Разное: Мосян Тунсю

В следующий раз, когда Шэнь Цинцю появился на центральном пике, событие это уже утратило свою новизну, и за нечаянным гостем уже не тянулась целая армия любопытных учеников. Впрочем, это быстро изменилось, когда Шэнь Цинцю, обыкновенно не отвечавший на приветствия младших учеников и не удостаивавший их даже взглядом, вместо этого пристально посмотрел на встретившего его ученика (так что у того вся жизнь пронеслась перед глазами) и холодно поинтересовался: - Где старший соученик Юэ? Мне нужно поговорить с ним. В считанные минуты весь пик пришел в движение. Юэ Цинъюань, выйдя из своих покоев, немало удивился, увидев у себя на пороге Шэнь Цинцю собственной персоной, а за ним – целую толпу учеников, которые при его появлении тут же принялись что-то оживленно обсуждать, то и дело, впрочем, косясь на обоих старших соучеников, замерших друг напротив друга. Молчание нарушил Шэнь Цинцю. - Старший соученик, - промолвил он и изящно наклонил голову – сама любезность и элегантность. – Мне довелось стать обладателем партии чайных листьев весьма редкого и прославленного сорта, и я осмелился предположить, что никто, кроме уважаемого старшего соученика, не сумеет оценить их по достоинству. Могу ли я просить старшего соученика разделить со мной чашку послеобеденного чая, если мой приход не помешает его обязанностям? Юэ Цинъюань заметно растерялся. - Вообще-то… - начал он и развел руками, как бы пытаясь сказать, что да, помешает, и вообще это выходит за всякие рамки: если тебе так уж нужно непременно поговорить со мной, зачем превращать это в спектакль? Но под десятками внимательных взглядов, при десятках настороженных ушей, в присутствии младших соучеников, напряженно ждавших развязки, он, конечно, ничего такого сказать не посмел. Расчет Шэнь Цинцю оправдался. - Конечно, проходи, - сдался Юэ Цинъюань и жестом пригласил Шэнь Цинцю внутрь. Собравшиеся на дворе ученики возбужденно зашептались. Некоторые подозревали, что этот несносный Шэнь Цинцю не зря снизошел-таки до старшего ученика Юэ, на которого до тех пор обращал не больше внимания, чем на назойливую муху, и уж наверное помышляет отравить его и занять его место; другие были уверены, что Юэ Цинъюань сумеет постоять за себя – но всем без исключения до смерти хотелось узнать, чем кончится дело. Однако Шэнь Цинцю, на мгновение замешкавшись в дверях, оглянулся и окинул учеников таким убийственно выразительным взглядом, что у тех разом пропала вся охота шпионить, и они, развернувшись, уныло побрели прочь со двора, обратно к своим скучным повседневным занятиям. - Хорошая сегодня погода, - благодушно заметил Шэнь Цинцю. Юэ Цинъюань, занятый чашками, искоса взглянул на него. Все эти годы он безуспешно пытался добиться, чтобы Шэнь Цинцю снова взглянул на него как на друга – да хотя бы просто взглянул, но тот не выказывал ни малейшего желания перешагнуть черту, которую сам же и провел. А теперь он сидит в комнате Юэ Цинъюаня, за его столом, придя сюда по собственной воле – и уже Юэ Цинъюань не смеет поднять на него глаз. Что-то не так. Слишком резкая перемена. - Ты хотел поговорить со мной? – он постарался произнести это как можно более нейтральным тоном. Шэнь Цинцю рассеянно кивнул. - Ах да. Помнишь тот грот в пещерах Линси, где ты нашел меня в прошлый раз? Рука Юэ Цинъюаня дрогнула; он выронил чашку и едва успел перехватить ее у самого пола. К счастью, Шэнь Цинцю смотрел в другую сторону. - Видишь ли, даже после того, как я вернулся на пик Цинцзин, я не мог забыть тот грот. Согласись, он производит гнетущее впечатление. Я все думал о той бедной душе, которая провела там свои последние часы. И тогда мне пришла на ум мысль поднять старые архивы – может быть, в них найдутся какие-нибудь записи? Он молчал так долго, что Юэ Цинъюань вынужден был подать реплику: - Нашлись? Шэнь Цинцю взглянул на него поверх веера. - О да. Это действительно был любопытный случай: у одного из учеников случилось искривление потока ци, и он провел в том гроте около года. Никто не думал, что он выживет, но он оказался крепким орешком. И представь себе, какое совпадение, старший соученик: его звали Юэ, как и тебя. Юэ Цинъюань попытался поймать его взгляд, но Шэнь Цинцю снова отвел глаза. - А вот тебе еще одно совпадение, - его голос дрогнул. – В том самом году, когда этот Юэ сидел запертый в пещерах Линси, в поместье Цю случилось страшное землетрясение… - Пожар, - хрипло сказал Юэ Цинъюань. Шэнь Цинцю удивленно взглянул на него. - Это был пожар, а не землетрясение. Прости меня. Я давно должен был тебе рассказать, но не знал, как начать… По лицу Шэнь Цинцю блуждало странное выражение: он как будто хотел улыбнуться и расплакаться в одно и то же время. Наконец он снова прикрыл лицо веером и опустил глаза. - Начни с начала, - негромко предложил он, - а я послушаю… старший брат.