Зависть

— Я рада, что ты здесь. — присаживаясь напротив меня с кружкой кофе, сказала Нелли. В ней было столько неожиданной искренности, что я даже опешила. Сам факт того, что она еще не застебала меня по поводу ночного караула, уже о многом говорил. — Правда? Мне казалось, ты вчера всячески хотела меня слить. — Нет, это не так. Ну, не совсем. Но в итоге я рада, что ты поехала со мной. Во мне что-то перевернулось. Неужели ей действительно нужна моя поддержка? Или защита? Но от чего? После ночных стонов Нелли выглядела более чем живой и невредимой — даже счастливой. Или поверхность обманчива? В любом случае, вдруг почувствовав себя нужной ей, Нелли, во мне резко проснулись рыцарство и самоотверженность. Все как будто встало на круги своя — как еще сутки назад, до знакомства с рыжей. Больше того: мои спонтанные приливы нежности к Зое обернулись полной противоположностью. Теперь я видела в ее действиях тонкую игру и лукавый расчет. Она специально вложила нотки иронии, предлагая вчера присоседиться. Почему? Потому что был шанс, что я отреагирую. Прямолинейность же, наоборот, напугала бы. «Хочешь присоединиться?» — «Вот еще!» — был бы мой ответ, совсем для нее не выгодный. А так — она оставляла меня мучиться вопросами, что именно имела в виду своими двусмысленностями, шутила или нет. Теперь я раскусила ее. Она определенно играла, и это было низко, учитывая, что затащила в постель мою подругу, и та могла рассчитывать на более чистые отношения, которые все же случаются между людьми. Но не с такими, как Зоя. — Нел, ты знаешь, что ты самый дорогой для меня человек? — И ты для меня, Римма! Оу. Так это было взаимным? Но нельзя сворачивать с темы: — Не верь ей, — я старалась говорить тише, не зная потенциала здешней акустики. — Она скажет что угодно, лишь бы затянуть тебя в постель. — Э… — Нелли на секунду застопорилась. — Если ты не заметила, я сама рада прыгать в ее постель. -звонко напомнила подруга. В отличие от меня, акустика ее не занимала. Голубые глаза вдруг восхищенно засветились. — Блин, это было что-то! Я бы отдала ей свою девственность. Дурацкий Павлуша с десятого Б, — год назад они с ним мутили, и он до сих пор для нее остался в десятом, хотя как и мы, давно в одиннадцатом. — Но если б у меня еще была девственность, я бы реально ей отдала. Блин, я просто улетала! Про ковры-самолеты я слышала, про летающие блины — не очень. — Жаль, я не могу тебе все рассказать, — продолжала Нелли. Сама понимаешь, это как бы личное, — загадочно улыбалась девушка, явно переполняемая эмоциями и потребностями развязанного языка. Ее глаза заговорщицки блеснули. — Так и быть, знаешь, кое-что я все-таки могу рас… — Нет, не надо! — меня подзуживало любопытство, но всю перекручивало от одной мысли услышать подробности. — Она обманывает тебя и параллельно флиртует со мной. — на одном дыхание выпалила я. — Конечно нет! И ты разве знаешь, как выглядит флирт? — усмехнулась Нелли. — А чтобы обманывать, нужно сначала обещать. Так вот: она ничего мне не обещала! — торжествующе заключила Нелли. — Ты себя хоть слышишь? Чему ты радуешься? Между прочим, не обещая, но вступая в связь, это тоже обещание. — Хм. — Нелли задумалась. — Интересная мысль. Возможно, ты права. Я подумаю над этим. — Она — озабоченная лживая одиночка, — настаивала я. — Если она такая милая, хорошая, с деньгами и прочее, то давно была бы в нормальных человеческих отношениях, где сердце и душа. — Да какое сердце, какая душа? — истерически фыркнула Нелли. — Какой-то бред несешь! Ты слишком паришься и все усложняешь. В любом случае, я не позволю говорить о Зае плохо, — оу, кажется, Нелли дала ей новое имя. — Если ты хочешь расстроить наши отношения, у тебя ничего не получится. Я рада и буду радоваться! Мы в двадцать первом веке, и люди могут просто наслаждаться друг другом. Для этого не обязательно давать какие-то клятвы. Повисла пауза. В десять лет мы с Нелли давали такие клятвы. Ком застрял у меня в горле. Все эта гадина! Она запудрила мозги моей неразборчивой подруге. Гнусная фальшивка! Лживая кукловодка! Подлая и глупая. Кстати, как нелепо она танцует. (Хм, а ей с ее достатком действительно требуется хорошо танцевать? Или показывать это?) Если только мне представится случай, я выскажу ей все, что о ней думаю! Зоя зашла на кухню, печатая что-то на телефоне. Утренне-дневной свет из окон живописно падал на ее полупрофиль, обрамленный каскадами золотящихся красно-рыжих волос. «Блин, какая же она красивая», — подумала я. В моем мозгу словно случился заслон, затмение. С этой самой минуты я не могла заставить себя оторвать от Зои взгляд. — Всем привет, — поздоровалась рыжая. Она непринужденно, словно безотчетно, провела рукой по плечу Нелли, разминая его пальцами. — Лен… Нелла. — поправила саму себя. — Сделаешь кофе? — Конечно! — моя подруга подорвалась с места, как будто ей за это приплачивали. — Я сейчас в душ. — между тем донесла до сведения Зоя и спросила у Нелли: — Ты когда собираешься? — Сразу после тебя, — заявила Нелли. Она включила кнопку на кофе-машине, и по кухне раскатывались тарахтящие звуки. — А ты? Ты ведь еще не ходила. — обратилась Зоя ко мне. Ее взгляд при этом попал мне прямо в распахнутые глаза. Я по-прежнему неприлично пялилась на нее. На долю секунды мне даже показалось, что она немного смутилась и почти готова была отвести взгляд (как и я), но она не сделала этого (как и я), и мы просто смотрели друг на друга. Пусть она еще спросит, как я буду мыться и что делать со своим телом под теплыми струями. Я прямо читала нечистые мысли на ее лице. Мне не терпелось доказать, как она флиртует со мной. Пусть Нелли прикусит язык. Больше не посмеет сказать, что я что-то надумываю. — А я — после Нелли. Или есть другие варианты? Принять душ вдвоем? Втроем? В широком джакузи мы поместимся. — Не затягивай. Мне скоро уходить, и вам тоже. — отрезала Зоя без всяких намеков. Я чуть не щелкнула челюстью с досады. — Уходить? — разочарованно обернулась Нелли. — Куда? Сегодня же выходной. — Много будешь знать, скоро состаришься, — игриво улыбнулась Зоя, поведя пальцем по ее носу сверху вниз, как это делают с детьми. — А ты мне нравишься такой, как сейчас. Нелли озарилась от призрачного признания, но все же огорчение возобладало: — Что-то настолько важное, что нельзя перенести? — предприняла она последнюю попытку по продолжению банкета. Ее губа капризно выпятилась. — Ну, секрета вообще-то нет. У меня йога. — таки легко раскололась Зоя. Ее тон тут же стал железным и непререкаемым: — Нет, отложить нельзя. Мне надо собираться. — с этими словами она отправилась, было, восвояси. — А как же кофе? — напомнила я. — Он же остынет. — поддержала Нелли. — Ах да, — Зоя отодвинула стул и присела. — Я сейчас по-быстренькому выпью, а второй — после душа. Нелли порывисто наклонилась и прильнула губами к ее губам. Казалось, они намазаны медом, так она обсасывала. Отникнув наконец и переводя дух, Нелли хрипло спросила: — Зая, сколько тебе сахара? И молока? Зоя попросила две ложки и на четверть от чашки соответственно. Получив готовый напиток, она потянула за руку Нелли, и та счастливо очутилась верхом на ее коленях. Меня тошнило и выворачивало от этих радостных отношений. — Я слышала, вы что-то обсуждали про девственность, — сказала Зоя, отпивая из кружки. — И кто из вас девственница? Я судорожно сопоставляла отрезки диалога, и у меня медленно зашевелились на голове волосы от осознания того, что еще она могла услышать. Например, про лживую одиночку? — Увы, мою стоит поискать в стране под названием Ошибки Молодости, — по-взрослому открестилась Нелли. Мне захотелось провалиться. Зоя прошептала что-то на ухо Нелли, и они вместе рассмеялись, поглядывая на меня. — Бережешь для мужа? — в Зоиных словах, обращенных ко мне, все же не обнаружилось насмешливости или иронии. Она как будто серьезно интересовалась. Значит ли это, что мне срочно нужно расслабиться, теряя бдительность? Ну уж нет.