Вишневый турнир

      — Гарри, — его встретил мистер Уизли и обнял. — Рад тебя видеть.       Они прошли в дом к столу: семья уже собралась, но не в полном составе. Старшие братья уехали, кроме Перси — он готовился к поступлению в университет, поэтому на праздничном ужине не задержался и убежал к себе в комнату. Рон сидел смущенный в новом красном свитере от мамы с желтой буквой «Р», а рядом улыбалась Гермиона. Гарри посадили с друзьями и поставили тарелку.       — Классный свитер, — с легким сарказмом заметил Поттер. Рон закатил глаза.       Тарелка наполнилась спагетти с гуляшом. Гарри заметил, что Уизли любят курицу, потому что ни один праздник без нее не обходился. В любящей и дружелюбной обстановке Поттер снова фантазировал, что вернулся домой после победы. Он старался не вспоминать недавние события, которые могли омрачить весь Вишневый турнир.       Смущенные переглядки Рона и Гермионы вызывали в нем зависть и ревность. Рядом с влюбленными он чувствовал себя третьим лишним, но не подавал виду, чтобы не портить другу праздник. Не хотелось бы, чтобы кто-то влезал в их дружбу с Роном, но приходилось мириться. Рано или поздно у Гарри тоже кто-нибудь появится, и их компания вырастет.       — А это от Гарри, — прочитал Рон и улыбнулся другу. Он держал в руках прямоугольный сверток в оберточной бумаге. Поттеру не хватило терпения красиво запаковать подарок, поэтому в некоторых местах виднелись дырки и складки, но Рона это не смутило. Едва ли он замечал подобные мелочи.       Клочки бумаги полетели на пол.       — Наша команда, — сказал Рон, рассматривая фотографию в рамке. Тут он немного погрустнел. — Жаль, что на ней нет тебя.       — Зато я всегда тут, — и Гарри ткнул друга в сердце.       Рон захохотал. Тут к ним подсели близнецы и выхватили у брата рамку.       — Извини, Рон. Мы такие красавцы, что все внимание перетягиваем на себя, — сказали они хором.       — Гарри, тебе надо было печатать фотку без нас, — добавил Джордж и подмигнул.       Гермиона забрала у них фотографию и похвалила выбор Гарри. Когда Рон развернул подарок своей девушки, на лице появилось кислое выражение лица, будто он отравился. В руках он держал ежедневник.       — Очень мило, — сказал Рон, заставляя себя улыбаться. — Положу его на полку к остальным.       — Рон, — возмутилась Гермиона, но сделала пару вдохов и смягчилась. — Ты же капитан команды. Тебе нужно продумывать стратегию, общаться с другими школами и командами по поводу выездов. У вас же нет ни менеджера, ни тренера. Вся работа висит на тебе, а ежедневник поможет не потеряться в ворохе информации.       Но Рон не выглядел воодушевленным. Гарри едва сдерживал смех, наблюдая за их перебранкой. Гермионе еще предстоит научиться подбирать подарки для своего парня, если они не расстанутся. Как они вообще начали встречаться? Чем Рон ее покорил? Как много вопросов, и так мало ответов.       Джинни сидела рядом, но весь вечер молчала, поэтому когда она попросила сок, Гарри чуть не подпрыгнул от неожиданности. Гермиона странно на них посмотрела. После ужина она отвела Гарри в сторону.       — Ты заметил, как Джинни на тебя смотрит?       Поттер с сомнением повернулся и увидел, как сестра Рона покраснела и отвела взгляд, после чего убежала на кухню, чуть не споткнувшись.       — Как она смотрит? — не понимал Гарри.       Гермиона вздохнула.       — Все вы, мальчишки, слепые. Она в тебя влюбилась.       Гарри покраснел. Он взглянул в ту сторону, где скрылась Джинни, думая, что лучше бы он этого не знал.       — И что теперь делать?       — Она тебе нравится?       — Она же маленькая, — возмутился Гарри.       — Джинни на год младше нас. Не такая уж и маленькая.       — О чем болтаете? — вклинился Рон, и Гарри благодарно ему улыбнулся. Но друг даже не понял, за что.       Праздник подошел к концу. Гарри так объелся, что не хотел даже из-за стола вставать, но пора было домой. Его еще раз поздравили с победой в первом туре, а он в ответ обнял всех и попрощался. Теплый дом выпустил его в мартовский холод. Гарри вдохнул свежий воздух и поплелся к автобусной остановке, зная, что если пойдет пешком — его стошнит. Под ногами неприятно чавкало от недельных дождей. Он поежился от порыва ветра, радуясь, что небо не окатило его ледяной водой.       В школе Поттер встретил Стивена — челюсть была перемотана. Значит, Кевина тоже выписали из больницы. Интересно, придут ли они на тренировку? После учебы они шли с Карлом в спортзал и болтали о пустяках. У кабинета старшего тренера они снова столкнулись со Стивеном и Кевином, стоящими у разных стен. Карл тут же поздоровался с другом.       — Ты как?       — Жутко чешется, — улыбнулся Кевин, показывая на руку. — В апреле уже снимут гипс, если нормально будет заживать.       — А ты как? — с усмешкой спросил Карл, поворачиваясь к Стивену.       Тот нахмурился — из-за сломанной челюсти он не мог говорить. Гарри и Карл пожелали Кевину удачи и пошли в раздевалку. После тренировки слизеринцы обсуждали ситуацию.       — Парней заставили писать объяснительные, — сказал Забини. — Всем занесли в личное дело участие в драке.       Драко сжимал кулаки от ярости. Гарри считал несправедливым, что Кевин заступился за девушку, а теперь его репутация запятналась из-за этого. Консервам плевать — у них личные дела лопались от замечаний и выговоров. Малфой взял телефон и вышел.       На следующий день Гарри шел после учебы мимо летнего школьного стадиона и заметил трое парней — он узнал Драко и Консервы. Поттер испугался, что Джона и Бретт снова влезут в драку, поэтому подошел ближе. Парни не видели его из-за кустов и деревьев.       — Драко, пожалуйста, — просил Джона таким непривычно жалобным голосом.       Гарри замер, удивляясь, с чего бы им о чем-то просить. Драко стоял к нему спиной.       — Что вы там говорили про Панси и Кевина?       — Ничего, — сказал Джона. — Это все Стивен. Он нам приказал тебя доставать.       От зловещего голоса Малфоя у Гарри пробежали мурашки по спине: он точно не хотел оказаться на их месте.       — Малфои — одна из самых уважаемых семей в городе, и вы, кретины, не имеете права вякать и указывать, что мне или моему отцу делать, — Драко на миг потерял самообладание. — Может, вы тоже поговорите со своими родителями и попросите их разбогатеть?       Консервы молчали.       — Поступим следующим образом, — елейно протянул Драко. — Я уничтожу компании ваших семей. У тебя, Джона, сеть кофеен? А у тебя два цветочных?       — Драко…       — Молчать, — голос перестал быть притворно-доброжелательным. — Вы уже достаточно наговорили. Я думал, что школа примет меры в отношении вас, но приходится все брать в свои руки.       — Пожалуйста, — взмолился Бретт. — Мы сделаем все, что скажешь.       — Тогда деритесь, — сказал Драко.       Консервы переглянулись.       — Я оставлю бизнес тому, кто победит.       Гарри наблюдал за парнями с нарастающим беспокойством — вот и случилось то, чего он боялся. Их команда распадется, турнир они не выиграют, и Драко переедет в другой город. Он судорожно думал, что предпринять и как остановить это, пока парни начали драться. Сначала они били неуверенно, но Малфой их подстрекал.       Джона схватил Бретта за живот и сдавил, а Бретт колотил его спине. Гарри не мог видеть выражения лица Малфоя, гадая, получает ли он удовольствие от драки. Все катилось в преисподнюю: месяцы тренировок, подработки, учеба. Надо было оставаться в Гриффиндоре — пусть у них и возникали проблемы, но они не дрались.       — Драко, — Гарри вышел из-за кустов.       Малфой дернулся. Консервы не обращали внимания или не заметили нового наблюдателя: они били друг друга, кусали, валили на землю. Гарри не мог смотреть на это спокойно. Он не знал, что говорить.       — Зачем пришел?       — Драко, — повторил Поттер. — Прекрати. Ты уже все доказал.       Малфой повернулся: его лицо побледнело, скулы заострились, а глаза потемнели. Он рассматривал Гарри, пока не решил что-то для себя. Драко ухмыльнулся.       — Если нет, что ты мне сделаешь?       — Не знаю, — признался Гарри, сжимая кулаки. — Просто прекрати это.       — Почему?       — Ты не такой.       Драко чуть ли не засмеялся.       — Да что ты вообще знаешь про меня, Поттер? — он улыбался. — Разочарован, что я не оправдал твои ожидания? Думал, я добрый принц на белом коне, который помогает тебе с учебой и тренировками? — Драко поправил шарф и посмотрел в сторону. — Я ничего не делаю без выгоды для себя.       Малфой отвернулся.       — И я не прощу никого, кто тронет моих друзей.       У Гарри пересохло во рту. Он еще надеялся остановить Драко, но не знал как. Поттер и правда не ожидал, что Малфой окажется таким жестоким.       Бретт сильно ударил Джону в лицо, и у того изо рта вылетела кровь. Их лица поплыли от синяков и припухлостей. Гарри посмотрел на спину Малфоя, облаченную в кашемировое пальто, и развернулся. Когда он отдалился на небольшое расстояние, то услышал ленивое:       — Достаточно.       Но Поттер больше не поворачивался.       С этого дня на ночные тренировки Драко не приходил, а Гарри его и не звал. Он игнорировал Малфоя, но на площадке оставлял обиды. Поттер ожидал, что Консервы вылетят из команды, но все они остались и послушно ходили. Тренер спросил их про синяки на лице, и те соврали, что на них напал вор. Диггори им не поверил. Гарри не собирался сдавать Малфоя, но и прощать тоже не хотел. Ему казалось, что Драко изменился за год, но он всегда оставался прежним — самовлюбленным, заносчивым и жестоким.       Гарри продолжал общаться с друзьями Драко, уже считая их и своими друзьями. Он догадывался, что если они вступят в открытый конфликт, то слизеринцы от него отвернутся. Но он и не собирался выяснять отношения. Нечего было и думать, что они с Малфоем станут друзьями. Будут держать дистанцию, как и раньше.       Однажды Карл и Гарри зашли в столовую и хотели встать в очередь, но тут увидели Кевина. Он подошел к друзьям и пригласил их в кафе. Пятый посмотрел на Поттера.       — Хорошо, — согласился Гарри.       Теперь школьные обеды проходили в компании Малфоя. Драко скривился, когда увидел Гарри и Карла, но ничего не сказал. Поттер подсчитал в уме накопления и решил откладывать на сумку чуть меньше, чтобы хватало на обеды.       — Я так скоро левшой стану, — пожаловался Кевин, беря ложку. Он засунул ее под гипс и почесал.       — Дрочишь тоже левой? — спросил Томас.       Панси покраснела и Гарри тоже. Не то, чтобы он не обсуждал с друзьями секс, но все равно не мог думать о нем без смущения. Гарри вспомнил красное лицо Джинни и закашлялся соком.       — Ты чего? — спросил Карл.       — Представляет себя с кем-то, — пошутил Томас. Кевин больше не участвовал в подобных шутках.       После обеда они разошлись по классам. Остальные занятия пролетели незаметно. Учеба закончилась, и Гарри отправился на подработку, заглянув на несколько адресов и собрав шесть собак разных размеров и шерстистости. Подобные прогулки повышали настроение: так приятно было наблюдать за маленькими песиками, весело гавкающими. Раньше он путался в поводках, но потом приобрел специальную рулетку, и гулять стало проще.       Мимо прошел человек в черном, и Гарри развернулся: профессор Снейп выгуливал Бродягу.       — Здравствуйте, — Поттер тут же перестроил маршрут.       Профессор скривился.       — Подружились с песиком?       — Да, — коротко ответил Снейп. — Ваш совет, как ни странно, сработал. Хоть в чем-то вы смыслите, Поттер.       — Я рад, — признался Гарри. — И еще в волейболе.       — Этим можно гордиться, — сказал Снейп с сарказмом.       У Гарри так накипело на душе, он хотел с кем-то поделиться переживаниями, но Рон бы его точно не понял, так как речь шла о Малфое, а для него Драко однозначно злодей. Гермиона не знает всей ситуации, поэтому долго объяснять. Да и она такая правильная, что займет позицию — нет насилию, забудь о нем и подобное. Можно поговорить с Карлом или Кевином — они лучше всего знают Малфоя, но стоит ли им рассказывать про поступок Драко? Знают ли они о подобной стороне друга?       Они шли в тишине. Гарри чувствовал, что Снейп хочет от него избавиться, но не мог остановиться.       — Можно спросить у вас совет?       Профессор молча посмотрел на подростка.       — Вы же не отстанете, — вздохнул он. — Спрашивайте. Только быстро — мне еще в магазин нужно заглянуть.       Гарри постарался подобрать слова, чтобы не рассказать слишком много.       — Представьте, если человек, с которым вы хотите подружиться, творит что-то… неправильное. И он не чувствует раскаяния, не извиняется. Вы бы стали с ним и дальше общаться?       — Люди такие, какие они есть. Чего вы ждете от этого человека?       — Ничего. Хочу узнать его поближе.       — И изменить в нем то, что вам не нравится?       Гарри возмутился.       — Я знаю, что он притворяется плохим. Боится подпускать к себе людей.       — Это он вам так сказал?       — Нет, но это видно.       — И вы, как истинный герой, хотите его спасти от самого себя?       — Нет, — Гарри покраснел. — Или может быть…       Они остановились около магазина. Собаки нетерпеливо залаяли, требуя продолжить прогулку. Бродяга снюхался с ними, желая поиграть, но Снейп потянул его к себе.       — На этом все, мистер Поттер. Мне пора.       Гарри вздохнул. После разговора с профессором он еще больше запутался, так как ситуация в корне поменялась. Получалось, что Поттер лез не в свое дело, как ему часто говорил Малфой. Мог ли Гарри принять эту сторону Драко?       Близился второй тур. Тетя Петунья почти не глядя поставила подпись на разрешении. Дядя Вернон не одобрял новых методов воспитания племянника, но молчал. Ему стало лучше, и он ходил по дому, согнувшись. Тетя Петунья по вечерам вязала на продажу, так как дядя пока не мог работать, а деньги им нужны.       В ночь перед поездкой Гарри не мог уснуть: когда он закрывал глаза, то всплывали неясные видения, где он оставался один на площадке, так как вся команда распалась. В него летели мячи нескончаемым потоком, а он не мог ни один принять. В итоге сон заканчивался тем, что один из мячей превращался в змею и душил его, а над ним зависало белое лицо Малфоя и шептало: «достаточно».       И снова они ехали в Лестер. На турнире осталось шестнадцать команд, поэтому второй тур не затянется на день. Гарри проспал всю дорогу, но при пробуждении чувствовал себя разбитым, а не выспавшимся. Он шел за остальными, еле переставляя ноги. Шея болела от неудобной позы.       Они снова играли одними из последних. Их противником была команда Бундимун. На площадку соперники вышли в желто-зеленой форме, а слизеринцы облачились в черно-зеленую. Гарри чувствовал, что кроссовки становятся тесными — ноги растут. Летом придется покупать новые.       «Я куплю когда-нибудь спортивную сумку?» — простонал про себя Поттер, разминаясь. Его состояние улучшилось, а перед игрой снова появился ажиотаж и желание побеждать, задвигая на задний план легкую усталость.       Второй тур оказался с самого начала сложнее: соперники играли лучше, чем Крильмар. После первой проигранной партии команда обсуждала тактику.       — У них сильный связующий, — сказал Драко.       — Он хорошо чувствует обстановку, — согласился Карл. — Точно не первый год играет.       — Что будем делать? — спросил Гарри. Ему не понравилось, когда Малфой посмотрел на него. Он всем телом ощущал, что сейчас на него нападут с остротой, но ничего не произошло.       Капитан оглядел команду и вынес решение:       — Пока играем, как раньше. Ищем слабые стороны.       Вторая партия снова закончилась проигрышем. Слизеринцы начали паниковать, но тренер не спешил им на помощь. Гарри подумал, что он учит их самостоятельности, но все равно рискованно давать им столько свободы. Если они проиграют эту партию, турнир закончится. Поттером овладела паника. Он сжал дрожащие пальцы, ощущая, как энергия уходит из него через пол. Гарри повернулся и столкнулся взглядом со связующим соперников — тот пил воду.       — Заметили, что он почти не двигается? — спросил Карл. — Бережет энергию.       — Он так вспотел после второй партии, — согласился Драко. — До четвертой он не доживет, если мы поможем.       Началась третья партия, и слизеринцы атаковали связующего, заставляя его носиться по площадке. В один момент он споткнулся от усталости, но быстро поднялся. Гарри пожалел его и одновременно ощутил, как паника уходит. Стратегия сработала!       Пасы Бундимуна перестали быть точными, соперники начали переживать. Третья партия осталась за Слизерином.       — Больше мы не можем проигрывать, — сказал капитан.       Связующего Бундимуна посадили на скамейку, и четвертая партия осталась за слизеринцами. Гарри подумал, что это победа. Они отдохнули немного и решили действовать, как раньше. На пятую партию связующий Бундимуна вернулся: он еще выглядел слабым, но играл лучше. Счет сравнялся.       На площадку вышел либеро слизеринцев — Макс. Он быстро реагировал, не давая соперникам заработать очко, а первогодка Эмос блокировал каждую вторую атаку, возвращая мяч противникам. Глядя на них, Гарри гордился своей командой. Ему нравилось, что даже апатичный Карл на турнире действовал активнее. Не хватало только Кевина, который всегда страховал их, блокируя неожиданные выпады или принимая мячи.       Поттер решил попробовать подачу Малфоя, чем удивил и свою, и чужую команду, но это принесло им одно очко отрыва. Гарри даже позабыл, что обижается на Драко, ловя его взгляд. Оставалось одно очко для победы. На второй подаче Гарри решил не рисковать, поэтому Бундимун легко ее приняли и отбили на сторону Слизерина. Макс тут же бросился на пол, не давая мячу упасть, Драко мягко принял и отдал пас Карлу. Блокирующие Бундимуна прыгнули, но не смогли отбить мяч. Последняя атака принесла им еще одно очко — Слизерин прошел в третий тур!       Слизеринцы закричали и бросились друг другу в объятья. Это были самые лучшие несколько минут после победы. Щеки заболели от улыбок. Гарри тяжело дышал, футболка промокла от пота, волосы липли к лицу. Наконец-то его упорные тренировки начали приносить пользу. Поттер посмотрел на сияющего Малфоя и сглотнул, но тут почувствовал чужую руку на спине и обернулся.       — Парни, я вами горжусь, — сказал Кевин, вступая в их круг.       Тренер Диггори наблюдал за беснующимися подростками с отеческой улыбкой, а мисс Стил стояла рядом — спокойная и умиротворенная. Старший тренер пожал Седрику руку, хваля его способ тренировок.       — Но впереди еще три тура, — сказал старший, хитро улыбаясь. — Не сделайте из них вторых Лисов.       Команда вломилась в раздевалку, шумно болтая. Кевин взъерошил волосы Макса.       — Лучший либеро, — сказал одиннадцатый. Раньше им считался Стивен, но он даже на матч не приехал. Гарри думал, не запугал ли Малфой и его, и склонялся к положительному ответу.       — Томас, что у тебя под носом? — спросил Кевин, улыбаясь: на щеках появились ямочки.       — Усы, — гордо ответил он, снимая сырую футболку.       — Кошмар какой.       Парни засмеялись, когда Томас подошел к зеркалу, чтобы посмотреться.       — А мне нравится. И мама сказала, что все девчонки — мои.       — Такие же усатые, как ты, — сказал Карл.       — Зато у меня все зубы на месте, — Томас показал Кевину язык.       Гарри сидел в теплой компании напарников и на долю секунды представил, что они все друзья. Он надеялся, что после победы на турнире они станут ближе. Команда переоделась и вернулась в отель, но ночью никто спать не планировал. Кевин узнал, что в отеле есть бассейн на крыше, поэтому они собирались туда пробраться, когда все стихнет.       — А если нас поймают? — испугался Эмос. Макс поддержал его опасения.       Малфой усмехнулся.       — Деньги решают.       Гарри нахмурился, но ничего говорить не стал: ему не нравилась эта сторона Малфоя. Наверное, не быть им друзьями, так как Драко меняться не собирался, а Гарри не хотел идти на компромиссы с совестью.       Команда разошлась по комнатам до вечера. Гарри лежал на кровати и думал, не гей ли он. А если да, то что с того? Дурсли выгонят из дома? Ему даже не с кем было поделиться сомнениями, ведь Рон точно не поймет. Может, стоило задуматься над отношениями с девушками? Поттер почти ни с кем не общался, кроме Гермионы, Панси и Джинн, но с сестрой Рона они никогда толком не говорили.       Рядом с его кроватью сидел Карл, касаясь головой одеяла: он смотрел то ли сериал, то ли фильм на смартфоне, а рядом лежал пакет оранжевых леденцов. Гарри поморщился, когда до него донеслись душераздирающие крики. С покупки телефона он иногда смотрел фильмы, но ужасы и триллеры точно не входили в список любимых. Гарри перевернулся на живот, касаясь ногами подушки.       — Что смотришь?       Карл даже не вздрогнул.       — Популярные ужасы прошлого года.       Гарри не знал, как начать разговор насчет отношений и секса между мужчинами.       — Карл, — позвал он и получил в ответ «мм?». — Расскажи про свой первый раз.       Щеки покраснели. Поттер ждал, что Карл его пошлет, но все обошлось. Пятый заблокировал телефон и поднял голову.       — Ты же с парнем… — сказал Гарри, не в силах продолжить. Он смущенно улыбался под внимательным взглядом, но не видел отвращения или осуждения — только интерес.       — Я догадывался, — сказал он.       Гарри отклонился подальше и сел, скрестив ноги. Его смущала близость с пятым.       — О чем?       — Что ты любишь парней.       — Да откуда ты знаешь, если даже я этого не знаю? — возмутился Поттер.       Карл забрался на кровать.       — Есть один способ, — начал он. Гарри ждал продолжения. — Ты же хочешь убедиться, что тебе нравятся парни?       — И? Это тест? Или опрос?       Карл усмехнулся.       — Хочешь, покажу?       Гарри сглотнул. Он несмело кивнул головой, ожидая чего угодно. Карл не дал ему поменять решение, легко толкнув на кровать и нависнув сверху. Поттер на мгновение перестал дышать, когда пятый приблизился к его лицу, застыл, ощущая чужое дыхание с запахом апельсиновых леденцов. Гарри отвернул голову и зажмурил глаза.       — Судя по штанам, близость члена тебя волнует, — прошептал Карл, едва касаясь губами его щеки. Гарри будто окаменел. — Я могу продолжить.       Чужие руки сжали его талию и двинулись выше, обжигая кожу. Пальцы задели соски, от чего Гарри едва не застонал, но вовремя прикрыл рот. Карл усмехнулся, продолжая гладить податливое тело. Гарри выгнулся, не убирая руку ото рта. Он ощутил невесомый влажный поцелуй на шее, и чуть не растаял, но все закончилось так же быстро, как началось. Он с сожалением и облегчением почувствовал, как Карл отстраняется: такие яркие чувства его напугали.       — Хочешь узнать результаты теста?       — Заткнись, — сказал Гарри и кинул в пятого подушкой.       Он и без чужих комментариев все понял. Поттер скрылся в душевой комнате, радуясь, что им попался приличный отель. Все тело горело от недавней близости, в паху все сжалось, требуя закончить сладкую пытку, что он и сделал без долгих раздумий. Когда он вышел из душа, вытирая мокрые волосы, в комнату вернулся Томас.       — Что, малыши, еще не спите? — спросил он.       Карл поднял глаза на Гарри и усмехнулся, а Поттер отвернулся, пряча смущение за полотенцем. Томас понял их переглядки по-своему.       — Скоро зайдут Драко и Блейз, и мы пойдем на крышу.       — А первогодки и Консервы будут? — спросил Гарри, подходя к своей сумке: он так ее и не разобрал.       — Консервы — точно нет, — подумал вслух Томас. — Ты же знаешь, как Драко их «любит». Даже не знаю, с чего они вдруг стали такими шелковыми.       «Он с ними не поделился? Или Драко только Томасу не рассказывает о своих темных делишках?» — подумал Гарри, надевая чистую футболку.       Дверь снова открылась: зашли Драко, Блейз и Кевин.       Компания собралась на крыше. Небо потемнело, но огни от фонарей, окон и машин разбавляли настигшую Лестер тьму. Гарри пожалел, что не взял с собой куртку, и Карл благородно спрятал его под своей. Драко выглядел недовольным и напряженным, но Поттер чхать хотел, что там Малфою снова не нравится.       — Сбрей их, — засмеялся Кевин. — Выглядит ужасно.       Томас погладил двумя пальцами нежные волоски.       — Вы, малышня, ничего не понимаете. Подрастешь — поймешь.       — Будто тебе тридцать. Ты всего на год старше.       — Вот когда мы с Блейзом уйдем в старшую школу, кто вас, дураков, будет жизни учить? — свысока спросил Томас. — Так что учись, пока я жив.       Гарри слушал их перебранку с улыбкой, пока не почувствовал, как Карл зашептал на самое ухо:       — Не хочешь продолжить эксперименты ночью, когда Томас заснет?       Горячие губы касались холодных ушей. Поттер вскочил, чем привлек всеобщее внимание.       — Ты чего?       — Что-то жарко, — ляпнул Гарри. Он обернулся к бассейну и пожалел о своих словах, предполагая, насколько там холодная вода.       Томас заулюлюкал вместе с Кевином: они мигом забыли спор про усы.       — Собираешься поплавать? Да ты смельчак.       — Нет, я лучше пойду налью что-нибудь, — сказал Гарри, чувствуя, как начинает замерзать. Он едва не стучал зубами.       Поттер отошел от теплой компании к холодному бару. Он бы налил себе горячего чаю с лимоном, а не холодный коктейль. Сзади кто-то подошел: Малфой. Гарри сцепил зубы и нагнулся к бару. Он рассматривал бутылки, ожидая, что Драко скажет, но он молчал.       Под чужим взглядом Гарри чувствовал себя неуютно, но он не хотел начинать разговор первым. Да и вообще не возникало желания говорить. Поттер поставил стакан и услышал:       — А мне?       Гарри достал второй. Он взял первую попавшуюся бутылку, не в силах сосредоточиться, и налил в оба стакана. Поттер повернулся к бассейну и сделал глоток, наблюдая за ребятами, но тут его рот обожгло, и он от неожиданности выплюнул все обратно. Делая вид, что так и задумано, Гарри продолжал смотреть на слизеринцев. Парни о чем-то спорили и поглядывали в сторону воды: Поттер ожидал от них чего-то сумасбродного. Драко тоже взял свой стакан и усмехнулся.       — Балуешься крепкими напитками?       В ответ — тишина. Драко встал рядом и тоже посмотрел на друзей. Они оба держали стаканы в руках, но не делали попыток выпить. Гарри поежился от порыва ветра, и тут ощутил легкое прикосновение горячих пальцев на предплечье. Он резко повернулся к Малфою.       — У тебя мурашки.       Гарри поджал губы, хмурясь.       — Что у вас с Карлом?       — Ничего, — брякнул Поттер и прикусил язык, но понял, что отступать бессмысленно. — А тебе какое дело?       — Никакого, — скучающим голосом сказал Драко. — Просто дружеский совет — Карл не заинтересован в серьезных отношениях.       — Дружеский? — Гарри прямо и испытующе посмотрел на парня рядом с собой. — Когда это мы стали друзьями?       Малфой пожал плечами, отставляя стакан.       — Фигура речи, не более.       Гарри не собирался обсуждать свои эксперименты с Карлом и причину оных, поэтому снова замолчал. Парни уже снимали куртки и футболки. Поттер не смог сдержать смеха.       — Придурки, — выдохнул он.       — Все еще дуешься на меня? — спросил вдруг серьезным тоном Драко.       Поттер вздохнул. Он помнил, сколько времени заняла ссора с Роном, а они ведь — лучшие друзья. Если вдруг они не помирятся с Малфоем, как это отразится на команде и на турнире?       — Я понял, что ты прав, — признался Гарри, тоже отставляя стакан. Он обнял себя руками и потер замерзшую кожу.       — В чем конкретно?       Гарри усмехнулся.       — Мы слишком разные с тобой, — сказал он, посмотрев на затянутое облаками небо. Звезды изредка проглядывали, но в основном скрывались за темной пеленой. — Но я готов к перемирию. Ради команды.       Малфой молчал, о чем-то думая, и тут в их сторону полетели ледяные брызги. Драко тут же прикрыл его собой, а Гарри расширил глаза от удивления, увидев чужое лицо так близко. Мигом стало жарко. Драко тут же отступил.       — Рефлексы, — сказал он, наблюдая за хохочущими в бассейне парнями.       Блейз плавал с каменным лицом, будто это не холодный бассейн на крыше, а горячие источники. Томас после прыжка мигом выскочил обратно и схватил с шезлонга два полотенца. Кевин стоял в трусах и щупал ногу водой, с сомнением смотря на гипс, а Карл сидел в куртке на шезлонге и с улыбкой поглядывал на друзей. Драко и Гарри переглянулись и засмеялись. Томас весь трясся: он выглядел, как промокшая собачонка. Томас подошел к ним, кутаясь в полотенца.       — Что вы тут пьете? Есть что-нибудь согревающее?       Драко протянул свой стакан и наблюдал, как Томас сделал резкий глоток и закашлялся. Он спросил сиплым голосом:       — Что это такое?       Гарри улыбнулся.       — Ты же у нас взрослый, — сказал Драко и подмигнул Поттеру.       Томас после одного глотка быстро согрелся и немного охмелел. Он безостановочно болтал, вклинишвись между Гарри и Драко, что-то втолковывая им про монархию и королеву, будто они спорили, но друзья молча слушали, пока к ним не подошли остальные.       — Блейз, твое тело изо льда сделано? — спросил Гарри удивленно.       — Я закаляюсь, — сказал Забини. — Что пьете?       Капитан понюхал стакан Гарри и поморщился.       — Пьет только Томас, — сказал Поттер. Карл подошел ближе, и Гарри тут же напрягся. Он уже жалел, что спросил его в комнате про опыт с парнями. — Как водичка?       Томаса спрашивать было бессмысленно: он улетел мыслями в историю Англии. Гарри не ожидал, что у того есть хоть какие-то научные познания. Карл не сводил с Поттера глаз, и ему это не нравилось.       — Карл, отойдем? — позвал Малфой.       Когда они ушли, Гарри вздохнул с облегчением и включился в разговор Кевина и Забини про Кабанов.       — У Кая отец — тренер волейбольной сборной, поэтому у него такие навыки, — сказал Кевин.       — Но ведь в первый раз Кабаны победили нас без Кая, — не согласился Забини. — Дело не только в нынешнем капитане.       Кевин задумался, вспоминая старый состав.       — У них отличные блокирующие, но с лисьей стеной ничего не сравнится, — протянул он, — Без игрового опыта сложно судить. Со стороны по-другому все ощущается. Да и анализ — это дело Карла и Драко. Они в этом хороши.       — А как же я? — притворно удивился капитан. — И тренер.       — Думаешь, с Диггори мы выиграем?       — Если не с ним, то с кем?       Гарри после их обсуждения задумался. Он знал, что в средней школе сильнейшие — Кабаны, а в старшей придется бороться с Воронами. Хотелось бы встретиться с ними на площадке во время тренировок и оценить способности обеих команд. Поттер думал, смогут ли они победить Кабанов, если пока даже своих старшегодок ни разу не побеждали.       Вскоре слизеринцы разошлись по номерам: Гарри и Карл вели уснувшего Томаса под руки и молчали. Поттер ожидал бессонной ночи. Они зашли в комнату и повалили напарника на кровать. Гарри решил не снимать футболку, откинув одеяло. Свет погас, и Поттер услышал, как рядом скрипнула кровать. Несколько минут стояла тишина, а потом тихий голос сказал:       — Расслабься. Ты теперь у нас неприкосновенный.       — О чем ты? — не понял Гарри, но Карл объяснять не стал.       Поттер еще немного поворочался, но недавняя игра, переживания и впечатления от победы навалились на него, и от усталости он уснул.       Команда вернулась домой. Через неделю они готовились к новой поездке — на третий тур. С каждым разом победа давалась им все сложнее, поэтому Гарри волновался, что сказывалось на тренировках. Поттер часто ронял мяч, торопился и не проводил атаку с нужной силой и точностью, а иногда принимал подачи лицом. Забини отвел его поговорить.       — С тобой все хорошо? В последние дни ты рассеянный.       Гарри вздохнул и рассказал о своих переживаниях.       — Поговори с Сетом, — предложил капитан. — Может, он тебе что-то интересное расскажет про противников.       Поттер задумался над предложением и после тренировки подошел к старшегодке. Сет пил воду и переговаривался со своим напарником, но замолчал, когда увидел Гарри.       — Чего тебе?       — Я хотел бы узнать про Вишневый турнир побольше, — признался Гарри, борясь со смущением. Он смотрел на шрам Сета, думая, не получил ли он его в драке. Напарник-старшегодка ушел, пожелав удачи «нянечке».       — Что ты хочешь узнать?       Сет сел на скамейку, а Поттер рядом. Они поговорили о противниках, их тактиках и игроках.       — Очень сомневаюсь, что в третьем туре вы сразу столкнетесь с Лисами или Кабанами, — сказал Сет. — Но если вдруг вам «повезет», и вы их сломаете, то победа в кармане — дальше уже не страшно. Хотя Совы тоже неплохие игроки.       — Расскажи про Кая, — попросил Гарри, скрестив пальцы в замке. — Я слышал, у него отец тренер.       Капитан старшегодок кивнул.       — Да, наши отцы вместе работали, — Гарри удивился. — Мой отец тренировал Кабанов, а его — местную сборную Лестера. Мы были с ним в команде в младших классах, но я старше его на год. В средней школе отцу предложили работать с лондонской сборной, о чем он так мечтал, поэтому мы переехали из Лестера. В этот же год Кабаны разбили команду Слизерина в пух и прах, а Кай в следующем турнире закрепил результат.       Взгляд Сета смотрел куда-то вдаль. Он поджал губы, вспоминая прошлое.       — Я думал, что мы с Каем — лучший союз связующего и доигровщика, пусть и в младшей школе. Думал, что из-за моего перехода Кабаны перестанут быть сильными, но все случилось наоборот.       — И теперь ты думаешь, что проигрыш Слизерина — твоя вина?       Сет не ответил. Он посмотрел на Гарри так, будто только сейчас вспомнил, с кем разговаривает. Он провел пальцем по подбородку, касаясь своего шрама.       — В любом случае, все в прошлом. Ты же хотел поговорить про Кая, — Гарри кивнул. — До десяти лет они жили во Франции, но его родители развелись: мама осталась на родине, а отец перебрался в Англию. Кай родился с волейбольным мячом в руках, поэтому сложно найти такого же сильного и влюбленного в наш спорт игрока, — Сет взял мяч, лежащий рядом со скамейкой, и подбросил. — Мы должны были с ним вместе победить фаворитов — Слизерин.       Гарри подумал про Рона и их цель, когда они учились вместе. Он понимал Сета, как никто другой, но не стал об этом говорить, боясь показаться слащавым.       — Как думаешь, из-за чего Кабаны победили Слизерин в первый раз?       — Из-за Кая, — просто сказал Сет.       — В смысле? Он же тогда не учился в средней школе.       — Но он учился в младшей, — Сет подбрасывал и ловил мяч. — Все началось с его переезда в Лестер. Мало кто следит за успехами младшекурсников, поэтому никто сильно не переживал, когда Кабаны начали побеждать Слизерин в младших классах, а средняя школа вдохновилась результатами и победила. Возможно, это все французский волейбол или аура Кая, которая распространяется на всю школу, — Сет поймал мяч и посмотрел в пол. Глаза его улыбались. — Рядом с ним возникает чувство, что ты способен на все. С ним в команде невозможно сдаться.       Гарри пробрала дрожь: с таким соперником страшно сталкиваться, раз он до сих пор впечатляет капитана старшегодок. Они еще немного обсудили остальные команды, и Поттер ушел в раздевалку в смешанных чувствах. С одной стороны — он узнал много полезной информации, а с другой — Кай пугал.       Наступили выходные. Тетя Петунья спустя долгое время собрала кружок по вязанию, и за завтраком они болтали о мелочах, пока Гарри пил чай и ел яичницу. Но спокойно позавтракать ему никогда не давали.       — Гарри, — позвала Петунья. — Принеси еще чаю нашим гостьям.       Поттер подавил раздраженный вздох и открыл кухонный шкафчик. За спиной продолжались разговоры.       — Как твой муж, Петунья? — спросил жеманный голосок.       — О, уже все в порядке. Через неделю его больничный заканчивается, поэтому он вернется на работу.       — Отрадно слышать, — ответил тот же голос. — Но если ты вдруг нуждаешься в деньгах…       — Нет, — голос Петуньи стал строже, но она быстро вернула ему вежливые нотки. — Все в порядке. Мы справляемся.       Гарри поставил вазу с печеньями и вернулся за стол.       — Наверное, эти месяцы ты чувствовала себя ужасно, — продолжала гостья, заискивающе улыбаясь. Ее глаза впились в лицо Петуньи, будто стараясь найти слабое место. — Муж при смерти, а на руках двое спиногрызов.       Тетя сжала чашку и сделала глоток. Гарри ощутил укол сочувствия, но тут же себя остудил — нечего жалеть их. Если тете нравится общество лицемерных старух, говорящих гадости, то это ее выбор.       — Да, было тяжело, — с улыбкой сказала Петунья и встала, смотря прямо в глаза старой перечнице. — Еще чаю?       После короткой паузы, во время которой гостья шарила блеклыми глазами по ее лицу, она ответила:       — Будь добра, дорогая.       Тетя взяла заварочный чайник и пошла на кухню. На ее лице отразилось секундное раздражение, когда никто не видел, но она тут же успокоилась, когда заметила племянника. Гарри отвернулся и взял опустевшую тарелку. Завтрак кончился.       Они созвонились с Роном и договорились встретиться. Гарри не был у друга со дня его рождения, поэтому с радостью предвкушал обед в кругу семьи — пусть и чужой.       — Подожди, пока я помогу маме развесить белье, — попросил Рон и убежал.       Гарри сел за стол, наслаждаясь ароматом грибного супа. Вокруг стояла непривычная тишина. Он знал, что за обедом веселье и разговоры вернутся, но пока что чувствовал себя одиноким. За спиной послышались тихие шаги, и Гарри обернулся. Сестра Рона неловко помахала ему рукой и пошла на кухню. Поттер услышал стук тарелок и поспешил встать, чтобы помочь. Джинни протянула ему стопку и взяла ложки, а Гарри вернулся в столовую, чтобы накрыть длинный стол.       — Как у тебя дела, Гарри? — спросила Джинни. — Слышала, что вы прошли в третий тур.       — Да, — согласился Поттер, ставя тарелку. — Пока что все прекрасно.       — Не волнуешься? — Джинни посмотрела прямо на него и не отвела взгляда, хотя щеки ее стремительно покраснели. Гарри вспомнил о словах Гермионы и опустил глаза на стол.       — У нас сильные соперники, а это мой первый турнир, поэтому… — он провел рукой по краю тарелки. — Если честно, жутко боюсь облажаться.       — Уверена, что ты справишься, — сказала она, заправляя прядь волос за ухо. — А я тоже играю в волейбол. Рон тебе рассказывал?       Гарри покачал головой. Он не знал, как ему разговаривать с сестрой друга, не давая ей надежд на отношения, но и не обижая. Джинни улыбнулась. Она вернулась на кухню, а Гарри подумал, почему никогда не представлял себя с девушкой. Он попытался ощутить вкус губ Джинни, ее нежные руки на плечах, но ничего не почувствовал. Интерес был, но не более. Вдруг Гарри испугался, что начнет что-то испытывать к Рону, но они уже столько лет дружат, видели друг друга голышом миллион раз. Влечение к другу — это походило на бред сумасшедшего.       Рон вскоре вернулся, и Гарри получше к себе прислушался, но не ощутил ничего странного. Даже если Гарри гей, вряд ли ему будет нравиться каждый первый. Решив об этом больше не думать, Поттер двинулся за другом в его комнату. Он с радостью заметил свой подарок на стене прямо над кроватью.       — Поздравляю с прохождением в третий тур, — улыбнулся Рон и повалился на кровать. — Наслаждайся, пока можешь, потому что в следующем году мы вас в Вишневый турнир не пустим.       — Обещаешь? — усмехнулся Гарри и сел на теплый, но такой старый коричневый ковер. Мимо пробежала крыса, и он вздрогнул. Рон поймал зверька.       — Это Короста — братья решили подшутить и кинули мне ее как-то утром в кровать. Было страшно, — Рон поглаживал облезлую крысу. — Я хотел ее выкинуть, но Джинни и мама раскричались, поэтому это старое чудовище живет теперь у нас.       После выслушивания нелестных комментариев крыса укусила Рона и сбежала. Друг кинул ей вслед вязанную подушку.       — А мы готовимся к Апрельскому турниру. Вы-то вряд ли на него попадете, только если проиграете третий тур.       — Надеюсь, что не попадем, — вздохнул Гарри. — Но я тут понаслушался про Кабанов, что теперь страшно играть.       — Понимаю. Там этот французишка играет.       — Ты что-то знаешь про Кая?       Рон встал и подошел к шкафу, где на полке стояли журналы по волейболу за каждый месяц. Он провел пальцем по корешкам, ища нужный.       — В прошлом году у него брали интервью, — Рон достал журнал и пролистал, но потом убрал на полку и достал следующий. — «Молодая звезда», «надежда английского волейбола» и прочий бред. Уверен, что после школы его сразу возьмут в сборную. Но до уровня Эридана Феймона он все равно не дотягивает.       Друг нашел нужный номер и сел рядом с Гарри на пол. Они пролистали почти до конца и открыли две страницы с интервью Кая.       Нашему журналу согласился дать интервью Кай Меро — восходящая звезда школьного волейбола в Англии.       Ж: Кай, вы же родом из Франции? Как вам здешний климат?       К: Я часто бывал в Англии, потому что мой отец здесь родился. Могу сказать, что во Франции так же мокро, как и здесь.       Гарри пролистал скучные вопросы глазами и наткнулся на пару интересных, но по итогу решил, что все интервью вышло бесполезным.       Ж: Расскажите, в чем секрет вашего успеха?       К: Секреты существуют, чтобы они оставались секретами, иначе бы они назывались по-другому.       Ж: Вы состоите в отношениях?       Что за глупый вопрос подростку?       К: Спросите у моего отца — он составляет мой график на день.       Они закрыли журнал.       — Какой-то бред, — сказал Рон, и Гарри кивнул. — Понятно, почему я ничего из интервью не помнил. Про волейбол вообще не спрашивали.       — Думаю, в волейбол надо играть, а не читать.       — Кай скользкий тип. Даже на эти вопросы он прямо не отвечал, — заметил Рон. — Кстати, о скользких типах. Я тут слышал от Ричи, что он видел белобрысую башку у нашего спортзала.       Гарри на всякий случай отодвинулся от друга: назревала буря.       — Ты о чем?       Рон пристально посмотрел в лицо друга.       — Ты тренировался с Малфоем?       — Я… — Гарри запаниковал, но ложь придумать не смог, да и не хотел. — Он подавал мне мячи…       — Я не разрешал слизеринским рожам заходить в наш спортзал, — Рон даже вскочил. — Мы с тобой так не договаривались.       — Рон, все уже кончилось. Мы провели несколько тренировок, не больше.       Друг забегал по комнате.       — Когда Ричи сказал, я подумал, что ему показалось, но ты… Ты мне соврал. Зачем?       — Ты бы не разрешил его пустить.       — А зачем ты вообще его привел? Почему не взял Карла? Или… Не знаю. Гермиону.       Гарри чуть не рассмеялся от предложений, особенно про Гермиону, но сдержался.       — У нас была сделка — он помогает мне с учебой, а я нахожу место для тренировок.       — Он тебя шантажировал?       — Не совсем, — Гарри отвел глаза. Если он согласится, друг перестанет на него злиться, но его мнение о Малфое ухудшится. С другой стороны, Драко на самом деле жестокий и расчетливый.       — Все с этими дурнями ясно, — вздохнул Рон, садясь на кровать под ее жалобный скрип. — Лучше бы ты оставался в нашей команде.       — Опять начинаешь? — Гарри сам начал злиться. — Я думал, мы все решили в прошлом году.       Рон отвернул голову к окну.       — В Гриффиндоре собираются сделать старшую школу.       Гарри не хотел слушать дальше, так как знал, что предложит друг, и знал, что откажется. Ему не хотелось снова это обсуждать и обижать Рона.       — Я все решил, — сказал Поттер, сталкиваясь с грустным взглядом друга. — Я остаюсь в Слизерине.       Рон сжал губы. Взгляд его ужесточился. Они молчали некоторое время, пока Гарри не поднялся. В возникшей тишине всплыли фоновые звуки: тиканье часов, шорох крысы, ветер за окном. Гарри чувствовал себя предателем каждый раз, когда они поднимали эту тему. Каждый раз чувство вины накрывали его с головой, но Рон упорно к ней возвращался.       — Смирись уже, — сказал Поттер, подождал ответа и вышел.       Миссис Уизли пригласила Гарри к столу, но он извинился, что у него дела, и выбежал из дома. Он не хотел, чтобы их редкие встречи с Роном заканчивались ссорой. Гарри думал, что они закрыли тему со школой.       В тот же вечер Рон написал «извини», но Гарри решил ответить позже. Внутри него все клокотало от гнева. Ночью он долго ворочался и уснул только с первыми лучами солнца. День начинался теплый, весенний. Утро встретило его пением птиц и дикой сухостью во рту.       Гарри собрался в школу. На химии к нему подсела Гермиона, чему он удивился.       — Привет, — она улыбнулась ему. — Давно не виделись.       — Соревнования, — сказал Поттер, ища в сумке учебник по химии.       — Рон рассказывал, — кивнула Гермиона. — Я давно тебя в столовой не видела.       Гарри посмотрел на Карла, сидящего у окна.       — Мы обедаем с командой в кафе.       Становилось неловко, так как Гермиона считалась его подругой, а он не мог ее пригласить. Гарри не знал, как отреагируют парни.       — Я сажусь к Максу и Эмосу. Они очень общительные, — сказала Гермиона. — Почему их не приглашаете к себе?       — Это не я решаю.       — Элита?       Почему-то Гарри не понравилось, как это прозвучало из уст подруги, но он не стал спорить и промолчал. Они еще немного поболтали перед уроком. Гарри так и не нашел учебник по химии, из-за чего получил красноречивый взгляд соседки, но она поделилась своим учебником. Гермиона рассказала про крысу Рона, но Гарри уже знал, потом про свой проект, а дальше он не слушал и мечтал, чтобы занятие уже началось. Снейп ворвался в класс стремительно, как и всегда, и у Гарри тут же заболела голова. На тренировку снова пришли старшегодки, и Поттер встал в пару с Сетом.       — Твои рефлексы стали лучше, — похвалил капитан старшегодок. — Но ты будто тренируешься под одного человека.       Гарри проследил за его взглядом и заметил Драко. Уши загорелись от смущения.       — Ты же не только с ним в связке будешь играть, поэтому тебе нужно больше опыта с другими игроками.       Поттер тут же подумал о связующих в Слизерине и скривился: Дин, Бретт или Драко. Драко по понятным причинам не подходит, Дин его ненавидит еще с прошлого года, а Бретт недавно его побил вместе с Джоной. Где найти подходящего связующего, Гарри не знал.       В раздевалке команда обсуждала третий тур и их противника — Фейри. Гарри помнил, как те сражались против Быков и победили. Он еще тогда недооценил их из-за физической формы и чуть не поспорил с Драко. Бретт, Джона и Дин собрались быстрее всех и ушли, как и всегда. Гарри подгадал нужный момент и спросил Томаса:       — Почему их зовут Консервами?       Томас сидел без футболки после душа и пил воду. Он зачесал волосы рукой, нахмурившись от размышлений.       — На самом деле, они сами себя так назвали — консерваторами, — сказал он и вдруг поменял интонацию на снобистскую и напыщенную, вытянув лицо. Гарри заметил, что Томас сбрил усы. — Мы хранители традиций Слизерина.       — Но ведь в команде каждый год появляются новички.       — Им это объясни, — прыснул Карл, который прислушивался к их разговору. Гарри меньше с ним разговаривал после поездки, так как помнил подкаты пятого после их эксперимента. Пусть Карл и сказал что-то про «неприкосновенность», но Поттера это не утешало.       Поттер открыл уведомления и вспомнил, что до сих пор не ответил Рону. Он написал сообщение, но ощущения, что они решили проблему, не было. Рано или поздно друг снова поднимет эту тему, и Гарри не знал, как ее избежать.       Март подходил к концу. Приближался третий тур. Гарри интенсивно тренировался, как и все слизеринцы. Даже во время подработки он бегал с собаками, включая это в часть тренировок выносливости. Гарри все еще думал над словами Сета, но не знал, где найти подходящего связующего.       В этот раз дядя Вернон при виде разрешения на поездку страшно раскричался, но Петунья не стала слушать и одним жестом поставила подпись. Пока ее муж исходил злобой, она молчала и занималась приготовлением обеда. Гарри сразу же сбежал с бумажкой, боясь, что дядя ее порвет.       Он лег пораньше, так как автобус ждал у школы в шесть утра. Спал Гарри, на удивление, крепко, что утром чуть не проспал будильник. Собранная сумка стояла у выхода из комнаты, за окном серело небо, а Гарри спустился ногами на холодный пол и пошел в ванную. Он любил рано просыпаться и завтракать в одиночестве.       Поездка начиналась, как и всегда: несколько часов в пути, заселение в отель, обед и разминка перед игрой. Гарри рассматривал соперников в фиолетовой форме и размышлял, кто из них темная лошадка. В прошлых играх выделялся либо либеро, либо связующий. Он пытался заняться анализом еще до матча, но ему не хватало наметанного глаза Карла или Драко.       Первая партия началась. Гарри уже привык к редким вспышкам фотоаппаратов и камерам, но слова комментатора еще задевали за живое и отвлекали.       — Слизерин в этом году приятно удивляет! — проносился по площадке громкий голос из динамиков. — В этот раз они дошли до третьего тура, но справятся ли они с Фейри?       Гарри вспоминал слова Драко перед игрой про стратегию соперников.       — Я не заметил, чтобы у них выделялся игрок с сильными способностями, физическими данными они тоже не сверкают. У них есть стратегия, которую сложно разгадать. На первом туре мы видели только конец матча, так что придется пока импровизировать.       — Как и всегда, — улыбнулся Гарри и тут же смутился от всеобщего внимания.       Поттер принимал пасы Драко и отбивал, как нужно, но в голове набатом звучали слова Сета, что ему нужно тренироваться с другим связующим. Из-за непрошенных и въедливых мыслей он пропустил пару атак, из-за чего Малфой его чуть взглядом не убил. Слизерин победил, но на перерыве перед второй партией они размышляли, чего ждать от Фейри. Соперники пока себя не проявляли. Вторая партия тоже осталась за Слизерином.       — Что-то мне это не нравится, — сказал капитан. — Они подозрительно слабые.       Карл отвернулся от соперников.       — И они уже вымотались. Пот по ним ручьями течет.       — Да мы их под орех разделаем, — с широкой улыбкой сказал Томас, сжимая руку в кулак. Макс и Эмос поддержали его ажиотаж, но Гарри склонялся к подозрениям остальной команды.       Третья партия началась. Все шло, как и в прошлых, но в один момент соперники приняли мяч, связующий отдал пас, и побежала вся команда. Соперники бежали к сетке одновременно, и Гарри не знал, кого блокировать. Кто из них будет атаковать? Мяч приземлился на их стороне и с шумом отлетел от пола. Слизеринцы переглянулись.       — Синхронная атака, — одними губами сказал капитан.       Вот Фейри и показали себя. Дальше соперники часто использовали подобную атаку, но удивления она уже не вызывала. Слизеринцы быстро отошли от шока и приноровились к стратегии противников. Малфой чаще использовал убийственную подачу, возвращая команде потерянные очки, Макс валялся по полу, подбирая мяч после синхронной атаки. Стратегия Фейри не сработала против команды, которая всегда подстраивается под соперника, поэтому Слизерин взял третью партию.       — Мы победили всухую! — обрадовался Эмос, обнимая Макса. К ним тут же кинулись остальные слизеринцы.       Драко расплылся в довольной улыбке, вытирая пот со лба. Матч оказался самым легким за весь Вишневый турнир. Гарри смеялся вместе с остальными, смотрел в блестящие, искрящиеся счастьем глаза напарников, и верил, что четвертый тур пройдет так же просто.       Он посмотрел на расходящихся болельщиков и заметил знакомое лицо, но не успел разглядеть. Гарри чувствовал, что это волейболист, но не помнил, из какой команды: без формы противники терялись среди массы людей.       Вечером они собрались в комнате Малфоя и шумно обсуждали три последних матча. Консервы не пришли, а Стивен и Кевин не приехали на матч. Гарри заметил, что у Кевина уже начал отрастать передний зуб, а гипс должны снять в апреле.       — На наш матч приходили Кай и Готье, — вдруг сказал Карл, рассматривая белый лак на ногтях. Томас тоже сделал себе маникюр, но зеленым цветом. Они звали и Гарри, но он представил лица Дурслей и отказался. К тому же, маникюр дорого обходится, а друзья вечно забывают, что у него не так много денег.       — Я его тоже видел, — признался Гарри.       — Это значит, Кай считает нас соперниками? — спросил Макс. — Присматривается к нам?       — Кто знает, — пожал плечами Карл. — Но выглядел он серьезным.       Малфой и Забини обсуждали что-то между собой и не обращали на остальных внимания, а Гарри поймал себя на мысли, что хотел бы знать, о чем они говорят. У них с Драко установилось перемирие, но Поттер помнил жестокую месть напарника. Не смотря на это — злость уходила, а на ее место возвращался интерес. Гарри поймал взгляд Драко и сделал вид, что оглядывает комнату.       Вечер прошел в приятных разговорах и мечтах о вишневом кубке.