Twilight of the Empire

Тьма — первозданная, всеобъемлющая, что властвовала в мире материальном, до того, как в нем появилась первая искра света. Тьма баюкала его, обнимая могучими крылами, словно мать, напевая тихую мрачную колыбельную, скрадывая боль, убаюкивая разорванное в клочья сердце, бережно исцеляя покалеченную душу. Но пребывать в блаженном небытие во власти убаюкивающего тепла тьмы вечно невозможно даже для него. Безжалостный свет реальности ворвался в его тихое обиталище мирного покоя, обжег легкие, ослепил чувствительные глаза, все тело объяла всепоглощающая боль, сжигающая каждую клеточку, каждый нерв. БОЛЬ — это все что ему осталось. Из его горла раздался не крик, а полузадушенный клекот, он даже вдохнуть самостоятельно не смог. Искусственная вентиляция легких? Слух раздражало механическое сипение дыхательного аппарата. Когда он наконец повторно разлепил глаза, то понял, что смотрит глазами дроида… какого?! Неужели он теперь киборг? Как Гривус?! Лучше бы он умер там, сгорев в лаве Мустафара! Пальцы в перчатке наткнулась на гладкий пластик маски, бывший джедай внутренне похолодел — нет, только не это, не так! Рядом ощущалось присутствие Учителя. С трудом повернув закованную в прочный пластик голову, с трудом различил в тусклом освещении очертания фигуры в капюшоне. «Могли бы оптику получше подогнать, а не это фуфло!» — пронеслась возмущенная мысль. — Что со мной? — собственный голос показался ему чужим. Из-за треклятой системы дыхания и посредственного качества вокодера, встроенного в шлем, звук на выходе получался лишенным всяческой эмоциональной окраски. — Я успел вовремя, мой юный ученик, — успокаивающе обманчиво мягко проговорил Сидиус, — пришлось прибегнуть к древней ситхской методике и временно поместить тебя в этот доспех. Систему жизнеобеспечения пришлось собирать наспех, пока проходила операция. Доспехи я заказал как подарок тебе, Лорд Вейдер… к сожалению поединок с твоим бывшим учителем завершился явно не в твою пользу. — Что с Падме? — Думаю… ты по неосторожности убил ее… — вкрадчиво проговорил ситх. — Нет! Я чувствовал, что она жива! — Вейдер отчаянно потянулся к нити связи, что образовалась между ними, чтобы на ее месте ощутить лишь жалкие лохмотья. Обрыв болезненно ныл, но некоторое чувство подсказало ему, что Падме не сама разорвала эту нить, ощущалось чье-то неосознанное вмешательство. На языке остался привкус оглушительного отчаяния в инстинктивном порыве попытки спасения. Он потянулся по смутному ощущению к едва видимой искорке жизни. Живая Сила с ним и у него получится, не может не получиться! — Малыш… он выжил, — обессиленно прохрипел пораженный Вейдер, прикрывая уставшие глаза, по израненной щеке заскользила влажная капля, прожигая обожжённую кожу лица словно кислота. — Ваш с Падме ребенок?! Она была беременна? — в голосе сиха отчетливо прозвучало искреннее изумление. И как же ловко сенатор скрывала свое положение все это время! — Да… Я не ощущаю больше присутствия в Силе Падме, но его почувствовать смог. — Вейдер раздраженно зарычал, досадуя на свое скованное положение и невозможность смотреть своими глазами и дышать самостоятельно, — как долго я буду торчать в этой жестянке?! — Мы отыщем твоего сына, обещаю тебе, мой юный ученик. Что касается… твоего состояния… Повреждения твоих легких и кожного покрова слишком обширны. Придется потерпеть некоторое время, пока медики не выработают оптимальный вариант проведения операции. Ты жив лишь благодаря этим доспехам. А до тех пор… — …быть мне черной хрипелкой?! — возмущенно рыкнул Вейдер, гневно сжимая кулаки в перчатках, воздух вокруг него опасно загустел, а многочисленная медицинская аппаратура в помещении задребезжала. Ситх уверенно положил крепкую сухую ладонь с изящными пальцами на могучее плечо ученика, применяя древнюю технику ситхов, мягко успокаивая бушующую Силу юноши. — Это временная мера, юный Лорд Вейдер. Сейчас нам нужно сосредоточиться на более важных вещах… Империя нуждается в тебе. Ей нужна твердая рука. — Я должен найти сына! — грохнул окрепший голос Вейдера, набрав глубины благодаря Силе, — Оби-Ван наверняка улетел на корабле с Падме. А это значит… — Ребенок сейчас находится у него, — удовлетворенно улыбнувшись, кивнул Сидиус. Вряд ли Вейдеру удастся вернуть прежнюю форму, пусть Силы в нем с избытком, но повреждения, полученные им в ходе боя с мастером-джедаем слишком серьезны. Протезы не могут пропускать Живую Силу, эта технология затерялась в тысячелетиях нескончаемой войны ситхов и джедаев. Прежде ситхи могли создавать при помощи алхимии, заклинаний и Силы удивительные вещи. Увы, от их знаний остались лишь жалкие крохи. А сам же Сидиус политик, воин, но никак не маг и не алхимик. Во время своего ученичества он не тяготел к этим сложным и, возможно, увлекательным наукам. Необходимо забрать у беглого джедая ребенка как можно скорее, после чего воспитать мальчика в нужном ключе. Тогда он очень скоро сможет встать по правую руку от трона Императора. К тому же появится дополнительная возможность влиять на горячего и нетерпимого Ученика. Может забота о ребенке обуздает его нрав, отвлечет от незавидного положения инвалида, вынужденного почти круглые сутки находиться в доспехах.

***

Тем временем в палате Падме проходило стихийное собрание будущих заговорщиков против власти Императора, а пока просто политических беженцев и одного действующего сенатора, плюс лечащий врач. — Опасно оставаться здесь вам, сенатор Амидала, — проговорил сидящий у постели женщины экс гранд магистр Йода. — Ситхи наверняка отследили корабль ваш и скоро силы Империи здесь окажутся. — Могу предложить скрыться на Альдераане. Как только представители Империи туда заявятся я объявлю о нашей лояльности Императору. Так что никто и не подумает вас там искать нарочно, Амидала. — Но ее все равно будут разыскивать. Вместе с детьми. У меня есть предложение, — задумчиво поглаживая короткую бородку, проговорил Оби-Ван, сумрачно нахмурившись, — придется тебе умереть, Падме… Идея с Альдерааном неплоха, однако туда должна отправиться мать-одиночка… с дочерью. — Скрыться на Альдераане всем нам опасно оказаться может. В изгнание отправлюсь я, — прокряхтел Йода, печально понурившись. — Оби-Ван, что ты задумал? Почему с дочерью, а как же Люк?! Я никому не отдам сына! — встревоженно вскинулась Падме, сверкая на присутствующих медовыми глазами. — Даже мне? — вкрадчиво поинтересовался с мягкой улыбкой джедай, — поверь, так будет лучше для всех. Твой сын невероятно силен и Император почует его в любом уголке галактики… Есть несколько мест, которые могут скрыть Люка от взора ситха. Татуин одна из планет с повышенным фоном темной стороны Силы. Там он будет в безопасности. Я даже знаю кто с радостью примет его в свою семью. Лея… еще нескоро раскроет свой потенциал. Нельзя позволить Императору найти ни одного из детей Энакина, — имя бывшего ученика осело горечью на губах, отозвавшись в сердце глухой болью. Не углядел, не предостерег… не уберег. Его вина! А теперь слишком поздно… Грядет новый виток извечной битвы, и она не закончится никогда, пока жив хотя бы один носитель Живой Силы. — Но… я же смогу с ним видеться… Оби-Ван? — усилием воли сдерживая рвущиеся рыдания, проговорила Падме, не веря в то, что все это происходит на самом деле, чувствуя, как знакомый прежде мир рассыпается на глазах, оставляя на месте былой уверенности лишь прах. Джедай, печально покачав головой, отвел взгляд, не выдержав отчаянной надежды в глазах матери, которой придется расстаться с собственным ребенком. Возможно навсегда. У стены палаты стояла двойная колыбель под пластиковым куполом которой поддерживалась оптимальная температура, влажность и содержание кислорода. Близнецы мирно сопели, лежа бок о бок, не подозревая о том, что в данный момент решается их судьба. — Отправляться надо мне, — проговорил Йода, нарушив удрученное молчание, неожиданно ловко соскользнув с высокого сиденья стула на пол и опираясь на клюку, направился к выходу. — Обещаю тебе, Падме, что присмотрю за твоим сыном и когда придет время, обучу его как должно, — тихо проговорил джедай. — Ребенка же можно перевозить без капсулы? — Клиника выделит все необходимое для путешествия, — хмуро отозвался медик. — Хотя всем троим не помешало бы пройти полный комплекс лечения в течении недели, а лучше остаться тут на месяц. Но учитывая сложившиеся обстоятельства… Я подготовлю документы к выписке… на какое имя? — Лиары Дюрри, это мой творческий псевдоним, — спустя какое-то время ответила Падме. — Отлично… Значит мальчика я записываю как отказника, — сочувствующие взгляды присутствующих мужчин скрестились на поникшей Падме, на что она гордо вздернула подбородок и упрямо сверкнула потемневшими глазами. В их жалости она не нуждается. А поплакать она всегда успеет. Помявшись, врач покинул палату. Бейл, невнятно сославшись на необходимость связаться с семьей Наберрие, тоже поспешно ретировался, старательно пряча покрасневшие глаза. Они с Брехой столько лет пытаются обзавестись ребенком, мечтая о пополнении в семье. Сложно представить каково сейчас приходится Амидале, вынужденной расстаться с сыном. Сердце разрывалось от сочувствия к подруге и желания хоть как-то помочь ей. Но иного выхода просто нет. Если мальчик выдаст местонахождение своей неконтролируемой силой, их всех ждет в лучшем случае заключение в застенках Империи и пытки, а из детей вырастят убийц. Он сделает все возможное, чтобы защитить Амидалу и ее дочь. Ради этого стоит прогнуться и повилять хвостом перед новой властью, притвориться лояльным, невзирая на все ужасы, что он видел во время штурма клонами Храма. Пусть говорят, что месть — не для джедаев, но он-то не джедай, а всего лишь человек. И время для мести придет… Он ответит за все. И за разбитое сердце Амидалы и за убитых детей.

***

Похороны Падме Амидалы Наберрие на Набу прошли пышно и торжественно. Прибыл даже представитель Империи, дабы засвидетельствовать семье сенатора свое уважение и разделить скорбь. Высокая, мрачная фигура, закованная в черные латы, подметая землю длинным плащом, возвышалась над всеми больше чем на голову. Вейдер решил лично убедиться в том, что его жена действительно мертва. Женщину хоронили беременной, безмятежно лежащее тело красивой женщины утопало в цветах. Но это всего лишь декорации к отличной постановке. Не знающий Падме так хорошо, как он, любой присутствующий на похоронах мог решить, что это и есть настоящая Амидала. Теперь Вейдер собственными глазами (ха, он все-таки растряс техников на приличную оптику и систему вентиляции легких), убедился, в том, что его Падме жива и где-то скрывается вместе с сыном. Отстояв под моросящим дождём положенное время, мысленно попрощался с покойной-клоном Падме и развернувшись, решительно зашагал к своему спидеру. Надеяться на то, что королева сдаст Наберрие, которые зачем-то устроили весь этот спектакль с похоронами, не стоило. Помимо личного интереса, на Набу он прибыл, чтобы выполнить важное поручение Императора. СИБ обязательно разыщет его семью, они уже начали копать, нужно лишь набраться терпения и ждать. Вопрос лишь в том, согласится ли его жена-идеалистка встать на его сторону, когда ее с ребенком доставят на Корусант? Что ж… скоро он это узнает. В одном Вейдер не сомневался – убеждать несогласных он научился просто превосходно. Император еще ни разу не был в нем разочарован.