Я сломаю тебя также, как и ты меня

*Flashback* — Молодой человек, что вы делаете??? — Чон подкрался сзади и прокричал бассом над ухом друга. — Хосок, придурок! Чуть инфаркт не случился. — Юн, ты что влюбился? А хотя да, как там его, младшенький, Чимин. Впервые вижу, чтобы ты покупал что-либо красное, милое, да ещё и в форме сердца, — вот ничего от него не скроешь. — Хватит надо мной насмехаться, ничего я не влюбился… — и залился ака сеньор-помидор. — Ага, как же. Если ты не влюбился, то я великий слепой. — Не перебивай. Хосок, у меня к тебе важный вопрос. Какого это…ну это. — Что это?.. — передразнивает. Кажется ещё чуть-чуть и он взорвется от смеха. — Ты знаешь о чем я! Как это встречаться с парнем? — с каждым словом становился все краснее и краснее. — Как-как? Обычно. Это же тоже человек. Ты думаешь, что превратишься в кого-то ещё, если начнёшь с ним встречаться? У парней тоже есть сердце и душа, здесь нет никаких отличий. Или тебя смущает висюлька между ног. Можем исправить и твою отрезать. — да, был такой серьезный в начале речи, Юнги даже воодушевился, и всё-таки не сдержался и взорвался на весь магазин. — Я просто не знаю, нравится он мне или нет. Хотя нет, не так. Он как бы мне нравится, но я боюсь, что я впервые открою кому-то свое сердце и его разобьют, даже не взглянув. — Юнги, дам тебе один совет. Лучше попробовать и узнать финал, чем потом сожалеть до конца жизни от своего же бездействия, — Хосок сделал очень мудрое лицо, типа: «я в этом профи, слушай и внимай мне, мой холоп». — Тебе не идёт. Как в твою голову помещается столько глупостей, и мудрость? — Просто жизнь нужно разглядывать со всех сторон, тогда и тебе она покажется не такой уж и плохой. — Ладно, ладно заканчивай умничать. Пойдем уже отсюда, на нас уже глазеют, — Юнги подталкивает друга к кассе, бормоча себе под нос, — философ хренов. Выйдя из магазина Мин наконец почувствовал лёгкость, наконец-то никто не глазеет на него. Отойдя от магазина на метров 150 Хосок задаёт логичный вопрос: — А как ты ее отдавать собрался? Неужели сам лично вручишь? Это единственный момент, который он не учел. Нет, конечно сам он ее не отдаст. Есть несколько вариантов: это может отдать Хосок; словить первокурсника дать ему, чтобы передал Чимину; либо коробка универа с валентинками. Решено — 3 вариант подходит больше всего. — Через коробку. Ты же мне поможешь. Я не хочу, чтобы кто-то видел, как я кладу туда что-либо. «Да, Мин Юнги, и чего я от тебя ещё мог ожидать. Ты как был трусом, так и остался им же. Интересно, что же тебе будет, если вдруг кто-то увидит, что ты кладешь в коробку валентинку? Боишься, что пойдет слух, что ты втюрился в кого-то и твоя крутая банда посчитает тебя сопляком, который скоро будет ходить под женской юбкой и загнобят? Не думал ли ты, что это полнейший бред? И всё-таки страшно, так? Как же ты смешон.» Что бы Юнги о себе не думал, это никогда не появится на его лице для других. Для остальных он грозный хулиган, страх всех ботанов и первашей универа, даже для остальных участников его банды. Но это лишь показуха. Только он знает, что представляет из себя вся вот эта оболочка Мина. Хотя, не только он. Хосок знает, можно сказать, даже лучше самого Юнги. Иногда это странно, не так ли? *** День X настал. Юнги подписал валентинку совсем просто без какого-либо скрытого смысла или мотива: «Ты мне нравишься, мой ангел» и внизу «старший». Немногословно конечно, но на большее он не способен. Нет, как песни писать, так он горазд, а как подписать валентинку как-то красиво, красочно для понравившегося человека, так все, идей нет. В голове пусто, даже перекати поле не найти. Он передал ее Хосоку, чтобы тот ее положил в коробку. — Пожалуйста, только не открывай и не читай. — Да, да, не буду. Ага конечно, не будет, как же. Завернув за первый же угол, Хосок открыл валентинку. И обрадовался как первоклассник грамоте. Он давно уже ждал, когда его Юнги сделает хоть что-то. Единственное, что ему не понравилось — эти подпись. Поэтому добавил «4 курс», ну, чтобы понятнее и отнес ее по назначению. — Ну что положил? Ты же ее не читал? — Юнги волновался, будто на кону его жизнь стоит. — Да все нормально, не парься, сделал все в лучшем виде. Что значит не парься? Хосок и представить не может (ещё как может), как тяжело сделать первый шаг, не зная, что тебя в конце ожидает. Вдруг Чимин откажет и расскажет всем, что ему признался хулиган, и, оказывается он гей. Только представьте, что его потом будет ждать. *End flashback* * — Я очень удивился, сначала даже не понял от кого. Я много кого знаю с 4 -го курса. Тебя, Хосока, Сокджина и Намджуна, потом хорошенько подумав, я понял — Джун и Джин встречаются, Хосок тоже занят, значит ты. А может и нет, там же ещё люди есть. Но я остановился на тебе, — Чимин снова улыбнулся, но глаза будто глядят в пустоту: — потом же я в этом убедился. Ведь ты сам это доказал. Мин смотрел на бледное лицо напротив и все никак не мог понять, насколько болен человек перед ним. Это нездоровая бледнота ни о чем хорошем не говорит. Мешки под глазами, потускневшие глаза не внушали доверия. Сколько он не спал, ел ли он? Мин этого не узнает. Как он вообще держиться? По одному только его виду можно сказать, что Чимину нужна помощь, но он не в силах помочь парню напротив. Да, в то время Юнги собрал всю волю в кулак и пошел до конца. Сейчас же, обдумывая все, что он сказал и сделал, лучше бы он попросил его связать и заклеить себе рот. Изменить ход событий. Лучше бы не было того момента в их жизни. Не было бы положено начало их отношений. Не было бы никому больно.» *Flashback* — Чимин, тебя там спрашивают, — Техен был общителен, вежлив и приветлив, они легко подружились. Безэмоциональный Чимин и слишком открытый Техен — баланс. — Где? — Там, за дверью стоит. Пак не был трусом. Поэтому, идя к двери, даже зная, что его там может ждать хулиган, все равно не отступит. Он ждал кого угодно, но только не… — Мы можем поговорить наедине? — Юнги чуть ли не ломал себе пальцы от волнения. — Говори, я слушаю, — спокоен, как удав. Ни капли выражение его не изменилось. Такие люди очень страшны, ты никогда не узнаешь, что творится у них в голове, ты не предугадаешь их следущий шаг. Страшно, потому что впереди неизвестность. — Давай отойдем, я не хочу, чтобы кто-то это услышал. Они прошли на улицу. Звонок уже прозвенел, поэтому вряд ли им кто-то помешает. Все давно ушли на свои пары, а те, кто прогуливает либо дома, либо в столовке. — Ну и что же ты хотел. Только давай ближе к делу. — В общем. Как ты относишься к отношениям между парнями? — сказал так, будто скороговорку на скорость тренировал. А вдруг Чимин не услышал, тогда можно сказать, что так просто позвал свежим воздухом подышать, смешно да? — Никак, то есть я к ним не отношусь. Как бы тебе объяснить, я ничего против отношений между людьми одного и того же пола не имею. Мне как бы все равно. Что хотят, пусть и делают, это их выбор. А насчёт себя, я не являюсь таковым. — А что, если бы тебе предложил бы парень встречаться? — Я бы может быть попробовал? А может и нет. На этом я надеюсь все? — Да, почти. У старшего закончились аргументы или вообще что-либо, но нельзя же вот так вот все оставить, нужно же хоть что-то предпринять. А то будет как всегда, сдаст назад, даже не начав. В голове гуляет ветер, и совсем не хочет ничего придумать путного. «Что же делать? Думай, думай, давай. Ну же.» Юнги начал довольно быстро приближаться. И откуда же появилась стена за спиной Чимина? Пак ничего не успел даже возразить, как был прижат и поцелован. Юнги ожидал, что это будет несравнимо ни с чем, но это было далеко не все. Его губы такие мягкие, такие притягательные. Но единственное, что смущало Мина — так это то, что Пак ничего не делал, он не сопротивлялся, не пытался оттолкнуть, просто застыл и стоял на месте. Через некоторое время Юн отстранился от Мини и испугался. Эти глаза, на которые он чуть-ли не молился, почернели и лицо по-прежнему такое же как и было, не выражает ничего. Но он же не трус. Он взял Чимина за руку, поцеловав в губы, мягко и очень осторожно, ещё раз. Кажется, он снова становился, как раньше, в этих его прекрасных глазах по-новому загорался свет. — Чимин, ты мне нравишься, давай попробуем встречаться. Не понравится — прекратим…, — это было впервые, когда Юнги, как преданная собачка, перед кем-то вилял хвостом. — Давай, — и это все, что получил Мин в тот день, будто ему абсолютно все равно на происходящее. Весь ответ, без эмоций или продолжения. Они обменялись номерами и разошлись по своим аудиториям. *End flashback* * — Ты сам мне первый признался, сам мне писал, звал на свидания, так что же было не так? Ты первый это начал. Для чего? Чтобы посмеяться надо мной? Ну что весело было? Честно, было совсем не весело, было чертовски страшно, страшно, что все это прекратится как прекрасный сон и на утро все забудется. И снова эта рутина без капельки тебя.*