Суметь выжить

      Отпуск закончился как-то очень быстро, и вскоре их троих уже переносили в салон самолета, отправлявшегося в Британию. Их ждал Хитроу, дорога на базу и новости. Новости были очень разными, не всегда хорошими. Пока не был найден Дамблдор, зато обнаружено, что Волдеморт, возможно, выполнял приказы того, кого называли Великим Светлым, и это было чудовищно. Астория даже расплакалась от такой новости, а Гермиона с возлюбленным восприняли спокойно то, что и так знали.       Интересной оказалась и судьба Уизли — Персиваля пристрелили, Джиневра лишилась рук по воле Магии, а Рон… Предатели есть предатели, юношу отвергла собственная семья, и его съели дикие звери в лесу, как это удалось установить королевским дознавателям. Оставшиеся Билл и Чарли просто исчезли — один во Франции, другой где-то в Египте, исчезли без следа, и только траур Флер Уизли намекал на их судьбу. Упырь, видимо, сгорел вместе с «Норой», поэтому об Уизли можно было забыть. А вот с остальными все было непросто. В безумной ярости своей магглокровные волшебники перебили всех чистокровных и некоторых полукровок, которые не успели убежать или встать с ними в один строй. Они убили даже тех, кто был поражен неведомой болезнью, и даже детей, поэтому сейчас королевская Прокуратура просто не знала, что с делать с этими материалами.       Примерно половина магов, рожденных людьми, решила вернуться в мир «нормальных людей», и это были в основном дети. Они отрекались от магии, ломали прилюдно палочку и уходили к маме и папе, не понимая, насколько опасными становятся, отвергая свою магию. Впрочем, юным экспертам об этом не докладывали. Если бы Гарри знал о происходящем, то он бы точно вмешался, стараясь убедить остатки волшебников не отвергать магию, но…       Первой ласточкой был шумный теракт, который никто даже не подумал приписать магам, в Глазго. Целый жилой дом был уничтожен сильным взрывом, при этом ни одна организация на себя ответственность не взяла, да и смысл взрыва жилого дома не понимал никто. А вот второй случай… Мощный взрыв, произошедший в школе, унес жизни десятков детей. В попытке определить, кто это сделал, привлекли магов, и вот тогда обладавшие огромным опытом Гермиона и Гарри обнаружили характерные следы.       — Ребенок, отвергающий свою магию, становится обскуром, — доложила Гермиона. — Это очень опасно, потому что может привести к подобным последствиям.       — Значит, дети с даром должны колдовать? — поинтересовался капитан контрразведки, еще не подозревавший, что за собой повлечет его доклад.       — Да, — кивнула девушка. — Взрослые могут не колдовать достаточно долго, а вот дети…       — Дети, значит, — задумался офицер и отпустил юных офицеров.       Доклад проходил инстанции, первые меры принимались немедленно — детей помещали в безлюдные места, чаще всего с родителями, образовывая своеобразные… лагеря. Больше всего то, что делалось, походило на концентрационные лагеря, откуда выходить и выезжать было строго запрещено. Не прошло и месяца, как дети, боровшиеся за свою свободу, поняли, что их опять предали, изгнали, но теперь уже обычные люди, и выбора у них опять нет.       — Мы должны драться за свое право быть свободными! — кто первым выкрикнул это, так потом установить и не удалось, но внутри большого лагеря, куда свозили всех «потенциально опасных», появилось свое Сопротивление.       Пока принимались решения, ситуация дошла и до Ее Величества, которая поняла только то, что само существование магов угрожает жизни обычных детей, и жестко приказала… Так как большинство оставшихся в живых магов охотно сотрудничали с различными органами, то выполнять приказ Королевы следовало очень осторожно, чтобы не довести до войны. Маги начали исчезать — несчастные случаи, дорожно-транспортные происшествия и тому подобные события уменьшали количество магов в Великобритании. Вместо того, чтобы попытаться просто поговорить, убедить продолжать колдовать, не маги просто испугались, а испугавшись, решили просто уничтожить всех носителей «опасности» в своей стране.       Магическая блокада Великобритании была еще в силе, поэтому в Международной Конфедерации ни о чем не узнали, а вот другие страны НАТО попытались объяснить, что Ее Величество не совсем правильно интерпретировала ситуацию, но Королева уже закусила удила, хоть и не возражала против высылки всех детей-магов в сопредельные страны, где их с удовольствием приняли. Тучи начали сгущаться и над Грейнджерами, пока что этого не понимающими. Все-таки от «своих» много чего не ожидаешь.

***

      Ощущение чего-то надвигающегося и очень неприятного беспокоило Гарри уже который день. В чем дело, он не понимал, но, подумав, решил, что палочки им с Гермионой все-таки нужны. И про Тори забывать не надо, поэтому в один солнечный день автомобиль с Грейнджерами припарковался у полицейского управления. Пересадив подростков в механические, на всякий случай, кресла, мистер Грейнджер предложил Гарри показывать дорогу.       Проехав через неприметную калитку, убедившись, что девочки следуют за ним, Гарри покатился по улице Мертвецов, названной так исключительно по причине того, что вела к старому кладбищу. Улицы были пустынны, большинство лавочек не работали, но у Киддела точно кто-то был. Для начала Гарри направился в банк, не тронутый ни одним из прошедших катаклизмов, как это было видно из знакомой обстановки операционного зала.       — Тепла вашим детям, — произнес юноша, подкатившись к конторке, за которой восседал зеленошкурый сотрудник банка, удивленно поднявший голову. Увидев троих фактически детей с седыми волосами и без ног, гоблин ужаснулся.       — Жизни и света вашей пещере, — откликнулся сотрудник банка на приветствие, которого человеческим детенышам просто неоткуда было знать. — Чем гоблины могут помочь вам?       — Нам бы с Крюкохватом поговорить, — как-то очень грустно произнес Гарри, удивив гоблина, тем не менее предложившего молодым людям следовать за ним, а мистера и миссис Грейнджер передоверив своему коллеге.       — О ваших родителях позаботятся, — произнес гоблин, слегка поклонившись. — В комнату переговоров можно только вам.       — Хорошо, — кивнул мистер Грейнджер, понимая, что у каждого народа свои порядки. Без сомнения, он беспокоился о детях, но от Марка в этих условиях ничего не зависело, поэтому…       Трое подростков проехали вслед за гоблином по галереям, коридорам и даже спустились куда-то на лифте, прежде чем зайти в небольшую комнату, облицованную серыми плитами, от вида которых юноша заметно расслабился, поразив сотрудника банка своими знаниями.       — Мы в безопасности, — Гарри улыбнулся необыкновенно молчаливым сегодня девушкам.       — И откуда ты это все знаешь, — улыбнулась Гермиона, подъезжая поближе.       — Сие великая тайна есть! — юноша поднял кверху палец. — С алкогольным духом… О, Крюкохват, — Гарри искренне обрадовался вошедшему в комнату гоблину. — Тепла вашим детям!       — Жизни и света вашей пещере, — оскалился в ответ гоблин, названный Крюкохватом, которому так откровенно и искренне обрадовался человеческий юноша.       Человеческие детеныши были странными. Дело было даже не в приветствии, которое мог понять только гоблин, ибо редко рождавшиеся крайне болезненные дети зеленокожего народа и были истинной их ценностью, а вовсе не золото, и не в том, как держались эти дважды перешедшие грань слившиеся воедино молодые люди, присматривавшие за совсем ребенком… дело было в их седине и отсутствию ног, причем артефакты в кабинете показывали, что старших ели волшебные существа, а младшей ноги прижигали очень неприятным артефактом. Как она смогла выжить и сохранить разум, гоблин совершенно не понимал. Еще раз взглянув в глаза юноше, Крюкохват принес ему полную клятву, вызвав удивление молодого человека, однако и тот поразил гоблина в самое сердце — не просто приняв клятву, но и поклявшись в ответ, поклявшись не вредить детям народа.       — Кто ты? — не выдержал Крюкохват такого несоответствия. Перед ним сидел безногий седой ребенок, пусть и совершеннолетний, который абсолютно точно не воспитывался гоблинами, однако принимал и понимал их ценности.       — Сначало дело, потом сказки, — улыбнулся Гарри. — Нам нужно узнать, какие услуги предоставляет банк, какие — народ гоблинов, — спокойно сказал юноша. — И проконсультироваться, конечно.       — Услуги банка — восстановление ключа, хранение денег, финансовое опекунство… Народ может предложить вам практически все ритуалы, включая запрещенные, — объяснил гоблин.       — Ага, — кивнул Гарри. — Тогда давайте определять у всех троих, а потом… потом будет потом.       — Хорошо, — согласился Крюкохват, доставая три шара болотного цвета. — Это новая разработка, просто положите руку сверху, он сам возьмет кровь, сколько нужно.       — И-и-интересно, — протянул юноша. — Тори, Миона, кладем левую руку на шар сверху и ждем.

***

      — М-да, — задумчиво произнес Крюкохват. — Девочка, как я понимаю, пожертвовала собой, спасая других, была… минутку, — он достал выглядящий древним кусок пергамента.       — Была пытаема до потери себя и беспомощна до грани?       — Ну, в целом, да, — кивнул Гарри. — Ее долго пытали, надругались и отрезали конечности, чудом спасли, просто чудом.       — Ну, в таком случае, у меня для вас новости, — хмыкнул гоблин, протягивая пергамент с результатами юноше.       — Что тут у нас, — произнес Гарри, вчитываясь. — Вот как, ну это ожидаемо, а почему Тори?       — Условие наследования в случае истребления рода и вассалов, — пояснил Крюкохват. — Она же от своего рода отказалась, приняв вас, вот и получилось, что подходит, а так как чистокровная, то лишний плюсик.       — Что там, Гарри? — с тревогой спросила Гермиона, не выдерживая неизвестности.       — Ну мы с тобой герцоги Певерелл, что ожидаемо, раз аж дважды умерли, — объяснил юноша. — Так что, Твоя Светлость, ты герцогиня и состоишь в нерасторжимом магическом браке, угадай с кем?       — Как будто варианты есть, — улыбнулась девушка. — Хотя белое платье я еще хочу, а что с Тори?       — А Тори у нас оказалась по совокупности подошедшей под специальные условия рода Пендрагон, — Гарри посмотрел на эффект. Гермиона явно не очень понимала, что это за род, а вот Астория сидела, как громом пораженная. — Так что Тори у нас принцесса, но опека над ней пока у нас, пока не вырастет. Тори, не возражаешь?       — Вы же мои родные, — улыбнулась Астория. — Как я могу возражать? — В этот момент стены вздрогнули, выражение лица Крюкохвата стало похожим на то, с каким девочка приняла известие о том, что она принцесса.       — Сюрприз, — задумчиво произнес гоблин. — Ваши кольца, кольцо наследования, кошельки, артефакты будут доставлены через пять минут. Когда Ее Высочество станет совершеннолетней, она сможет повторить то, что сказала только что, тогда Певерелл и Пендрагон станут одним родом. Ну а пока…       — Порт-ключи, пожалуйста, в том числе и групповой, — попросил юный герцог, и пояснил Гермионе: — Какое-то предчувствие нехорошее. Ну, слушайте сказку…       Юноша рассказывал историю жизни. Свою и Гермионы. Уже на первых словах глаза девушки повлажнели, а когда Гарри дошел до начала событий в школе, она уже тихо плакала, вцепившись в обнимающего ее мужа. Тори смотрела на своих самых родных людей с такой болью, что плакать хотелось даже гоблину. А Крюкохват слушал историю, которая для народа гоблинов была совершенно невозможна. О том, что сделали со своими детьми сами маги. Боль в глазах юного герцога и слезы его жены убеждали гоблина в том, что все рассказанное правда. И вот когда мальчик начал рассказ о своих детях, молодые люди обнялись, едва дотянувшись друг до друга.       — А потом мы с вами, старый друг, сидели в пабе и глушили на пару огневиски, — подошел к завершению рассказа Гарри.       — Вы называли меня другом, — задумчиво произнес Крюкохват. — Что же, надеюсь, мы с вами еще выпьем.       Тори как-то очень спокойно восприняла рассказ и о первой, и о второй жизни Гарри и Гермионы, понимая, что те не соврали ни единым словом. Кроме того, ее собственный изменившийся статус шокировал девочку, поэтому она была молчалива, лишь сказав Певереллам, что ничего не изменилось.

***

      Это случилось в лавке Кидделла, когда девушки, а за ними и Гарри, подбирали палочки, точнее, когда палочки уже были подобраны. Сначала все шло так, как помнил юноша: мастер ужаснулся, посмотрев на троих седых подростков в инвалидных креслах, а потом, справившись с собой, принялся приглашать каждого в круг с одной и той же инструкцией:       — Сосредоточьтесь, почувствуйте свое, позовите его…       Не прошло и получаса, как у всех троих появились новые палочки, подходившие им идеально. Озаботившись подбором артефактов, молодые люди чуть не пропустили Патронуса, влетевшего в лавку. Сияющая ласточка сделала круг и рассыпалась, доставив сообщение.       — Гарри, Гермиона, Астория, вы в опасности! — прозвучал хорошо знакомый голос Лили Мун в лавке артефактора. — Магглы решили уничтожить волшебников, многие погибли, я постараюсь прорваться, но вас убьют абсолютно точно, уже убили многих, если можете, бегите, берегите себя и прощайте!       Судя по всему, это было последнее сообщение девушки, которую предали те, кому она доверилась. Не раздумывая долго, Гарри приказал собраться всем вокруг него, бросил деньги на прилавок, и кинув на прощанье: «бегите, мастер», задействовал экстренный групповой порт-ключ, в следующее мгновение оказавшись в крепости Певерелл, немедленно поднявшей все свои щиты и полностью исчезнувшей из этого мира.       — Что случилось, сын? — поинтересовался мистер Грейнджер, Патронуса не слышавший.       — Лили Мун передала сообщение о том, что нас слили, — кратко объяснил Гарри. — Посоветовала бежать, мы убежали.       — Раньше у вас таких возможностей не было, — заметила миссис Грейнджер, Патронуса увидевшая и услышавшая.       — Раньше мы не были герцогами, а Тори вообще принцесса, — нервно хихикнула Гермиона. — Муж, что дальше?       — Их Светлостям следует принять род, — рядом с ними внезапно появился некто, совсем непохожий на домовика. Скорее, существо было похоже на свежее умертвие, при этом одето было во что-то напоминавшее ливрею.       — Их Светлости не возражают, только… — юноша замялся, но странный то ли домовик, то ли еще кто, кивнул, в зал вошли трое скелетов, подхвативших Гарри и взвизгнувших девушек на руки. — Как вас зовут?       — Кхарх, — ответило существо, отправляясь куда-то в глубь крепости.       — Юная девушка — Пендрагон под нашей опекой, — решил пояснить Гарри, на что Кхарх ответил, что предки разберутся.       Держа безногих последних Певереллов и Пендрагон на руках, скелеты спускались все ниже и ниже, туда, где находился Ритуальный Зал, давая возможность юным герцогам принять род и засвидетельствовать опеку над последней принцессой Магической Британии. Они еще не знали, что некоторые маги дали бой и смогли сбежать так, как сбежала и Лили, как сбежали некоторые дети… Им еще многое предстояло узнать и принять свои нелегкие решения, а пока следовало принять род.