Героиня!

На следующий день, на свою новую работу я пришла полная энтузиазма. Мне безумно хотелось познакомиться со своими будущими… жертвами. У мимо проходящих полицейских в медицинских масках узнала, что отдел убийств находится на третьем этаже и сразу же направилась к лифту. Лифтов было шесть. И, полагаю, все они были такими же вместительными, как и тот в который я зашла. Помимо меня в него вошли трое мужчин в штатском, которые обступив брюнетку с распущенными длинными волосами, дружески посмеивались. Я, зайдя в лифт, думала что мы сейчас поедем. Как же я ошибалась. Если возле лифта были только мы пятеро, то едва двери лифта открылись, как помимо нас туда начали забегать полицейские в черной форме и в бежевой с нашивками шерифского округа. В итоге я оказалась прижата к брюнетке в угол, пока трое ее сопровождающих стояли у стеночки рядом. Я смотрела на нее. Она на меня. Благо мы были одного роста. От нее приятно пахло и она была безусловно красива. Как если бы Моника Беллуччи внезапно вставила себе зеленые линзы в глаза и оказалась в лифте департамента полиции ЛА без ковидного намордника, как все. -Мы знакомы? - она слегка дернула бровью, вопросительно смотря мне в глаза и в этот момент в лифте погас свет и он остановился. Словно какой-то злой рок, когда я встречаю красивую женщину - обязательно происходит что-то вроде этого. -Пока что нет. - хмыкаю, подозревая, что скоро познакомимся, если лифт застрял надолго. Помнится с Охотовой мы также оказались в одной комнате. Чертова дверь в комнату защелкнулась на замок, ключа от которой у нас не было. И если я пошла в туалет там, узнав что санузел в той комнате отдельный, то вот что там делала Охотова, для меня оказалось тайной до сих пор. Впрочем, там мы хотя бы переспали. Мужчины начали доставать телефоны и названивать кто кому. Женщина напротив меня телефон не достала, продолжая смотреть на меня в тусклом отблеске множества экранов и фонариков телефонов. -Лейтенант, наши говорят, что запускают генератор. - один из троицы сопровождения женщины подал голос и осветил нас фонариком. Женщина кивнула ему и все также серьезно уставилась на меня. Интересно она вообще улыбается? -Итак, если мы не знакомы, чем обязана твоему пристальному взгляду? Меня лягнул один из мужчин сзади и я неосознанно придвинулась к женщине, одновременно напарываясь на что-то твердое, упирающееся мне в живот. Опускаю взгляд и вижу ее огромный живот. Точно такой же как был у моей сестры. Лучше бы она была просто толстой. Это было бы лучше. И проще. Прям действительно злой рок какой-то. Несложно догадаться: лейтенант, беременность, женщина. Это именно та, место которой я займу. Но вот говорить ей об этом сейчас не лучшая идея. Я бы хотела больше зрителей своего явления, а не этих скромных посиделок в лифте и признаний в темноте. -Ты очень красивая. - нашлась я, приспуская свой намордник, улыбаясь и надеясь, что моя улыбка такая же ослепительная как у капитана Смита. Она нахмурилась: -Это, что, подкат? Я решила убить время и не скучать здесь просто так в ожидании. Можно же и поиграть с той, кого вижу в первый и, вероятно, последний раз сегодня. К тому же у нее наверняка есть семья, в которую аист уже один раз залетал. Мне там ничего не светит. -Ты всегда так реагируешь на комплименты? - ухмыляюсь и упираюсь руками в стену лифта позади нее, потому что тот мужик, что стоит сзади, словно в какой-то момент решил размяться и окончательно сделать меня виновницей еще одних преждевременных родов. Эта точка опоры стала для меня спасением, а вот судя по выражению лица брюнетки, я перешла черту ее личного пространства и она явно начала злиться. -Ты слишком близко. -Тут все слишком близко, - я с иронией смотрю на нее. -Я беременна. - сверлит меня взглядом. -Я заметила. - киваю вниз, на ее живот. -Тогда будь любезна, сделай шаг назад. - тяжело вздыхает она. -Не могу. Там мужик лягается. Она глубоко и тяжело вздыхает, прикрыв глаза. Видимо, это у нее такой антистресс. У меня он другой: -Тебе говорили, что ты похожа на Монику Белуччи? - тихо спрашиваю я. Впрочем, вряд ли мои слова стали секретом в этом лифте для всех тех, кто стоял рядом. -Серьезно? - она распахнула глаза, глядя на меня так, словно сомневалась в моей адекватности. - Ты клеишься к беременной женщине в лифте, полном полицейских? Я задумалась о том, что в этом такого, пытливо смотря на нее. Не увидев никаких причин не делать того, что я делаю, решаю уточнить у нее, почему мне этого делать нельзя. -Нельзя? -Я замужем, - в этот раз она хотя бы усмехнулась. Эдакой саркастичной усмешкой. Как жаль. Жаль, что она гетеро. -Действительно, это проблема, - я улыбнулась. Лифт дернуло и женщина вцепилась в мою талию, за отсутствием других опор. Я понимаю, что это у нее инстинкт самосохранения сработал. У меня такое тоже бывало. И она, думаю, тоже понимает это. -Извини. - едва слышно говорит она и тут же отпускает меня. Хочется, чтобы лифт дернуло еще пару раз, но увы. Свет включается и мы, дружным коллективом продолжаем возноситься вверх. Мужчины с облегчением шутят. Я же продолжаю смотреть на брюнетку. Как и она на меня. Рассматриваю ее. Любуюсь. Может быть мне бы было пофиг на ее беременность, мужа и так далее по списку, только вот это последний день когда я вижу ее. Декрет, чтоб его. На втором этаже никто не выходит, зато на третьем половина вываливается вместе со мной и с ней. Полицейские в бежевой форме едут выше. Те, полицейские, что в черной форме, вышли с нами и повернули к лестнице, а мы впятером прошли в стеклянные, прозрачные двери с надписью наверху: «Отдел убийств». Женщина, что молча шла вместе с мужчинами, покосилась на меня, но потом, слегка улыбнулась даже. Я бы тоже улыбнулась, если бы увидела кучу народа с тортиками и шариками в отделе убийств, но люди есть люди. Наверняка у моей сестры ее собратья мясники также провожали ее в декрет. Среди больных, в одежде пропитанной кровью. Пока ее обступили и яростно клялись в том, что будут скучать, я прошла мимо перегородок и столов детективов к единственному кабинету с дверью, на котором не было имени и зашла внутрь, включая свет и осматривая требовательным взглядом свое будущее место работы. Как не крути, это все же повышение и я теперь целый лейтенант. -Ты что-то хотела? - рядом со мной встала клон Моники Беллуччи, натянув на себя антиковидный намордник. Я поправила свой и, повернувшись к ней, заметила за ее спиной народ, робко и с любопытством заглядывающий в кабинет. На самом деле, я бы хотела ее. Без беременности и мужа. И прямо на этом столе. Я бросила задумчивый взгляд на крепкий деревянный стол, мысленно представляя, как она сидит на нем, раздвинув ноги, между которых стою я и целуя ее, срываю с ее губ стоны. -Хотела. - киваю и снова поднимаю взгляд на нее. - Посмотреть на свой новый кабинет. Она нахмурилась, сверля меня взглядом. Трое детективов у входа в кабинет готовы были разорвать меня на части. Благодаря ковиду и обязательному ношению намордников, я стала лучше разбираться во взглядах людей. О, не даром говорят, что глаза - зеркало души! Сейчас я прям упивалась отражением яростной злобы у своих будущих подчиненных. -Познакомимся? - с иронией смотрю на мужчин, сверлящих меня взглядом. - Вера Эйдан. Ваш новый лейтенант. -Ха-а, - один из мужчин хохотнул. - Вот ведь… гад. Хах. Двое других на него посмотрели и, развернувшись, молча ушли. Мужчина же прошел в кабинет и протянул мне руку: -Сэм Кардэй. Детектив. Я пожала его руку и посмотрела на зеленоглазого клона Моники Белуччи. Она рассматривала меня так, словно я была какой-то картиной Пикассо. Той самой, где люди изображены через жопу в виде абстрактных геометрических фигур. Лет десять назад, когда мой муж еще не потерял надежды приучить меня к прекрасному и водил на выставки в Вашингтоне я видела его творчество. Поэтому я точно знаю, как смотрят на эти картины. Вот именно таким взглядом, как у нее. -Элизабет Талл. Пока еще лейтенант. - бросила она мне, так и не пожав мне руку, но окинув взглядом сверху вниз. - И я ожидала большего… от нового лейтенанта. -Куда уж больше? - хмыкаю я, отворачиваясь от нее. Интересно, если бы она осталась, у меня бы вышло затащить ее в постель? Хотя бы разок? -Для тебя это нормально, флиртовать с замужними, беременными женщинами на работе? При всех? - морщится она. Вижу это по морщинкам, что появились вокруг ее глаз. -А… надо было наедине? - ухмыляюсь, бросая на нее взгляд. Сэм хохотнул: -Талл, да забей, уже ничего не поделаешь. Смит нас всех провел и уже бессмысленно злиться. Это ничего не даст. И у каждого из нас тут свои тараканы, так что добро пожаловать, лейтенант Эйдан. - он тоже вышел из кабинета, крикнув, чтобы ему оставили кусок торта и мы остались с Талл вдвоем. Она спустила маску вниз и, пройдя за стол, села в пока еще свое кресло. -Откуда ты вообще тут появилась? Перевели? - мрачно спросила она, доставая из ящика в столе ключи и синюю зубную щетку с тюбиком зубной пасты «Colgate». -Из Нового Орлеана. - киваю и сажусь не на стул, напротив стола, а на слегка потрепанный диванчик у стеклянной стены, разделяющей кабинет и остальной офис. Отмечаю с радостью что на стеклянной стене достаточно плотные серые жалюзи. -Ммм, ты лесбиянка? - бросает на меня холодный взгляд. -Предпочитаю думать, что я бисексуальна. - откидываюсь на спинку дивана и, положив ногу на ногу, смотрю на нее. - Это так важно? Моя ориентация? -Нет, хах, - усмешка. - Сколько тебе лет, Эйдан? -Тридцать с небольшим. - наблюдаю за ней. - Что расскажите о коллективе? -Тебе - ничего. То, что я ее бешу, я уже поняла. По ее манере общаться со мной. И по ее мимике и презрительному взгляду и голосу в котором постоянно сквозила холодная язвительность. Как не крути, она представляла собой все то, что я обожала в женщинах. Короче говоря, она - женщина моей мечты. Подозреваю, что она куда жестче Охотовой и ей даже не надо было надевать кожаный костюм и брать в руку плетку, чтобы доказать, что она доминант. Она просто доминировала. Вероятно, она подавляет тут всех. И вряд ли дома она кроткая и послушная жена. -И чем же я тебе не угодила, а?- насмешливо спрашиваю ее. -Ты неподобающе себя ведешь. Этот флирт на работе… он неприемлем. И все твое поведение… тоже. Так вести себя ты можешь… -Лейтенант! - в кабинет заглянула латиноамериканка в черных джинсах и белой футболке. Ее пышные темные волосы были собраны в тугой хвост на затылке, а в руках она держала телефон и черный пиджак. - У нас стрельба в школе! Говорят есть жертвы! 742 и 748 там. Капитан… Я встала и пошла на выход. Официально, я сегодня еще даже не работаю. Так ну его на… -Эйдан! Я не успела выйти из кабинета, столкнувшись в дверях с капитаном, в железную грудь которого я и уперлась. Задрав голову я посмотрела на его ослепительный оскал и поняла, что сегодня свалить у меня не получится. Придется ехать туда. Но, к счастью, я теперь лейтенант, а значит, внутрь школы мне идти не надо. -Я как раз хотела поехать в ту школу. - жизнерадостно улыбаюсь капитану и он, кивнув мне, посмотрел на Талл. -Останься здесь, Талл. Она нахмурилась и встала. -Что за школа? - глухо спрашивает она и капитан, молча развернувшись, идет к лестнице быстрым шагом. -Фэрфакс, старшая. - услышала я сзади голос Сэма. - Талл… Талл! Мы с капитаном едва успели дойти до лестницы, когда нас нагнала Талл: -Я еду с вами! -Ты остаешься. Сегодня у тебя последний день. Ты сама говорила, что хочешь сохранить ребенка и меньше нервничать… -Мой сын там! - холодно рыкнула Талл, пока мы бодро спускались. -Тогда просто сиди молча и не лезь, командовать будет Эйдан. - бросил капитан таким тоном, что даже я была уверовала в ту самую Эйдан, в которую он так верил. Мы остановились у полицейского кроссовера, из багажника которого латиноамериканка достала черные бронежилеты и раздала нам. Я надела и покосилась на остальных. Талл умудрилась как-то напялить на себя его. Мы погрузились и поехали. Латиноамериканка вела машину, капитан на переднем сидении разговаривал с патрулями 742 и 748 уточняя детали, а мы с Талл сидели рядом. Она мрачно смотрела в окно, а я, достав телефон, все же решила написать дочери. «Ты дома?». «Не совсем». - пришел неясный, но быстрый ответ. «А где?» - пишу, пытаясь вспомнить в какую именно школу я переслала ее документы онлайн. «В школе». «Какой?» - пишу и ухмыляюсь. Шэрон опять обидится. «В своей». «А название у твоей школы есть?» - пишу ей и через пару секунд получаю звонок от дочери. -Ты забыла в какую школу отдала мои документы?! - уничтожающим тоном спрашивает она. - Тебе, что, плевать, где я учусь?! -Ты мне название скажешь или нет? - спокойно уточняю у нее. -Валт Ватман. Средняя. Довольна? - она отключается и я спокойно и с безмятежной улыбкой убираю телефон. Надо же я и забыла, что она в последнем классе средней учится еще. Еще один приятный бонус США гормональные подростки учатся отдельно от младшеклассников Робов и таких среднеклассников, как моя дочь. Я в России помнится не чуралась отнимать деньги у мелочи, которая с ужасом смотрела на меня снизу вверх, не имея никакой возможности мне противостоять. И всего-то, надо было спуститься с одного этажа на другой и вот тебе счастье в виде богатых и безропотных деток, которые были согласны отдать все, лишь бы не получить леща. Через минут десять мы приехали на место и тут уже все было оцеплено. За нами припарковалась пару черных фургонов SWAT, а я пошла к патрульным, которые разложив на капоте карту, спорили друг с другом. -Лейтенант Эйдан, отдел убийств. Привет всем и сразу к делу: что у вас? - встаю рядом с азиаткой в форме. Ей богу похожа на Мулан. С виду щепка, а на руках тугие мышцы. Буду держаться рядышком. -Охранник убит и Лесли Джонсон, двенадцатиклассник. - на меня посмотрел полицейский, подняв свои солнцезащитные очки на лоб. - Из школы в 911 позвонил подросток и сообщил о стрельбе. Потом начали звонить учителя. Убитых пока что точно двое, а вот раненых больше пяти. У стрелка пистолет, со слов подростка. Выстрелов слышали учителя десять. -Итого, у него еще около 5-10 выстрелов, - морщусь и смотрю на азиатку. - Кто-нибудь опознал стрелка? -Все попрятались по кабинетам и туалетам. Так что пока не известно… - отчиталась та. - Внутри четыре команды уже. Ищут. -В соц сетях онлайн ребята сами вычисляют, - снова подал голос мужчина. - Говорят, это может быть Артуро Бегерас. Двенадцатиклассник. И изгой. Если почитать чат, то он единственный имел мотив. Судя по тому, как над ним издевались. Капитан, стоящий рядом со мной, тяжело вздохнул и посмотрел на Талл: -Сколько твоему? -Четырнадцать. Он в первом классе. - она посмотрела на карту на капоте и я тоже посмотрела. У этой школы была значительная территория. Центральное большое здание. Стадион. А с другой стороны от него еще корпуса. Я коснулась карты пальцем, читая название корпуса. Валт Ватман. -Это, что, средняя школа? - морщусь и, достав телефон, пишу дочери, чтобы шла домой. -Да. При старшей. Через стадион идет. Там свой вход… секунду, - полицейский обернулся на оклик другой пары копов, полностью экипированных в защиту и я обернулась следом за ним к ним. -Парамедики не приехали?! - один из копов снял шлем, вытирая пот со лба. -Едут. Там пробка на Розевуд… - сообщила азиатка. -Его нет в здании и он не выходил тут. Мы все здание обошли. Остальные вытаскивают раненых. Трое тяжелые. Нам нужно больше машин парамедиков. - он снова надел шлем и побежал в сторону школы. А я увлеченно рассматривала карту. Тут не надо было быть гением, чтобы понять, что стрелок пытается сбежать через другой выход с территории школы. А это средняя школа. Я набрала дочь и та, взяв трубку, тут же язвительно поинтересовалась: -Ну? Что еще? -Иди на крышу школы. Живо. В твоей школе стрелок. Отключаюсь и вопросительно, с улыбкой смотрю на капитана и остальных, которые также вопросительно смотрят на меня. -Просто предупредила дочь. - пожимаю плечами. -Она поднимет панику, - вздохнул капитан с разочарованием глядя на меня, будто я проиграла олимпийские игры и возвращаюсь на родину с позором. -Это вряд ли. - я улыбнулась. Больше всего мои дети боятся только меня. Перевожу взгляд на азиатку и, взяв с капота рацию, отдаю свой первый приказ на этой работе. - Говорит лейтенант Вера Эйдан. Спецназ перемещайтесь к средней школе. Не через стадион. В объезд. Свободные патрули идут через стадион к средней школе. Отпускаю кнопку рации и иду вместе с азиаткой и мужчиной к старшей школе. Они надевают свои шлемы, я же беру в руки дробовик, заботливо протянутый мне азиаткой. Краем глаза замечаю увязавшуюся за нами Талл. Капитан остался у машины с еще двумя машинами патрулей, командуя ими через рацию теми полицейскими, кто были внутри. -Здание старшей школы больше не будем проверять? - уточняет мужчина, провожая взглядом выбежавших из здания полицейских с телом девушки на руках. -Вы же слышали, что там все проверили. Единственный шанс выбраться у стрелка - это сбежать через выход средней школы. Территория всей школы обнесена забором под два метра. И если нашего стрелка могли в школе унижать и бить, то вряд ли он спортсмен, способный преодолеть такую высоту, - мы заходим в школу и тут же расступаемся перед еще двойкой полицейских, которые тащат черного подростка к выходу. Они выбежали и мы пошли дальше. Прямо. Туда где был выход на стадион. С лестницы послышались голоса, мужской и женский и я посмотрела на лестницу, откуда в экипировке быстро спускались двое полицейских с телом очередного подростка, белая футболка которого была залита кровью. Мы быстро вышли с азиаткой и ее напарником, потеряв в школе Талл. Уверена, у нее были на то причины. -Вы патруль 748 или 742? - спрашиваю у азиатки. —Мы 748. 742 вынесли девушку. - хмурясь, бросила мне азиатка. - Вы странно спокойны… учитывая, что стрелок где-то там рядом с вашей дочерью. А что мне делать? Броситься в истерике к школе, нацепив на лоб красную повязку, раздевшись топлесс и обвешавшись оружием, которое на минуточку не сто грамм? Я просто проигнорировала ее, пробежав вместе с ними через стадион. Оказавшись у средней школы, я послала их по разным концам школы, в обход ее, а сама остановилась у заднего входа, который тоже выходил на стадион. -Говорит лейтенант Эйдан, спецназ вы у входа в школу? Отпускаю кнопку на рации и жду ответа. Я не пойду в одиночку туда. Хватит с меня всех этих приключений. -Это сержант Маклин. Спецназ. Нас блокировали. Будем через пару минут. Рация замолчала и я вздохнула. -Принято. В школе раздалась стрельба и я зажмурилась. Черт! Ну почему всегда так?! Проверяю дробовик на патроны и захожу внутрь. Выстрела было всего два и есть шанс, что тот в кого стреляли еще жив. В холле никого не было кроме бледного перепуганного охранника, спрятавшегося за хлипким столом. -Полиция. Лейтенант Эйдан. - представляюсь я. - Откуда стреляли? Он молча показал рукой на выход и я медленно пошла в его сторону. Едва я вышла, я увидела Шэрон со шваброй в руках и пару подростков на земле. Через пару секунд компанию мне составили азиатка и ее напарник, подбежавшие к нам. Они тут же присели и начали ощупывать парня с раной в бедре, а спецназ, подбежавший со стороны входа, обступил всех нас, склоняясь над парнем с пистолетом в руках. Парень был в отключке, а из его головы текла кровь. Я вопросительно посмотрела на Шэрон, подняв бровь и она, закатив глаза, бросила швабру на асфальт: -Ну что опять не так? Лучше чтобы тебя опять подстрелили?! Так это было ради меня? Оу. Снова опускаю взгляд на тело парня, которого обыскивают спецназовцы. -Лейтенант? - один из мужчин встал с колена и кивнул в сторону Шэрон. - Ее в участок? Он явно не слышал ее слов мне из-за постоянных переговоров по рации. -Сама отвезу. - вздыхаю, слушая очередные команды по рации. Там уже вызвали парамедиков к средней школе. Я же кивнув дочери на выход, пошла туда же. - Ну, рассказывай. -Ты позвонила, предупредила и я по рации и по голосам вокруг поняла, что ты где-то рядом. Как будто я не знаю, чем это все обычно для тебя заканчивается, - она с укором посмотрела на меня. - Ты пять раз в больницу попадала, мам! Шесть, если считать Новый Орлеан! -И ты решила меня защитить и выйти с шваброй против пацана с пистолетом? - с сарказмом уточняю я и она закатывает глаза. Я вижу, что ее руки до сих пор дрожат, хоть она и ведет себя вызывающе спокойно. Она бледная. Маленькая испуганная тринадцатилетняя девчонка. Мы идем молча и она, периодически поглядывает на меня, словно ожидая чего-то. Чего? Что я должна сделать? Наорать на нее? Или похвалить? Нет. Точно не хвалить. Вряд ли меня моя мать похвалила бы за подобное. Она бы встала опять на колени и, стиснув в объятиях, умоляла бы меня так больше никогда не делать. Развела бы телячьи нежности. Слезы, сопли и признания в том, как сильно она меня любит. Крайне отвратительно это все было. Мне всегда хотелось сбежать от этого подальше. И я не моя мать. -Ты у меня не тупая, поэтому должна понимать, что швабра против пистолета - это дебилизм. - сначала решаю ее опустить, но не слишком сильно. Ее ненависть мне сейчас точно не нужна. - Я работаю в полиции, Шэрон. Это моя работа быть подстреленной, защищая чью-то жизнь. К тому же, у меня есть нормальное оружие и бронежилет. Я демонстративно показываю дробовик, смотря ей в глаза. Надеясь, что до нее дойдёт, что нельзя лезть на рожон, с мать ее, шваброй. -Просто признай, что ты волновалась за меня! - самодовольно ухмыляется, так и напрашиваясь на подзатыльник. Если быть честной, то, пожалуй. Волновалась. Это же было волнением, когда я подумала, что стрелок может быть в ее школе? Поранить ее? Убить? Хм. И я бы осталась с придурком Робом вдвоем. Жесть. -Даже не думай оставлять меня вдвоем со своим братом. Я не выдержу. - морщусь. И вообще… я привыкла к Шэрон. Буду скучать по ее эмоциональным выпадам в мою сторону. К тому же она только перестала ненавидеть меня. Это чертовски приятно. Это ее собачье обожание меня. Помню, когда я с Зойкой в лет пятнадцать спасла из канализации щенка, под давлением Зойкиного чувства доброты и справедливости, щенок также с молчаливым обожанием смотрел на меня. Запомнил меня. Жаль Зойкина мать убила собаку. Впрочем… она за это получила. Я улыбнулась, вспоминая как украла из магазина бутылку водки, притащила ночью к ее квартире, выкрутив с этажа лампочку и когда она открыла дверь и, увидев бутылку у края лестницы, потянулась за ней, я ударила по двери. Тогда я сломала ей руку. Жаль это не остановило ее от пагубной привычки. Если бы Зойка узнала, что ее мать руку сломала не случайно, то скорей всего обиделась на меня. -Я люблю тебя, - тихо признается мне в любви она и я киваю. Верю. Ей верю. -Может я и не лучшая мать, но поверь мне, Шэрон, было бы куда хуже, если бы я была наркоманкой или алкоголичкой, таская в дом мужиков с улицы, которые бы смотрели на тебя и думали о том, как бы им тебя зажать и трахнуть. -Ты невыносима… - вздыхает она. - Почему у тебя всегда все об этом?! Почему ты не даешь мне забыть о… А, она думает, что это я о Джоне… -Это не о тебе, Шер. - я усмехнулась, смотря на полицейские машины, которые стояли у входа в старшую школу. - Когда мне было столько лет, сколько тебе сейчас, у меня была подруга. И вот эта история про нее. -Ее тоже…? - пытливо смотрит мне в глаза и я киваю. - А ты? А она? -Она сбежала из дома. На какое-то время. А потом снова простила мать. - я пожала плечами и вздохнула. - Поэтому я хочу, чтобы у вас с братом было все. Чтобы вы не жили в постоянном ужасе и нищете. -Ты все равно не смогла защитить меня. - Шэрон поджала губы. -Я не пускала тебя в нашу с ним кровать. Оградила тебя от него по максимуму. У тебя был даже замок внутри, в твоей комнате, если ты не забыла… - треплю ее блондинистые, золотистые пряди волос. Мне жаль, что я не успела. И рада, что она ничего не помнит. Что она была в отключке. -Не учла только, что он накачает собственную дочь наркотиками, да? - тихо спрашивает. Я считаю ее вопрос риторическим. Да. Не учла. Киваю. -Лучше бы я не видела того видео. - вздыхает она. - Тошно. До сих пор. Мы впервые говорим об этом. О том, что случилось в Вашингтоне. Без ее истерик и психов. Капитан ослепительно улыбнулся, увидев меня с дочерью и пошел к полицейскому кроссоверу, на котором мы приехали: -Эта та девчонка, что вырубила стрелка шваброй? Ха-ха-ха! -Ага. - открываю заднюю дверь и киваю дочери на сидение. -И как зовут нашу героиню со шваброй? - он садится на водительское место и я сажусь на соседнее рядом с ним. -Шэрон Эйдан. - представляется Шер и капитан косится на меня. А я пристегиваюсь. -Хм… - задумчиво протянул он и мы наконец поехали. Встав на светофоре, он вдруг снова решил заговорить. Очевидно, прошел первый шок.- Сына Талл подстрелили. Она с детективом Эрнандес поехали в больницу. -Эрнандес займется делом? - уточняю у него. -Хотел чтобы ты, но учитывая, что твоя дочь причастна… да. Эрнандес. - кивнул он, хмурясь. - Паренек Талл ранен серьезно… ему в грудь выстрелили. Не уверен, что он выживет… Он бросил взгляд на зеркало заднего вида, смотря на мою дочь. -Иногда я рад, что мои дети уже давно выросли. Дети… стоп. Точно. -Роб дома? - оглядываюсь на дочь. -Да. - она усмехнулась. Я прикинула, что может натворить глупый Роб и выдохнула. Ему точно пора взрослеть. Я не хочу думать о том, что его мелкое тельце плавает в бассейне кверху жопой. -Напиши ему. - бросаю ей. -Полчаса назад он был жив и играл с соседским мальчишкой в бассейне, под приглядом миссис Фань. Ага, значит наши соседи китайцы. Интересно, кто живет с другой стороны? Мы доехали до департамента и мне после заполнения протокола, пришлось отвести собственную дочь в допросную. Сев рядом с ней, я покрутила в руках телефон, раздумывая, стоит ли набирать своему адвокату или нет. Мой адвокат осталась в Вашингтоне. И я уверена, что она не против прилететь в мою постель на пару дней. Только вот стоит ли оно того? Дверь в допросную открылась и к нам зашел чуть полноватый мужчина лет эдак пятидесяти. --Помощник окружного прокурора Эрик Гварт. - он достал диктофон из кармана и открыв тощую папку, щелкнул ручкой. - Итак… Шэрон Эйдан, тринадцать лет. Средняя школа Валт Ватман. Расскажите, что случилось между тобой и Артуро Бегерасом? И как пострадал Мэтью Филлипс. Я тоже с интересом уставилась на дочь. Она получив мой звонок, сделала ровно наоборот. Свалила молча с урока и зайдя в туалет, взяла швабру. А потом пошла вниз, поджидать на тропе войны несчастного Артуро. Бегерос даже не подозревал, проходя через холл к выходу, что его терпеливо ожидает на лестнице моя дочь, трепетно сжимая в своих подростковых ручках орудие воздаяния. Отличила она его от обычных школьников по росту. Артуро никак не походил на среднеклассника. И когда он вышел на улицу, она вышла за ним, после чего ударила его по голове, надеясь вырубить. Он же лишь споткнулся. И собравшись с силами вытащил из толстовки спрятанный пистолет, намереваясь пристрелить очередного обидчика. Моя дочь успела отскочить в сторону, а вот паренек, который вышел следом за ними, не успел. Бегерас выстрелил в него, патроны кончились и моя дочь от души пригрела его шваброй, наполненной ее адреналином. Ну а дальше уже подоспела я. После повествования Гварт выключил диктофон и тяжело вздохнув, поморщился. -Это даже на самооборону не тянет. Скорее на нападение. - он с сочувствием посмотрел на меня. -Гражданский арест? - толкаю ему идею и он задумчиво оглядывает дочь. -В тринадцать лет? Ммм… Я с вами свяжусь, лейтенант, - он встал, убрал диктофон в карман и, подхватив папку, пошел на выход. Дверь за ним закрылась и Шер дернула меня за рукав: -Меня, что, могут посадить в тюрьму? Я усмехнулась, потрепав ее блондинистые волосы. -Только через мой труп.