Бедный Гарри или способ обхитрить семью Уизлей

Но, к сожаления, обязательство могло быть оформлено более строго, не позволяя Уизлям отказаться от требования. … Даже узнав о кошмарном обязательстве, которое не имело, по словам гоблина, возможности расторжения в принципе, в том числе, даже по инициативе самой Джинни Уизли, я вместе с Гермионой Грейнджер (она тоже была # недовольна происходящем) решил обратиться к Драко Малфою за советом, как спасти хотя бы часть моего имущества от рыжей семьи. Хозяин поместья прежде всего накормил нас и свою маму, дав соответствующую команду своему домовому эльфу##. Спустя полчаса после обеда Драко Малфой, наконец, спросил, с какой целью пришли. Я показал документ. — Он, действительно, в принципе нерасторжим. Бывают обязательства двух типов. В случае первого типа можно пытаться убедить вторую сторону отказаться от требования ##, но, в данном случае, документ относится ко второму. С учётом того, что Джинни Уизли, на тот момент (31X95) была под долгом жизни, магическое обязательство должно было ударить откатом не только по директору-обманщику, который позже попал под проклятие и несколько месяцев страдал из-за проклятой руки, но и по самим рыжим. — То есть нападение Нагайны на Артура и отравление Рональда конфетами, а также потеря Джорджем уха и гибель Фреда не случайны? ### — спросил я — Наверное. Помочь решить проблему  брака, вызванного обязательством второго типа, я не могу, но кое-что, всё-таки, скажу. Я уверен, что у Уизлей был план не только на тебя, но и на Гермиону Грейнджер. Ведь ты же ни с кем, кроме Гарри Поттера и Рональда Уизли, практически не общалась в школе? — Да, практически ни с кем, если не считать нескольких месяцев, когда помогала Гарри Поттеру руководить отрядом Дамблдора. — Скорее всего, идея создать тоже была твоя, а не Гарри Поттера? — Да. Будь бы мы на первом-четвёртом или шестом курсах, мы бы, наверное, смирились бы, но пятому курсу министерская назначенка, в принципе, не смогла бы поставить выше ожидаемого и превосходно, даже если бы хотела. — Кстати, будущая инспекционная дружина практически занималась тем же самым, только слизеринцев никто не решился допрашивать веритасерумом. Но я отвлёкся. Так вот. Я считаю, что Артур и Молли могли прийти к выводу, что зависть и тупость Рональда, ставшие заметными в ноябре 1994-го, являются признаком вырождения*, предотвратить передачу которого следующим поколениям могло бы разбавление крови. — Конечно, это всего лишь предположения, но очень правдоподобны. С учётом всего этого, я не хотел бы, чтобы всё мое имущество перешло бы потом по наследству детям коварной рыжей ведьмы.** Конечно, кое-что можно подарить Эдварду Люпину, но, все равно, это не выход из ситуации — Не выход, но есть одна лазейка. Внебрачные неузаконенные ***дети не могут наследовать имущество от отца, но просто получить в подарок, по крайней мере, пока их отец ни на ком не женат, могут. Их мама тоже может получить подарок от отца детей, а ещё подать в суд на содержание детей, причём, даже, если отец детей не работает ****. Кроме того, любые дети, как брачные, так и внебрачные, имеют право наследовать мамино имущество, хотя, как правило, у женщин, находящихся в браке, крупного имущества, обычно, нет. — Интересный вариант — произнесла маглорожденная … Уже, когда вернулись от чистокровного, она попросила воспользоваться легилеменцией, чтобы я смог увидеть кое-какие воспоминания о жизни в палатке, которые, по моей же просьбе, у меня стёрла. Жалание после увиденного возникло сразу же. Эльф-домовик практически сразу же задал вопрос, быть ли цель зачать детей? Я ответил «Да». На следующий день вопрос, зачем я попытался зачать детей (понять, удачно или нет, что портреты, что Кикимер, по их словам, смогут только спустя 72 часа после окончания попыток) я ответил, что не хочу, чтобы всё моё имущество, в том числе и этот дом, в будущем перешло бы по наследству к детям, рожденным Джинни, хотя выполнение обязательства жениться на ней неизбежно. Вальбурга заявила: Так как Цедредла была изгнана из рода Блэк, то даже её правнуки и правнучки не достойны владеть этим домом. — Предположим, что первый этап плана спасти дом 12 от семьи моих неправильных потомков удался. Но дом 12 — это не всё имущество, тем более, что деньги, которые будут принадлежать ребёнку, можно тратить только на него, но не на проживание его мамы. — Благодарю за совет, профессор Блэк. Портреты же Ориона Блэка (мужа Вальбурги) и Урсулы Флинты (жены Финеаса Найджелуса Блэка) молчали. О том, что зачатие произошло, сообщил Кикимер, увидев изменения по ауре. О том, что ребёнок один, причём сын, узнали гораздо позже. … 30 апреля родился Виктор *****. Второго имени ему не было положено в принципе (внебрачные дети не имеют право на второе имя, независимо от пола, в то время, как у законных сыновей, по умолчанию, вторым именем считается первое имя отца, а у законных дочерей вторым именем, по умолчанию, считается первое имя мамы; внебрачные дети, в случае узаканивания, получают право на второе имя). Фамилия у внебрачных детей считается по маме, поэтому, в данном случае, Грейнджер. Спустя неделю (домовой эльф заявил, что столько времени нужно держать данное событие в тайне от посторонних) имущество, за исключением Кикимера и двух домов, я поделил поровну между собой, Эдвардом Люпиным, а также сыном и его мамой. Эльфа-домовик и дом 12 перевёл в собственость сына, себе же оставил бывший дом Альфарда. Потом я отправил письмо Драко Малфою с благодарностью за совет. Он, в ответном письме, не только поздравил меня, но и указал, что, при определённых условиях, данный ребёнок сможет получить мою фамилию (но только фамилию, но не право на второе имя и не право наследовать имущество): если все законные (включая узаконенных внебрачных) детей, на данный момент, являются дочерями и их, как минимум, две, то, согласно закону о защите фамилий от пресечений, отец может подать в Визенгамот просьбу передать фамилию одному из внебрачных неузаконенных сыновей (но только одному), которая подлежит исполнению, если мама этого ребёнка не против####. Запретить пользоваться этим законом запрещено под угрозой смертной казни. Более того, даже, если позже родится законный сын или будет узаконен другой из внебрачных сыновей, менять фамилию обратно будет невозможно. 29 июля (за день до заключения брака) я купил у Хогвартса в лице Минервы Макгонагалл домовую эльфийку Винки, которая всё ещё горевала из-за отсутствия персонифицированного хозяина. При этом я рассказал директорше о поступке её предшественника и вызванных таким образом магических откатах. Хозяйка кабинета сожгла портрет Альбуса Брайна Вульфрика Персиваля Дамблдора прямо в моём присутствии. Уизли в брачном контракте поставили требование, как минимум*****, трёх детей при условии отсутствия проблем со здоровьем. Я согласился, так как в магическом мире, в отличие от магловского, одновременно больше двух детей родиться не может.****** Хотя чувств у Джинни не было, но, видимо, магия брачного контракта подействовала, другое дело, что не так, как рассчитывала рыжая семья: в конце апреля родились две дочери-близняшки: Цедрелла Поттер и Юфимия Поттер. Через три месяца я обратился в Визенгамот с просьбой назначить Виктору мою фамилию, так как, формально, условия, с моей стороны, были выполнены. Гермиона Грейнджер, естественно, против не была, но, воспользовавшись ситуацией, потребовала деньги на содержание сына, причём, как получающего фамилию отца, то с момента рождения, а не с момента подачи требования. В ответ я поставил условие в виде права видеться с Виктором по 12 часов в неделю. Артур и Молли, не говоря уже о Джинни, были недовольны моими поступками, но брачный контракт не оставлял выбора в плане минимального числа детей. Прекратили общения и друзья: в ближайший день рождения никто из бывших участников отряда Дамблдора меня не поздравил (даже от Джорджа и Рональда личных поздравлений тоже не было — от имени всей семьи Уизлей поздравил Артур). PS Восстанавлилось здоровье жены в достаточной степени, чтобы решиться на соедующего ребенка, только через два года после рождения дочерей. В конце января родился сын — Септимус Флимонт Поттер, который стал моим официальным наследником. Магия жестоко наказала семью Уизлей: хотя Перси женился на Пенелоппе, Джордж на Аджелине, Рональд на Алисе, но ни у кого из братьев Уизлей (включая Уильяма) сыновей не было — только по две дочери. Гермиона Грейнджер вернула память своим родителям (специально, на этот день, попросив меня пробыть с Виктором, которому на тот момент уже исполнилось 5 лет, 12 часов), но те отказались с ней общаться: с их точки зрения, наличие внебрачного ребенка в условиях, когда его отец заведомо не может жениться на маме внебрачного ребенка не допустимо с моральной точки зрения. Тот факт, что контракт между мной и Джинни Уизли был подписан недопустимым, с моральной точки зрения, способом был им не важен. Прошло несколько лет. Немногими, от кого приходили письма, были Драко Малфой и Андромеда Тонкс (от Гермионы Грейнджер писем не было, так как общались лично, пользуясь 12 часами в неделю{обычно разбивая на два, реже на три дня}. Для меня стало сюрпризом распределение Эдварда Люпина на Слизерин с учётом того, что его отец учился на Гриффиндоре, а его мама училась на Хаффлапаффе, хотя я знал, что две оставшиеся в живых сестры Блэк уже несколько лет как помирились. Пару раз я злоупотребил своим правом видеться с Виктором: специально совместно с Гермионой Грейнджер сопроводил его в Кривой переулок на первую покупку учебников и иных учебных принадлежностей (естественно, покупалась и волшебная палочка). В ателье Малкин неожиданно встретился с Андромедой Тонкс. Оказалось, что её внук первоначально хотел распределиться на Гриффиндор, но никто из тогдашних гриффиндорцев даже не захотел здороваться с ним, считая предателем из-за полученной от меня части блэковского наследства. Понять логику я не мог: в отличие от взрослых, ребёнок отказаться от полученного имущества не может в принципе. Более того, даже взрослый — опекун ребёнка не может отправить деньги ребёнка обратно. Второй раз — я совместно с Гермионой Грейнджер сопроводил Виктора Поттера в Хогвартс-экспресс, специально незадолго по полуночи {так как поезд отправляется в 11 часов утра} отправившись в дом 12 на ночь (перед этим предыдущие шесть дней я не встречался с ним). Уизлям пришлось смириться: дом позволял ночевать в разных комнатах, а, значит, пункт о запрете измены в брачном контракте между мной и Джинни не был нарушен. Подписывать разрешения на посещение Хогсмида я мог только на законных детей. PSPS Виктор Поттер отправился на Слизерине, причём что Шляпе, что будущим товарищам по факультету решение Визенгамота о фамилии было абсолютно безразлично. Цедрелла, Юфимия и Септимус Флимонт Поттер, а также все их восемь кузин распределились на Гриффиндор. При написании этой части фанфика была мысль, что и третьим законным ребёнком Гарри Поттера будет дочь, но решил, что, всё-таки, чтобы на этом фоне магический откат на всю фамилию Уизлей выглядел бы ярче.