Давайте начнем с малого. Вместе

-А теперь перейдем к следующему: есть ли что-то, что вы хотели бы у меня спросить? Процесс грозился застопориться, но Нефели, собравшись, все-таки нерешительно начала: -Это касается моего…отца. Того, кого я считала отцом и свято почитала почти всю жизнь. Сэр Гидеон много лет совершал зверские бесчинства, однако на моей памяти всего несколько раз покидал крепость и, в основном, поручал дела жестоким прислужникам. Я понимаю, что его присутствия мы больше не увидим, лишь хотелось бы облегчить душу, держа в памяти, что этот человек никогда снова не принесет боль Междуземью. Ровное прекрасное лицо альбинорки скривилось от ненависти и презрения. -Не беспокойся: я заверяю всех, что он не будет вас беспокоить. Прежде всего, отмечу, что он жив. Некоторое время назад между нами возникло серьезное разногласие, которое, к сожалению, затрагивало не меня одну. Как погасший старой закалки, Гидеон решил, что в бою инцидент будет исчерпан. Так и случилось. Исходя из определенных соображений, я отпустила его, -Аира сложила руки в замок и криво оскалилась, -и предупредила, что будет, если он хоть раз где-либо заявится. Рога обломаю без суда и следствия. -Что будем делать дальше, после того как восстановим поместье? -резонно спросил Ди. -Попробуем разобраться, что тут вообще происходит. Знаю эдак парочку городов и подземелий, где могут крыться ответы. А, точно, пока совершенно не рекомендую отправляться куда-то, подобные вылазки добром не кончатся. Родерика, с тобой все в порядке? Ты выглядишь нездоровой -Фогель обратила внимание на девушку, выглядевшую ужасно вялой. -Немного голова кружится сегодня. Все хорошо, правда, не стоит переживать. -Думаю, пора расходиться. Об отдыхе тоже нельзя забывать. Всем заранее спокойной ночи, -она, прикрыв рот ладонью, протяжно зевнула, потянулась и двинулась к выходу. Комната быстро опустела. Медленно волоча тушу по деревянной лестнице, Аира отсутствующе смотрела на доски ступенек. Неподготовленная речь, к счастью, вышла гладкой и складной. Очень изнурительно и тяжело отсеивать нужную и не совсем правду. Рассказать про одноглазую бестелесную подстрекательницу, на которую слепо рассчитывала, язык не повернется, про слова Морготта и чудесную сеть канализаций под столицей с её миазмами и жирными слизняками тем более. Последнее вообще вряд ли покинет закоулки мозга, как страшенный вонизм и неидентифицированная дрянь -одежду, которой теперь осталось разве что всех богов мира отпугивать. Но сейчас из актуальных проблем первые строчки в списке занимало вовсе не эта занимательная экскурсия из недалекого прошлого. «И вот опять. Каждый раз в компании Рожер будто тенью становится, едва слово силой вытянешь. Нет, так явно не годится» Рядом с спальней её ждала Латенна. Слегка прихрамывая, воин-маг направился в противоположный конец крепости, как только остальные стали расходиться. Взгляд зацепился за фигуру, идущую впереди него. Внезапно его окатило нерешительностью. Позвать? Сделать вид, что не заметил его? В текущей ситуации ноги Рожера сообразили быстрее и пошли на обгон унылого близнеца. Ди не повернул головы и продолжил ровной поступью идти по коридору. Натянув располагающую улыбку, он коротко, непринужденно, как будто невзначай, бросил, чуть кивнув: -Доброй ночи, Дариан Всю дорогу чародея преследовала тишина, разбавляемая шагами, похожими на монотонное тиканье маятниковых часов. Его слова снова остались без ответа. На душе потяжелело, и дыхание словно сдавило. Первое, что поняла Аира -у лучницы нет места, где она переночевала бы. Второе -она не показала, куда ей можно пойти. Третье -Латенна ждет её из-за этого. -Слушай, там впереди есть спальня хорошая, чистая, на стуле можешь вещь высушить. -Благодарю, но я хотела бы спросить насчет темноволосого мужчины, который сидел с нами внизу. Он меня тревожит. -Рожер? С ним что-то не то? -У него выражение человека, который многое скрывает. Я знала людей с темным прошлым -он слишком напоминает мне их. -Ах, нет-нет, однозначно нет. Он отличный парень, ему просто…проблематично выражать эмоции и говорить о том, что испытывает. Рожер может выглядеть равнодушным и безучастным, либо одинаково улыбаться и смеяться, и, тем не менее, часто он вынужденно так поступает. С целью сгладить неловкость или создать иллюзию нормальности, в то время как сам страдает. Однажды его тело поразила Смерть, последствия которой ярмом унижения провисит очень долго, -Фогель сделала паузу, шмыгнув носом, -я хотела в итоге сказать, что не стоит забивать голову первым впечатлением. Попробуй найти с ним общий язык, позже поймешь, какая у Рожера добрая душа. Женщина, по всей видимости, удовлетворилась услышанным: она плавно поклонилась и, поблагодарив Аиру, растворилась в коридорном мраке. Иногда Латенна удивляла своей немногословностью. Дверь в её спальню наконец-то распахнулась. И быстро с хлопком закрылась. Сероглазая замерла, постаралась успокоиться и не внимать картине ужаса, развернувшейся первозданным хаосом в ее насиженном уютном гнездышке -пиявками прилипли к намокшей постели тронутые гнильцой желтые листья и разнообразная шелуха, разносимая ветром, включая мелкие камушки и грязь с черепицы; проход на балкон был открыт, оттуда внутрь затекали ручейки; на полу образовались скопления прозрачных луж; грузные шторы стоически выдерживали напор стихии, чего не скажешь о трещащей по швам психике девушки. Фогель все же вошла в комнату, предварительно закрывшись. Воздух в легких смешался с неприятной сыростью улицы, грудь жгло едкое негодование. -Какой идиот…А, ну да, точно Она закрыла тонкие, наполовину стеклянные дверцы, хлипко болтавшиеся в петлях. Осмотрелась вокруг, в бессилии провела ладонью по горячему лбу. -Теперь мой возможный сон безнадежно испорчен. Как мне эту ересь вытрухивать? -одеяло оказалось поднятым до уровня лица, а затем брезгливо брошенным на матрас обратно. Оставалось лишь ждать сухой погоды, без коей полноценная уборка отправилась бы псу под хвост. По крайней мере, Аира протерла лакированное дерево. -Ладно, -удрученно буркнула она, -надо чем-то себя занять. Не в последний раз. Из ящика рабочего стола вылез сложенный огромный и пустой лист. За ним последовал старый обгрызенный, непонятно-где-и-каким-чудом-добытый остроносый карандаш. Много думать не пришлось -девушка принялась усердно вырисовывать темно-серые контуры плато с столицей в центре. Из размышлений ее вывел аккуратный стук. Рука от неожиданности дернулась и оставила на бумаге протяжный след графита. -Не спится? -Да куда там…эй, чего стоишь, проходи давай, у тебя лицо не лучше моей помятой подушки, -чародей присоседился к ней, безмолвно с интересом следя за постепенным образованием границ восточной Лиурнии. Фогель не поворачивалась к нему, но это было и не нужно, чтобы понять, в каком состоянии находился парень. -Он тебя опять проигнорил? -Ничего страшного, я привык -Милый мой, ты, конечно, можешь говорить, что угодно, однако такую плохую брехню от меня явно не скроешь. Хотя лично я не представлю, почему после твоего выздоровления Дариан так же отстраняется, как было раньше. -Он…был таким, сколько я его знаю. В путешествиях почти не разговаривал, а я не спрашивал Ди ни о чем. Мы редко обменивались фразами, в основном, по делу. Вероятно, из-за того и сдружились. Импровизированный картограф протерла слипающиеся веки. Запущенность обоих то и дело вызывала желание закатить глаза. Рожер перевел тему, указав на желтоватый лист. -Мне казалось, что сейчас ни о каких походах и речи быть не может… -Задел на будущее. Помнишь, я говорила, что в путешествии в моей памяти начало отпечатываться всё, что когда-то слышала и увидела: каждый камень, каждая роща, каждый лучник и угол замка? -аристократ в подтверждение хмыкнул. -Карта в любом случае пригодится, заодно и будет достойное применение неугомонной головы. -последнее прозвучало с некой иронией. Помолчали. Чародей с пытливым любопытством изучал места, где он, в отличие от Аиры, никогда не был, что, между прочим, больше плюс, чем минус. Возле девушки он чувствовал умиротворение и покой, как если бы, распластавшись на мягкой молодой траве, безмятежно грелся под теплым золотистым солнцем. Подобное сравнение было особенно точным, учитывая цвет её блестящих волос. Но, как и солнце, Фогель способна нещадно печь и вызывать целые пожары оброненным словом. -Вернемся к Ди. По твоему мнению, почему он так поступал тогда? -Выражение Рожера сразу изменилось: смирение, обида и вина отражались в его грустных глазах. Он попытался улыбнуться – не вышло. -Как еще здоровый человек может относиться к больному? Разве не неловкость рядом с ним из-за близости неотвратимой участи держит на расстоянии от переносящего недуг? По глупости я обрек себя на муки, и в этом исключительно моя вина. -Допустим. Однако ты поправился. Даже нелюдимый Ди поздравил бы, а он играет в молчанку, как ребенок. Черноволосый вздохнул, густые брови сдвинулись к переносице. -Знаешь, периодически прихожу к мысли, что из нас двоих я единственный, кто желает возобновить наше специфическое, кхм, общение. Он надежный товарищ и превосходный боец, но мне…сложно принять его выбор. Аира похлопала по его плечу в знак поддержки. -Я поговорю с ним. В одном котле варимся, все равно не уйдет от праведного втыка. Рада, что рассмешила тебя. -согласно кивнув, парень сложил на столе руки и опустил на них голову, которая с вечера наливалась свинцом и настойчиво требовала принять горизонтальное положение, желательно с участием необходимых для сего ритуала спальных принадлежностей. Вскоре дрема сморила его, к тому моменту на карте высилось здание академии Райа Лукария. Девушка подложила под щеку Рожера скомканное полотенце, задержала взгляд на нем. «Нет, ну без вариантов волшебный балбес. Нельзя так мило увалиться спать на моем столе, когда мне работать до петухов» -подумала она, и с удвоенной силой стала набрасывать основы Священной башни Лиурнии. Рвение художника не оценил карандаш и от напора длинный грифель сломался на корню. Беззвучно выругавшись и обвинив в смертных грехах неизвестного производителя, Фогель откинулась на спинку стула. -Это сущее издевательство