Подвешенный как Арк

-x-X-x-

Вайсс Шни плотно сжимает губы, наблюдая, как ее старшая сестра исчезает в классе. Она притормаживает, но пока не готова последовать за ней. Это оказалось весьма разумным решением, так как не прошло и пяти минут, как глаза наследницы Шни расширились: с противоположной стороны появились Жон Арк и Пирра Никос, подошли к двери и тоже проскользнули внутрь. Что за дела могут быть у них с ее сестрой? Вайсс могла представить, почему Винтер захотела поговорить с Пиррой, учитывая мастерство малиноволосой девушки как воина и охотницы, но она не могла представить себе причину, по которой Жона тоже пригласили на такую встречу. Не в силах удержаться, Вайсс пробирается вперед и в конце концов оказывается у двери в классную комнату. Заглянув в маленькое окошко в двери, она увидела, что все трое находятся в дальнем конце комнаты, и никто из них не стоит лицом к двери. Облизнув губы и чувствуя себя немного грязной из-за всех этих подкрадываний и ухищрений, Вайсс очень осторожно поворачивает ручку и открывает дверь в класс, проскальзывает внутрь и убеждается, что она бесшумно закрывается за ней, прежде чем спрятаться за рядом парт. — … Приятно познакомиться с вами, агент Шни, но что вы хотите от нас с Жоном? Похоже, они были в процессе представления. Это была Пирра, и в тоне красноволосой была любопытная нотка. Ответ Винтер заставил Вайсс задуматься не меньше, чем Жона и Пирру. — На самом деле я больше хочу от твоего партнера, чем от тебя, охотница Никос. — Что? — А? Жон и Пирра оба звучат недоверчиво, хотя последняя тут же бросает извиняющийся взгляд на своего партнера, понимая, как грубо она говорит. Вайсс не может не нахмурить брови в замешательстве. Вайсс снова задается вопросом, что ее сестра может хотеть от Жона Арка. Она полагала, что скоро узнает это, если только не будет терять голову. Вздох вырвался из уст Винтер Шни, когда она скрестила руки на груди. — Ты — Жон Арк, да? Сын Николаса Арка, внук Бартоломея Арка, правнук Теодора Арка и праправнук Фредерика Арка? К этому моменту глаза Жона выпучиваются из черепа, и Вайсс не может не верить, что ее сестра права. Винтер всегда проводила свои исследования. Но все же, зачем другой женщине знать историю семьи Жона? — Ну да, похоже на правду… — Докажи это. Возникает пауза, когда Винтер стоит и смотрит на него властно. Жон вздрагивает от резкого тона, а затем немного смещается на месте, прежде чем вытащить меч из ножен. — Я, ну… это Кроцеа Морс, оружие моего прапрадеда, если ты это имеешь в виду под доказательством. Винтер только покачала головой. — Нет, мне нет дела до этого Жон Арк. Я позвала тебя сюда, чтобы увидеть твой другой меч. Раздевайся. Вайсс приходится буквально засунуть костяшки пальцев в рот, чтобы подавить свое восклицание. К счастью, Пирра успела отреагировать нехарактерно громко. — ЧТО?! Винтер обращает свой ледяной взгляд на красноволосую голову, даже когда Жон заикается и тараторит в ответ. — Насколько я понимаю, ты любовница Жона, да? Поэтому я и попросила вас прийти. Я не хочу красть его у вас, но пока я здесь, в Биконе, было бы упущением не исследовать нового мужчину Арка. Моя бабушка рассказывала мне очень много историй. Это заставило Пирру в свою очередь зашипеть. — М-Мы не… Я не… Но Винтер уже смотрит на Жона, строго нахмурившись, и делает шаг вперед. — Разве я не сказала тебе раздеться, чтобы я могла оценить тебя сама? А потом Вайсс смотрит расширенными глазами, как Винтер Шни, ее дорогая старшая сестра, опускается на колени прямо здесь и сейчас, хватаясь за брюки Жона, даже когда молодой человек отступает к передней части стола, оказавшись зажатым между ним и ею. — С-Святое дерьмо! Пирра, похоже, готова вмешаться, и Вайсс наклоняется вперед, но когда Винтер Шни, наконец, вытаскивает член Жона из его пределов, все женщины в классе замирают и смотрят, даже сама Атласский Агент. Он огромен, и на ум приходит грубая фраза, которую Вайсс слышала раз или два. Висит, как у ебучей лошади. Пирра выглядит потрясенной, ее зеленые глаза расширены, а рот открыт, когда Винтер смотрит на свой приз, единственная в комнате с большой, широкой улыбкой на лице. — Вот он. Такой же большой, как бабушка всегда рассказывала. Мм, это будет весело. Вайсс не думала, что это может стать еще более безумным, но она ошиблась, когда ее сестра пошла дальше, чем просто держала член Жона. Винтер наклоняется вперед, убирает волосы с лица и широко открывает рот, одним махом всасывая большую часть члена блондина в рот, ошеломляя всех присутствующих, так как она берет все больше и больше. — Е-ебать т-твою глотку… Слова Жона сорвались с его губ почти наверняка непроизвольно, когда он вздрогнул и его рука инстинктивно схватилась за белоснежную прядь Винтер. Вайсс трудно разобрать отсюда, но ей кажется, что она видит, о чем говорит светловолосый шут. Горло ее сестры конвульсирует, спазмируется и даже раздувается, когда Шни принимает каждый последний дюйм массивного члена Жона до самого основания без единого звука протеста. Что бы Винтер ни делала, она делает это легко, и, честно говоря, Вайсс уверена, что это не так. — Это слишком… это слишком хорошо. Б-Блядь, кажется, я сейчас кончу… Вайсс приходится сдерживать желание закатить глаза и фыркнуть. Конечно, у Жона может быть преждевременная эякуляция. Однако вместо того, чтобы остановиться или рассердиться на него, Винтер продолжает наращивать темп, двигая головой вперед-назад вдоль его члена все быстрее и быстрее. Наконец, она начинает терять самообладание, задыхаясь на его члене, не в силах больше сдерживать рвотный рефлекс. — Гагх! Гагх! Гагх! Младшая Шни смотрит из своего укрытия, как слюна Винтер стекает с ее нижней губы на подбородок, а затем на ее безупречную Атласскую Военную форму. И тут Жон громко стонет, и на мгновение Вайсс не понимает, что происходит, пока не видит, как из уголков рта ее сестры вытекает белая жидкость, а горло Винтер постоянно конвульсирует, пытаясь проглотить ее, и… и Жон Арк только что кончил в горло ее старшей сестры! Вайсс должна быть возмущена! Вместо этого… она позорно возбуждается, ее бледная кожа заливается румянцем, когда руки предательски начинают двигаться по ее телу. Даже когда беловолосая девушка начинает исследовать себя в самых непристойных местах в самое неподходящее время, Винтер отстраняется и пускает пузырь спермы, а затем встает и начинает раздеваться прямо там и тогда. — ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?! Пирра, кажется, наконец-то обрела голос. Ее очень вокальный голос, ее полу-крик, полу-вопль заполнил класс и привлек всеобщее внимание. Винтер ошарашенно моргает, ее бюст теперь обнажен, куртка, блузка и лифчик уже сняты, так как она раздевается догола. — Ах, конечно. Как грубо с моей стороны. Я полагаю, вы хотели бы сначала трахнуть его, чтобы сохранить доминирование. Я не смею и мечтать встать у вас на пути. Винтер жестом показывает Пирре, чтобы она взяла Жона, и они оба краснеют, лопочут и заикаются, даже Вайсс краснеет не меньше, ее руки теперь под рубашкой и юбкой, трутся о сиськи через лифчик и влажную киску через трусики. Старшей сестре требуется мгновение, чтобы понять это, а когда она понимает, то выглядит слегка пристыженной. — О, я начинаю понимать, в чем проблема. Значит, вы не состоите в отношениях, не так ли? Хм, а я-то думала… но тогда вы, по крайней мере, должны быть влюблены друг в друга, все признаки налицо. Снова заикание и лопотание, а потом Винтер оказывается рядом с Пиррой, рукой дергает за хвостик красноволосую голову, заставляя ее посмотреть на член Жона. Винтер наклоняется, и Вайсс с удивлением наблюдает, как ее сестра делает то, на что, по ее мнению, не способна эта прямолинейная женщина. Винтер соблазняет… и делает это очень хорошо. — Ты видишь вон тот большой твердый член, охотница Никос? Ты представляешь его внутри себя? Проникает в тебя, трахает тебя, разводит тебя? Посмотри, как он растет даже сейчас, когда Арк слышит мои слова и становится твердым и возбужденным от мысли о том, чтобы обрюхатить тебя. Тебе бы понравилось, если бы он тебя отпахал, не так ли? Пирра хнычет, кусает нижнюю губу… и ломается. — Я-я… д-да… Это не более чем тихий шепот, но это все, что нужно Винтер, чтобы оттащить красноволосую голову за хвост к ближайшему столу. Она перегибает Пирру через стол и задирает ей голову, стаскивая трусики вниз, чтобы обнажить ее мокрую и пухлую киску. Затем она протягивает руку и берется за член Жона, притягивая мальчика к себе и прижимая их друг к другу. Ни один из них не проявляет особого желания, но и не является активным участником. … Пока Жон не оказывается глубоко внутри уже не девственной пизды Пирры, и он совершенно неожиданно обнаруживает, насколько горячи и туги внутренности его партнерши. — Ж-ЖООООООООООН!!! Вопль Пирры наполняет воздух, когда светловолосый парень берет ее за бедра и начинает входить в нее. Но это не недовольство или гнев. Нет, Пирра наслаждается большим, толстым членом, вонзающимся в нее, и когда она принимает член Жона в свою пизду, Вайсс не может удержаться от того, чтобы не просунуть два пальца через трусики в свою пизду, соразмеряя скорость толчков Жона с тем, как она вводит и выводит пальцы из своей влажной щели. Винтер ничуть не лучше Вайсс, хотя она гораздо более откровенна в этом. Атласская оперативница разделась догола, и в этот момент она запрыгнула на стол, рядом с которым трахались Пирра и Жон, и с удовольствием широко расставила ноги в непристойной манере, чтобы прикоснуться к зрелищу двух девственников и их первого раза. — Мм, вы, голубки, очаровательны. Интересно, была ли такой моя бабушка, когда была с твоим дедушкой… наверное, нет, если подумать. Это немного отвлекает Жона, хотя в этот момент он, кажется, на автопилоте трахает извивающуюся и стонущую Пирру. — Хмм? Винтер ухмыляется, засовывая пальцы в свою пизду и перекатывая стройные плечи. — А, полагаю, ты не знаешь эту историю. Если честно, моя младшая сестра Вайсс тоже не знает. Шни и Арки восходят к давним временам, но, к сожалению, моя мать и твой отец не поладили, положив конец дружбе между поколениями. Однако у моей бабушки были самые лучшие истории. Все началось с твоего прадеда, Теодора Арка. Он соблазнил мою бабушку, когда она была еще молодой женщиной на пороге взрослой жизни, и показал ей удовольствие от большого, толстого члена. Винтер с нежностью улыбается, вспоминая рассказы своей бабушки. Вайсс, слушая ее, отмалчивается, но не перестает трогать себя, как Жон не перестает трахать полубессознательную Пирру. — Увы, их любовь не была любовью, которая могла бы длиться долго. И тогда твой прадед свел мою бабушку с твоим дедом, Бартоломеу Арком. И они неплохо поладили. Жон нахмурил брови. — Они были женаты? Это вызывает легкий смех Винтер, которая продолжает наслаждаться собой. — Ах ты милый, невинный мальчик. Нет, нет, они не были женаты. Шни — гордая семья с длинным и богатым наследием. Твой прадед и дед обманули моего собственного деда, трахая его жену за его спиной в течение десятилетий. Узнав об этом, мне показалось справедливым продолжить семейную традицию по-своему. — … Ты жената? Винтер только усмехается и спрыгивает со стола, пробираясь к нему. — Нет, глупый мальчишка. Я не жената, просто отреклась. Мы с отцом презираем друг друга. Я не папина дочка, отнюдь. А трахаться с тобой — это просто еще один способ отомстить ему и при этом получить огромное удовольствие. Похоже, бабушка была права еще кое в чем. Арк кончает быстро в первый раз, и медленно во второй. Бедная Пирра выглядит совсем измученной. Почему бы тебе не выйти из нее и не устроить мне тест-драйв, а? Моргнув, Жон смотрит вниз и видит, что у его партнерши изо рта текут слюни, а ее ноги покачиваются и трясутся от изнеможения, колени подгибаются, и она становится на носочки. Уставившись почти в пустоту, Жон вытаскивает из нее свой член, хотя и выглядит при этом несколько противоречиво. — Да ладно тебе, все эти разговоры о том, чтобы обрюхатить ее, были хороши и все такое, и это, конечно, возбудило ее, но давай будем справедливы. У нее впереди светлое будущее, ей пока не нужны дети. С другой стороны, я… Это привлекает внимание Жона, даже когда он движется к Винтер, только для того, чтобы Винтер отошла к столу, прошла назад и вскочила на него с развратной, злобной ухмылкой на лице, широко расставив ноги. В этот момент Вайсс вводит и выводит три пальца из своей пизды, тихо пыхтя и в основном полагаясь на сексуальные звуки в комнате, чтобы скрыть происходящее. И вот Жон уже внутри ее сестры, и Винтер стонет от желания, обхватывая его своими длинными ногами и руками, принимая его массивную длину в свою пизду дюйм за дюймом, черт возьми. — Вот так. Трахни меня, Арк, трахни меня! Закачай свое семя в мое лоно, наполни меня своей спермой! Выруби меня! БОГИ, ДА! Даже когда Винтер говорит, становится ясно, что ее слова подстегивают Жона. Его темп становится все быстрее и быстрее, он хрипит, стонет и рычит, впиваясь в нее прямо на столе, а Пирра полуобморочно лежит на соседнем. Вайсс может только смотреть с широко раскрытыми глазами и отвисшей челюстью на то, как он медленно, но верно подводит ее все ближе и ближе к оргазму. Она изо всех сил старается подавить стоны, которые хотят вырваться из ее рта, и в конце концов сжимает костяшки пальцев, продолжая вводить и выводить свои пальцы из пизды. Конечно, трудно сдерживаться, когда ни Винтер, ни Жон не прилагают никаких усилий, чтобы сделать то же самое. Они оба довольно голосисты, Жон с его рычанием и мычанием, а Винтер с ее постоянным, безостановочным, вокальным восхвалением его массивного члена. — ДА, ЖОН! ДА! ВНУТРЬ, Я ЧУВСТВУЮ ЭТО! ОХ БЛЯЯЯЯЯЯЯЯЯТЬ! Становится очевидно, что Жон кончает внутрь сестры, наполняя ее лоно семенем, когда он останавливает движения, а Винтер откидывает голову назад. Вайсс наблюдает, как глаза ее старшей сестры закатываются назад, а язык вываливается изо рта. Это самый непристойный вид, который она когда-либо видела на лице Винтер… и в конце концов, унижение и деградация женщины, на которую она всегда равнялась, доводят Вайсс до предела, она кричит и кончает прямо на пол в классе, ее киска истекает соками. Конечно, Вайсс не одна, не так ли? — ВАЙСС?! Глаза Наследницы Шни поднимаются вверх, когда недоверчивый крик Жона наполняет воздух. И он, и ее сестра смотрят на нее, хотя Пирра все еще слишком не в себе, чтобы принять участие в моменте шока. Вайсс сильно краснеет и медленно встает, глядя на Жона и Винтер. И тут лицо Винтер переходит от удивления к извращенному изумлению, ее губы кривятся в широкой, злобной ухмылке. Трепет наполняет ее сердце… Вайсс не может ничего поделать с тем, что при этом взгляде по ее телу разливается новый поток возбуждения. — Дорогая сестра! Я как раз думала о тебе~ Во что она ввязалась?