Лис в цветочном саду

      Сонная голова мирно сопит на продавленной мягкой перине. Рыжие волосы были раскинуты на подушке, золотом переливались в солнечных утренних лучах. Мягкие рыжие уши с белой "ватой" внутри, будто плюшевые, иногда подрагивали на солнце, но Аякс не просыпался.       Чжун Ли совсем не помнил, как они оба оказались в одной постели. Однако рука уже гуляла по мягким рыжим локонам, перебирая те длинными пальцами и тихонько сжимая секущиеся концы.       Его лицо мягко окрашивают лучи, играясь с тёплыми веснушками на щеках. Они покрывают лишь слегка пухловатые нежные щёки парня, его ровный маленький нос, скрываясь в тени длинных тёмных рыжих ресниц. Губы блестят в свете, будто покрытые аппетитным маслом, ужасно манят Чжун Ли, но тот лишь сухо кашляет и отводит смущённый взгляд.       Почему его вдруг стали посещать такие мысли?       Чжун Ли никогда не видел Аякса, как одного из своих детей. Он не считал себя его опекуном. Но также и не думал о нём... в таком ключе.       Он чувствовал любовь и привязанность, но не понимал какую именно. Да и честно говоря, никогда не считал нужным в этом разбираться. До недавнего времени.       Но как бы не подзывали к себе чужие губы, Чжун Ли не осмелился воспользоваться ртом спящего. Он мягко проводит пальцами по яркой чёлке, обнажая лоб юноши и целует его. Затем почти сразу же отстраняясь, чтобы не дозволить себе лишнего. Однако рука ненароком цепляет край пухового одеяла, а оно отгибается следом за ним и оголяет живот, лежащего рядом, лиса.       Его светлая голубая футболка ещё ночью задралась вверх, пока он ворочался и пытался принять удобное положение под весом больного. Мягкий, немного худощавый и слегка потный, покрытый влагой из-за неприятной духоты в комнате. Разукрашенный нередкими розоватыми шрамами, что и привлекли внимание Чжун Ли.       Сколько времени прошло, а он так и не узнал, что происходило в жизни Аякса после их последнего расставания.       И эти розовые болезненные вкрапления не вызывали на его лице ничего, кроме беспокойства и тихого чувства страха. Он всегда волновался за него, будь Чайльд ребёнком или же взрослым.       Аякс медленно открывает глаза, похлопывая длинными ресницами. В комнате было всё также душно, рядом лежал, притворившийся спящим, Чжун Ли, и на пузе красовалась задранная футболка, которую лисёнок поспешно опустил вниз. — Чайльд, — уже через час эти двое сидели на кухне. Мужчина осторожно пил чай, сдувая горячие клубни пара над чашкой. А рыжий парень гулял рядом, вымывая горы вчерашней посуды, которые он так и не успел убрать. Аякс всё боялся посмотреть в глаза Чжун Ли. В голове будто снова всплывало его сонное уставшее лицо и горячие сухие губы, которые нежно целовали ночью. Сначала это был простой жест помощи, в чём лис пытался себя убедить, однако стучание сердца и ярко-бордовые щёки говорили совсем об обратном. И пускай он был ненастоящим, Тарталья никак не мог забыть вкус его губ. Ну или же, того самого куриного бульона, после которого сейчас и приходилось всё убирать. — Я бы хотел поблагодарить тебя за твою заботу и.. за то, что потратил на меня своё время.       "Я бы хотел, чтобы Вы поцеловали меня." — Ш-шутите? — Его голос немного дрогнул, стоило Чжун Ли прервать его романтичный поток мыслей. Но он всё ещё не осмелился повернуться и показать своё красное личико. Хотя резко болтающийся во все стороны хвост его давно уже выдал. — Если бы я знал, то был бы здесь ещё два дня назад! — Благодарю, но правда, не стоило. — Нет, стоило!       Хвост наконец-то опускается вниз и в комнате становится тихо. Чжун Ли замечает лёгкий румянец на чужих щеках, но не успевает задать свой вопрос, как на лице Аякса появляется хитрая ухмылка. Он упирается руками в кухонный стол, нарочно нависая и глядя на того сверху вниз, пока мужчина вдумчиво держит в руках горячую фарфоровую чашку. Уши игриво дрожат, а краснь не пропадает. — Признайтесь, Господин Чжун Ли, — почти шёпотом начинает Чайльд, привлекая внимание хозяина дома. — Вы ведь так говорите, потому что Вам неловко... что Вы затащили меня в постель.       Чжун Ли тихо кашляет, отводя взгляд в сторону. Край чашки прижимается к его губам, а он снова вдыхает запах чая, скрывая собственные розоватые щёки. Он смущён, а потому Аякс продолжает улыбаться, игриво махая хвостом меж собственных ног. Лис доволен своей работой. — Это совсем неправильно звучит.       Он слегка улыбается, выпуская с губ смешок. И как ни в чём не бывало, делает глоток из чашки. — Неужели? — Это ведь произошло случайно. — Вы уверены? — Между нами ничего не было. — "Но?" — ...Я ведь уже извинился? — Но Вам приятна моя компания.       Они на миг замолкают, пока Чжун Ли всё также смотрит в хитрые глаза напротив, а затем медленно кивает, вновь делая глоток из чашки. — Это верно.       И неожиданно для самого себя Аякс снова краснеет, чуть открывая рот. Слышать это было довольно приятно. Он отстраняется от стола, пряча своё смущение и лениво гладит собственные ноги хвостом. Слова Чжун Ли были довольно предсказуемыми и очевидными, но всё равно заставили его смутиться и сменить своё пылкое игривое выражение лица.       А сам мужчина только легко улыбается, опуская взгляд.       В комнате лишь слышно пение птиц из открытого окна и тихий шелест листьев под порывами прохладного лёгкого ветра, но подоконник своим светом также заливало яркое солнце. Из сада можно было услышать жужжание пчёл над ароматными цветами, чей запах чувствовался даже отсюда. Сегодня отличная погода. — Чайльд, могу ли я тоже задать тебе вопрос? — Конечно!       Аякс не заставляет его ждать и наблюдает, как пустая чашка с лёгким дребезжанием фарфора ставится на блюдце. Чжун Ли довольно быстро допил свой чай и не стал выжидать слишком долгую паузу после диалога. И пускай его вопрос был немного не к месту в угоду предыдущего разговора, он всё равно задаст его, чтобы сбросить камень с души. Он всё утро думает об этом. — Что касается постели, — он неуверенно начинает, потирая пальцы между собой. Ему бы хотелось, чтобы его поняли правильно. — Твои шрамы на теле, это- — Господин Чжун Ли!       Но лис перебивает его. Достаточно было произнести слово "шрамы," чтобы тот далее не позволил ему говорить. Его глаза бродят в смятении, неком волнении. Он явно не хочет говорить об этом сейчас, а потому забирает своё разрешение на вопрос назад, однако вслух это не озвучивает. Аякс... не доверяет ему? — Вы помните, о чём мы договорились с Вами?       Ах, нет. Не в этом дело. — Мы договорились рассказать друг другу обо всём на свидании.       По правде говоря, в рассказах Чжун Ли о прошлом, Тарталья уже не нуждался. Старые воспоминания, фотографии, следы его прибывания здесь. Он уже догадался. И если по началу недосказанность мужчины его раздражала, то сейчас он вполне мог его понять без каких-либо объяснений.       Очень сложно рассказать в каких отношениях он состоял с ребёнком, при этом не имея абсолютно никакой кровной или же родственной связи. Чжун Ли боялся, что его поймут неправильно. Он не хотел выглядеть в его глазах душевно-больным маньяком или ещё чего хуже, что может придти на ум. Ведь любой незнающий мог ошибиться, если же посмотреть на эту ситуацию с внешней стороны. Люди часто судят, не разобравшись, и Аякс понимал это.       Чжун Ли сложно, но Чайльд всё ещё хотел узнать о его чувствах. Имеет ли он хоть какой-то шанс на взаимность? Или же, в его глазах он всегда будет выглядеть только ребёнком? — Прошу прощения. Кажется, оно сорвалось по моей вине.       Сердце Тартальи снова завыло. Они смотрели друг другу в глаза. — В таком случае, позволишь ли ты мне исправиться?       Его щёки снова краснеют, под тон сладкого джема из закатников, на лежащих на столе, тостах. Иногда казалось, что его заставляет смутиться сам голос Чжун Ли, и не важно, что именно он будет говорить.       О, Архонты, как же он влюблён. — Да.       Его пальцы трепетно закрыли мягкую тёплую улыбку, которую он не смог сдержать.

***

      Чжун Ли позвал его на свидание!       Близился вечер и на улице уже начало темнеть. Свидание было назначено именно на это время, а это значит, что сейчас Аякс носился по квартире и примерял тонну разной одежды, то и дело раскидывая её по всем комнатам. Что ему надеть?       Рваные чёрные джинсы с прорезями на коленях или лёгкая белая рубашка с рукавами до локтя — конечно красиво, но в такую прохладную погоду Чжун Ли этого явно не оценит. Вдруг он решит, что Аякс какой-то легкомысленный подросток. Хотя и без того, ему было пока всего семнадцать. А на фоне Чжун Ли, он будет выглядеть ещё на пару лет младше.       "...А если его смущает разница в возрасте?"       Значит нужно соответствовать! Взгляд на пошёл на тёплый тёмно-красный оверсайз свитер и прямые серые брюки. Времени почти не оставалось, так что Тарталья выбрал именно это. К тому же под большим свитером не видно, как неопрятно торчит хвост из брюк. Они были куплены совсем недавно, так что он ещё не успел сделать в них прорезь для хвоста, а уж на его ногах они смотрелись слишком идеально, чтобы не пойти именно в них.       Лис долго смотрел на лежащую в ящике чёрную портупею, ёрзая хвостом по полу и метаясь между "да" и "нет." Но в конце концов, он всё же нацепил её на ногу поверх брюк и немного побродив возле зеркала, снова вспомнил о времени.       Ноги нырнули в чистые чёрные кеды и Аякс выбежал из дома, громко захлопнув дверь. Чжун Ли уже должен был быть на месте.       И в самом деле, возле небольшого кофейного ларька напротив цветочного магазина, он стоял как при параде: бледный кремовый бадлон, приятно облегающий его тело, пиджак тёмного шоколадного цвета и точно такие же брюки, из под которых немного выглядывали лодыжки, скрывая остальную часть ног в чёрных блестящих туфлях. На руке можно было заметить наручные часы с чёрным кожаным ремешком, в которые Чжун Ли всё время поглядывал.       В его руках можно было заметить два стаканчика с кофе, которые видимо он решил взять уже в ожидании Чайльда. А он завис, влюблённо глядя на него из-за угла. Хвост непослушно гулял в разные стороны, радуясь вместе с хозяином. Он действительно пришёл!       Но радость тут же оборвалась стоило ему сделать шаг вперёд. На шею к Чжун Ли бросилась незнакомая девушка невысокого роста. Она заставила его немного пошатнуться, но всё же вызвала на его лице тёплую улыбку, пока мягко целовала его щёку и оставила на ней след бледной помады. Девушка посмеялась, доставая из кармашка своей сумки влажную салфетку и прикоснулась ей к лицу мужчины, вытирая после себя косметику.       Отсюда было не слышно о чём они говорили, пока такая кино-картина происходила прямо у Аякса на глазах, но Чжун Ли был определённо рад её видеть, что ещё более ревностно заставляло метаться рыжий хвост в разные стороны от злости и огорчения.       Но вскоре, эта юная леди взяла один из стаканчиков с его рук и попрощавшись, направилась дальше своей дорогой.       Что это только что было?       Аякс не знал из-за чего именно ему было больнее. Из-за того, что не знал кто она и как она посмела так нагло лезть к его Чжун Ли или из-за того, что это произошло прямо перед свиданием, на которое он питал большие надежды. Уши сами прижались к затылку, неприятно подрагивая, а он нервно вжался в стену, шмыгая носом и опуская пустой синий взгляд.       Может и хорошо, что он опоздал? — Чайльд!       Но так просто уйти ему не дали. Чжун Ли заметил его издалека, поднимая свободную руку вверх, будто условно обозначая для него своё местоположение и быстро направился к нему. Так что Аяксу пришлось быстро вытирать следы своей грусти с ресниц. — Извини, я опоздал.       Лис тяжело вздохнул, пряча взгляд. Он смотрел куда угодно, но только не ему в глаза. — Ничего, главное, что пришёл. Я взял тебе кофе.       Ему в руки протянули тёплый стаканчик с напитком, и Аякс поджимает губы, болезненно улыбается, но берёт его в руки. — Идём? — Да...       Просто развернуться и уйти лисёнок уже не мог, потому пришлось стерпеть и идти так, будто ничего не произошло. Чжун Ли шёл рядом, что-то рассказывая Чайльду на спокойных и умеренных тонах, и в любое другое время, Аякс бы просто наслаждался его монотонным прекрасным голосом, ласкающим слух. Но сейчас он вообще его не слушал. Думал только о своём.       Почему Чжун Ли позвал его именно на прогулку? Не кино, не ресторан, не театр, а просто погулять. Так просто и несерьёзно. А может это потому, что для Чжун Ли это свидание ничего не значит? И всё, что ему нужно от Чайльда — это информация. Что с ним случилось, после того как он уехал из Ли Юэ те восемь лет назад. И всё. Ему нужен был только этот разговор, глупо названный "свиданием," после которого наверняка эти двое разойдутся по домам. И каждый день снова будут встречаться на работе, называть друг-друга на "Вы," и прощаться вечером.       Может Чжун Ли даже никогда и не узнает о чувствах Аякса, а он в свою очередь, не сможет больше видеть его и вернётся в Снежную. К пьяному отцу, братьям и сестре, и беспокоющейся матушке. — Ты прекрасно выглядишь сегодня, Чайльд.       И Чжун Ли решает разбавить обстановку. Он не глуп. Он видел, что Аякс чем-то расстроен. Всё время молчит, смотрит под ноги, и так и не притронулся к кофе, что попросту остывал в его руках. — Спасибо.       Мужчина просто не мог не беспокоиться за него. Куда делась та искра в голубых глазах? Игривый и флиртующий Аякс, как тогда, дома у Чжун Ли, когда они славно болтали утром на кухне. И приятная мимика хвоста и ушей, за которыми он так любил наблюдать, каждый раз сдерживая себя от того, чтобы прикоснуться к этой мягкой шерсти и погладить её. Это не давало ему покоя. И в груди что-то не на шутку сжималось при виде грустного Чайльда.       Чжун Ли не может видеть его таким.       Они остановились на мосту и Чжун Ли попытался взять его за руку, мягко коснуться чужой ладони, но лис резко выдернул руку. И тогда янтарные глаза сумели разглядеть в голубых напротив отвращение. — В чём дело? — немного грубо вырывается с губ Чжун Ли, от чего рыжие уши дрогнули. — Просто скажи мне честно, – синие глаза заливаются холодом, больно рокочущим по сердцу мужчины. А он с немой злобой смотрел на него, прижимая хвост к ногам. — Зачем ты пошёл со мной на свидание?       Почему он так поступает с Чжун Ли? — Я...       Он не понимал, что должен ответить. Будет ли правильно, если он заговорит о симпатии? И сделает ли хуже, если скажет, что пошёл, потому что этого хотел Аякс? Чжун Ли не хотел отвечать на его слова, не хотел скидывать на него груз размышлений о собственных чувствах. Но чем дольше он томил его в ожидании, тем холоднее становились лисьи глаза. — Потому что ты мне интересен. Разве не поэтому люди ходят на свидания? — И это всё?       Аякс только сильнее прижимал уши к затылку.       Чжун Ли тяжело вздыхает, отворачивается и смотрит на воду в реке под мостом. Он слов пытает его, своим видом, поведением и тоном. Что с ним случилось всего за день? — Восемь лет назад- — Да я не об этом!       Тарталья снова повышает голос и это задевает Чжун Ли. Разве они не пришли сюда, чтобы поговорить? Узнать друг о друге получше? Он так ждал этого дня, считал минуты до назначенного времени, ужасно волновался и репетировал речь. А теперь это всё абсолютно не важно. — Я не понимаю, чего ты хочешь! — Быть на месте той девушки, что так мило разукрасила тебя своей помадой! — наконец он не сдерживается. — Ты хочешь стать моей дочерью? — Я тоже хочу целовать тебя, обнимать! Я хочу, чтобы ты также смотрел на меня и улыбался-!       Лис резко замолкает, а его уши встают торчком. Это было именно то, что он услышал? Аякс долго смотрит на него, замирая, больше не в силах подобрать других слов, а Чжун Ли не злиться, только тепло улыбается и немного устало вздыхает. Неужели дело было только в этом? — Девушкой, которую ты видел, была моя приёмная дочь Гань Юй.       Стало действительно стыдно. Он сделал такие резкие выводы в сторону Чжун Ли, даже не поговорив с ним об этом. Аякс опустил взгляд вниз и виновато поджал хвост. — ...Чжун Ли, я..       На его щеках появляются чужие ладони, они мягко подтягивают к себе, заставляя сделать шаг на встречу и слегка задирая голову лиса вверх. Его губы обжигают горячим дыханием, а после едко впиваются в плоть, заставляя Аякса замолкнуть. Руки Чжун Ли опускаются на его талию, ласково поглаживая его тело сквозь толстый свитер и прижимая к себе, в то время как ладони его лиса упираются в широкую грудь, гуляя по её просторам, а затем огибают длинную шею.       Простой нежный поцелуй длится не долго, пока мужчина без разрешения не проникает в чужой рот, ласково и сладко сплетая неопытный язык в медленном танце. Но Аякс не против, он поддаётся на встречу, переминается с ноги на ногу, и подрагивая от проходящих приторных импульсов по губам. Личико покрывается плотным румянцем, он слышит приятные причмокивания и отстранется после того, как его губы вдоволь слегка покусают.       И в этот раз, он слышит не только своё сердцебиение, тепло смотрит в янтарные глаза, что в ответ искрятся нежностью. Чжун Ли не отстраняется, он мягко касается кончиком своего островатого носа чужого, покрытого веснушками и только крепче сжимают чужую талию. — Не хочешь, заключить со мной контракт, Аякс?       Он вздрагивает, по телу проносятся мурашки, и Чайльд снова не в силах сдержать улыбку, когда он называет его настоящее имя. Из-за чего все предыдущие слова автоматически где-то затерялись в его голове. Но голос дрожит и он кивает, гладя чужую шею. — В следующий раз, когда ты снова захочешь поревновать меня, – он легко улыбается, сжимая лиса в своих объятиях, а щека прижимается к чужой, мягко потирается и оставляет тёплый согревающий след. — не забудь предупредить меня об этом.       И Тарталья тихо смеётся. — Я обещаю, Господин Чжун Ли.