«Лекарство от темной души»

Всё, что мы теряем, обязательно к нам вернётся,

только не всегда так, как мы ожидаем.

Полумна Лавгуд.

Солнце успешно выполняло свою миссию в качестве опытного шиноби, ослепляя людей своими горячими лучами и согревая комнаты в домах. Не остался без внимания и кабинет Миари в котором она проводила свои сеансы. Холодные, одинокие стены, с радостью приняли на себя удар солнечного соперника. Волосы Миари были собраны в незамысловатый пучок, но некоторые пряди игриво выбивались, танцуя с прохладным ветерком, с которым и вышло солнце на свою отважную миссию. Опытный врач внимательно наблюдала за тем, как красочнее и эмоциональней разворачивался рассказ шиноби, что пришел к ней сегодня. Трудно представить, как Миари смогла победить его замкнутость и невероятную молчаливость, всего лишь за несколько сеансов. Хотя, на самом деле, некоторым людям нужно лишь просто чтобы их внимательно выслушали и пережили те же эмоции, что и они сами, дав дельный совет или небольшой тактильный пряник. Для Миари, каждый новый пациент представлял собой книгу с неизвестной историей главного героя. Однако, герой не может выйти из книги. Только когда она раскроет ее, они смогут что-то рассказать ей. Иногда, они хотят, чтобы читатель заплакал, порой разжигают ярость, но при этом, им всегда есть, что сказать. Приходя к Миари, они просили прочитать их историю. Миари прекрасно чувствовала людей, однако, не всегда было так просто перевернуть следующую страницу. С течением времени, молочные глаза юноши приобрели более глубокий оттенок. В них читалась искренняя благодарность вперемешку с большим уважением. Шиноби изрядно трясло, это было заметно по тремору рук, которыми он сжимал штаны на коленях, попутно рассказывая свою историю, углубляясь все больше собственные чувства. Не удивительно, ведь в их клане быть слабым и поддаваться эмоциям – не позволительная роскошь. Миари ласково положила свою ладонь поверх его, словив легкий отблеск в бесцветных глазах, напротив. Ее теплая рука, словно единственный источник чего-то светлого в его жизни, вытягивала из него весь негатив, сплетая свою неизвестную «магию» с приятным голосом, что так успокаивал, пробираясь глубоко в душу, открывая все ранее закрытые двери, находя вырванные страницы. Парень ошеломленно взглянул на улыбающуюся девушку. Лицо Миари было мягкое и такое доброе, от чего у юноши где-то глубоко внутри кольнуло. - Я понимаю твою боль, вижу ее, - тихо произнесла девушка, склоняя голову на бок. – Но, чем дальше и больше ты позволишь ей властвовать над тобой, тем быстрее она заберет все дорогое, что есть в твоей жизни, - Миари легко наклонилась к юноше, устанавливая с ним свою связь, всматриваясь куда-то глубоко в его молочное бушующее море. Она положила вторую руку ему на плечо, осторожно надавив, и тихонько втянула ртом воздух. Какие-то темно-блестящие крупицы, едва заметные, быстро показались и скрылись в глубине ее пухлых губ. Миари врывалась внутрь, выбивая двери и вытаскивая просочившихся незваных черных гостей без прописки за их противные щупальца, что уже начинали пускать свои замысловатые корни, издавая противное шипение, когда их побеспокоили. Самые поганые из них – оккупировали сердце, поглощая своей тьмой. Здесь понадобилась сложна артиллерия в виде нескольких решающих ударов. Шиноби был, словно под гипнозом, не в силах оторвать глаз от девушки, он покорно отдавал ей все, что так долго копилось в его душе, терзая юное сердце. Юноша глубоко выдохнул, словно опустошаясь изнутри. Когда Миари закончила, ее голос изменился на более глубокий. - Запомни, боязнь потери к темной стороне привести может, - произнесла она, улыбнувшись. Шиноби глубоко задышал, как только прервалась их ментальная связь. Его глаза мгновенно приобрели потемневший оттенок, будто с него сняли многовековую пелену боли и отчаяния. - Это...что это? – запыхавшись, спросил он. Миари лишь легко улыбнулась, видя, как парень приходит в себя, осушая, любезно предоставленный стакан холодной воды с лимоном. Всегда приятно наблюдать, как человек обретает себя заново. «Будто научила человека заново ходить», - подумала про себя Миари, слушая счастливое лопотание юноши, что сейчас, загорелся изнутри ярким огнем. Девушка быстро бросила взгляд на часы и, хмыкнув, встала. Шиноби быстро вскочил с места, сгребая врача в объятия. Он был намного выше девушки, так что ему пришлось согнуться в три погибели, но это не помешало ему шмыгать носом у нее на плече. - Спасибо…Спасибо, я все понял, - шептал парень, сжимая хрупкую девушку сильнее. Миари, сначала опешила, уж слишком давно никто не проявлял к ней подобных чувств (кроме отца, разумеется), но обняла расчувствовавшегося юношу в ответ, легко поглаживая по спине, успокаивая. - Вы не представляете, что сделали для меня, госпожа Миари.. - Кхм..Я помешал? Носик девушки мгновенно ухватился за знакомый аромат. Миари хмыкнула. Шиноби мгновенно отскочил от девушки, смущенно почесывая затылок. Он старался не смотреть на вошедшего гостя, быстро вытирая второй рукой, соленые слезы с подбородка. - Вовсе нет, я уже ухожу, - заверил он и быстро скрылся за дверью, почтительно кивнув врачу. Хатаке проводил его странным взглядом. Миари легко вздохнула. - Как продвигаются твои дела в качестве сенсея? – игриво спросила она, отпивая из стакана с водой. Какаши прошел вглубь кабинета и уселся на удобный диван, расслабившись. - Если я все еще здесь, следовательно – не очень, - хмыкнул он. - Не может же быть все так плохо? – Миари метнулась к зеркалу и, тихо ругнувшись, быстро переплела пучок, пряча надоедливые розовые пряди. «Надо срочно их закрасить». Чертовы розовые пряди стали пробираться, когда Миари перевалило за четырнадцать. Они смотрелись неуместно и странно, чем вызывали косые взгляды и различные обидные выражения в сторону юной куноичи, поэтому Миари слезно выпросила у своего отца деньги на краску. При этом, ей пришлось заработать их, помогая ему в лавке, нацепив поварской колпак до самых ушей. Хатаке усмехнулся, наблюдать за взбудораженной Миари - одно удовольствие. Действительно, новое задание стать сенсеем для одной из команд, оказалось сущим адом на земле. Для бывшего члена АНБУ, выполнившего такое количество миссий, что многим даже не снилось, вроде бы, не должно быть ничего невозможного. Однако, не все так просто. Какаши не мог объяснить то презрение, что он испытывал к несостоявшимся генинам. Не только их нежелание работать слаженно, бесило – нет. Здесь было что-то еще, более глубокое. Миари была намерена это выяснить и, по возможности, искоренить. - Итак, чем ты будешь мучить меня сегодня? – легко поинтересовался шиноби, поглядывая в окно из-под полуприкрытых глаз. Солнце слишком хорошо справлялось со своей миссией S- ранга. Врач состроила серьезное лицо и села на кресло у изголовья дивана. - Прекрати относится к этому так легкомысленно, - строго проговорила она. Какаши вздернул бровь, повернувшись к куноичи. Добавь очки-половинки и получится очень интересная учительница, отчитывающая нерадивого ученика. - А теперь, ложись, - сказала Миари, сверкнув глазами, усмехнувшись. Строгий тон девушки заставил его повиноваться. Ни одна женщина не могла заставить Хатаке слушаться, но тон этой девицы – нечто. Ветер, пробравшийся сквозь замысловатые лабиринты занавески кабинета, приятно поглаживал Какаши по лицу, пока Миари, снимала с него протектор. Ему, почему-то нравилось, как она ловко справлялась с завязками и как лязгала сталь под ее длинными ноготками мятного цвета. Девушка немного поерзала на кресле, подбирая себе более удобное положение, наклоняясь над лицом Хатаке. - Все, как в прошлый раз, расслабься, - мягко произнесла она, пробираясь теплыми пальцами в его шелковистые волосы, заставляя мужчину обрести сноб приятных мурашек. Миари получала невообразимое удовольствие, касаясь его головы и чувствуя, как он вздрагивает под ее прикосновениями. «Не такие уж мы и не эмоциональные да, Какаши?», - усмехнулась она про себя. Ее лицо находилось прямо над его, буквально в нескольких сантиметрах так, что он чувствовал мелодию ее духов. Какаши, невольно, глубоко вдохнул. Легкий аромат пиона, игривых цветов персика и зелёной сирени. Он сложил руки на груди и закрыл глаза. Его нос чуть сморщился, почувствовав, как несколько непослушных, практически, невесомых прядок, касаются его лица, осторожно щекоча. В этот раз, их путешествие, не казалось таким мучительным и длинным, словно они разом телепортировались в нужную точку его воспоминаний. Конечно, ведь Миари тренировалась заранее, ставя эксперименты на Генме, проникая в его сознание, используя друга как подопытного кролика, пообещав выдать ему свежеиспеченную порцию тайяки ее отца. Уж больно они в последнее время стали популярны. Да, еще на столько что, когда Ширануи возвращался с задания, от его любимых лакомств оставался лишь приятный аромат. Поэтому, ему пришлось согласиться на эту немыслимую жертву. Взору Какаши предстало знакомое, затхлое помещение. Здесь пахло металлом, потом и кровью, что приносили сюда с собой с задания шиноби АНБУ. Негативная атмосфера смерти, предательств и прочей грязи. Здесь находились только лучшие шиноби, с выдающимися способностями и особыми навыками. Элитный отряд деревни Скрытого Листа. Однако, Миари вздрогнула, как только ей показалось, что лица в масках зверей были направленны на нее. Она передернула плечами и попятилась назад, врезаясь в один из холодных шкафчиков. Один из мужчин подошел к Миари, обдавая жаром своего тела. Маска, похожая на белую лису, с двумя синими отметинами по бокам лица, смотрела прямо на нее. Девушка чувствовала запах пота, вперемешку с запахом крови, в которой было испачкано его снаряжение. Миари стояла неподвижно, боясь пошевелиться. «Это же всего лишь воспоминание…», - пыталась убедить себя куноичи, зажмурившись. Мужчина легко протянул руку сквозь ее тело, открывая свой шкафчик. Миари ощутила лишь немыслимый холод, парализовавший ее тело. Чья-то теплая рука, схватила ее за запястье, выдергивая со всей силы из лап представителя смерти. - С..спасибо, иногда я забываю об осторожности, - прошептала Миари, смущаясь. Какаши уловил знакомое лязганье замков, металлических наручных пластин и тихие переговоры членов команды. Миари видела перед собой ту самую картину, о которой ей никогда не доводилось слышать раньше. Какаши АНБУ стоял в уборной и тщательно смывал кровь врага со своей катаны, задумавшись о чем-то своем. Его лицо было бесстрастно, словно он делал это уже бесчисленное количество раз. Пепельные волосы спадали на его лицо, закрывая от чужих, не прошенных взглядов в его сторону. Сверкнув лезвием, он кивнул, заправив оружие в ножны. «Такой маленький и так бесчувственна его душа», - подумала девушка, обхватив себя руками. Миари наблюдала за теми, кто сторонился Какаши, в основном, они старались не смотреть в его сторону или вовсе отсесть, лишь бы не почувствовать исходящий от парня холод, будто это могло передаться им как заразная болезнь. На тот момент, многие шиноби придерживались мнения, что он умышленно убил Рин, дабы не допустить утечки важной информации врагам, закрепив за ним прозвище: «Убийца друзей Какаши». Сейчас, она видела эти упрекающие взгляды и недовольные лица, что с презрением отворачивались от юноши. По лицу Какаши из воспоминаний, можно было сказать, что его это мало волновало, но на самом деле… Миари почувствовала укол в груди и обернулась. Хатаке-настоящий, стоял упираясь спиной о холодные ящики, скрестив руки на груди. Он, словно по часам, бросил взгляд на вход. Миари обернулась и увидела, знакомое ей по книжкам и фотографиям, лицо Итачи Учиха. Девушка хотела двинуться ближе, но Какаши схватил ее за белый рукав халата. Миари хотела возразить, но тут поняла. Вместо состоявшегося разговора между двумя будущими друзьями, она слышала только неразборчивые фразы, словно находилась за невидимым куполом, что скрывал двоих от посторонних ушей. - Что? – удивилась Миари. – Но...- она бросила быстрый взгляд на Какаши, но тот и бровью не повел, лишь сжимал хлопковую ткань. Миари наблюдала за немой картиной. Кажется, в глазах юного Какаши, даже зарделась какая-то искорка, завидев полуулыбку Итачи и то, с каким уважением он на него смотрел, пока лидер отряда принимал его в свою команду «Ро». «Я поняла! Он намеренно старался забыть этот разговор…Вот почему, я не могу ничего услышать...», - Миари отошла к шиноби и перехватила его руку в свою, осторожно сжав. - «Раны еще совсем свежие…». Она чувствовала, как внутри Хатаке что-то упорно пытается пошевелиться, высунув черную щупальцу из старого сундука, но он старательно пытался сдерживать нечто. Прихлопнув чем-то тяжелым. Миари взмахнула рукой и картинка, со скоростью, начала меняться. Сложно было разглядеть что-то конкретное, лишь отдельные обрывки миссий, запах крови и стальное безразличие. Миари намеренно не хотела останавливать воспоминания на чем-то жестоком, но Какаши сам взял ее руку, останавливая на одной из них. - Какаши... – прошептала девушка, но мужчина настойчиво вошел в воспоминание, крепко сжимая ее ладонь, потянув за собой. Куноичи вышла на палящее солнце, прикрывая глаза другой рукой. От представившейся картины у нее закрутил живот, но она быстро подавила растущую тошноту, прячась за спиной Хатаке. Перед ней стояли шиноби. Это члены Команды Ро. Миари знала про эту миссию исходя из старых записей Хокаге, что ей любезно предоставил Хирузен, брезгливо махнув рукой. Может куноичи ничего не сказала, но могла поклясться всеми тайяки своего отца, что Третий не одобрял решение Минато отправить, и без того травмированного Какаши, в АНБУ. Какаши и Итачи, были отправлены в качестве наблюдателей за обменом информацией между командой из Скрытого Листа и Группой Праджни из Страны Древесины. На случай возможного предательства со стороны Страны Леса им было поручено подавить любое сопротивление, что и произошло, когда Группа Праджни действительно попыталась предать Деревню Скрытого Листа. Какаши в маске лисы, добивал оставшихся, еще шевелившихся врагов, с таким хладнокровием, что хотелось просто отвернуться и забыть эту картину как страшный сон. Но Миари заставила себя смотреть не дрогнув, взяв в руки все свое мужество. Итачи подражал своему капитану, проделывая тоже самое, с таким же безразличием и презрением. Словно, перед ними, были не люди, а лишь немые мишени от которых было поручено избавиться. Какаши подошел к самому себе и внимательно посмотрел на себя со стороны. Миари все чувствовала и, от этого, становилось только паршивее на душе. «Он хотел, чтобы смерти других людей заглушили отголоски смертей Обито и Рин...», - грустно подумала девушка, прикусывая губы, заставляя себя сдерживать эмоции. Миари, так же, заметила, как маленький Какаши поглядывает на свои руки, словно ощущая что-то неприятное на них. Однако, его перчатки были чисты, лишь его катана была пропитана липкой, чужой кровью. От ее внимания, так же, не ускользнул и красный, едва заметный глаз. Нет, не тот, в котором покоился шаринган его умершего друга. Другой. Вокруг черного, как ночь блюдца, растекалась красная сетка лопнувших капилляров и глубокие, практически, темные синяки. - Тебе снились кошмары, верно? – осторожно спросила Миари. Какаши глубоко вздохнул. - Верно, - сухо ответил он, поглядывая на Итачи, прокручивающего катану в теле мертвого противника. - Столько лет прошло, а я помню все, будто это было вчера…– шепотом признался Хатаке, хмурясь. Грудь Миари сдавила немая боль, она мгновенно получила видения Какаши, где он из ночи в ночь пронзает Рин своим райкири - одной из самых сильных техник против врагов, со слезами на глазах. Глаза маленького шиноби, полные боли и страха. Сердце, что сковало от ужаса и осознания содеянного. Глаза Рин, ее теплая улыбка, легкая струйка крови из уголка губ и последний тихий хрип – картина, которая жестоко разбивала сердце. - Знаешь, она просила меня убить ее, - сдавленно произнес Хатаке, признаваясь. Ветер из воспоминаний легко трепал его волосы. Теплый, он пробирался под кофту, легко поглаживая, стараясь посочувствовать. - Но ты отказался, потому что поклялся Обито, что будешь ее защищать, - шепотом произнесла Миари, сжимая его руку сильнее. Куноичи медленно проникала в его душу, проверяя все ли замки с его демонами надежно закрыты. Она еще подумает, как от них можно избавиться раз и навсегда. - Да...Однако, Рин пожертвовала собой, встав на пути моего райкири...- медленно произнес Какаши, рассматривая самого себя. Миари пришлось несколько раз зажмуриться, чтобы видение пропало. «Нельзя, нет...Не терять контроль...». Запах крови стал сильнее бить в нос, и Миари шатнулась. Какаши мгновенно вышел из транса и повернулся. - Все в порядке? – обеспокоенно спросил он, вглядываясь в потемневшие глаза девушки. - Да, - легко ответила она, собравшись с мыслями, махнув рукой, заставляя ленту воспоминаний двигаться дальше. Все чувства, что испытывал Хатаке – она испытывала в равной степени, от этого, ее организм иногда давал сбои, (по крайней мере, так она думала). Ее магия привела их к немому и беззвучному району клана Учиха. Было мерзко и сыро. Множество тел, лежащих на темной улице, старики, дети…Все это складывалось в немую картину боли и утраты, приправленной сухим ветром, политую запахом крови и отчаянья. Невозможно было поверить, что такому исходу, действительно, суждено было случиться. Но возглавляемые Фугаку Учиха, члены клана начали строить планы государственного переворота, чтобы свергнуть Третьего Хокаге и его правительство. В стратегических целях, Учиха внедрили некоторых своих членов в ряды Анбу для шпионской деятельности в верха Конохи, но несколько этих шпионов лично были не согласны с планами Учиха, считая, что их переворот только может начать ещё одну мировую войну шиноби. Это было написано в одной из засекреченных книг библиотеки Хокаге, что, в наглую, выкрала Миари и читала, не так давно перед сном, (стоит отметить, что охрана здания, конечно же знала об этом, но попыток остановить девушку не предприняли, возможно, Хирузен предполагал нечто подобное), стараясь вникнуть в давний конфликт Конохи и Учиха. Миари знала, вернее сказать, чувствовала, что Итачи не хотел причинять боль своей семье и пытался найти мирное решение вопроса, но в то же время понимал, что наименее кровопролитным исходом будет истребление всего клана. То, с какой быстротой и точностью были совершены убийства говорили о том, что он хотел, чтобы они умерли без особых мучений. Кровь, множество струек крови переплетались одна с другой создавая целую сеть на холодной земле. Какаши из воспоминаний стоял и молча смотрел на эту картину, тяжело дыша. Миари ощутила сильный удар по сердцу. Ее рука начинала понемногу болеть – так была сильна его боль. Впервые, за долгое время рядом с Какаши находился кто-то постоянный. Тот, с кем он шутил, тот, кто его выслушивал, кто-то, кого он может назвать своим напарником, соратником и даже другом. Но после того, что видит молодой Какаши-АНБУ перед своими глазами… Он считает себя виноватым в этой резне, по причине того, что был плохим капитаном, никудышным наставником для Итачи, провалился как лидер и, возможно, внедрил в него не ту мораль. Хатаке вновь лишился друга, в котором и видел Обито, проводя параллель между ними. У Миари громко завибрировало красное слово: «ВИНА» на ее мысленном таблоиде. «Он всегда будет винить себя во всем, что происходит вокруг него, думая, что за ним тянется след из тьмы и боли …», - подумала про себя Миари. -«Проживая жгучую боль, раз за разом, он считает ее заслуженным наказанием за то, в чем он никогда не был виноват...». Миари не смогла совладать со своими эмоциями и, отпустив его руку, обняла со спины. Какаши вздрогнул. В его пепельную голову полезли воспоминания, словно все это происходило вчера, а не, практически, десятилетие назад. Его сердце гулко билось, так, что Миари это чувствовала под своими ладонями. - В этом нет твоей вины, - четко проговорила она, сжимая мужчину сильнее, - то, что произошло было неизбежно и Итачи это понимал… Хатаке с детства не был тактильным человеком, но отталкивать девушку ему совершенно не хотелось, он стоял, ошеломленный, чувствуя запах мокрой земли – начался дождь. Он поднял лицо, ощущая, как легкие капли разбиваются о холодную кожу. - Миари… - Молчи, - вскрикнула девушка. – Все знали, на что клан Учиха был способен. Всех ждала лишь боль и страдания, а Итачи, ценой жизни всех, кто ему дорог решил предотвратить, еще не начавшуюся войну, - хрипела Миари, ее сердце бесшумно ныло, разрываясь на части от боли. – Это их проклятие…- шептала Миари, сжимая ткань его кофты. – В этом нет твоей вины и никогда не было. Миари вздохнула, стараясь вытянуть из Какаши все без остатка. Черные, вперемешку с блестящими, крупицы, понемногу выходили из Хатаке, заволакивая девушку в свою ауру холода и боли, но Миари стойко выдерживала, хоть ее тело и начало слегка потряхивать. Щупальца, что так давно, опутали его сердце, проникнув своими корнями так глубоко, что концов уже не видать. Борьба с чем-то настолько сильным – была заранее проиграна. Но Миари не собиралась сдаваться, она лишь уткнулась носом в его спину и невероятным усилием, обрывала эти корни с едким остервенением. Какаши прикрыл глаза, чувствуя, как холодные капли стекают по его лицу и шее, проникая под одежду, вызывая все новые и новые порции мурашек. - Ты был и останешься навсегда его наставником и другом, который многому смог его научить, но это был его путь, - голос Миари изменился, стал глубже, проникновенней. - И только он мог его пройти. - Миари… - шептал Какаши, выдыхая клубок пара. - Дай мне шанс доказать тебе, что ты не заслуживаешь все то, что на тебе повисло немыслимым грузом! – воскликнула Миари, шмыгая носом, утыкаясь головой в спину мужчины, сжимая его сильнее. Чертовы слезы катились по горячим щекам. Какаши чувствовал, как земля уходила из-под ног. Голова начала медленно пустеть. Миари старалась изо всех сил, схватить темную жрицу за ее костлявую руку и напрочь вытянуть ее из тела Какаши, но та пустила слишком длинные корни. Ты никогда не сможешь его освободить! Так кричало леденящем тоном немыслимое существо внутри Хатаке. Миари смотрела в эти бездонные дыры вместо глаз, видя наглую ухмылку. «Это мы еще посмотрим…». Какаши, вдруг, провалился во тьму водоворота. Так быстро, что не сумел и вздохнуть поглубже, дать легким свободы. Открыв глаза, он увидел перед собой лишь белый потолок кабинета Миари, что немного кружился перед глазами. Он приложил ладонь ко лбу и зажмурился. Ощущая на своем лице горячие капли, он провел рукой по щеке, снимая одну из них и рассматривая в солнечном свете. - Это был не дождь… – тихо прошептал он, резко садясь на диване, - Миари? Девушка стояла у окна, крепко сжимая подоконник, стараясь перевести дыхание. Ее волосы растрепались и теперь сильнее выпадали из пучка. Ветер охотно вытанцовывал с ними в теплых лучах. «Это что-то, слишком сильное, одними сеансами здесь точно не обойтись и надо действовать как можно быстрее...», - вздохнула про себя куноичи. – «Я не могу позволить этому затянуться», - устало подумала девушка, потирая двумя пальцами переносицу. Какаши встал позади нее. - Ты...в порядке? – беспокойство росло в его груди, но что-то не давало ему позволения зайти чуть дальше и коснуться ее плеча. Миари взяла остатки сил в свои руки. - Да, просто давно так глубоко не погружалась, - она выдавила из себя глупый смешок, который, скорее, можно было расценить как смех умалишенного человека. Она рассматривала отражение его глаз в окне. – Слишком много ощущений, извини, - тихо произнесла она, незаметно вытирая красные капли с подоконника рукавом кофты. Хатаке опустил руку и, хмыкнув, надел протектор. Он быть может, и хотел молча уйти, притворив тихо за собой дверь, но что-то остановило его, когда рука коснулась холодной ручки. - Не хочешь прогуляться? Ночь покрыла своей черной мантией деревню очень быстро, словно хотела спрятать людей от всех немыслимых напастей. Однако, именно ночь считалась царицей Хаоса. Миари сидела за столом, полностью погрузившись в дело Хатаке, выписывая свои ощущения и мысли, записывая каждое изменение в его чувствах и состоянии. На ее столе, никогда не было такого хаоса, как сейчас. Множество книг, тетрадок, различных старинных записей, приправленные ее собственными рукописями, что она делала в своих путешествиях и большая стена, посвящённая лишь Какаши, на которую она крепила стикеры и разнообразные листочки с замечаниями, сплетая их красными нитями, что тянулись от одной фотографии к другой. «Если бы кто-то это увидел, точно посчитал бы меня чокнутой», - усмехнулась про себя Миари, приклеивая очередную запись на стену с ручкой в зубах. Рядом с ее тетрадями покоились еще горячие такояки, что принес ей Генма. Он сразу заметил, что девушка изменилась в лице, потеряв больше половины своей яркости, почти полностью побледнев, точно белое полотно. - Тебе не стоит так погружаться в это, - заметил парень, передавая заветный пакет в дрожащие руки Миари. Куноичи и хотела бы съязвить что-то несуразное, над чем они бы оба посмеялись, но сил не хватило, а потому, она лишь его шепотом поблагодарив, поплелась в дом. Миари сидела одна за глухим столом, поглядывая на весь этот бардак из-под полуприкрытых век, сжимая в руках единственную дорогую, для нее, вещь в этом доме – фотографию всего их курса, где Какаши стоял рядом с ней, а она, выпрямив спину, старалась встать, как можно выше, сжав его плечо, ярко улыбаясь. Миари не могла не согласиться с Ширануи, от части, он был прав, как никто другой. Она слишком сильно погружалась в этого человека, чувствовала его тьму на совершенно ином уровне. И это нечто, было настолько сильно, что каждый раз оставляла неизгладимый след в душе Миари, пытаясь заставить девчонку отступиться. А это слишком сильно сказывалось на ее здоровье – это она уже поняла. «Нельзя зацикливаться на этих мелочах!» - строго сказала себе самой Миари, стукнув по столу ладонью. Однако, день прожит не зря. Сегодня, она кое-что выяснила, записав это большими буквами на одном из листков под фотографией Хатаке на стене. На следующее утро, Миари решила провести небольшую тренировку для своего тела, с целью прокачать собственную выносливость – от нее зависит дальнейшее их путешествие с Хатаке. Солнце сегодня, определенно, проигрывало своим же друзьям – облакам, что застилали все небо своими пушистыми тельцами. Махнув рукой своему соседу Генме, Миари улыбнулась, отправившись на свой длительный забег, начинающийся от ее дома и заканчивающийся на горе Хокаге. - Неугомонная девчонка, – усмехнулся Ширануи, сладко потягиваясь. Звуки, только что проснувшийся деревни, вызывали у нее приступ умиротворения и теплоты. Где-то торговцы только-только открывали свои лавки, гремя ставнями. - Доброе утро, Миари! - кричали они ей в след, улыбаясь. Молодые мамочки провожали своих детей в школу, под их веселые возгласы и размахивания руками. Другие лавочники начинали готовить свои лакомства на продажу жителям и гостям деревни. Запах сладких булочек, горячей лапши, свежезаваренного зеленого чая - все это смешивалось в одну приятную мелодию этого утра. - Эй, Миари, возьми в дорогу! – кричали другие, протягивая свой товар, но та лишь отнекивалась, почтительно кивая. Все это – было так естественно и тепло, что вызывало невольную теплую дрожь. Однако, идиллию этого прекрасного солнечного дня нарушила одна картина, что развернулась впереди. Девушка заметила, как один из торговцев громко кричит, размахивая руками, прогоняя солнечноволосого мальчика прочь, мокрой тряпкой. - Я всего лишь хотел купить у вас немного молока! – возражал мальчишка, падая спиной на землю. - А я, по-моему, дал тебе понять в прошлый раз, чтобы ты и близко не подходил к моему прилавку, лисеныш! – громко заявил хозяин лавки, пыхтя от злости. Прохожие же, бросали презрительные взгляды на мальчишку и угрюмо отворачивались. Миари почувствовала знакомое ощущение, это были те же самые взгляды, что смотрели в свое время на Хатаке. Куноичи остановилась и гневно взглянула на продавца. - Что у вас тут происходит? – строго спросила она, помогая парнишке подняться на ноги. С минуту, он смотрел на нее с опаской, но все-таки, схватился своей маленькой ручонкой за ее теплую ладонь. - Этот дядька вышвырнул меня только за то, что я попросил у него пакет молока! – верещал мальчик, гневно посматривая на продавца, сжимая маленький зеленый кошелек в виде лягушки. - Так и почему вы не продаете ему молоко? - недоумевающе спросила Миари, вытирая подступивший пот со лба тыльной стороной ладони. Торговец промолчал, швыряя в мальчика презренный взгляд. - У него нет денег за него заплатить. Золотоволосый открыл кошель и, пересчитав свои монеты, глубоко вздохнул. Люди, проходящие мимо перешептывались, показывая на мальчика пальцем. Миари это не понравилось, и она легко обняла его за плечи одной рукой. - Я заплачу, сколько? - Но...- сглотнул торговец, поглядывая в голубые глаза мальчишки, - Госпожа Миари, зачем вы...Он же.. Миари скрипнула зубами. - Я заплачу, а вы, больше не посмеете тронуть мальчишку, ясно? Рукоприкладство Миари не одобряла. Отец ее никогда не позволял себе ударить маленькую девчонку. Предпочитая телесным наказаниям – наказание в виде отмены тренировки для юной шиноби. Забрав несколько пакетов молока у противного продавца, Миари вручила их мальчику, что смотрел на нее с раскрытым ртом. Они шли по дороге вместе, не смотря на осуждающие их взгляды. - Вам не стоило быть такой доброй ко мне, - скомкано произнес он, сжимая в руках заветный пакет с содержимым. - Это почему же? – поинтересовалась Миари, с улыбкой заглядывая в голубые глаза. - Теперь, на вас смотрят так же, как и на меня, - признался он, пряча взгляд в камешке, что вдруг попался ему под ногу. Миари искренне рассмеялась, вызвав недоуменный взгляд со стороны мальчишки и прохожих. - Будто мне есть до них дело, - призналась она, махнув рукой. – Кстати, меня зовут Миари, - весело произнесла она, протягивая руку. Золотоволосый мальчик секунду смотрел на нее ошеломленно, точно увидел перед собой вовсе несуществующего человека, а затем протянул свою руку в ответ со своей теплой улыбкой. - Наруто. Узумаки Наруто. Миари улыбнулась, сжимая маленькую ручку. - Рада знакомству, Наруто, - улыбнулась она. Но вдруг, их идиллию расстроил звук умирающего кита где-то глубоко в животе Миари, а затем, умирающего китенка у мальчишки. Они оба рассмеялись. - Не хочешь поесть рамен, Наруто? Небольшой ресторанчик «Ичираку Рамен», располагался в глубине деревни Скрытого Листа. По счастливым возгласам Наруто, Миари поняла – это его любимое место. Запах здесь стоял просто невероятный, разжигающий в тебе невообразимый голод и желание наестся до отвала. - Господин Теучи! – вскрикнул Наруто, прыгая на один из крутящихся красных стульев. - Ох, Наруто ты...- Теучи посмотрел на девушку, что зашла следом за Узумаки и приветственно улыбнулся, - ты сегодня с госпожой Миари? - Добрый день, - поклонилась девушка, присаживаясь рядом с новым другом. - Как твой отец и его процветающий бизнес? – поинтересовался мужчина средних лет, чьи морщинки вызывали лишь глубокое уважение к его профессии. - Отлично, уже пробует новые рецепты с большим упорством, - кивнула Миари, усмехаясь. - А кто твой отец? – тихо поинтересовался Наруто. - Один из здешних лавочников, что продает сумасшедшие тайяки, - прошептала Миари, хихикнув. Наруто почесал затылок, явно что-то припоминая. - А, этот тот старичок, что периодически подкармливает меня странной едой? Миари подавила смешок и кивнула. Теперь понятно, почему ее отец, всегда делает больше порций, чем людей в очереди. - Два тройных рамена со свининой, пожалуйста, - весело произнесла Миари. Наруто опешил, дернув за штанину свою новую подругу. - У меня же нет денег… - Я угощаю, - весело сказала она, потрепав его по голове. - Но, если когда-нибудь поведешь девчонку на свидание, никогда так не говори, - прошептала Миари ему на ухо, после чего, мальчишка изрядно раскраснелся. - Да, ну тебя. Когда перед их взором появился горячий и наваристый бульон с различными добавками, что предложила Миари, они пожелали друг другу: «Приятного рамена!», и стали уминать невообразимо восхитительную лапшу. В ходе разговора с Наруто, Миари узнала, что тот собирается сдавать экзамен, чтобы стать генином и, конечно же, поинтересовалась, кто будет их сенсеем. - Не знаю точно, - признался Наруто, втягивая макаронину с прихлёбывающим звуком. - Меня больше беспокоит вовсе не он. - А кто? – поинтересовалась Миари, ковыряя лапшу палочками, не собираясь ее доедать. Желудок явно дал понять, что уже достаточно, вызвав отрыжку, при которой Наруто залился звонким смехом, а Миари краской. - В моем классе есть гадкий Учиха… Сердце Миари сделало кульбит. - Саске? - Да, - презрительно фыркнул Наруто. – Все знают, вечно зазнающегося Саске, - скривился Узумаки. - Почему же, он тебя так тревожит? – игриво поинтересовалась Миари, толкнув Наруто под столом ногой. - Он выскочка и вообще…противный малый, - признался Узумаки, сжав палочки. – Вечно думает, что лучше всех и смотрит на всех свысока. Миари подумала, будто что-то похожее, уже видела. Конечно, все детство она провела в тренировочных битвах с Какаши, стараясь всеми силами его превзойти. - Зато, у тебя будет достойный противник, и ты будешь совершенствоваться, стараясь стать лучше, чем он, - весело произнесла она, потрепав его по волосам. - Когда я стану Хокаге, мне не придется ничего доказывать, - звонко произнес Наруто, стукнув кулачком по столу. - Ох, простите будущий Хокаге за мою дерзость, - склонилась Миари. Узумаки хотел было что-то сказать, но видя то, как лицо Миари сияет от улыбки, ему сделалось как-то слишком тепло на душе, что его щеки тут же зарделись румянцем. Время близилось к трем часам, и Наруто вызывался, хоть как-то, но отплатить Миари и проводить ее до дома. Девушка заметила, как многие странно на нее оборачивались и крутили пальцами у виска. - Чего это они? – вскинул бровь Наруто. - Не уж-то, из-за меня... - Вовсе нет, - улыбнулась Миари. – Видишь это? – спросила куноичи, махнув длинным хвостом так, что он легко приземлился ей на плечо, обдав теплым ветерком. Наруто сначала не понял, а потом заметил выбивающиеся ярко-малиновые пряди. - Это, хм...можно сказать, моя седина, - усмехнулась девушка, отбрасывая волосы назад, не желая смотреть на них дольше минуты. – С детства на меня смотрели, как на прокаженную, словно это какая-то болезнь, - вздохнула девушка, - кто знает, может так оно и есть... Наруто легко коснулся ладонью ее волос и внимательно рассмотрел. На ощупь, они были невероятно мягкими и шелковистыми. - Не вижу ничего такого, довольно интересно выглядит, - лучезарно улыбнулся он, вызвав у Миари легкую остановку сердца. Наруто так был увлечен беседой с Миари, что не заметил, как наткнулся на одного из прохожих, тут же извиняясь. Но тот лишь сделал вид, что стряхивает грязь со своего подола и, цыкнув, проследовал дальше. Узумаки угрюмо вздохнул, пряча руки в карманы. - Знаешь, Наруто, - сказала она, положив руку ему на плечо. – Когда ты станешь Хокаге, я буду той самой чокнутой девчонкой, что будет вопить в первых рядах. Узумаки удивленно уставился на девушку, явно прокручивая в голове эту картину, заставляя Миари звонко рассмеяться. Они шли вперед весело разговаривая, не обращая внимания на странные взгляды прохожих и различные возгласы неодобрения. Миари это мало волновало, ей нравилось проводить время с этим мальчиком, в нем она видела себя в детстве. Такая же озорная, полная энергии и стремлений.        - Завтра нас распределят по командам, - скованно произнес Узумаки, облокачиваясь о стену ее дома, до этого он отметил, что его художество сохранились и Миари призналась, что ей очень понравилось. Наруто, сначала, подумал, что она, действительно, чокнутая, но то, как Миари общалась с ним и проводила время, заставило его подумать, что она не только сумасшедшая, но и веселая. - Ты переживаешь? – поинтересовалась Миари, поймав взгляд ярко-голубых глаз. - Вот еще, делать мне нечего как... Миари присела перед мальчиком и внимательно посмотрела в его глаза. Да, ее не было в деревне долгие годы, но как ни старалась, она не могла разглядеть в мальчишке ничего дурного или черного. Ничего того, что могло бы заслужить эти косые, презрительные взгляды и пренебрежительное отношение. «Наруто - всего лишь мальчик с непростой судьбой, которую он не выбирал», - грустно думала Миари, прикусывая нижнюю губу. – «Но я, вижу в нем лишь яркий свет, который все пытаются затушить…» Может он и был сосудом для лиса, что сидел где-то глубоко внутри, но Миари видела - он был чист как лист дуба, пустившийся по ветру. Главное, направить в нужную сторону. - Наруто, - строго сказала она, положив обе руки ему на плечи, - я верю, что однажды, твоя мечта сбудется и ты станешь великим шиноби, но сейчас…Тебе предстоит сложный путь...- ее голос срывался, но она взяла себя в руки. – Следуй за светом, старайся изо всех сил и никого не слушай, только...- она осторожно коснулась его груди, – свое сердце. Голос девушки был приятным и проникал в самую глубь его сознания, прокладывая нужную дорожку, по которой, ему стоит пойти, она освещалась множеством светлячков, что она выпустила из своей души. Наруто внимательно всматривался в эти темные омуты и что-то внутри подсказывало – ей можно верить. Она – не такая как все и ему это, определенно, нравилось. «Он меня услышал», - девушка улыбнулась, прикрыв глаза. - Миари, ты так рано? – это отец высунулся из окна, услышав знакомый голос. Девушка встала, прижав палец к губам и подмигивая мальчику, развернулась на голос. - Наруто, познакомься это мой отец и Великий Мастер Тайяки, - Миари исполнила неумелый реверанс. - Здравствуйте…господин, – смущенно склонился мальчик. - О, так это твой новый друг? - мужчина так обрадовался, что его глаза превратились в маленькие щелки. Он быстро признал в мальчике уличного художника. – Минутку... Миари смущенно почесала затылок. Да, может, поначалу, он и прикрикнул на него, исходя недовольством к юнцу, но видя обращение к малышу других людей, мастер тайяки не мог позволить себе обращаться с ним подобным образом, считая объяснение торговцев – глупой ненавистью к ни в чем неповинному ребенку. - Вот, держи, растущему организму нужны силы! – воскликнул он, высунув руку с большим пакетом свежеиспеченных тайяки. - Но…господин я не могу...- смутился Наруто, делая шаг назад. – Это слишком... Но лавочник лишь легко отмахнулся, буквально вылезая из окна и впихивая пакет в руки мальчика. - Потом расскажешь, какие тебе понравились больше, - шепотом произнес он и скрылся в глубине кухни под веселую песню местного радио. - Прости, мой отец, бывает слишком...настойчив,- Миари прикусила нижнюю губу. Узумаки улыбнулся. - Твой отец- отличный дядька! И да...Конечно, я стану великим шиноби, - сказал он, отпрыгивая на крышу соседнего дома, - вот увидишь, Миари! Как минимум, у меня есть волшебные тайяки твоего отца! – крикнул он, скрываясь за ветвями каштана, краснея в тенях деревьев. - Я в тебе не сомневаюсь, - с улыбкой произнесла девушка. - Почему ты решила, что именно эти трое, должны попасть в его команду? – строго произнес старческий голос. Миари сглотнула, но вышла вперед. Круги под ее глазами, разве что, можно было сравнить с сумками шиноби, что те, обычно, носили на поясе. - Я изучила их дела, - потирая глаза ответила куноичи, - это идеальная команда для него, взгляните, - девушка протянула Хокаге свою папку, что смогла собрать за всю ночь не без помощи своих друзей. Она прекрасно помнила, как Генма, упиваясь кофе вместе с Ирукой перечитывали досье и помогали составить Миари психологический портрет всех троих учеников. Стоит опустить, что они оба были в легком шоке, завидев исписанную стену Миари. И да, Генма первый назвал ее: «чокнутой девицей», получив при этом, подушкой в лицо. «Спасибо им всем, что ради Какаши, нарушили треть законов деревни», - подумала про себя Миари. Хокаге долго потирал подбородок и внимательно вчитывался в каждое имя, изучая все досконально, что предоставила ему Миари. - Я подумаю, об этом, - заключил он, после долгих раздумий, закрывая папку. Что-то не давало ему принять решение, но что именно, Миари догадывалась. Возможно, тот факт, что команда слишком была похожа на команду Минато - его пугал. Миари глубоко вздохнув, поклонилась и вышла, слишком сильно хлопнув дверью, натыкаясь на Асуму и Куренай. Запах сигарет заставил ее поморщиться. - Ну, как все прошло? – взволнованно произнесла Куренай, обнимая девушку за плечи. - Он сомневается, - прошептала Миари, посматривая на Асуму. Мужчина, улыбнувшись, выпустил вперед клубок едкого дыма. - Мой отец, как всегда, строит из себя строго дядьку? – с усмешкой спросил Асума, затягиваясь снова. Миари глубоко вздохнула. Сарутоби вежливо передал ей половину сигареты, видя состояние подруги. Нет, Миари никогда толком и не курила. Только когда нервы дают сбой. Хотя, как опытный психолог, она и сама понимала, что то, что сигареты снимают нервное – лишь упрямый бред курильщиков, не хотевших бросать. Но и у психологов бывают трудные времена, когда хочется забыться. Затянувшись остатком едкого дыма, она прокашлялась. - Ему нужна эта команда. Я в них уверена, - строго произнесла Миари, глядя в почерневшее небо, пронизывающееся дырками от звезд, точно решето. - Если ты, действительно, так считаешь, - тихо произнесла Куренай, хватая Асуму за рукав, - мы поможем. Миари была безмерно им благодарна, выдыхая едкий дым куда-то в темноту, поглядывая на горящий свет в одном из самых одиноких домов на окраине Конохи. На следующий день, она пообещала Куренай и Асуме оплатить их последующее свидание, ведь они смогли уговорить Хокаге. Все утро девушку трясло от предвкушения. Она быстро собралась, в прикуску с новым тайяки отца со вкусом лосося, Миари выскочила на улицу, думая, что глубоко опаздывает. Какаши провел свой ежедневный ритуал, не обращая внимания на время, точно очередные будущие генины не представляли для него интереса. Ветер сегодня был особенно ласков, лишь слегка колыхалась зеленая, аккуратно выстриженная учениками, трава. - Ты тоже будешь присутствовать? – с усмешкой спросил Хатаке, поглядывая в сторону. Миари вышла из глубины листвы, без своего каждодневного белого халатика. Сегодня она была в своей обычной несостоявшегося шиноби листа. - Ты против? – осторожно спросила она, возлагая любимые цветы Рин на мраморный камень. Какаши устало вздохнул. - Когда уже ты поймешь, что эти несносные дети не заслуживают быть генинами? - спросил он, сложив руки на груди. - В этот раз, я уверена, что все будет по-другому, - смело заявила Миари, хлопнув Хатаке по спине. Облака осторожно двигались вперед, закрывая палящее солнце своей невидимой рукой. Миари пряталась в тенях деревьев, стараясь не выказывать своего присутствия. Она, точно маленький ребенок перед ночью рождества, пыталась скрыть своё волнение от предстоящей встречи. Какаши решил провести очередное бесчисленное собрание на одном из мостов Конохи. Трое ребят сидели на теплых ступенях. Они все были разные; яркий Наруто, как всегда, еле удерживался в спокойном положении на месте, девушка с розовыми волосами и алыми от смущения щеками, бросала возлюбленные взгляды на темного юношу с иссиня-чёрными волосами, чье лицо выказывало небывалое безразличие к происходящему. - Ладно, для начала представьтесь и расскажите что-нибудь о себе… - начал Какаши, облокачиваясь о перилла, посматривая на ребят из-под полуприкрытых ресниц. - А чего рассказывать-то? – поинтересовался Наруто, ковыряя пальцем в ухе. - Ну, что любите, что не любите. Кем хотите стать в будущем, ваши увлечения…- проговорил Какаши, бесстрастным тоном, разводя руками. Ему это порядком надоело, в конечном счете – происходит все одинаково. - Слушайте! А давайте, вы первый нам о себе расскажите! – вскрикнул Наруто, подпрыгивая на месте. - Верно…а то, с виду, вы какой-то подозрительный...- забеспокоилась девочка с розовыми волосами, подбирая под себя ноги. Миари подобрала смешок. Какаши вскинул бровь. - О своих пристрастиях я вам рассказывать не буду. Кто я-то? Ну, зовут меня Какаши Хатаке. Мечты…Ну, тут думать надо…– опешил шиноби, поглядывая в сторону, где стояла Миари. – А увлечений у меня много, - признался шиноби, усмехаясь. Девушка с розовыми волосами презрительно фыркнула. - В итоге... Нам известно только его имя? - шепнула девушка одноклассникам, нахмурившись. - Теперь, ваша очередь, начнем справа… -Я!!!Я!!! Меня зовут Наруто Узумаки! Люблю рамен быстрого приготовления, - заверил золотоволосый мальчик, поправив протектор. – Очень люблю рамен из заведения «Ичираку», меня там иногда угощает Ирука-сэнсэй! - весело произнес он, вскакивая с места. – Не люблю ждать три минуты, после того как рамен заливают кипятком… Миари усмехнулась. «Тоже терпеть не могу». Какаши подпер рукой голову. «Он только и думает, что о рамене…», - вздохнул мужчина. - Мечты о будущем...Превзойти Хокаге!!!И чтобы все в деревне оценили меня!! – гордо произнес Наруто, сверкнув голубыми глазами. Какаши опешил. «Ха…забавный паренек...». - Мои увлечения? – задумался Узумаки, - шалости, наверное. - Ясно, следующий, - спокойно ответил Какаши. Саске Учиха сидел, сложив руки в замок и, на половину спрятав в них лицо, буравил будущего сенсея темным взглядом. Какаши много таких повидал. Не прокатит. - Меня зовут Саске Учиха. Я много чего не люблю. И нет такого, что бы я любил. У меня есть, не то, чтобы мечта...Скорее замысел! Возродить свой клан и.. убить одного человека. «Так я и думал…», - цыкнув, подумал Хатаке, поглядывая в сторону. - Ладно, теперь девушка… - Меня зовут Сакура Харуно. Я люблю…Ну, одного человека...Хм…моя мечта…Может, и про нее рассказать? – она, заигрывающе, посмотрела на Саске, но тот, лишь фыркнув, отвернулся в сторону Наруто. «В таком возрасте девушек волнует только...Мальчишки, а вовсе не техники ниндзя…Миари, какого черта?!» - негодовал Какаши, поглядывая на заветное дерево. - Ладно, вот и познакомились. Завтра я раздам вам задания, - согласился Какаши. Наруто вскочил со своего места. - Задания! А какие будут задания?! – верещал он от предвкушения. - Но, прежде, мы вчетвером займемся одним делом, - строго произнес Хатаке, пряча руки в карманы брюк. - Чем? – заинтересованно спросила Сакура, поправляя красное платье. - Тренировкой на выживание, - строго произнес Какаши, сверкнув глазами. - Тренировкой на выживание? – недоумевающе переспросил Наруто, почесывая затылок. «Черт, Какаши. Умеешь же ты все преподнести со свойственным драматизмом», - вздохнула Миари, прислушиваясь. - Среди двадцати семи выпускников, всего девять человек будут признаны генинами. А остальным, придется вернуться в школу. Эта тренировка очень сложный экзамен, на котором заваливается 66% учеников… Гробовая тишина, лишь ветер разрешил себе пройтись мимо, захватив хоровод из опавших листьев. - Ну, что, обалдели? – смеялся Хатаке. - Какаши, блин. Если ты всех учеников так напрягал, я не удивлена что они не прошли, - произнесла шепотом Миари, покачав головой. – А куда он… - Конечно, привела мне каких-то несуразных детей. Миари вскрикнула, обнаружив Хатаке перед собой. - Хочешь, чтобы я поседела?! – воскликнула девушка, стукнув мужчину по груди ладонью. Хатаке задумался. - Тебе бы пошло, довольно-таки благородно, - усмехнулся Какаши, почесывая затылок. - Заткнись, - процедила Миари, убирая непослушные пряди. Стоит признаться, что после разговора с Наруто, она отказалась от идеи их закрашивать. – Но, согласись, интересные ребята, верно? Хатаке устало прислонился к дереву. Он бросил быстрый взгляд на Миари. «И зачем тебе все это надо?» «За надом», - ответила она на его взгляд. Какаши усмехнулся. Эти индивиды, действительно, отличались от других. От части, они напоминали ему его собственную команду, может поэтому, он чувствовал к ним, какие-то, не свойственные ему эмоции. - Возможно. На следующий день. - Пожалуйста, Хатаке, не переусердствуй, - строго произнесла Миари, поправляя жилет на Какаши. Стоит опустить тот момент, что Миари, практически, ворвалась в его дом, приготовив по-быстрому завтрак и, предоставив Хатаке все необходимое, чтобы собраться, не дав и произнести слов возражения. Что-то внутри куноичи не давало ей успокоится. Возможно, острое предвкушения тренировки ребят? - Ты чего? – недоуменно спросил Какаши, рассматривая Миари, словно видел в первый раз. В этот день, она нервничала больше обычного, а потому, совсем не могла контролировать свои действия и поспешно убрала руки в карманы брюк. - Извини, - смущенно произнесла она и, тут же, скрылась в листве деревьев, намереваясь прийти на тренировочную площадку пораньше и понаблюдать. - Хм, - Хатаке улыбнулся уголками губ, покачав головой, - девчонки... - Опаздываете! – воскликнули Наруто и Сакура. Завидев возможного сенсея. Мальчик с тяжелым взглядом остался в стороне, молча презирая несостоявшегося учителя. - И вам, доброе утро, ребята, - махнув рукой, проговорил Какаши. Он, все еще, не мог отойти от такого сытного завтрака, что приготовила ему Миари, в виде каких-то невероятно вкусных овощей под особенным соусом ее отца. Хатаке первый раз в жизни наблюдал за кем-то в своей кухни, кроме отца. Это было как-то особенно неловко, но как ни крути, невероятно приятно. С годами жизни в одиночестве, забываешь, что такое, когда что-то делают для тебя. Какаши подошёл к небольшому пню и поставил будильник. - Итак, я ставлю будильник на двенадцать часов дня, - спокойно произнес он, отвечая на недоуменные лица учеников. – Здесь у меня два колокольчика...- он демонстративно вытащил их из кармана, заставив звякнуть. - Вы должны отобрать их у меня до того, как прозвенит будильник. А тот, кому не удастся раздобыть колокольчик, до полудня - останется без обеда, - улыбнувшись, сказал Какаши, сколько бы команд через него не прошло, ему нравились эти ошеломленные лица. - Он будет привязан к одному из тех столбов. И я с удовольствием пообедаю прямо у него на глазах, - весело произнес Какаши. Миари заняла заветное место, с которого открывалась вся сцена целиком. «Эх, сколько бы лет не прошло, а я всегда здесь, похоже, моя судьба - из тени наблюдать за Какаши», - подумала Миари, грустно вздохнув, сложив руки в замок на коленях. - Кстати, вам разрешается использовать сюрикены. Потому что вы не сможете добыть колокольчик, если не попытаетесь убить меня, - развел руками шиноби. Легкое дуновение ветра. Черные глаза сверкнули. Наруто первым атаковал Какаши и оказался в захвате, в котором, к его затылку был приставлен кунай Хатаке. - Не надо так спешить, команды старт еще не было. – строго проговорил шиноби, крепко сжимая мальчишку, ловя ошеломленные взгляды Саске и Сакуры. «Ничего себе, я даже не успела заметить, какую технику он применил...», - подумала Миари, прищурившись. - «Давайте, ребята!». Миари не спроста верила в эту команду. Если с Наруто все было понятно, он ей, скорее напоминал маленького Обито, то Саске Учиха был, определенно, полной копией Хатаке, только еще более холодной и каменной, однако, несмотря на то, что он во многом уступал Итачи, так же обладал не менее впечатляющими способностями. Ему нужен был хороший наставник, который сможет наставить его на правильный путь. Таким образом, Миари, по сути, поставила Хатаке в то же положение, в котором он уже когда-то был, дав ему шанс. Сакура Харуно – выступала в виде Рин, ради которой мальчишки должны были стараться стать лучше и показать все свои лучшие умения. Как говорил ее один хороший друг: «Ничто не может быть лучше здорового соперничества!». К тому же, Хатаке необходимо было за кого-то отвечать, переживать и думать, что бы он смог начать новую жизнь с абсолютно чистого листа. Но получится ли, у этих детишек, завести его сердце? Миари была уверена, что да. - Ну что, поверили мне? – усмехнулся Хатаке, наблюдая за лицами будущих генинов. – Наконец-то вы, начинаете мне нравится. – сказал он, отпустив Наруто. - Итак, поехали! – весело сказал он, хлопнув в ладоши. Игра началась. Миари знала стандартный сценарий Какаши, но сейчас, она чувствовала всем своим нутром, что будет все по-другому. Наруто определенно вызывал у Миари восхищение, его стремление добиться своей цели, будоражило в ней исключительную гордость, хоть его движения и техники были примитивны. Она не могла усомниться в его стараниях. Когда Хатаке вытянул из-за пазухи заветную книгу, Миари стукнула себя ладонью по лбу. - Ты не меняешься, Хатаке, - усмехнулась она, качая головой. Какаши намеревался избавиться от надоедливых мошек, как можно быстрее и отправится куда-то, где можно будет спокойно созерцать природу, пока Миари будет принимать поражение перед ним. Однако, этот золотоволосый юноша никак не хотел отступать. В отличие, от своих, более умных сверстников, что быстро попрятались по кустам, он с яростью шел в лобовую атаку, не желая отдавать время на раздумья стратегии. Наруто действовал, по своему обыкновению быстро и четко, но недостаточно. - Дурак...Ниндзя всегда должен следить за тем, что происходит за его спиной, - произнес Какаши. Оказавшись позади Наруто, буравя его спину пронзительным взглядом. - А?! – Узумаки опешил. Миари напряглась, рассматривая происходящее. - Только не… - Секретная техника тайдзюцу листвы! «Тысячелетие боли!» - грозно проговорил Какаши. Миари наблюдала, как Хатаке, сложив мнимую печать, ткнул двумя пальцами в самую горячую точку Наруто, заставив того взлететь на несколько метров над землей, громко вскрикнув, приземлившись в середину холодного озера. Какаши стоял и молча улыбался проделанной работе. Миари рассмеялась, потирая лоб рукой. - Вот же…Какаши – идиот… Миари резко почувствовала сильный прилив чакры и взглянула в озеро, в которое упал Наруто. Из него показались несколько теневых клонов. - Восемь?! Наруто…ты..- Миари была в восторге, Узумаки смог создать целых восемь теневых клонов отменного качества. «Даже у меня, получалось не больше четырех и то, шатающихся, будто вот-вот рассыплются…», - надула губы Миари, но восторг, приводящий ее тело в тонус, взял вверх. - Наруто, давай! – шептала Миари в листву, сжимая кулаки. Ее переполняли эмоции, она бесшумно перемещалась по деревьям, стараясь захватить и запомнить все моменты тренировки, словно сама там участвовала. Когда один из клонов запрыгнул на Какаши, Наруто произнес: - Ну что, сенсей, вы сами говорили: «Ниндзя должен всегда следить за своей спиной». - Молодец, Наруто! – вскрикнула Миари и, тут же, прикрыла рот рукой. – Спокойнее…надо быть спокойнее... Но Какаши быстро перевоплотился в одного из клонов Наруто, заставляя их драться с самим собой ища предателя. Миари хмыкнула. Она не могла сказать, что Какаши не обращался с ними, как с детьми – ведь так оно и было. Наруто, только что, попался в дешевую ловушку, даже не задумавшись. Миари знала, что в запасе есть Саске, человек из клана Учиха, где высоко развиты аналитические способности ведения боя. Какаши, однозначно, должен оценить. Но, к великому сожалению Хатаке, и Саске провалился, повёлся на технику замены тела – элементарно. Оставалась Сакура – тут дело за малым, Харуно – влюблена в Учиха, а значит, Хатаке использует легкое, но гендзюцу. Так оно и случилось, уже через несколько минут, Харуно погрузилась в иллюзию, громко бахнувшись на землю. Саске снова предстал перед Хатаке в боевой позиции. - Что ж, значит, Клан Учиха, элитные воины деревни листвы... звучит соблазнительно, - томно произнес Хатаке, готовясь сразиться. Саске использовал технику огненного шара. Миари впервые смогла увидеть ее вживую. Эта техника шиноби, при использовании которой чакра замешивается и превращается в огонь прямо внутри человека, а затем выдыхается изо рта в виде крупной сферы бушующего пламени или же в форме продолжительного потока огня. В клане Учиха эту технику должен освоить каждый юноша, в качестве обряда перехода в категорию взрослых, из-за чего она стала одной из самых распространённых и любимых техник среди них. «Выпущенный огненный шар поглощает противника, и на поверхности земли остаётся только кратер. Отлично, Саске!», - подумала Миари, прикусив губу от волнения. Однако, через несколько минут, Миари лицезрела картошку в виде головы Саске в земле. Девушка сморщилась. -Хах..неплохо, Хатаке, но дай им шанс, ребята стараются, - усмехнулась Миари, заправляя непослушные волосы, вскакивая на одну из высоких веток. Завтра ноги, точно, «спасибо» не скажут. Куноичи заметила, как Наруто исчез в направлении спокойно покоившегося обеда. - Что? Наруто, решил все съесть без ребят? Ай-ай, - качала головой Миари, весело наблюдая, как к нему бесшумно движется Какаши. Через несколько минут разразился громкий звон будильника. - Черт! Через десять минут, Миари лицезрела как Наруто, привязанный к столбу, ворочался, пытаясь выпутаться, а Саске и Сакура сидели на траве близ него. Вой их животов был слышен даже для нее. Миари глубоко вздохнула и спустилась с ветки на землю, прислонившись к дереву спиной. - Бедные дети… - Что-то у вас букашки в животе распелись. Эх, детишки, - вздохнул Хатаке, - что касается нашей тренировки…Вам не нужно возвращаться в школу ниндзя. На лицах детей отразилась мнимая радость. - Значит! Значит! Мы все трое… – начал было Наруто. - Да...Вы все трое никогда не станете ниндзя, - строго произнес Какаши, смерив их недовольным взглядом. Миари громко высказалась по этому поводу, но благо существовал сильный ветер и ее слова развеялись по территории тренировочной площадки. - Ирука, ты что-то пытаешься вызнать? Иначе, с чего бы тебе приглашать меня на обед? – строго произнес Хокаге, наматывая лапшу на палочки. - Дзенин седьмой команды, в которой состоит Наруто...Что он за сенсей? Строгий? – поинтересовался Ирука. Миари в последнее время плотно увлеклась историей Наруто и двух других его одноклассников, что вызывало у Умино прилив помощи, но при этом и беспокойство. - Беспокоишься? Вот, глянь-ка. Это список учеников, которые сдавали экзамен Какаши… - Что?! - Мы не станем ниндзя?! Что это значит? – верещал разгневанный Наруто. – Ну! Ну…не добыли мы колокольчики. И что, все теперь? Из нас ничего не получится?! С чего это?! – негодовал золотоволосый. - А с того, что ни один из вас, не обладает квалификацией ниндзя. Вы еще маленькие детишки, - презрительно произнес Какаши бесцветным голосом, тихо хмыкнув на гневный возглас со стороны деревьев. Миари тяжело вздохнула, увидев, как Саске совершает свою последнюю попытку напасть на Хатаке. - Саске?! – вскрикнула Сакура, прижав ладони к губам, наблюдая, как на ее возлюбленного безжалостно наступили. - Я же сказал, детишки... Вы так и не поняли, кто такие ниндзя. Верно? Как вы думаете, зачем мы тренируемся, разделившись на группы? – отпустив Саске, спросил Какаши строго оценив каждого из учеников. Миари спустилась вниз, с силой сжимая ни в чем неповинную кору дерева, покусывая губы. Ребята молчали, обдумывая, поглядывая друг на друга. - Иными словами, вы так и не поняли сути экзамена, - сказал Какаши, легко пожав плечами. - Сути? – переспросил Наруто. - Именно. Сути, которая помогла бы вам сдать этот экзамен. - Ну…в чем же эта суть? - Черт, - сжал кулаки Хатаке. В глубине души, он и сам хотел, чтобы они сдали этот экзамен. - Ну, же отвечайте уже! Каков ответ?!! – разгневалась, наконец, Харуно. - Ответ…Работа в команде, - взгляд Хатаке был холоден, Миари это знала, даже не ведя его лица. - Если бы действовали сообща, то возможно и добыли бы колокольчики... Миари присела на траву, облокотившись головой о многовековой ствол, тихо подслушивая условия, что оставил своей возможной команде Хатаке. Что-то в ее душе яро верещало и выходило с большими баннерами: «Поддержим команду семь!», а что-то упорно продолжало бояться, что снова ничего не выйдет. «Нельзя сдаваться, я никогда еще не была так уверена в своем выборе, как в этот раз…», - думала Миари, тряхнув головой. - Ну, что, ты довольна? Миари хотела взвизгнуть, но тут же прикрыла рот рукой. - Какого… - Тц, - тихо произнес Какаши, приложив палец к губам, присаживаясь рядом. – Чем ты думала, посылая их ко мне на экзамен? – тихо спросил Хатаке. Ветер сегодня был в ударе, играя с волосами наших героев. Хатаке обратил внимание, что Миари перестала прятать волосы в пучок, сделав гордый, высокий хвост. Он выставил руку ладонью вверх, поймав несколько розовых прядок, остановив тем самым игривый танец. На удивление, девушка не заметила этого, глядя куда-то в небо. - Они нужны тебе, Какаши, - прошептала Миари. - Я знаю. Куноичи резко развернулась и встретилась с лицом Хатаке, что в упор смотрел на нее, перебирая ее розовые волосы. Они дышали одним воздухом. Его взгляд был серьезен, в черных, глубоких глазах, читались мысли, что крутились в его голове невообразимым водоворотом. Миари видела, что он понимает. - Я не шучу, Хатаке, эти дети…Они другие, хочешь, считай меня сумасшедшей, - грустно произнесла она, - но я это чувствую, они отличаются, по-своему, конечно, но да, - усмехнулась она, вспоминая их самих в детстве. – Я слишком хорошо чувствую их сердца. Какаши пристально смотрел в ее глаза, не моргая. Он хотел ее слушать, узнать, что она думает. Щеки девушки зарделись румянцем, когда она, наконец, опустила взгляд на пальцы Хатаке, что бесцеремонно перебирали ее розовые волосы. Она подняла взгляд на Какаши и, тут же, покраснев еще больше, отвернулась. «Иногда, так тяжело смотреть на него, зная, что творится в его душе». - Они не такие как все, как мы с тобой, - улыбнувшись сказала Миари, увидев разворачивающуюся сцену на площадке. Хатаке не спускал с нее глаз, внимательно слушая. - Смотри! - она положила руку на плечо Какаши и потянула вперед. - Все нормально, его ведь здесь нет. После обеда нам нужно сообща добыть колокольчики...А если Наруто останется голодным, какой от него тогда толк? – Парировал Саске возмущенной Сакуре, подкармливая Узумаки онигири. - Спафыбо, Фафке, - попытался выговорить Наруто, стараясь откусить побольше. - Усаратонкачи, ты мне пальцы откусишь! Ешь адекватно, - проворчал Учиха, поддевая палочками кусочек лосося и, отдавая его, голодному Узумаки. Харуно не заставила себя долго ждать и подала Наруто бутылку с водой и половину своего обеда, зардевшись румянцем. - Что? Но...Наверное, сложный экзамен у Какаши... а дети так послушны. Именно поэтому... Никто из них, до сих пор, не сдал этот экзамен! – воскликнул Ирука, обращаясь к задумавшемуся Хокаге. - Да, на экзамене Какаши все провалились. Все до одного, - кивнул старик. - Но Третий, почему тогда…- хотел перебить Ирука. Но Хокаге предупредительно поднял ладонь. - По настоянию его лечащего врача, - сказал он, усмехнувшись, закуривая трубку. - В смысле? Миари?! – Умино вскочил со стула, опрокидывая его на пол с глухим стуком. – И вы согласились, господин Третий?! - Какаши, они…- Миари не могла прервать свои возгласы счастья, сжимая его в объятьях. – Они смогли! – верещала девушка, наблюдая, за разворачивающейся картиной. Какаши слышал, как гулко бьётся ее сердце. - Обито был бы доволен ими, тебе не кажется? – спросила девушка, наклоняясь к уху Какаши, обдавая горячим дыханием. Глаза Хатаке расширились от удивления, где-то в глубине души он разделял ее радость, но постарался сохранить лицо. - Я знала, что они смогут! – вскрикнула Миари, но Хатаке уже не было рядом, лишь легкое дуновение ветра. - Я просто боюсь, что Какаши…он…- Ирука замялся, прикусывая губу от смущения, поднимая опрокинутый стул и садясь на место. – Я думаю, что он не готов быть сенсеем и за кого-то держать ответственность, - признался Ирука, потирая переносицу. Хокаге с минуту молчал, а затем, хмыкнув сказал: - Это будет зависеть от Миари. Все будет так, как она посчитает нужным, - строго произнес мужчина, выдыхая густой клубок дыма. Ирука осознавал, что Миари его друг и ничего не будет делать просто так, тысячу раз не подумав, но сейчас, ему казалось это совершенно невероятным. - Но его состояние... - Ирука, - Хокаге зажал трубку в зубах и нагнулся чуть вперед, чтобы его слышал только Умино. - Какаши в ее руках и никак иначе. Просто...дай ей шанс, - сказал он, расслабленно пожав плечами. - Вот значит, как! Сенсей появился из ниоткуда, заставив Узумаки подавиться рисом, а Харуно подпрыгнуть. Лишь Саске не дернулся, постучав Наруто по спине и напоив водой, несмотря на то, что сенсей продолжал смотреть на него строгим взглядом, готовый испепелить все, что видит. - Сенсей, мы… – начала испуганная Сакура, вскочив, прикрывая Наруто и Саске. - Экзамен сдан..