Личности и реальность.

Вечер. Белоснежные огни фар серебристого автомобиля марки тойота слабо освещали одну из многоэтажек в приличном районе. Тишина благоухоженного разноцветными цветами и маленькими заборчиками двора встретила нарушителя тихим писком пробегающих мимо маленьких шалунишек, еле слышным брюзжанием стариков и подглядыванием любопытных глаз соседей из окон. Все знали, чья эта машина и уже много раз засматривались на неё. Жадные личности бывало подумывали поцарапать тачку в отместку своей проснувшейся гордыни, но понимали, что потом будут не в силах получить месть в ответ, так как в машине ехал один из самых узнаваемых в городе людей - общественный деятель, Сергей Щитков. Блондин с острыми бровями, прямым носом и выделяющимися скулами, высокий и статный, голубоглазый джентльмен, не удивительно, что он стал объектом восхищения многих красавец. Однако Сергей был одиночкой, не стремившимся обзавестись ни девушкой, ни семьёй. Да и не до этого ему было. Разъезды по городу, поддержка, как финансовая, так и моральная в молодёжных и других движениях - буквально вынимали из его жизни крохотные минутки отдыха. Даже времени на лишний раз подумать над своим досугом не оставалось. Зато сегодня был особенный день - выходной! Вот попозже времени будет хоть отбавляй! Припарковавшись возле детской площадки, расположенной подле многоэтажки, он вальяжно выбрался из машины, заглушил серебристую "кобылку", как он "ласково" называл свою тойоту и закрыл её по кнопке ключа. Сергей собирался уже пойти домой, заниматься приготовлениями к отдыху, как неожиданно его остановила дамочка с красной большой сумкой. Она подбежала к нему сзади и со всей силы ударила "крокодилом" ему по хребту. - Ты что творишь, изверг!? - Губы маленькой дамочки открывались в злобном оскале, зубы её выглядели как три десятка легионеров времён римской империи - нечищеные, острые как у акулы, но ровные как каменные древние пики на стенах средневековых замков. - Не видишь, что ли, где паркуешься!? Совсем жиром чиновничьим глаза заплыли!? - Она всё время кричала, то ли от своей несдерживаемой натуры, то ли для привлечения внимания окружающих. Кто этих сумасшедших лживых дамочек поймёт? - Извините, сейчас переставлю. - Сергей, внимая дерзкому поведению истерички, не стал препираться, дабы не "пачкаться" об эту резаную. Он то как раз и понимал таких дамочек, излишки профессии, и догадывался для чего устроила цирк эта баба, но пришлось смириться. Не хотелось на ровном месте устраивать скандал. Тем более он верил одной поговорке - терпение и труд - всё перетрут. Не зря же руководствуясь этим "правилом", он смог за свои скромные тридцать лет добиться своего не самого высокого, но достаточно обеспеченного положения в обществе? Да и связываться со слепой дурочкой он не хотел. Он редко приезжал домой, часто ночуя на работе и поэтому спешил насладиться отдыхом, не слишком сильно обращая внимание на мелочи жизни. "Кобылка" отъехала на несколько мест в сторону от площадки, чуть дальше от "родного" подъезда "чиновника" и была припаркована в самом тёмном месте в округе. Если ночью нужно будет куда-то выезжать, то даже если знаешь где стоит машина, то навряд ли найдёшь её. Не зря это место местные водилы прозвали чёртовым пяточком. А ещё существовала возможность насовсем потерять тачку. Или самому потеряться на некоторое время. Но Щитков не боялся, уж он то знает как найти в "пустой" тьме "проблеск" света - кнопка "фонарик" на ключах автомобиля, включающая подсветку и фары, исправляла не благополучную ситуацию. Глупые мысли не мешали мужчине закрывать машину. Разобравшись с тачкой, Сергей зашёл в ухоженный подъезд. Помещение было добротно оборудовано, лампочки светили из под пластиковых "холмиков" нежным белым светом, стены украшали цвета́ морского бриза, рисунки милых черепашек и вертикальная верхняя линия с жёлтыми диагональными лучами. В целом данная композиция успокаивала его дух и как будто нашёптывала колыбельную уставшему "работнику", приехавшему "отоспаться" домой. Молодая вахтёрша из окошка при взгляде на мужчину хитро улыбнулась, таким образом здороваясь с ним. Он же ответил взаимностью. Они редко могли разговориться, но в такие моменты не замечали как время пролетало незаметно. Частенько эти весьма не долгие, но приятные "беседы" велись не возле окошка, а в более тёплых и уютных местах. Но сегодня у Сергея не было настроения на "разговоры". Пока шёл к лифту, он вспоминал сверкающие глупой высокомерностью глаза выходки с красной сумкой. Впервые встретив эту дурочку сегодня у него в душе уже отложились некоторые подозрения на её счёт. Но лифт, установленный посередине подъезда выглядевший как робот, только выпустившийся из материнского станка - новый, усовершенствованный, изготовленный по самым лучшим схемам и чертежам, быстро вымел остатки подозрений из уставших мозгов. Внутри "коробки" вместо серых и унылых красок были песочного цвета потолок и пол, а стены отзеркаливали его натренированную, еле проглядывающуюся через костюм фигуру. Было чисто и приглядно. Нажав на чёрную кнопку с белой цифрой "12", Сергей стал подниматься ввысь, его тело будто превратилось в ракету, быстро набирающую скорость. В тот момент он чувствовал себя личинкой гусеницы вдруг ставшей бабочкой, белым листом, на который по неосторожности пролили разноцветные краски и выбросили в вентиляцию электрического очистителя. В глазах его помутнело, закружилось калейдоскопом чувств, пространство и время скукоживалось и распрямлялось с ужасной частотой. Всё резко прекратилось, как и началось - лифт достиг нужного мужчине этажа. Ноги сами повели хозяина в квартиру, руки, перехватив телесное управление над бедной головушкой, достали ключи и вставили в скважину. Скрип двери, звук бросаемых в разные стороны ботинок, шуршание костюма, удар чего-то большого на что-то мягкое. Сергей чувствовал себя уставшим до такой степени, что даже не мог до конца сформулировать мысль о совершаемых им поступках. Сделав глубокий вздох, медленный холодный выдох, он наконец-то собрался духом. Дома. Невероятно тёплое и уютное место. Для Сергея произношения слова "дом" было как, если бы он нашёл по среди пустыни полный стакан прохладненькой воды - нестерпимо хорошо. И хочется большего с каждым новым глотком, с каждым мигом осознания, что вот оно, счастье, лежит прямо под, над и перед тобой - мягкий диван, огромный на весь зал телик и стеклянный столик с тарелками полными едой и закусками, которые Сергей сварганил через часок после прихода домой. Осталось положить ноги поудобнее, взять в правую руку ложку с винегретом, в левую - пульт, и нажать на долгожданную кнопку вклю... Бум! Стекло балкона несчастно зазвенело, печально треснувшись. От неожиданных звуков Сергей подпрыгнул, стеклянная тарелка и алюминиевая ложка с винегретом, петляя в воздухе невероятными пируэтами от вложенного импульса, улетели в сторону, а если точнее, то прямо в экран телика, испачкав его в тёмно-розовый цвет свеклы. Сам мужчина свалился позади дивана, слегка повредив спину. - Ауч. Что за х*йня? - Воскликнул возмущённо Сергей. Взгляд цепких голубых глаз метнулся к балкону. Картина увиденного заставила невольно изумится, да так, что брови блондина высоко взлетели, будто истребители, взметнувшиеся в пушистые облака. В стекло врезалось нечто чёрное и липкое, покрытое перьями, трепыхающееся создание бесилось и дёргалось, словно блоха среди муравьедов. Вроде и не "насекомое", но страх затуманил абсолютно все немногочисленные мозги животного и они перестали управлять тушкой птицы. "Странный голубь" - первое, что подумал Щитков о существе, разглядев знакомое по виду оперение, и хотел уже подойти поближе, но тут снова случилось столкновение, в этот раз со стеной. И другим существом, только странно огромным. Орёл. Жёлтые хищные глаза приковывали похлеще последней бутылки водки во взоре бомжа. Особенно когда они направлены прямо на тебя. Ночь, кровавая птица и эти жёлтые, хладнокровные глаза впадали прямо в душу, расшатывая неустойчивое от усталости психическое состояние Сергея. Будто как стекло от сильного удара "голубя", готовое вот-вот лопнуть. Сергей сделал шаг назад. Страх взял в руки сердце мужчины, без конца сжимая его и не спеша разжимать. Ситуация была необычной и непредсказуемой. "Неизвестность" тоже, присоединившись к "веселью", начала пугать, насылая воображению не радостные картины возможной участи мужчины, впрочем, они были не оправданы. Вдруг всё снова как резко случилось, так и прекратилось - орёл вскрикнул, быстро схватил когтистыми лапами, похожими на перевязь острых до невозможности ножей, блестящих на свету от лампочки, грязного "голубя" и улетел, будто всего произошедшего вовсе и не случалось. Единственное, что напоминало об этом - разбитое стекло, ох*евший Сергей в семейниках и винегрет на и под теликом. Минута скованного наблюдения показала, что ничего больше не предвидится и беда миновала. Руки, уверенные в выводах мозга, невольно потянулись к осколкам стекла. Мощные пальцы прикасаются к ним и поднимают, крутя в разные стороны. Блик лампочки отражает в осколке впечатлённое лицо "чиновника", решившего в свой единственный выходной за месяц отдохнуть как нормальный мужик - за теликом. Невнимательность и любопытство привело к ожидаемому результату - Сергей обрезался. Но это наоборот успокоило его, вернуло убеждённость в реальности событий, пробудило интерес к действиям. - Эээ... И что это было? - Секунда ступора, осколок падает на ламинат, ноги ведут к уборной. Следующий час пролетел также незаметно. Уборка от осколков и крови птицы, готовка, успокаивающие разговоры с нагрянувшими на шум соседями и не поверявшими в причину бардака. Ну, мало ли, мужик выпил и разбушевался, с кем не бывает? И снова он перед теликом, балкон полностью занавешен и заделан, но гул ветерка иногда наведывался к Сергею. Сквозняк мешал сидеть на диване в трусах, пришлось брать одеяло. Винегрет вернулся в тарелку, телик был почищен. "Вроде бы всё" - Щитков, чтобы не предвещать непоняток, быстро тыкнул по кнопке пульта. Зомбоящик зазвенел ужасными голосами шоуменов. Почему то в этот момент Сергею послышался крик того самого орла. Он, словно подготовленный к самым неожиданным ситуациям, вскочил, подбежал к балкону, в руке была тарелка винегрета, собирающегося использоваться как оружие. Но взглянув за занавеску, глаза испуганного по напрасному мужчины ничего не обнаружили, кроме тьмы и уличных фонарей. - Б*ять, послышалось. - если бы кто-то услышал, как Сергей ругается, то он бы не поверил своему слуху. Щитков не позволял себе в обществе выражаться "истинным" русским языком, дабы не позориться в узких, но высоких кругах, и перед обычными, но доверчивыми гражданами. Не в его положении ругаться как заядлый пьянчуга. Но сегодня был исключительный день, так посчитал мужчина, оборачиваясь назад. И не заметил как в окне загадочно промелькнул маленький пернатый силуэт небесного хищника. Вернувшись к дивану, Сергей стал переключаться на другие программы. Новостные пропускались моментально, про животный мир тоже. Мода, политика, гонки, спорт. Столь заезженные темы царапали по разуму больнее свихнувшейся кошки. Тут внезапно заинтересовала передача о готовке. Там рассказывалось о том как птицу нужно правильно запекать. Передача за передачей, какофония звуков, тревога и смятение, облегчение и расслабленность - всё это наложилось на Сергея как коржи испорченного торта, сочетая несочетаемое - и мерзость, и сладость. А, нет, это просто вкус крови от исцарапанного пальца. Напоминание о том, что даже в доме нет спокойствия, уединения, безопасности. Везде могут случаться несчастья. Сергей не заметил как глаза его слиплись, закрылись будто ворота склада, втягивающие в свои железные стенки на протяжении всего дня всю ту многочисленную боль переживаний и тяжести трудов грузчиков, которые они каждый день чувствовали. И только при закрытии они могли полностью пережевать и выкинуть эти эмоции и чувства людей, как жвачку, очищая тёмную повседневность, усталость и даря благое удовлетворение от проделанной работы. Сон захватил Сергея. Морфей целую ночь посылал дичайшие образы. Колдовал в сознании человека яркие краски, приобретающие разнообразные силуэты. То машин, летающих в облаках, то детей бегающих по чистой, прозрачной водной глади. То орла, смотрящего с пренебрежением, скукой и вялой хищностью, словно обыденность охотника наскучила ему, но тот не отказывался от своей сути. То глаза мерзкой бабы, впечатанные в морду розового двухвостого крокодила, её многозубый острый оскал, рычание. Рывок... Сергей проснулся с резким криком ужаса. Но вертя вокруг головой, он стал успокаиваться. Пронесло. Голова снова коснулась подушки дивана, но взгляд на до сих пор включённый, забытый им телевизор, а именно на его нижний левый угол, там где показывалось текущее время, не дал мужчине снова окунуться в сонное воображение. Вот же... проспал! Быстро одеться, позавтракать, выключить в доме свет, собрать нужные вещи не заняло у него полчаса. Сергей буквально ворвался в лифт и чуть не сломал кнопку с цифрой "1", только поцарапанный палец немного остудил его, посылая холодный сигнал мокрой от пота спине. Аппарат вздрогнул, "проснувшись" как живой и повёз мужчину вниз. Но или он "мстил" ему за поспешность, или это время, заступившееся за бесперебойную резвость, специально тормозило движение вниз, гадко тянуло континуум, что казалось в разогнанном в спешке разуме Сергея как предательство, заставляло мужчину нервничать. Долгожданное открытие дверей, резкое пожелание доброго дня удивлённой вахтёрше, передвижение рывками к машине. Бахнуло крупом "кобылки", заржал двигатель и, вцепившись в резиновую чёрную "холку", Сергей поехал на работу. По дороге он всматривался в зеркальце, видя своё неумытое и неуклюжее лицо. Он грязно ругался, пытаясь успокоится. Заспанные и красные глаза вызывали в нём печаль, грусть и стыд. Припарковавшись возле здания, где он обычно работал, не ездя по городу, Сергей вышел из машины и увидел страшное. Поцарапана. Его машина была слегка поцарапана в дверях. Острые слова на железе передавали всю зависть, несдержанный тупой гнев товарки с сумкой - "запомни". Или это было сделано не ей? Однако это всё равно разозлило его, взбесило до обратного покраснения глаз, до тяжёлого сжимания кулаков и челюсти, до хруста скул и хрящей. И лишь близость к рабочему месту позволило уняться, приобрести трезвое терпение. Вот он подходит к кабинету начальника. Извиняется. Берёт задание. Заходит в свой кабинет, кладёт взятые бумаги с целями и рекомендациями. Смотрит на полки с документами, на крепкий стол, заставленный обычным для офиса убранством. На чёрно-белый узорчатый ковёр. На стрелки часов. Прислушивается к их биению, к звукам своего сердца. И чувствует будто нить внутри него, ранее сжатая, выпрямилась и расслабилась. Последующие поездки по городу вызывали искреннюю улыбку, что побуждало встретившихся ему гражданам улыбаться в ответ. Смех иногда покидал его уста, будто звонкая трель от стаи соловьёв. Как и редкие в его жизни слёзы, появляющиеся когда он ездил по дороге. Причина могла быть любая, то ли от шумного ветра, врезающегося в лицо блондина из открытого окна машины, то ли от переизбытка эмоций. "Не важно" - твердил Сергей, впервые после работы попросивший у начальства ещё один выходной. Снова многоэтажка, снова дети, старики, многочисленные соседские взгляды, но теперь полные жуткого любопытства. Парковка перед подъездом, выход из машины. И снова эта женщина с красной сумкой. Замах. И рука была перехвачена, зажав большим уверенным кулаком маленькую стервозную кисть. - Вы что себе позволяете!? - Если бы кто-то видел сколько паники было в этих узких глазных щёлочках, то "утопающий" окончательно потонул бы в них. - То, что думаю важным сделать. Если вы не покинете данной участка в течение минуты, я позвоню в полицию и вас прихватят в обезьянник, и не посмотрят на то, что вы слабая женщина. - Да как вы смеете!? Вы хоть знаете, кто я, а!? - Нет, не знаю и знать не хочу. Я знаю лишь то, что вас или упекут в полицию, или вы уйдёте отсюда и больше сюда не заглянете. - Да? Хахахах. - Баба мерзко засмеялась, вымещая на мужчине свою гнусь. - Ну, давай, звони. Посмотрим, что же будет. - Хорошо. - Кнопочный телефон будто сам влетел в руку, выпрыгнув в неё из кармана костюма. Звонок, короткий разговор со знакомым полицаем. Все свидетели конфликта всё вокруг слышали его. Как и то, что в автомобиле установлены камеры видеонаблюдения с функцией ночной съёмки. Так и то, что перед подъездом установлены точно такие же камеры, улавливавшие звуки голосов ближайших разговоров. Женщины не стало. Совсем. Никто не заметил как она беззвучно исчезла. Все кругом были поражены тем, что кто-то довёл Сергея Щиткова до нервного срыва. А иначе о вечно спокойном в обычной жизни, и изменившемся на более серьёзное и в некоторой степени мстительно-злое сейчас, поведении и не скажешь. Телефон будто сам упал в карман с чувством выполненного долга, ударившись об мягкие стенки костюма с лёгким звуком. Кто-то захлопал. Толпа поддержала "мстителя", выражая протест против неугомонности некоторых глупых личностей. Сергей стал разглядывать выпрямившихся людей вокруг. Дети смотрели на него с обожанием, старики с уважением, а соседи из окон - со страхом, резко проснувшимся от глубокой дрёмы. А молодая вахтёрша глядела с... Ну, это уже другая история. Так и закончился маленький, но значительный эпизод в жизни Сергея - на распутье безумства и рациональности, он выбрал самый подходящий вариант - справедливость.