Недосказанность

      Однажды она нашла Гарри на улице. Это были сумерки. Мальчику тогда было четыре года и он должен был спать в своей комнате. Но он пропал. Об этом сказал Петунии ее сын Дадли, который хотел перед сном подразнить кузена.       Гарри был в саду Дурслей. Лежал посреди на траве и смотрел в темнеющее небо. Стеклянными глазами. Петуния смотрела на него, как он смотрел на небо, и воображала стеклянную вазу с увядшими гортензиями. Цветочки медленно опадали и обращались в пепел. Это могло бы быть хорошей картиной. Ах если бы Петуния умела рисовать… – Гарри.       Мальчик повернул на нее голову. Личико его детское совсем ничего не выражало, кроме одного странного чувства, которое вдруг сдавило сердце Петунии в тиски. Ей стало тяжело дышать. Дышать. – Гарри, пойдем в дом. Пора спать.       Гарри не двигался. Если бы он не отреагировал на голос Миссис Дурсль, то она бы тут же решила, что мальчик погиб. От холода, например.       Петуния стала вспоминать свою сестру.       Она поджала губы и села перед мальчиком на колени. – Что случилось, Гарри?       Может от того, кем он был, он имеет право быть ненормальным? Но он таким и является. Женщина не хотела его касаться. Но она потрепала его за макушку. Гарри неотрывно на нее смотрел.       Молча он встал и ушел в дом.

***

      Потом все изменилось. Как и Дадли, его младший кузен быстро рос. Дурсли обращались с ним довольно хорошо тогда, кроме того, что Дадли иногда переходил границы в силу своей избалованности. Гарри они позволяли меньшее, но рос он в благополучии.       Вернон его строго игнорировал. Не желая расстраивать жену, он сторонился мальчика, но все-таки, будучи главой семьи, иногда он должен был как-то себя проявлять. Даже если это ругань.       Как молодые родители они желали сыну лучшего, старались воспитывать его хорошо, ругать поменьше. Руку на него никто никогда не поднимал.       Гарри был не такой. Казалось, у него нет золотого билета, который ставит вето на неприкосновенность его тела. Его тела и разума. Поэтому Вернон стал его ругать иногда, и, надо сказать, он учился это делать так, что и мальчик пытался соответствовать его требованиям, и мужчина получал некое удовольствие от этого.       Он знал, что Гарри был из «этих». Петуния как могла все ему рассказала о детстве и о том, что происходило сейчас по тому, что ей позволили узнать какие-то знакомые сестры перед тем как та погибла. Неудивительно, что он чувствовал отторжение по отношению к ребенку. Ведь он был не такой.       Когда он думал о происхождении Гарри, ему даже стало казаться, что мальчик имеет особенное поведение. Крайне раздражающее и провоцирующее.       Ребенок Поттеров копался в саду, а его дядя смотрел ему в спину потемневшими от непонятной злобы глазами.       Вскоре Вернон даже пытался обсудить это с ней. Петуния просила его потерпеть. В целом, иногда она была согласна с мужем, ей не нравилось нахождение Гарри в их доме, но это был ее племянник и женщина она добрая. По крайней мере, она считала себя такой и не хотела опускаться до тех самых проблемных семей. В конце-концов… Вдруг кто-то узнает?       Гарри сорвал один желтый тюльпан и куда-то пошел. Какого черта? - Мальчишка! - Закричал дядя Вернон и пошел вслед за ним. Гарри вздрогнул и обернулся, прижимая тюльпан к груди. Он был удивлен.       Вернон злился. Он был удивлен! Он был удивлен! Он не должен быть таким! Он должен быть другим.       Гарри стал отступать от дяди. Вернон молчал, поэтому он не понимал, что от него ожидать. Но если он сбежит, он ничего не поймет и не усвоит. Правильно ведь?       Мистер Дурсль медвежьими глазами пялился на цветок в руках ребенка. Он склонился над ним и не двигался. Будто что-то собирался сделать. Или думал сделать ли? Гарри заподозрил нехорошее. Но он не понимал что. Гарри неловко наклонил голову.       Что написано у него на лице!?       Вернон схватил его за подбородок и задрал голову, что-то пытаясь разглядеть в глазах мальчика. От неожиданности тот распахнул глаза. – Как ты посмел драть цветы в нашем саду, ты, бесхребетный паршивец?! - Гаркнул мужчина, искривляясь в жестокое нечто. Он сжал подбородок ребенка пальцами и нахмурился. – Я… – Заговорил мальчик, но его голову дернули в сторону грядок. – Ты! Кто тебе позволил рушить собственность семьи Дурсль, маленький ублюдок?! – Я хотел подарить его тете Петунии! Вернон замер. Петуния выглянула с веранды. Прозвучал хлесткий звук пощечины. Потом оторопелый вздох.       Миссис Дурсль широко распахнутыми глазами лицезрела короткую сцену. Вернон тяжело хромал от избыточного веса до лавочки на веранде, а Гарри один стоял и плакал. Он глянул на Петунию и положил цветок на землю.

***

      Гарри неправильно готовил. Неправильно подметал. Неправильно собирал почту, подавал газеты, смотрел, говорил, слушал, дышал, вел себя. Громко ходил, ходил там, где ходить нельзя. Поздно вставал или вставал слишком рано. Был слишком тупым или слишком умным, умнее Дадли, а это ненормально. Гарри неправильный. И ненормальный.       Однажды Петунию вызвали, поскольку Гарри сломал руку мальчику в школе. Но как он мог? Он же такой хилый. Но Вернон все равно его хорошо наругал.       Иногда Гарри говорит что-то и мистер Дурсль заводится с пол оборота, шлепает его по лицу и уходит.

***

      Как то раз Петуния нашла в кучке герани мертвую мышь… Может, стоит завести кота? Она предложила это мужу и тот долго отнекивался, мол, подумает, но потом Дадли просто притащил одного с улицы. Ему позволили оставить этого малыша с условием, что вся забота остается на мальчике. Жестокие игры Дадлика не останавливали и игнорировали — это нормально, он ребенок.       В конце шествующей недели кот умер, случайно задавленный игрушечной лошадкой-качалкой.       Петуния заметила как этим был разочарован Гарри. Но ничего не сказала. А Дадли ругать не стали. Он так сильно расстроился из-за происшествия, что устроил истерику и закрылся в детской комнате.

***

      Одним утром Петуния застала мальчика что-то шепчущим. Она его только учила помогать на кухне и тогда он просто резал овощи, стоя на табурете. Резал и шептал. Расслышать ничего не получилось.       Петунии это не понравилось. Она подошла к Гарри со спины и тронула его за плечо. Не ожидавший этого Гарри случайно режет палец. Кровь смешивается с соком помидор на доске. Мальчик отстранённо рассматривает происшествие. – Гарри! Идиот! – Воскликнула женщина. Она столкнула мальчика с табуретки. – Иди, замотай чем-нибудь. Толку никакого от тебя… Гарри горько насупился и ушел, посасывая окровавленный палец.

***

      В гостях была Мардж. Надо сказать, на самом деле Петуния не очень ей симпатизировала. В ее присутствии Вернон становился грубее и властнее. Заносчивее. Глупый хвастун. И так далее.       Они сидели за обеденным столом и ужинали, что-то постоянно громко обсуждая или умиляясь школьным подвигам Дадли. Это был период, когда Гарри начали сильно отстранять от семейной жизни Дурслей. Где был Гарри? Где?       Гарри был во дворе, в саду четы Дурслей и выполнял очередные прихоти Вернона. Сделай то, подмети там и так далее. Лишь бы малыш Поттер не появился в самом доме. Тем более в гостях Мардж.       Едва ли самый важный человек в жизни Петунии, но деваться было некуда. По требованию Вернона она весь день прибиралась и ходила за покупками. В некотором роде. Ну не она сама. Была прислуга и Гарри.       Надо отметить, пусть и нельзя назвать Дурслей богачами, они были весьма зажиточными. Знаете про «подушку-безопасности?» Буквально, деньги на черный день. Поэтому не удивляйтесь слову «прислуга». Дом большой все-таки, Петуния бы не справилась.       Миссис Дурсль прикусила ноготь, когда заметила за окнами Гарри, всего в грязи. Он сам разочарованно глядел на их почти праздничный ужин. Быстро отвернулся и продолжил дело. Стало как-то тоскливее.       Мардж тоже не любила Гарри. Подобно Вернону или Дадли. Петуния не знала любит ли она его или нет. Любовь казалась такой чуждой. По отношению к Поттерам. Ах, Лили. Она обижена на нее, да-да, но родственные связи никто не отменял.       Стала бы Лили так обращаться с Дадли, случись что с семьей Дурслей? Стала бы она говорить, что они были падшими людьми и погибли… Как-нибудь нехорошо, если бы они погибли, в этом волшебном мире? Нет, нет… Совсем не похоже на Лили…       Петуния снова посмотрела на окна. Они были украшены лиловыми заграничными шторами с бархатом и различными «висюльками». В саду росло одно кленовое дерево и строи фруктовых деревьев. Кусты разных цветов. Все, как любит Петуния. И бродит мальчик в грязных портках.

***

Какого жить на свете, зная, что жить тебе совсем немного?       Маленькая белая бабочка взмахнула крылышками и улетела на запад сада. Мальчик встал на ноги, выпрямился и побежал за ней. Прямо-таки погоня. И все же? Маленькая белая бабочка, а как тебя зовут? Кажется, такая ты маленькая И где-то тебя все же ждут. Но вот ты, летишь, бедняжечка И я за тобой бегу. Прости меня, маленькая, лялечка Я тот еще зверь и плут.

***

На периферии правого глаза грозно порхнула рука. Ну почему я так несчастен и болит голова? Как оказаться счастливым и когда таким буду я? неужели и правда меня бросила вся семья?

***

Почему я обязан тонуть? Никак не могу все исполнить Страничку перевернуть Или весь путь свой вспомнить.

***

Петуния стояла в дверях и наблюдала как грубо ее муж заталкивает сундук племянника в свою машину. Ну и племянника тоже. Когда Гарри заметил ее, она вяло помахала ему. Он криво улыбнулся.