждал… Не важно, знаете вы о моей способности или нет, финал всё равно одинаковый. В переговорной поднялся шум: каждый по-своему пытался прокомментировать мысль Данилова. — Он говорит правду, если вам это важно, — тихо сказала Антонова, но все тут же к ней прислушались. — По крайней мере, Стёпа искренне убеждён в том, что говорит. — Спасибо, — Данилов благодарно кивнул ей и снова оглядел всех присутствующих. — Я правда делал всё, но… Никакого результата. — А что нам, собственно, нужно сделать, чтобы выйти из этой петли? — задумчиво спросила Рита, глядя в сторону, будто бы вопрос был направлен в какое-то внешнее пространство, а не кому-то конкретному. — Как я понял, у каждого из нас есть какое-то задание, которое нужно выполнить за отведённую неделю. При этом нужно, чтобы абсолютно каждый со своим заданием справился. Поэтому первые несколько попыток мы даже не доходили до сна Оксаны, тормозя где-то в самом начале. — Что за задания? — спросила Галина Николаевна, открывая свой блокнот на чистой странице. — Я не понял до конца, но вам, очевидно, нельзя допустить смерти отца. Кстати, как я предполагаю, задания связаны друг с другом и, условно говоря, если ваш отец умирает, то задание Романа автоматически проваливается, — предположил Данилов, пытаясь подбирать самые менее окрашенные эмоционально слова. — Хорошо, а у меня какое задание? — фыркнув, спросил Майский и недоверчиво посмотрел на Степана. — Я не понял, честно. С тобой ни разу не возникало проблем, поэтому я не разбирался. А вот с Маргаритой было долго: надо было сделать так, чтобы преступник выжил, но это невозможно без возникновения отношений между Ритой и Валей, — подавив в себе желание съязвить по этому поводу, Стёпа с трудом договорил эту действительно отвратительную для него фразу до конца. — А у тебя-то самого какое задание? — спросила Валя, глядя на Данилова с некоторым сочувствием: все ведь знали, что он давно влюблён во Власову. — Этого я тоже не знаю. Скорее всего, моё задание тоже связано с вашими отношениями… Я не должен мешать. — То есть ты пытался мешать? — выгнув бровь, спросила Рита, незаметно потирая кулак под столом. — Естественно, я чего только не делал, но вы в итоге всё равно сходились, поэтому я решил оставить эту затею, — честно признался Данилов, к удивлению своему, не словив на себе осуждающих взглядов. — А ты пробовал рассказывать нам сразу после взрыва обо всём этом? — Конечно, много раз, но никогда вы не верили мне. — Может быть, имеет смысл записать видео? — предложил Тихонов, уже продумывающий как это всё можно было бы осуществить. — Это мы тоже делали, и ты потом же обвинял меня в высококачественном монтаже, так что давайте ещё варианты. — А если попробовать и видео записать, и письма накидать? Ну, почерковедческая экспертиза же даст однозначный результат… — задумчиво произнесла Оксана, прикидывая, поверила ли бы она в то, что Степан мог подделать каждое из этих писем. — Такого мы не пробовали, — признался Данилов, а через несколько секунд уверенно закивал. — Давайте попробуем, может и получится. — Значит, сейчас все расходимся, — начала Рогозина в попытке организовать вновь возникшую шумиху. — Каждый должен написать письмо, не только самому себе, но и с учётом, что этот текст прочитают абсолютно все. А после обеда соберёмся и обдумаем, как нам сделать видеозапись такой, чтобы сомнений не возникло в её подлинности. Сотрудники закивали, соглашаясь с предложенным планом, и быстро разошлись по всему зданию Федеральной Экспертной Службы.