Подвешенный как Арк

-x-X-x-

Все остальные в комнате застыли на месте, когда Винтер нацелилась на сестру. Вайсс неистово краснеет, а Жон смотрит на нее непонимающими глазами. Тем временем Пирра все еще не пришла в себя после жестокой взбучки, которую ей устроил здоровяк Арк. Рыжая все еще лежит на столе, на котором он ее оттрахал. Но главная проблема сейчас — это ее сестра. Закусив нижнюю губу, Вайсc ерзает на месте, не смея пошевелиться, даже когда Винтер становится все ближе. Извращенная, злобная ухмылка на лице старшей сестры приводит Вайсс в замешательство, она не знает, что чувствовать. Она должна, по крайней мере, что-то сказать, верно? Может быть, извиниться за то, что подглядывала за ними в моменты их близости? Открыв рот, чтобы сделать именно это, Вайсc успевает произнести всего два слова, прежде чем Винтер настигает ее. — В-Винтер, я-ммф! Глаза Вайсс расширились, когда ее сестра наклонилась и поцеловала ее, прямо здесь и сейчас. В этом поцелуе нет абсолютно ничего семейного. Это не любовный поцелуй, не легкий чмок. Это похотливая, грубая, властная встреча губ, и язык Винтер проникает в рот Вайсс и доминирует над ее собственным, прежде чем младшая девушка успевает как следует осознать происходящее. И все же… и все же это так приятно. Несмотря на себя, несмотря ни на что, Вайсс медленно растворяется в объятиях сестры. Руки Винтер опустились на плечи Вайсс, а затем двинулись вниз по ее телу. Ее юбка опустилась, чтобы скрыть мокрую пизду, но это не мешает Винтер лапать Вайсс прямо через форму Академии, даже когда соки Вайсс капают с ее измазанной руки. Это неправильно, это извращение, это ДОЛЖНО вызывать отвращение… но Вайсс не испытывает отвращения в этот момент. Нет, вместо этого она чувствует себя ближе к сестре, чем когда-либо прежде. И когда пальцы Винтер глубоко погружаются в маленькую попку Вайсс, а старшая девушка поднимает ее на кончики пальцев, чтобы прижать свое более развитое тело к плоской, миниатюрной фигуре Вайсс, младшая из двух сестер с радостью соглашается с этим. Вплоть до того момента, когда Винтер отстраняется, а затем берет Вайсс за руку, чтобы подвести ее к Жону. Сначала она следует за ней в оцепенении, но в конце концов наследница Шни понимает, куда они идут, и останавливается в двух шагах от все еще застывшего блондина с широко раскрытыми глазами. — В-Винтер, что ты делаешь? Атласская оперативница оглядывается на свою сестру с поднятой бровью и злобной ухмылкой на лице. — Что, по-твоему, я делаю, Вайсс? Ты хочешь этого, не так ли? Я не удивлена. Он определенно большой, не так ли? Побуждаемая словами Винтер, Вайсс не может не взглянуть на член Жона. Он все еще твердый, невероятно твердый. И он действительно ОЧЕНЬ большой, а также пульсирующий, направленный в сторону Вайсс. Это… это самая потрясающая вещь, на которую она когда-либо смотрела, и она чувствует его запах отсюда, смешанный с запахом ее сестры, Пирры… и даже ее собственного возбуждения. Запах секса активно проникает в комнату, даже когда Вайсс хнычет и качает головой. — Я-Я… это было бы неправильно. Он… он Жон. — Он — Арк. И моя сестра не собирается следовать примеру нашей матери и отдалять мужчину-арка нашего поколения. И с этим, Винтер ведет Вайсс через остаток пути к Жону, светловолосый мальчик выглядит так, как она сама чувствует, когда хватается за край стола, к которому он прислонился спиной. Через мгновение Вайсс оказывается на коленях, и член Жона оказывается намного, намного ближе, чем раньше. Рука Винтер хватает Вайсс за хвост, и вот она уже прямо напротив него, его мясистая длина прижата к ее щеке, пульсирует на ее плоти. — В-Вайсс… мы не должны… Вайсс?! Жон, наконец, находит в себе мужество заговорить, но к этому моменту уже слишком поздно. Вайсс опускает глаза, ее ноздри раздуваются от запаха члена Жона, более концентрированного, чем тот, что доносился до ее носа. Ее руки сами собой поднимаются, и вот она уже хватает его член, когда последние остатки ее сопротивления рушатся, и она стонет, вжимаясь в его член. По правде говоря, она действительно хотела этого. Винтер не ошибалась, но ее сестра редко ошибалась. Пока она пряталась, подглядывая за ними, наблюдая, как Жон трахает Пирру, а потом и саму Винтер… Вайсс фантазировала о том, что вместо нее будет она. О том, как этот большой, толстый член пронзает ее матку, наполняя ее спермой. Как выяснилось, фетиш размножения был очень силен в крови Шни. Не в силах удержаться, Вайсс открывает рот и скользит губами по большой, выпуклой головке толстого члена Жона. Светловолосый парень огромен, и хотя она уже знала об этом из наглядной демонстрации, которую он неосознанно дал ей, трахая Пирру и Винтер, одно дело смотреть, а совсем другое — испытать на себе. Маленький рот Вайсс едва помещался вокруг его члена, и она изо всех сил старалась отсосать ему. Винтер помогала ей в буквальном смысле слова, и вскоре беловолосая девушка обнаружила, что у нее начался рвотный рефлекс на огромном члене Жона, когда ее собственная сестра заставила ее взять его в горло. — Руки за спину, сестренка. Давай сделаем это правильно, а? Голос Винтер наполняет ее уши, и Вайсс ничего не остается делать, как подчиниться. Другая девушка уже давно стала авторитетной фигурой в жизни Вайсс. Она присматривалась к своей родной сестре, даже когда их отец отрекся от нее, даже когда Вайсс в свою очередь стала наследницей Шни. Несмотря на все это, она все еще жаждала одобрения Винтер. Ее руки соскальзывают с члена Жона, а губы скользят дальше по нему, когда она сцепляет руки за спиной, ее шея выпячивается, а маленькая грудь вздымается от того, что Винтер заставляет ее задыхаться на его члене. — Халгх… халгх… халгх. — Хорошая девочка… давай, бери все. Дыши через нос. Ноздри Вайсс раздуваются, когда она пытается сделать именно это, даже когда ее мысли сосредоточены на воркующем, одобрительном голосе Винтер. Так вот где она наконец-то заставила сестру гордиться собой. Это стыдно, и в то же время Вайсс чувствует прилив гордости в своей груди, даже когда Жон стонет от сдавливания ее горла. Наконец, наконец, ее губы касаются основания его члена, и его яйца ударяются о ее покрытый слюной подбородок. Слезы капают из глаз Вайсс, когда она продолжает глотать ствол Жона… но потом она узнает, что это только начало. — Хорошо. Теперь мы можем начать. Глаза младшей Шни расширились, когда Винтер начала заставлять ее глубоко глотать член Жона, потягивая ее голову вперед и назад, вверх и вниз по массивной длине светловолосого мальчика. — Гагх! Гагх! Гагх! Вайсс задыхается и глотает все сильнее, пока Винтер трахает ее лицом на члене Жона, но, несмотря на издевательства, несмотря на все… Вайсс находит, что ей это нравится, чем больше это продолжается. Ее киска капает на пол из-под юбки, ее ноги дрожат, когда она стоит на коленях. Ее руки побелели от того, как сильно она сжимает руки за спиной, но, несмотря на все это… ей приятно. Нет, это больно… но боль приятна так, что Вайсс не может понять, что это такое. Как выяснилось, наследница Шни — не просто извращенка с фетишем на размножение. У нее также есть мазохистские наклонности, запрятанные глубоко внутри, и только сейчас ее дорогая старшая сестра вытащила эти чувства на поверхность. Из забитого горла Вайсс вырывается развратный стон, заглушаемый членом Жона, и ресницы беловолосой девушки трепещут, а глаза сами по себе грозят закатиться обратно в голову. Она кончает прямо там и тогда, что достаточно унизительно, но это также лучший оргазм в ее короткой жизни. Конечно, это один из немногих оргазмов, которые Вайсс когда-либо испытывала, но все же… она не уверена, что сможет вернуться к нормальной жизни, не после этого. В то же время Жон стонет все громче, а Винтер подбадривает его, хотя Вайсс уже едва слышит сестру из-за рева в ушах. — Сделай это, Жон, сделай это! Кончи в горло моей младшей сестры, на все ее лицо, залей ее своим семенем! Покажи ей, что значит быть взятой Арком! Слова Винтер возымели должный эффект, и Жон завыл, кончая со взрывом. Его семя попадает в ее рот, а затем на мгновение в пищевод, но это слишком быстро. Даже Винтер, вцепившаяся в волосы Вайсс, не может удержать ее на месте, и младшая Шни отбрасывается назад под действием потока спермы Жона. Она ударяется о ноги Винтер, и обе сестры падают назад, даже когда огромный поток светловолосого мальчика покрывает их обеих, лица, груди, волосы и все остальное. Лежа на своей сестре, Вайсс не может удержаться от легкого пьяного хихиканья, часть семени Жона стекает ей в рот, когда она снова прижимается к груди Винтер. А потом руки Винтер оказываются на ее теле, ласкают ее, ощупывают… и снимают с нее одежду, элемент за элементом. — Мм, ты хочешь большего, не так ли? Посмотри на него. Посмотри на твердый, пульсирующий член Арка. Он не уверен в этом, но я знаю, как сильно ты нуждаешься в этой прекрасной штуке внутри себя. Скажи это Вайсс. Скажи ему, чего ты хочешь. Вайсс смотрит мутными, расфокусированными глазами на Жона, и в момент поразительной ясности понимает, что ее старшая сестра права. Жон выглядит смущенным и даже растерянным. Он не должен быть смущен. Теперь она это понимает. Он самый удивительный мужчина, которого она когда-либо имела счастье встретить. Она хочет… она хочет, чтобы он был внутри нее. — Ж-Жон… Я… Я сожалею, что отвергла тебя. Я была не права. П-пожалуйста… выебешь меня? Светловолосый мальчик гримасничает и смотрит на Пирру, которая только сейчас зашевелилась. — … Вайсс, я… — В-Все в порядке! Я поделюсь! Пирра была первой, я понимаю! Мне просто НУЖЕН ты внутри меня! И-ип! Она прерывается, когда Винтер резко подхватывает Вайсс под бедра и одним плавным движением поднимает на ноги. В одно мгновение молодая девушка Шни оказывается в воздухе, в объятиях своей сестры, полностью и абсолютно обнаженная. Ее бледная, обнаженная юная форма выставлена напоказ, губы ее киски влажные, когда Винтер делает шаг вперед к толстому члену Жона. — Посмотри на нее, Жон. Посмотри, как сильно ее тело хочет тебя. Давай… бери ее. Покори следующую Шни, как это не удалось твоему отцу. Покори ее, как ты покорил меня. Жон долго смотрит на содрогающееся, бьющееся в судорогах тело Вайсс. Его взгляд переходит с румянца, спускающегося по ее маленькой груди, на мокрую щель между ног. Через мгновение светловолосый парень делает шаг вперед, и Вайсс корчится в предвкушении, прикусив нижнюю губу в ожидании его прихода. Между ними всего несколько шагов. Он внезапно оказывается рядом, и головка его члена прижимается к губам ее девственной киски, а затем он оказывается внутри нее, и все, что Вайсс может сделать, это радостно вскрикнуть, а ее руки инстинктивно поднимаются, чтобы обхватить его шею. Его руки обхватывают ее бока, когда она опускается на его массивный член, и мгновение спустя Вайсс обнаруживает, что ей приходится обхватить ногами его талию, так как поддержка Винтер внезапно исчезает. Жон ворчит, но Вайсс маленькая и легкая, а он — крепкий молодой человек, который уже давно тренируется с самой Пиррой Никос. Приняв широкую стойку, Жон прижимает Вайсс к себе, а она, в свою очередь, начинает подпрыгивать вверх-вниз на его члене. Его руки быстро переходят к обниманию ее изящной бледной попки, и счастливый стон срывается с губ беловолосой девушки, а его пальцы глубоко впиваются в ее чувствительную плоть. — Посмотри на них, Пирра… посмотри на своего возлюбленного, который уже расширяет свой гарем. Тебя это устраивает, не так ли? Вайсс уже сказал… ты всегда будешь первой. Но она может быть второй, верно? Мм, и если ты позволишь, я буду твоим верным псом, приходящим, когда ты или Арк позовут меня. Пока Жон и Вайсс трахались, прямо посреди пустого класса, Винтер вернулась к Пирре. Сознательная красная голова была захвачена в руки старшей девушки, и Винтер умело играла с чрезмерно чувствительной Пиррой, пока охотница-стажерка наблюдала, как Вайсс подпрыгивает вверх-вниз на члене ее влюбленного… нет, ее парня. В конце концов, они теперь любовники, она и Жон. Глядя ярко-зелеными глазами на это зрелище, Пирра не может не хныкать от подавляемого удовольствия, подавляемого желания. Ей нравится это больше, чем она хочет признать, идеи, которые Винтер подбрасывает ей в голову. Пока Жон снова и снова насаживает киску Вайсс на свой член, Пирра видит видение грядущих дней, когда она наконец сможет быть со светловолосым мальчиком открыто, когда она наконец сможет выражать ему свою любовь каждый день. И пока Винтер забавляется с ее оттраханным глупым телом, добиваясь очередного оргазма от ее уставшей формы, Пирра может представить в своих видениях и двух женщин Шни. Она видит там Вайсс, чаще всего она видит Винтер, приходящую в их постель, когда атласской оперативнице удается улизнуть от своих обязанностей. И все это выглядит так совершенно чудесно. Вскрик Вайсс отрывает Пирру от ее фантазий, но в итоге реальность оказывается еще лучше. Наблюдать за тем, как Вайсс снова и снова кончает вокруг большого члена Жона, — это зрелище для ранее подавленной красной головки, и в конце концов Пирра позволяет себе все это, молча принимая предложение Винтер, позволяя старшей девушке довести ее до оргазма. Пока она кричит и поливает пальцы Винтер соками своей киски, она наконец поворачивает голову и смотрит на атласскую оперативницу, ее глаза полны вожделения… и удивительной силы воли. — Если ты… если ты собираешься подчиняться мне… начни сейчас. Вылижи эти пальцы дочиста. Ее тон не такой властный, как ей хотелось бы, но она старается изо всех сил, и, к ее облегчению, Винтер не обращается к ней с претензиями по поводу ее легкой неуверенности. Вместо этого беловолосая девушка злобно усмехается и подносит пальцы к губам, слизывая с них по очереди соки киски Пирры. В это же время Вайсс вскрикивает с другого конца комнаты, а затем Жон издает вскрик, пытаясь оттащить Вайсс. — А-ах! Вайсс, я сейчас кончу! — Сделай это, Жон! Сделай это внутрь! Мне все равно, к черту последствия! Всади в меня ребенка, как ты всадил его в мою сестру! Еби меняяяяяяяяяяяя!!! С ее обманчиво сильными ногами, обхватившими его талию, у Жона нет иного выбора, кроме как подчиниться. Пирра с чем-то похожим на удовлетворение наблюдает за тем, как ее любовник затрахивает вторую из сестер Шни, и мгновение спустя она выскальзывает из рук Винтер, чтобы подойти к нему сзади и накинуть свое обнаженное тело на его спину, обнимая его сзади. Жон напрягся, увидев, что это она, и его глаза расширились, но Пирра лишь улыбнулась. — Все в порядке, Жон. Выпусти все наружу. Винтер была права, понимаешь? Я не могу… Я не могу сейчас быть беременной. Я так хочу твоих детей, но миру нужно, чтобы мы были сильными, чтобы мы стали охотниками и охотницами, какими нам суждено быть, не так ли? Жон краснеет от намека на то, что они будут вместе в таком деле. Затем он смотрит на Вайсс, которая почти потеряла сознание, вися в его руках, ее голова откинута назад, глаза закатились, а язык свисает из открытого рта. — Н-Но… а как же Вайсс? Ухмылка Пирры немного пугает, когда она смотрит на девушку Шни. — … Кто мы такие, чтобы отказывать ей в этом? Кто мы такие, чтобы отказывать ей в ее самом большом желании? Жон на мгновение задумывается над этим… а затем кивает. Ухмылка Пирры становится только шире, даже когда Винтер наблюдает за ней, держа два пальца в своей набитой кремом пизде. Если старшая охотница в какой-то мере встревожена или ужасается тому, что в ней пробудилось, это никак не отражается на ее самодовольном, удовлетворенном лице. Ни капельки.