Дрожь

Дрожь охватила тело Эдмонда в ту роковую ночь. Тогда Эйден сказал всего три слова, которые впились в сердце капитана как три острых кинжала. - Я хочу тебя. Долго ему ещё придётся вспоминать, как Эйден подошёл к нему мягкими и уверенными шагами и укусил за ухо. Приятная дрожь тогда пробежала по всему телу. Эйден уже стянул с капитана всю одежду, обнажив его мускулистое, покрытое сладкими мурашками туловище. Эдмонд моментально покраснел от стыда, закусив губу, дизайнера секс-игрушек это только возбудило. Эдмонду ещё долго будет сниться тот стыд, что он испытал в момент, когда Эйден аккуратно массировал его соски. Мягкие ладони дизайнера нежно поглаживали бёдра, вызывая приглушённые стыдливые стоны. Во всех приятных кошмарах Эдмонду является картина, как он, весь красный, полностью беспомощный, сосёт пальцы Эйдена, который стимулирует мокрую головку капитанского члена. Это было приятно, но стыд и гордость не позволяли Эдмонду признать это. Из его глаз текли тяжёлые слёзы беспомощности, что побуждало Эйдена к более отчаянным действиям. Эдмонд до сих пор ощущает в своём анальном отверстии член дизайнера, его простата чувствует присутствие пальца Эйдена. И стоны, которые будут раздаваться эхом в бездонной яме стыда, до самой смерти будут преследовать капитана. Каждый день, лёжа в своей кровати, он чувствует, что Эйден лежит сзади и обнимает его, Эдмонд слышит нежное сопение и невольно стонет. Как расстаться с этой мыслью? Пожалуй, капитану стоит привыкнуть к чрезмерному вниманию к его особе со стороны товарищей и к чувству приятной судороги каждый раз, когда мимо проходят Эйден или Якумо. Эти воспоминания не сгонит ничто. Ну, может быть только страсть, но Эдмонду далеко до этого, сейчас он может только стыдиться себя и своих желаний. Он не может признать того, что он гей. Никто не посмеет сказать ему об этом, но все всё прекрасно понимают. - Я люблю вас, Эйден, Якумо, но я никогда этого не признаю. Остаётся только страдать от этой любви, рисуя в голове те события, которые произошли с ним недавно...