7L

— апокалипсис? правда? я не хочу. ничего не хочу. — её голос дрожал, а руки держались за голову. сердце колотилось в груди. каждый стук был слышан в разуме. каждый вздох, всхлип, каждая мысль. всё ударялось о несуществующие стены чёрного пространства и эхом отзывалась в голове. чем хуже мысль, тем она быстрее проскакивала в мозгах. даже самые безумные мысли и идеи то и дело метались туда-сюда, будто не зная, куда же им деться. — не бойся, может ты будешь бесполезна. это звучало оскорбительно, хотя посыл этой фразы радовал Еву. стуки сердца стали реже. Чарли ушла, оставив её с мыслью о скором апокалипсисе. — да пожалуйста, мне абсолютно все равно. свали уже отсюда. — Серафима отвернулась от Чарли, которая уже изчезла из её разума. она сама не понимала всё равно ей или же она просто хочет быть как Чарли – безэмоциональной. возможно в глубине души она волновалась за происходящее, она не знала. её настоящие чувства и мысли уже давно закопаны где-то внутри. там, куда не доберётся она сама, там, откуда они никогда не выберутся и Серафима никогда не станет прежней. такой, какой она была до того как вырыла для них яму в своём тогда ещё человеческом разуме. она была ребёнком, да и сейчас спустя столько событий, до сих пор им является. Еня молчала. ей было нечего сказать. она думала что это сон, что она медленно погружается в очередное сновидение, где ей снова приснится очередной скучный бред, который она забудет сразу после пробуждения. или же что-то в течении дня напомнит ей о происходящем во сне, ведь раз за разом ей снилось одно и тоже – она сама. — тебе нужна моя помощь с апокалипсисом? — Джеймс почувствовал свою важность. редко в своей и так отличной жизни он чувствовал себя как-то иначе, нежели обычно. сейчас же это не жизнь, рядом нет ни отца, ни сестры. плевать на них. Джеймс был практически никем на её фоне, а ведь они практически одно и тоже... что ж. ей просто повезло. — пока что нет, но может быть... — пока Чарли медленно произносила эти слова Джеймс улыбнулся. — понятно. — Мису всё ещё была в шоке от происходящего. в очередной раз пытаясь скрыть своё волнение улыбкой она начала тихо смеяться. зачастую её тревога не давала ей уснуть ночами, не выпускала из квартиры, запираю Мису в её собственной комнате, которая вскоре превратилась в клетку, ведь за её пределами Мису не выживет. там страшно. там опасно. неизвестность пугает. именно поэтому она так боялась смерти. побывав почти в каждом разуме, Чарли решила что этого будет достаточно для её планов. Ева думала о том, кого может убить апокалипсис. ей было страшно. она ещё не знает о том, что существовала в другой реальности. там, где давно мертва. она не любит смерть и убийства. насколько бы плохим человеком не была жертва... никто такого не заслуживает. она знает что будет винить себя когда это начнётся. она знает что ничего не изменит. знает что не в силах ни на что повлиять. но на неё уже легла эта ответственность. легла тогда, когда она решила взять в руки иглу. Чарли просто ужасна с её идеями об идеальном мире. Энди снова предложила погулять. даже разрешила Чарли пойти. — удивительно, я думал она тебя ненавидит — Ник собирался на прогулку пока Чарли уже стояла у двери и ждала его, незаметно положив нож в карман штанов. ничего странного, обычная прогулка. ходят, общаются. точнее Ник опять говорит обо всём с Энди, а Чарли идёт и слушает... наверное. Чарли скорее сидит в разуме и думает только о том, что выжно ей. думает об апокалипсисе, телах, которые для неё стали живыми оружиями. думает о том, что помнит об этом мире. она слишком мало его изучила. думает и о людях, не о тех ужасных людях, которых она уже привыкла уничтожать ради счастья остальных. они другие. внезапно чувствует что кто-то схватил её за воротник фиолетового свитера. — как же ты меня бесишь! ничего не делаешь, ничего не говоришь, так зачем ты существуешь вообще? — Энди смотрела на Чарли глазами, полными гнева. Чарли смотрела на Энди глазами, которые ничего не выражали. возможно она и права. Чарли молчала, всё ещё размышляя о тех, ради кого всё это. ради мира или же ради живущих в нём людей? Энди кинула её на землю. Ник просто смотрел, может быть он просто был слишком пугливым для того чтобы поддержать... Энди. теперь Чарли смотрела всё тем же пустым взглядом, но теперь уже с земли. её свитер и волосы были испачканы. Энди подошла чтобы ударить Чарли ногой, но тут же отлетела назад и упала на асфальт. голову пронзила резкая боль, что была намного сильнее чем та, что разнеслась по всему её телу. тьма. фиолетовые глаза смотрели на находивщуюся без сознания Энди и на уходящего домой по какой-то причине Ника. вдруг тело осветил голубой свет и в грудь Энди вонзился нож. человеческое тело Чарли оказывается было повреждено в некоторых местах. ну и хрупкие же люди. ей повезло что кому-то из тел плевать на внешние повреждения и ничего страшного что Чарли воспользовалась этим без разрешения, всё-таки они всего лишь тела. может тела способны получать контроль, но только тогда, когда это будет нужно Чарли. они всего лишь тела, всего лишь оружие, всего лишь способ добиться чего-то. да, они не люди, но кто тогда? они выше людей? или ниже? они "один"? или всё же "три"? это не важно и их жизни не важны. семь грешных ничтожеств это заслужили. будь они людьми умерли бы в апокалипсисе. радоватся должны что оружиями стали. — и зачем ты здесь? сказала же, свали. — обычно расхаживающая туда-сюда Серафима заметила Чарли, что внезапно прибыла в её разум. — я хочу предложить тебе кое-что. Серафима насторожилась и остановилась, повернувшись к Чарли лицом. её сердце заколотилось так, что им обеим были слышны его частые удары. — и что же? — она скрестила руки на груди и посмотрела на Чарли настолько свысока, насколько возможно – всё же Серафима была довольно низкой, даже для её возраста. она пригладила свои короткие тёмные волосы и поправила съехавший на бок ярко жёлтый бантик. — сделку. я даю тебе силы, а ты помогаешь мне уничтожить последствия апокалипсиса. — для Чарли это звучало выгодно. Серафима в недоумении взглянула в её глаза. — чего? ты серьезно? ты хоть знаешь что значит "сделка"? — Серафима закатила глаза — и что я по-твоему с этого получу? — ты не понимаешь? — Чарли по-настоящему свысока посмотрела на Серафиму. — я позволила тебе жить. если бы не я ты бы так и осталась ничтожным грешником и сгнила бы в апокалипсисе. да кто ты такая чтобы что-то мне говорить об этом? — с каждым сказанным словом улыбка на лице Чарли становилась ужаснее и ужаснее, казалось что ещё немного и её руки, по которым текут кровавые струйки сомкнутся на тонкой шее Серафимы. та отшатнулась. её вот-вот стошнит от застрявшего в горле чувства. чувства, что она не испытывала уже очень давно. чувства, что годами съедало её изнутри и не давало спокойно жить. причина её ненависти. причина её страданий. — говоришь совсем как моя мать. — скрепя зубами, преодолевая нарастающий ужас проговорила Серафима и тут же упала на колени. окончание фразы прервал внезапно возникший в пустоте смешок. — а знаешь что самое забавное? — Серафима, перекрывающая рот рукой и смотрящая в чёрный пол испуганно устремила свой взгляд наверх, прямо в серые глаза Чарли. — она мертва. — Серафиму вырвало голубой жидкостью, она же и полилась у неё из глаз. Чарли ушла, оставив Серафиму наедине со всеми ужасными мыслями, что находились в её голове. смешиваясь с рыданиями они эхом отзывались всё в том же, уже ненавистном чёрном разуме.