BABYDOLL

Тимоти

      — Быстрей, Тим, опоздаем.             Питер бегал вокруг дивана и искал свои трусы после прошлой вечеринки. Моему другу никогда не везло с девушками, с распитием спиртного и с поведением на вечеринках. Отключиться на середине веселья и остаться после этого раздетым и униженным для него было нормой. Но видимо ему нравилась такая жизнь, ибо он мог позволить себе все.              Он проходил практику в полицейском участке, а я лишь заканчивал свою учебу на факультете журналистики.             — Где эти чертовы трусы?             Они оказались в мусорных мешках и ему пришлось взять мои. Мы спешили на собрание, на наше братское собрание, которое устраивалось каждое воскресенье нашим другом Энтони.             Энтони и Питер вместе учились в школе и поступили в один и тот же университет, как я с ними познакомился? Очень просто: я приехал в Финикс четыре года назад и по объявлению нашел комнату, которую снял у этих двух разгильдяев.             Собрание братства проходило в кампусе у девушки Энтони, она разрешала ему приходить к ним и устраивать такие сборища, а вопросами недели была наша недавняя вражда с представителями высшего круга, у них была одна цель, уничтожить принципы и правила, что позволяли нам, учиться и получать стипендию в высшей школе, в элитном заведении.             Мы не позволим этим бомжам расхаживать по нашим коридорам, есть нашу еду и сидеть вместе с нами за одним столом.             Но директору было наплевать на нас, на нашу маленькую войну, он получал деньги с богачей и должен был держать язык за зубами, иначе комитету придется откопать на него давний компромат.             Дурдом одним словом.             Пока мы с Питером ехали к Энтони, он придумывал новую вечеринку. Каждую неделю мы устраивали вечеринку и это, если честно, немного надоедало. Я уходил в кафе и учился там, пока гостиная Питера была заполнена его подружками и дешевым бухлом.             — Наконец-то, — Энтони делает нам замечание и начинает свою речь. — Все знают, что высшее общество готово растоптать нас, уничтожить. Мы не позволим им потакать нами, командовать, никто не сможет нас унизить или убрать с того пути, по которому мы идем. Они прислали нам сообщение, — он вынимает большой лист, на котором было написано «Покончим с этим» дата и время.             Я не лез в эту передрягу, мне итак хватало проблем. В прошлом году я устроил пожар в кабинете химии, хотя меня не должно было быть там.             — Пойдем, Тимоти, мне нужно сильно напиться и перекусить, — Питер хлопает меня по плечу и мы заходим в бар.             — Это будет моя последняя вечеринка, Питер, потом я уеду. На этом хватит.             — Эй, эй, не унывай, Тимоти, ты готов всю жизнь провести с книжками в руках и подчиняться какому-то жирному придурку? Жизнь одна, она полна приключений. Найди себе новое увлечение.             Я забежал в универ и захватил несколько книг по литературе. Вечером, пока друга не было дома, я рассматривал новые возможности переезда, на время моей практики.             Всю неделю я старался быть на стороне от ссор между ребятами и был поглощен в учебу. Но в воскресенье все изменилось, когда я встретил ее.             — Сегодня мы устроим масштабную вечеринку, ну а потом, явимся на суд, где будем карать этих богатеньких сосунков.             Крики и вопли послышались по всему двору от речи Энтони.             — Тимоти, ты присоединишься к нам?             — У меня есть выбор?             — Не думаю.             — Значит присоединюсь.             Единственная причина, по которой я не лез во все это была моя, так скажем, страсть к наказанию. Мне нравилось, когда я причинял боль остальным, и это меня пугало. Я был чудовищем. Монстром.             — Кто это?             Питер кому-то машет и ему помахали в ответ две девушки. Я заметил блондинку в толпе. Она шла со своей подругой к нам.             — Привет, я Беттани, а это Ева.             — Очень приятно, я рад, что вы пришли на мою вечеринку, налить вам чего-нибудь?             — Пива будет достаточно.             Питер старался ухаживать за Беттани, пока Ева стояла рядом и чувствовала себя неловко.             — Я Тимоти, — я протягиваю ей свою руку, поколебавшись немного, она сжимает мою руку своими холодными пальцами.             — Очень приятно.             Я не знал с чего начать, поэтому решил задать самый тупой вопрос.             — Ты учишься? То есть…             — Училась, до недавнего времени, мне пришлось бросить учебу.             — И чем же ты занимаешься теперь?             — Рисую.             — Так значит ты художница?             — Вроде того. У меня состоится выставка через два дня, если захочешь посмотреть на мою мазню, приходи.             Ее щеки стали розоветь, от неловкости она отвела свой взгляд. И я мог рассмотреть ее. Кем бы она не была, она была не из тех людей, что любили такие тусовки. И в этом я почти ее понимал.              Мы решили уединиться и поговорить обо всем, это был единственный трезвый человек в этой шумихе, кто здраво мог мыслить и мог рассуждать со мной и говорить на любые темы.             — Если честно, то я пытаюсь просто сбежать из этого места. Я устроился в автомастерскую и теперь могу позволить себе куда больше, чем просто комната. Ребята хорошие, но, с кое-какими тараканами в голове.             — Да, я слышала что-то подобное от Бетт. Она говорила что у вас какие-то перепалки с парнями из Волледж стрит.             — Да. Слухи быстро разносятся.             — А как же полиция?             — Им наплевать. После инцидента с парнем они больше не трогают нас. Мы слышим их свисток и сирены и все на этом. Однажды нас как-то облили краской, но это так, плюс к нашему развлечению.             — Ого.             — Да, зрелище не из приятных.              Я слышу голос Энтони, он шел к машине, а за ним шли толпы людей.             — Братья, пришло время.             Питер находит меня своими пьяными глазами и кивает головой в сторону машины.             — Ну, кажется мне пора.             Но рука Евы останавливает меня. Кажется она сама не ожидала такого жеста и отпускает руку.             — Тебе ведь необязательно туда идти.             — Нет.             — Так не иди. У каждого есть выбор, ведь так?             Ее слова заставили меня остановиться и стоять на твердых ногах. Ее глаза посылали мне сигнал и говорили оставаться здесь, не ходить, будто для меня это было предупреждением.             — Сбежим? — предлагаю я.             — Я думала ты никогда не предложишь.             Я ставлю бутылку пива на край скамейки и хватаю за руку Евы. Мы побежали к задним воротам, которые вели прямо на поле. Мы продолжали бежать и наконец остановились рядом с водонапорной башней.             Залезаем по лестнице прямо на крышу и устраиваемся на нем, держась за перила.             — Здесь красиво.             — Да, и у меня есть кое-что, — она достает из кармана два шоколадных батончика.-Угощайся.             — Спасибо.             Мы говорили и говорили, пока совсем не стемнело.              — Я тебя провожу.             — НЕТ.             Ее резкий голос вызвал дрожь по всему моему телу.             — Прости.             — Ничего.             — Я сама дойду, все хорошо.             — Ладно.             — Спасибо за вечер, Тимоти, — она протягивает свою руку для пожатия, но я притягиваю ее к себе и целую в щеку.             — И тебе.             Она улыбается и делает шаг назад.             — Ну…я…я пошла.             — До скорой встречи! — кричу ей в след.             — До скорой встречи, Тимоти.             Это была наша последняя встреча. Увы, больше я ее никогда не видел.