Суметь выжить

      Очнувшись в кровати, Гарри поначалу даже не понял, что случилось, но потом вспомнил, что они принимали род и было это связано с болью, поэтому юноша проверил супругу, убедившись, что она спит, и слегка утихомирив новые знания в голове, вызвал слугу, хотя, строго говоря, Кхарх был старшим над всеми слугами, выполняя обязанности управляющего.       — Кхарх, — обратился юный герцог к появившемуся существу. — Где принцесса, и что с ней?       — Ее Высочество изволит почивать, — высокопарно откликнулся Кхарх. — С ней все в порядке, насколько это возможно.       — Ничего, с ногами что-нибудь придумаем, — убежденно произнес Гарри. — Мне бы одеться и кресло бы еще.       — Если вам важны ваши повозки, — произнесло это существо, то их доставят, но вашими ногами пока будут… — В комнату вошли… кресла на скелетовидных, но достаточно мощных ногах.       — Интересно, — не смущаясь собственной наготы, юноша перелез в кресло и кивнул. — Удобно. Это, пожалуй, вариант получше наших «повозок». Управление мысленное?       — Да, Ваша Светлость, — откликнулся Кхарх. — Сопровождавшие вас люди размещены в родительских апартаментах, я правильно понял их статус?       — Да, они наши родители, — еще раз кивнул юный герцог. — Не всем по крови, но всем по факту. Надо одеться.       В спальню, а это была именно спальня, вошли четверо скелетов, довольно быстро натянувшие старинную, но удобную одежду на Гарри, заставив его ностальгически улыбнуться. В этот момент проснулась и Гермиона, сразу потребовав ее одеть. С девушкой было сложнее, чем с юношей, потому что панталоны надо было надевать не очень быстро, внимательно следя за тем, чтобы были закрыты и культи, так как у девушки предполагались не штаны, а платья, при этом достаточно длинные, несмотря на некомплект конечностей.       Юные герцог и герцогиня обменялись поцелуями и двинулись на новых своих креслах в сторону спальни Тори, что уже тоже проснулась и пыталась не паниковать, хоть и знала, что ей ничего не может угрожать. Увидев Гарри и Гермиону на шагающих креслах, Тори сначала прыснула, а потом солнечно улыбнулась.       — С добрым утром, — произнесла девочка. — Как хорошо, что вы есть!       — Что случилось, сестренка? — сразу же спросила Гермиона, державшая мужа за руку.       — Приснилась Дафна, — прошептала Тори. — Сказала, что гордится мной, и просила вас слушаться…       — Ох, малышка, — произнесла юная герцогиня, наклонившись, чтобы обнять Тори. — Все будет хорошо, обещаю.       Пока Гермиона помогала одевать девочку, Гарри раздумывал над тем, что нужно эвакуировать всех магов, что остались в живых, потому что творящееся в человеческом мире ему не понравилось… Совсем не понравилось, учитывая последнее предупреждение Лили. Поэтому нужно было выяснить, что на самом деле происходит, а потом уже… Прощать предательство Гарри не собирался, особенно предательство тех, кому доверял. Перед завтраком стоило озаботиться слугами, поэтому Гарри опять вызвал Кхарха, попросив назначить личных слуг для супруги, Тори и него.       — А то, что я буду тебя дергать каждый раз, когда мне что-то понадобится? — сказал юный герцог.       — Мудро, — заметило существо, и перед Гарри, Тори и Гермионой встали копии Кхарха — две были одеты в платье, один в ливрею попроще. — Это Дая, Кая и Дат, выбирайте.       — Хорошее чувство юмора, — заметила Гермиона, — учитывая, что они одинаковые… Хорошо, Дая?       — Да, Ваша Светлость, — чуть присела одна из представленных, сразу же пристраиваясь за креслом девушки.       — Так… Родители проснулись? — поинтересовался Гарри.       — Ваши родители ожидают вас в малой столовой, — откликнулся Кхарх.       Видеть, как кресло на ножках бежит навстречу вставшим родителям — это не для слабонервных, но Грейнджеры, по-видимому, были привычными, и не удивлялись уже ничему. И Эмма, и Марк очень по-доброму улыбались детям, а дети были искренне рады им. Все остальное требовало, конечно, осознания, особенно изменившиеся лица детей, но это могло и подождать. Подозвав Кхарха, Гарри отдал ему еще одно распоряжение, после чего приступил к трапезе. Меню было на уровне королевских века эдак восемнадцатого, что оценила Гермиона, доведя до сведения остальных завтракающих. То есть завтрак был сытным.       — Нужно разобраться, что случилось, — начал разговор юный герцог, — кто выжил, и потом уже решать, что будем делать.       — Насколько я поняла, таких, как мы начали уничтожать люди? — тихо спросила Тори. — Значит, они нас уже ненавидят, да?       — Мы со всем разберемся, — произнес Гарри, при этом вопросительно взглянув на Марка.       — Даже вопрос не стоит, — хмыкнул мужчина, заставив юношу заулыбаться. — Не предадим мы тебя.       — Сначала разбираемся, потом наказываем, — резюмировала Гермиона. — А потом… ножки?       — Ласковая ты моя, — обнял свою любимую юный герцог. — Будут и ножки, как только разберемся, как их сделать, но для этого нужно, чтобы упокоились враги.       Судя по настроению Гарри, всепрощение у него закончилось. Гермиона, не ожидавшая такой подлости еще и от магглов, всепрощением тоже не страдала, что очень хорошо поняла Эмма, надеясь только на то, что любимая доченька с мужем не зальют кровью всю Британию. А Тори думала о том, что узнала во время ритуала…       — Кхарх, можно ли как-то обнаружить магов на территории Великобритании и эвакуировать их в крепость? — поинтересовался юный Певерелл.

***

      Крюкохват, получивший весточку от Певерелла, поверил сразу — такими вещами не шутят, поэтому Гринготтс перестал существовать в реальности, сместившись в складку пространства. Снаружи остался только малый операционный зал с парадным входом, в котором находились только иллюзии, как магов, как и гоблинов. Рисковать никто не хотел.       О пропаже волшебников, работающих на правительство, Лили узнала случайно. Она не смогла связаться с подругой, которая сопровождала одну из поисковых групп, а позвонив ей домой, узнала, что с ней произошел несчастный случай — она упала с моста и утонула. Эта новость сначала расстроила девушку, а потом у нее, что называется, «включились мозги». Осторожно, из разных таксофонов, мисс Мун обзвонила еще несколько известных ей человек, и везде услышала: «несчастный случай», «авария» и даже одно самоубийство. Девушка поняла, что их начали «зачищать», но не поняла, почему и за что.       Тогда она подняла все отчеты, проходившие через Службу, и увидела тот самый доклад, который вроде бы не содержал неверной информации, но что-то в нем было не так. Наложив чары проявления, Лили почувствовала, что у нее подкосились ноги — на документ, который, судя по записям, подготовил секретариат базы, а подписал сам начальник базы, были наложены чары агрессии. Причем, целевой агрессии. Значит, кто-то в секретариате или же сам начальник базы наложил… Но магов в секретариате не было, она это знала абсолютно точно, тогда что случилось? Откуда эти чары?       Что-то выяснить не удалось, когда девушка возвращалась домой со службы, на нее напали. Ожидая чего-то подобного, Лили заранее обнаружила нападавших, наговорила Патронусу все, что смогла, и приняла бой. Когда по ней открыли огонь из крупнокалиберного пулемета, девушка поняла, что не ошиблась, поэтому, используя бытовые чары, превратила в фарш двоих нападавших, подпалила боезапас, судя по взрывам и треску, пулемету, после чего аппарировала прочь, в надежде, что родных не тронут. В том, что надежда была пустой, она убедилась через час, обнаружив сгоревший дом и услышав вердикт пожарных.       Некоторое время девушка просто провела в прострации, то молча глядя в небо, то рыдая, а потом решила, что нужно предупредить всех, кого сможет. Этим она и занималась, когда ее обнаружил скелет, посланный молодым герцогом. Почти неделю питавшаяся только тем, что утащила из магазина глубокой ночью, Лили Мун уже плохо соображала, где находится и что делает, поэтому скелету не сопротивлялась, потеряв сознание.       Получившие весточку от лейтенанта Мун коллеги и знакомые повели себя по-разному. Кто-то не поверил, решив доложить руководству, но не успел, кто-то поверил сразу и успел убежать, кого-то принудили сдаться, шантажируя родными. Но таковые успели послать короткий Патронус, извещая Лили, а через нее и Певереллов. Решив уничтожить магов во что бы то ни стало, магглы, а их теперь называли только так, переступили черту, которую переступать было нельзя, по мнению Гарри Певерелла.       — Итак, — на семейном совете, выслушав Лили Мун, сейчас отдыхавшую, Гарри предложил высказываться. — Кто что предложит?       — Самое простое решение — это зачистить тех, кто зачищает, с Королевы начиная, — произнес мистер Грейнджер. — Только вряд ли это решение правильное.       — Почему? — заинтересовался юный герцог. — Нет человека, нет проблемы, так, кажется, говорят?       — Так, — ответила ему уже Эмма. — Только ты невнимательно слушал девочку. Она сказала, что обнаружила чары агрессии.       — Вы хотите сказать, что Королева и иже с ней, могут быть не настолько и виновными? — поинтересовался Гарри.       — Именно это тебе мама и хочет сказать, — улыбнулась Гермиона под кивание миссис Грейнджер. — У нас двое подозреваемых — начальник базы и секретариат… Хотя там больше людей, да?       — Обычно трое-четверо, — кивнул Марк. — Могу рассказать, кто где находится.       — Зна-а-ачит, — протянул юноша, — крадем всех этих людей и выясняем, кто наложил чары. А потом…       — А потом будет потом, — Тори процитировала самого Гарри. — Хотя, конечно, убить всех виновных хочется, но зачем нам устраивать войну?