Обещание

      Эрена и Микасу выпустили раньше положенного срока. Этому поспособствовал главнокомандующий Заклай. В связи с этим, как только нарушители порядка привели себя в надлежащий вид, весь отряд и верхушки военных во главе с королевой Хисторией собрались на слушание. Ханджи рапортовала, что ценой многих жизней, в том числе жизнью Эрвина Смита, удалось отвоевать стену Мария и завладеть силой колоссального титана. Но опасность никуда не исчезла: — Нашими врагами оказались те, кто должен был стать союзником. Люди. Цивилизация. Мир. Согласно записям: мы — Элдийцы, особая расса людей, потомки Имир, в прошлом правившие миром. И есть вероятность, что мы вновь обретём господство, поэтому от нас хотят избавиться. Но без титана-прародителя это невозможно. За этим на остров были посланы колоссальный и бронированный. Именно Марли ссылали сюда чистых титанов для нашего уничтожения. Но по иронии судьбы они стали и нашей защитой. Гриша Йегер исполнил свою миссию — он заполучил силу прародителя и передал её своему сыну. Но мы до сих пор ничего не знаем о клятве «отказа от войны». Истинная суть откроется лишь человеку, в чьих жилах течёт королевская кровь. Но если этот человек останется в плену убеждений сто сорок пятого короля — он неизбежно наложит на себя руки. Вероятно, это и есть та самая клятва.       Заклай задумчиво положил подбородок на пальцы: — Если нам придётся противостоять такому могучему противнику, то нам ничего не остаётся, кроме как пробудить титанов в стене. Однако, пока это невозможно, из-за клятвы. — Однажды Эрен уже смог подчинить себе чистых титанов. Мы до сих пор не понимаем, почему ему удалось это сделать только в тот момент. И как он, не имея в жилах королевской крови, смог использовать силу прародителя.       Эрен внезапно вскочил со стула, чем напугал всех присутствующих: — Не может быть! — А? Ты чего? — Ханджи и остальные уставились на Йегера. — Тогда… Я просто… — Продолжай, Эрен, — Заклай внимательно рассматривал парня. — Ничего, извините, — Йегер опустился обратно на стул.       Ханджи снисходительно оглядела парня: — А, понятно. Простите его. Мальчишка в том возрасте, когда хочется привлекать к себе внимание и рисоваться.              Мия перевела взгляд на Эрена, который трясся, как осенний лист, а глаза его обезумевши таращились куда-то перед собой: «Эрен, что ты скрываешь? Что ещё тебе привиделось в воспоминаниях отца?»       Кто-то из верхушек командования рассуждал: — Если мы придадим огласке, что за стенами нас поджидает ещё большая опасность, чем титаны, то внутри начнутся беспорядки. — И что? — запротестовал Пиксис. — Вслед за Райсом будем опять обманывать народ и держать его в неведении под замком стен?       Хистория обвела присутствующих взглядом. Большие голубые глаза сейчас выражали решимость: — Сделаем официальное заявление. Вернём людям отнятые воспоминания. С этого момента мы станем одним народом и единой державой!       Местная пресса быстро разнесла новости по всей округе. Кто-то принял правду. Кто-то высмеял и не поверил. А некоторые до сих пор выступали против сложившегося режима и плели заговоры. Принять мысль о том, что люди за стенами считают нас дьяволами с острова, боятся и презирают — было довольно непросто.       Солдаты разведкорпуса готовились к церемонии награждения за заслуги перед королевством. Мия слегка задержалась к сбору, пытаясь уложить свои непослушные волосы. Когда она подошла к ребятам, то услышала, как Флок сокрушался по поводу Армина: — Все считают, что в живых надо было оставить Эрвина, а не тебя. Но я понимаю, почему вы двое, — Флок глянул на Эрена и Микасу, в чьих глазах плескалась злость. — И капитан Леви выбрали Армина. Вы пошли на поводу у своих чувств. И приняли нерациональное решение. — Прикуси язык! — зашипел на него Йегер. — Эрен, ты точно дитя капризное, вечно думаешь, что прав. В этом плане Микаса взрослее тебя. Она смогла смириться…       Микаса покраснела, не в силах посмотреть в лицо Армина. Жан втиснулся между Флоком и Эреном: — Да хватит уже! Какой смысл кулаками махать после драки?       Флок обвёл отряд взглядом: — А вы… Все… Не пошли против командира, но и не стали останавливать Микасу и Эрена. Лишь стояли и смотрели!       Мия дёрнула Флока за плечо: — Ой, да захлопнись ты уже. Разорался. Капитан принял взвешенное решение и не тебе его осуждать. — А-а, Мия, — протянул Флок и взгляд его стал теплее, но не надолго. — Что, тоже считаешь, что надо было спасти Армина? — Да, — девушка сложила руки на груди и насупила брови. — И если бы в моих руках был этот шприц, я бы не задумалась ни на секунду. — Но это неправильно! — Зато честно. — Честно? Угу, честно значит. Тогда говорите правду тем, кто решится присоединиться к разведкорпусу. Чтобы в него случайно не попали такие трусы, как я.       Мия проводила Флока взглядом. За одной из колонн она заметила Леви. Он был ещё мрачнее обычного. Желание подойти она тут же пресекла, ведь вокруг было слишком много людей. Вместо этого, она подошла к Армину и, положив руку ему на плечо, прошептала: — Не слушай его. Жизнь не делится на правильное и неправильное. Во всем есть баланс. Армин, я всегда буду на твоей стороне и…       Мия не успела закончить. Двери в главный зал открылись и церемония награждения началась. Леви отдал команду: — Эй, мелюзга, нам пора, стройтесь.       С первым снегом стих звук адской гильотины. А когда пришла весна, военные объявили, что до самой стены Мария не осталось ни одного гиганта. Тогда же заработали подъёмники и рабочие начали прокладывать дороги. С момента нападения на Сигансину минуло шесть лет. И в один из тёплых солнечных дней, впервые за последнее время, разведотряд вышел за стену Мария. Ханджи считала, что все титаны находились в районе стен. За год удалось уничтожить их всех. По дороге им, всё же, попался титан. Но он был обездвижен. Судя по оставленной за ним дороге, он так долго полз к стенам, что тропа успела зарасти. Это навело на мысль, что отряд на верном пути и их цель совсем близко. Когда густая трава сменилась на зыбкий песок, показалась огромная стена. — Скорее всего здесь и отправляли Элдийцев в «Рай», превращая в титанов, — Ханджи осматривала стену снизу вверх. — Нужно её обойти. Смотрите, там есть подъём на холм.       Отряд, состоящий из остатков разведкорпуса поднялся повыше. Горло перехватило от картины, что предстала перед глазами — именно это Армин называл «море»: до самого горизонта бликами на солнце играли лазурные волны. Шум прибоя и крики чаек эхом отражались от стены. Мия оглядела друзей и из глаз её брызнули слёзы счастья. Она склонилась к Нобу и тихо прошептала: — Видишь, дружище, я же обещала…