На краю весны

03:00 Квартира Чимина. Юнги, шатаясь, вошел в комнату. Свет был выключен, и где-то на фоне заиграла музыка. В конце концов, все вышло из под контроля, и он упал, больно приложившись головой о паркет. Пустая бутылка из под виски укатилась куда-то в угол. Он сделал несколько попыток встать, но тело более не слушалось его, поддаваясь слабости, что разливалась свинцом. Он лежал на полу, но ему было плевать. Ему было абсолютно все равно. Как бы ни было это странным, но все, что сейчас чувствовал Юнги - покой и умиротворение. В голову больше не лезли ужасные мысли, что по по обыкновению закрадывались там каждый день, превращая жизнь в сущий кошмар. Чимин, тяжело вздохнув, прилёг рядом и начал тихо подпевать. Он выпил не меньше, и теперь пришла его очередь быть в полубессознательном состоянии. - Почему все пошло именно по этому сценарию? Если верить теории об альтернативных вселенных, то должно быть несколько вариантов развития событий. Так почему мне достался именно этот? Кажется у Судьбы проблемы с теорией вероятностей, - Юнги меланхолично смотрел в потолок, где тени и свет от проезжающих мимо машин играли друг с другом, создавая странные образы. - Может, параллельных? - Чимин, нахмурившись, посмотрел на Юнги, слегка повернув голову. Светлая челка упала на глаза. - Без разницы, - Мин вздохнул и устало прикрыл глаза. - Так было нужно, - Чимин посмотрел на потолок и снова вздохнул. Лежать рядом с человеком, которого любишь, в темноте, разделяя тишину ночи, но не иметь возможности притронуться. Слишком тяжело. - Что ты имеешь ввиду? - Юнги, нахмурившись, все ещё лежал с закрытыми глазами и шарил по карманам в поисках пачки сигарет. - Я верю в то, что ничего в нашей жизни не происходит просто так. Я хренов фаталист, и верю в судьбу. Верю в неизбежность, понимаешь? - Чимин, не глядя, протянул свою пачку. - Ммм, - Мин вскрыл упаковку и вынул одну. - Знаю, глупо. Но знаешь, я все-таки благодарен всему тому дерьму, что со мной произошло. Ведь если бы мне не пришлось пройти через это, я бы не был тем, кем являюсь. А я себе сейчас нравлюсь. Точнее мне нравится то, как я мыслю, и то, кем я себя ощущаю. Я сам себя воспитал, сам отдирал себя с пола, сам заставлял идти себя дальше. Я осмыслил свою жизнь, я познал границы своих возможностей, осознал, что живу, черт возьми. И поэтому я уважаю себя. И поэтому я благодарен. Как говорил Чехов: «Страдания ведут человека к совершенству», - Чимин хмыкнул, мол, такой великий человек как Чехов чушь нести не станет, и уставился в потолок. - Вот оно как… не глупо. Каждый волен сам выбирать, кем быть и во что верить. Только вот я совсем не благодарен этой чертовой жизни. С чувством юмора у нее не очень, - Юнги усмехнулся и снова прикрыл глаза. Голова шла кругом. - А ты во что веришь? - Чимин, вложив свою зажигалку в руку Юнги, с интересом принялся ждать ответа. - В то, что жизнь - это огромная конфета из дерьма со скудной шоколадной начинкой, - Юнги подкурил сигарету. Сбоку послышался тихий смех. - И почему же не наоборот? - Чимин, все ещё смеясь, забрал зажигалку и подкурил свою. - Сам посуди: жизнь - полное дерьмо, люди - полное дерьмо, взаимоотношения между людьми - полное дерьмо. Но, - Юнги вздернул палец вверх и зажмурил один глаз, - наш мир прекрасен. Природные ландшафты, музыка и поэзия, живопись и кино. Можно продолжать бесконечно. Все это прекрасно. Но это мир. Он просто составляющее нашей дерьмовой жизни. Шоколадная начинка, - Юнги выпустил сизый дым и едва заметно улыбнулся. - Ахах, я никогда не думал о жизни в таком ключе. Но знаешь, есть в этом смысл. Мне нравится твой ход мыслей, - Пак затянулся и стряхнул пепел в рядом стоящую пепельницу. - А то. Я сполна нажрался дерьма, оно мне как родное и любимое блюдо. Знаешь, моя проблема в том, что я много думаю. И думаю я о многом, - Юнги снова затянулся. Пак лишь тихо хмыкнул и снова закрыл глаза. - Почему ты так невзлюбил меня с первой нашей встречи? Мы ведь можем здорово проводить время вместе, - Пак пихнул Мина в бок и тихо рассмеялся. - И не надейся, - Юнги пихнул Чимина в ответ и тоже тихонько хмыкнул, спрятав улыбку в темноте этой ночи. Стало тихо. Заиграла ненавязчивая мелодия, и в комнате пахло какао с апельсиновым маслом. Было прохладно и свежо. Двое лежали на полу маленькой уютной гостиной, закутавшись в безмолвную тишину. В момент отчаяния и одиночества они нашли друг друга. Впервые за все время они не пытались задеть друг друга побольнее, не пытались вывести на негативные эмоции. Сами того не заметив, они вскоре уснули.