твое имя на моих губах

альбедо был перфекционистом. ужасным перфекционистом — все, что он делал, он доводил до конца и делал это прекрасно; все, что он брал, обязательно возвращалось на место в идеальном состоянии. все, что нужно было алхимику — это сплошной перфекционизм и тишина с порядком. вот только этот перфекционизм и привел альбедо к такому состоянию, что он весь заплаканный утыкался в плечо итера, сминая в пальцах темную футболку путешественника, что утешительно прижимал алхимика к себе и гладил по спине, шепча успокаивающие слова. — ну тише, бедо, тише, — парень с косой за спиной медленно встал, поднимая и своего парня, — это ведь просто один-единственный неудачный реактив. не стоит так срываться, — златовласый парень усадил алхимика в кресло, кутая в плед и слыша полувздохи-полувсхлипы, — тише, мальчик, тише. сейчас я принесу твой чай и выслушаю тебя. а потом мы пойдем спать. альбедо тяжело вздохнул, подавляя желание вновь расплакаться. неудавшийся опыт, долг по тейватскому, на который альбедо уделял не особо много времени, недосып из-за предстоящих экзаменов, незаконченная в срок картина… все это надавило на обычно спокойного альбедо, заставляя выплеснуть все то, что скрывалось внутри. наверное алхимик так ушел в себя, пряча нос в пледе, что совсем не заметил, как итер сунул теплую кружку с душистым чаем, от которого был слышен медовый аромат. сам же путешественник устроился рядом, вновь затаскивая в обьятия. — солнышко мое, что же ты так. мог же попросить моей помощи, — итер мягко провел пальцами по щеке, где застыли дорожки слез, — ты нас так напугал, что даже кейя оторвался от своего вечного флирта с дилюком. альбедо на это тихо хихикнул, ложась на плечо итера и отдаваясь приятным движениям в волосах, куда уже скользнули теплые пальцы. кружка наполовину опустела и итер легко забрал ее из ослабевших пальцев сонного алхимика, что уже успокоился. путешественник аккуратно поставил ее на столик рядом, поудобнее усаживаясь и укладывая тихо сопящего альбедо к себе на колени. нежно перебирая пряди пепельных волос, итер со всей своей любовью заботой смотрел на спящего художника. свиду и не скажешь, что именно этот человек изменил всю жизнь путешественника, внося заботу и любовь в тусклую жизнь, раскрашивая ее красками всех оттенков. итер и не заметил, как сам заснул.