Муравейник

Трудно, невыносимо трудно описать что это было. Это неслось через всю вселенную, через галактики, через миллиарды световых лет, за грань того, что способен понять разум. И в то же время было рядом, обволакивало, дробило на многие части и воссоединяло снова более целым чем он был. Он чувствовал себя бескрайним океаном, могучим, стремительным, всё сметающим на своём пути, и словно поющим о чём-то. Поющим странной но бесподобно прекрасной мелодией. Она была похожа, то на ураган, то на легкий ветерок после грозы, то на бушующий пожар, то на приветливый огонёк свечи. Мелодия неслась неукротимым вихрем, падала с обрыва гигантским водопадом, и подобно вулкану мощно и неудержимо рвалась к небесам. А иногда, она успокаивалась, становясь чистой и тихой как маленький ручеёк. И каждое мгновение было бесконечно, но казалось, что мимо пролетают миллионы лет, и целые эпохи. И вот, когда это стало столь сильным и прекрасным, что перешагнуло все мыслимые пределы, всё что можно было представить или по крайней мере смутно вообразить, он услышал другую мелодию, тихую и успокаивающую, призывно умиротворённую и нежную. Эта другая музыка слилась с его, и образовала новую, единую симфонию. Это было невероятное по силе смешение чувств, красок, звуков и ощущений. Вместе всё закружилось в фантастическом танце, между звёздами и вселенными. Это было настолько сильно, что сознание не выдержало, взорвавшись подобно сверхновой. Он проснулся весь в горячем поту, не помня где он, и кто он. Постепенно однако, осознание реальности возвращалось, Он узнал место где находился. В данный момент он лежал на своей кровати и смотрел на потолок комнаты где провёл большую часть своей жизни. "Первый свет, да что же это было?!! Что со мной?!" – Обессиленно подумал он. Взглянув налево, он увидел самую странную картину, какую когда либо видел в этой комнате. В помещении был полный бардак, книги, одежда, виртуал-кристаллы, и часть мебели валялись где только могли, а посреди этого хаоса, как ни в чём ни бывало, сидела на стуле их старшая наставница, Мейсли-Оз. Она смотрела на него и ( невероятно !!) слегка улыбалась. " Наверное случилось что-то. Страшное должно быть. Главная наставница никогда не заходит в комнаты к воспитанникам, просто так от нечего делать" -- и не успел он подумать о том чтобы это могло быть, Мейсли-Оз заговорила первой: -- Приятного утра, воспитанник Квилен. Ну что сказать? Поздравляю. -- произнесла она своим обычным несколько суховатым тоном. -- Наставница я... -- попытался что-то сказать Квилен, одновременно пробуя приподняться на кровати, но, похоже этот ночной сон или чтобы это не было, выпило из него все силы. Рука на которую он опёрся чтобы привстать предательски подогнулась, голова пошла кругом, и он счёл за лучшее пока полежать ещё. -- Госпожа наставница, что всё это значит? Что произошло? Со мной что-то случилось, что-то странное, я не понимаю? -- в растерянности проговорил Квилен. -- Странное -- нет, особенное -- да. Для тебя. Странно только то, что ты ещё не понял. Это была песня. Твоя первая песня. И как я уже сказала -- поздравляю. -- ответила Мейсли-Оз. Песня...? Так... это была... она. Невероятно!!! Квилен был потрясён, ошарашен, испуган даже. Неужели это произошло... с ним! Волнение так охватило его, что целую минуту он беззвучно шевелил губами пытаясь сказать хоть что-то. Наконец после нескольких попыток, ему удалось совладать с речью, и он пролепетал запинаясь: -- В...вы... Уверенны наставница...? Просто... это же... Так это же... Это правда... то есть... точно? -- Ну разумеется да! Я наблюдаю это каждый год, много раз, в течении восьмидесяти девяти лет, что являюсь главой этого воспитательного дома. И я не понимаю что собственно удивляет тебя. Рано или поздно это должно было произойти, и более того, ты знал что произойти это, должно было, очень скоро. -- Я... ну да... я просто не знал что всё будет так... невероятно. Нам конечно говорили но... -- Да конечно самые подробные описания не дадут представления о том, чем на самом деле является песня, кажется вам говорили и об этом. Если интересно, у меня лично за годы нахождения на этом посту, появилась традиция, лично поздравлять каждого воспитанника с вступлением в новую жизнь. Но перейдём к делу, ты ведь знаешь что теперь делать? -- Я... Да, да конечно знаю. -- сказал Квилен. -- Ну вот и отлично -- сказала главная наставница, поднимаясь со стула и направляясь к выходу -- ближайший рейсовик через шестнадцать часов, желаю удачи, не опоздай. -- Не опоздаю -- бросил вслед Квилен, но Мейсли-оз уже не слышала скрывшись за дверью. А Квилен остался лежать, мысли путались, голова ещё сильно кружилась. Растерянно взглянув на часы, он выругался про себя, до подъёма ещё часа полтора, а сейчас он точно не заснёт. Может быть самое правильное сейчас принять холодный душ, немного подумав, решил он, может хоть так приду в себя. Прейдя наконец к этому решению, и не без труда встав с кровати, он на подгибающихся ногах, ( проклятая слабость ещё давала о себе знать ) и спотыкаясь о разбросанные по комнате вещи, поплёлся в душевую. Скинув с себя одежду, он подумал было не наполнить ли мини-бассейн, но в конце концов, решил не заморачиватся. -- Воду, температура двенадцать процентов, напор тридцать. -- заказал компьютеру Квилен, и тут же, на него послушно полилась холодная освежающая вода. Чувствуя что ледяной душ быстро приводит его в норму, он провёл рукой по стене, где пару мгновений спустя появилось зеркало точно в его рост. Упершись рукой в зеркало, Квилен пристально вгляделся в отражение. На него смотрел невысокий парнишка с резкими чертами лица. Ничего особенного - много раз думал он - фиолетовые глаза мне явно не идут, особенно с зеленоватыми волосами. Телосложение правда было ничего, красивое, хоть ещё и не сформировавшиеся, сказывались постоянные спортивные тренировки. Но этим он не выделялся, сверстники выглядели похоже, можно сказать, типичный подросток двенадцати с половиной лет. Да, да, да, конечно, РА-ЗУ-МЕ- ЕТ-СЯ - как заклинание, повторял он про себя - Главная наставница конечно права, произошло то что и должно было произойти, и разумеется он знал об этом, более того ему казалось что он вполне к этому готов. Но тем не менее, случившееся всё равно оказалось для него потрясением. -- Ладно -- сказал он сам себе -- не будем пока об этом думать. А всё-таки интересно кто-же... нет-нет, не думать, так не думать. Почувствовав что под холодной водой он совсем продрог, Квилен пустил горячую, и постояв под ней ещё недолго, вышел из душевой уже немного перейдя в себя. Выйдя и кое-как одевшись Квилен осмотрел комнату. Если не считать творившегося в ней бардака, комната выглядела практически так же как и всегда, как выглядела всю его жизнь... "Ну вот и всё, теперь я похоже расстаюсь с ней навсегда" - подумал он. Некоторое время Квилен копался в своих чувствах, пытаясь разобраться, грустно или радостно ему от этого факта. " Не знаю - наконец решил он - какие-то смешанные чувства, сейчас всё ещё как-то неожиданно, по новому что ли. Ладно поживём увидим. Но что сейчас-то делать? До подъёма ещё немало времени все кроме меня ещё спят, и даже поговорить не с кем" И так! - наконец решил он - всесторонне обдумав и проанализировав ситуацию, я пришёл к двум основным направлениям деятельности: либо убраться в комнате, либо собрать вещи. Ну так что? Убраться в комнате? Да ну её во тьму вселенскую, а вот собраться пожалуй стоит, времени ещё много конечно, но чем раньше, тем лучше. Подойдя к стенному шкафу он провёл рукой над сенсором у дверцы, и та бесшумно отъехала в сторону. Пытаясь вспомнить куда на этот раз он запихал походную сумку, вернувшись из последнего туристического похода, Квилен уже протянул было руку чтобы пошарить в дальнем углу, но вдруг испуганно отдёрнул её. Его рука неожиданно наткнулась на что-то чешуйчатое, острое, и несомненно живое. -- Ааа ! Осторожно не раздави меня, мне и так уже хватило! -- донёсся из шкафа отчаянный голос. -- Суфи это ты? Что ты там делаешь? -- удивлённо спросил Квилен -- Вылезай оттуда! -- А метеоритная бомбардировка закончилась? Иначе ни за что не вылезу! -- категорично заявил голос из шкафа. -- О чём ты? Вылезай давай немедленно! -- начиная раздражатся сказал Квилен Немного помедлив, из шкафа осторожно вылезло существо размером с ладонь, напоминавшее помесь динозавра, человека и птицы. У существа была тёмно зелёная чешуя, усыпанный шипами хвост, почти по человечески выглядевшие руки и ноги, которые однако заканчивались когтистыми петернями напоминающими птичьи. Ну а что касается лица, то тут лучше всего представить себе какую-нибудь ужасную звериную морду по которой целый день били кирпичом. Таким он и был - Суфи, его любимый игрушечный биоробот, или бионик как их чаще называли. -- Ну так что? -- настороженно оглядываясь, с опаской сказал бионик -- Мы уже прошли великое метеоритное кольцо, и сейчас за пределами вселенной? И больше нечего опасаться да ? -- Да о чём ты, какие метеориты? -- нашаривая наконец сумку спросил Квилен -- Зачем ты вообще там прятался? -- Ладно рассказываю -- согласился Суфи -- Это было просто нечто. В общем вернулся ты вчера сюда, в свою комнату, как обычно только раньше намного, абсолютно никакой. То-есть я хочу сказать, совершенно сонный, вялый, варёный, тушёный, отжатый и выпотрошенный. Полный суповой набор короче. Я уж подумал, в парабол вас что ли так загоняли? -- Да нет... не было у нас вчера парабола -- задумчиво сказал он, вспоминая что и правда вчера вечером вдруг почувствовал необъяснимую слабость и сонливость. Настолько сильную, что едва добрался до постели. -- Не перебивай, а то рассказывать не буду. Ну так вот. Значит вернулся ты, и за дрых тут же. Ну некоторое время ничего не происходило, а потом началось! Все вещи в этой комнате неожиданно решили что главное счастье в этом мире, это летать. Причём как можно быстрее, непредсказуемой и с максимально убийственной траекторией, а если по пути удастся зашибить хотя бы одного биоробота, то это вообще предел всех мечтаний. Так что спасаясь от этой бомбардировки, которая кстати ничем не отличалась от метеоритной, я и был вынужден искать свой последний приют в шкафу. Мне-то кстати, никто не объяснит, к чему всё это было? -- А да... есть такой эффект. Нам на занятиях объясняли. Во время этого... ну когда песня звучит, происходит спонтанный, но очень мощный всплеск телекинеза. Кажется тогда и должно всё вокруг летать. Не знаю... до сих пор у меня не очень хорошо получалось мысленно двигать предметы. -- Подожди, подожди, какая ещё песня? Та самая? У тебя была песня? Вот это да! Заживём теперь! Ура! -- с энтузиазмом заорал бионик, размахивая руками. После этого, несколько раз подпрыгнув и сделав сальто назад, он уже собрался было радостно забегать по комнате, но Квилен поймал его: -- Да помолчал бы ты лучше, разошёлся тут! -- сердито прикрикнул на него он -- Мне во-первых, надо собраться с мыслями, во вторых собрать вещи. Так что не действуй на нервы, умолкни, а не то я тебя здесь оставлю! -- Ладно, ладно чего это с тобой. Уже умолк, -- испуганно сказал Суфи и замер молчаливой статуей. " А и в самом деле, чего это я на него -- растерянно подумал Квилен. -- Он же всего лишь бионик. Наверное эта ночь совсем меня из колеи выбила, вот и выплёскиваю эмоции на кого попало. С другой стороны, мне то что-ли сейчас легко? Сейчас наступил момент к которому меня готовили всю жизнь. И тот к которому готовился всю жизнь я. Теперь точно всё будет по другому. Хотя как всё будет, одна первожизнь знает. Знать бы ...Так, всё, не думать об этом сейчас, договорились же. Пора пожалуй и делом заняться, вещи сами собой не соберутся." Открыв сумку он побросал туда свою одежду: три пары трансформирующихся комбинезонов, и две пары обуви, тоже трансформирующейся. Больше он решил не брать, незачем, захламляться только. После этого сидя над ранцем он призадумался что ещё взять, а что оставить. Немного поразмыслив он решил не брать много, только то с чем трудно будет расстаться. Взял несколько кристаллов с любимыми виртуальными играми, с трудом их отыскав в царящем в комнате хаосе, коллекцию трёхмерных комиксов а так же свой счастливый парабольный мяч. Бросив в походный ранец Суфи ( куда же без него? ) он перевёл взгляд на полку где стояли остальные его бионики. Брать их или не брать? На полке, стояли два десятка самых разнообразных тварей, все величиной примерно с Суфи, только в отличие от него не активированные. Там были существа похожие на змей, существа похожие на ящериц, вообще ни на что не похожие, с крыльями, без крыльев, с рогами, перьями и мехом. Это были его биороботы. Его личная коллекция. Может быть она и была не самая большая среди его сверстников, но он всё же привязался к ним. А теперь похоже придётся расстаться и с ними. Ничего не поделаешь, нужно взрослеть, отказываться от игрушек и взять только уж самого любимого Суфи - решил Квилен. Бросив последний взгляд на полку с биониками Квилен со вздохом повернулся к книжному шкафу. Он намеренно оставил его напоследок, зная что с книгами ему будет расстаться труднее всего. Если он и не был как многие, страстным собирателем биоников, то собрание книг у него было лучшим в этом воспитательном доме. Ещё раз тяжко вздохнув, Квилен начал укладывать книги. Там были; " Великие походы рейдеров ", " Самые интересные планеты вселенной ", " Герои древности : величайшие из них." и наконец " Последние мгновения жизни " эти книги он перечитывал помногу раз и просто не мог их оставить. Кинув в сумку ещё с пол-десятка книг, он с сожалением обнаружил что места в ней не безгранично. Конечно можно было взять с собой ещё несколько сумок, но тут была одна странная проблема. Дело в том, что стоило ему только взять в дорогу больше одного ранца, как весь его багаж терялся по самым невероятным причинам. Последний раз это случилось на горном курорте, куда их возили прошлой зимой. Тогда помнится он уронил все свои вещи в пропасть. Потом даже сам себе он не мог объяснить, как это он умудрился уронить туда сразу четыре сумки подряд. Наконец сборы были закончены. В особом кармане ранца Квилен набрал код рейсопорта ( надо сказать что после бесславной гибели его багажа в тех злополучных горах, ему выдали сумки с антигравом и автопилотом, что-бы уж совсем невозможно было потерять.) и ранец плавно оторвавшись от пола, примерно на высоту его роста, вылетел нуружу, через открытую дверь на балкон. Немного помедлив, решил последовать за ним. Выйдя туда - огляделся. Перед ним простирался привычный и даже уже слегка приевшейся ему пейзаж тропического острова. Внизу прямо под ним росли фруктовые деревья, чуть подальше простиралась линия пляжа, а за ней был безбрежный океан, над которым уже поднимался рассвет. " Последний раз вижу я восход на этом острове, - подумал он глядя на алеющий горизонт - ну и ладно, надоела мне уже эта картина. Кстати похоже что скоро подъём" Переведя взгляд правее - вгляделся в находящийся неподалёку остров. Вот где было действительно весело. То был остров Малой белой лагуны, и в отличие от этого острова, Большой белой лагуны, он был слишком мал, а потому необитаем. Там не было этих вечно надоедающих наставниц и можно было делать что угодно. Однажды он поспорил что сумеет проплыть сквозную подводную пещеру без кислородного пакета. Пещера шла через весь остров и выходила с другого конца. Она была достаточно длинной и все считали что это невозможно. Он там чуть не погиб, но проплыл её на одном дыхании. Среди друзей он тогда стал героем дня, и хорошо что только среди них, узнай об этом Мейсли-Оз она бы ему так всыпала... Неожиданно Квилен заметил одинокую фигурку бредущую по пляжу. Немного приглядевшись он узнал её. Это был Нефрей, которого некоторые здесь называли чудиком, а сам он себя называл, "пока непризнанным поэтом". В принципе Квилен был согласен что он немного странный. Нет, не то чтобы он был против стихов, он порой и сам этим баловался, но вот только стихи Нефрея были исключительно о звёздах и море. На упрёки в свой адрес он обычно отвечал, что всё остальное не имеет значения. "Приятного утра Неф -- мысленно окликнул его Квилен -- тоже не спишь? Что сочиняешь? Прочти что получилось." В ответ он получил нечто неразборчиво-раздражённое. Видимо стихи у Нефрея не клеились. Надо сказать это тоже была одна из его странностей. Вставать задолго до подъёма и гулять по побережью сочиняя. Как он сам это объяснял, именно тогда у него бывает вдохновение. Ну что-же -- у всех свои причуды. И тут, откуда-то потолка послышался бодрый марш. Сигнал побудки возвещал, что пора просыпаться и идти на завтрак. Помедлив немного, ( Может ну его на этот раз, всё равно уже никто замечаний не сделает? ) Квилен всё-таки вышел из своей комнаты в главный коридор. Вдоль всего коридора были установлены большие, метров пять в высоту, позолоченные статуи, которые освещали его держа в руках светящиеся шары. Причём светились они разными цветами. Комната Квилена например, была расположена между статуей Олоса Плостоса, первого космонавта планеты, держащего в руках синий шар и Доулины-Крес знаменитейшой исследовательницы дальних миров, её шар светился ярко красным светом. Надо сказать не все они стояли спокойно: у некоторых шары висели в воздухе периодически летая вокруг своих хозяев, другие постоянно размахивали ими, протягивая их то вправо то влево, то под самый потолок, то опуская к самому полу. Квилен не раз задавал себе вопрос, совпадение или судьба что каждый живёт рядом со "своими" скульптурами? Гверен например жил между знаменитыми спортсменами, а Нефрей между статуей Истел-Сола, одного из величайших поэтов планеты, и Криптании-Гес легендарной певицы, а сам Квилен как известно бредил дальними поисками... Вскоре из-за статуи Селена-Села стоявшей напротив слева показался высокий парень примерно его возраста, с ярко красными волосами и странно выглядящими на их фоне угольно чёрными глазами. Свою одежду, его лучший друг, по привычке трансформировал в спортивную Бело-фиолетовою форму. Гверен шёл вертя в руках парабольный мяч, во всё горло распевая " Птицу света", популярную нынче песню. Одну из тех песенок однодневок, что сначала распевают на каждом углу, и у всех-то она на устах, а через месяц-другой, забывают напрочь, и никто уже не вспомнит что когда-то вот, была и такая: Смотри, на небе две луны Летят тропою среди звёзд Летят, не зная грусти и печали. Туда, где все сбываются мечты, Туда они и нас с собой позвали. Мы с тобою дойдём, до края вселенной А звёзды покажут куда повернуть. Где сбываются грёзы, во вспышке мгновенной, Туда птица света укажет нам путь. Птица света живёт, среди наших мечтаний Среди нашей надежды и веры в себя И увидев её, ты не знай колебаний Пусть светит в пути, для тебя и меня И у нас впереди, только радости море, Только много хороших, красивых планет Среди звёзд мы забудем, печали и горе Впереди лишь один, путеводный наш свет! Посмотри-же туда, где летят две кометы, Мы им сядем на хвост, понесёмся туда, Где сошлись в диком танце, обе наши планеты Они вместе теперь и уже навсегда. Хоть у нас на двоих, две луны, две кометы, Две различных планеты, два различных пути, Лишь одна на двоих, есть у нас птица света, Лишь к друг другу она, может нас привести. Как-то незаметно для себя Квилен начал подпевать и в столовую они ввалились весело горланящим дуэтом. Там всё было как обычно: внутри синей полупрозрачной сферы, на разной высоте парили столы, а между ними летали различные блюда и напитки. И как обычно было очень шумно. Отчего-то особенно шумно было в дальнем от входа конце зала, где вокруг одного стола что-то громко выкрикивая, собралась немалая компания, но причину столпотворения отсюда разглядеть было невозможно. Внимательно приглядевшись, Гверен указал на ближайший к ним свободный столик, висевший чуть выше ихнего: -- Пошли посмотрим? Там кажется наших много. -- и не дожидаясь ответа первый шагнул на взлёт-дорожку. Тому ничего не оставалось как последовать за ним и пожав плечами он шагнул на слегка мерцающую, уводящую вверх серебристую нить. Взлёт-дорожка плавно подняла их к выбранному ими столику, находящемуся почти под самым потолком сферы. Присмотревшись повнимательней к привлёкшей их внимания компании, друзья наконец поняли причину ажиотажа: Бейрол и Алутис двое парней из их группы устроили настоящее сражение на своих биониках. Весь стол кишел самыми разнообразными существами пытавшимися завладеть пирожным находящимся как раз посреди него. Их было так много - что поверхность стола превратилась в одну сплошную шевелящуюся массу, а в воздухе угрожающе рыча, густым роем, носились друг за другом летающие твари. С интересом поглядывая на эту битву, ( Правда понять кто здесь за кого было совершенно невозможно) Квилен набрал в панели заказа свои любимые блюда, мосдроговое пюре, фрукты, и его любимый близтуг. Удобно расположившись в кресле в ожидании когда прилетят блюда, он ощущал что утренняя слабость совершенно прошла и наоборот, он ощущает прилив сил. " Ну что? Кажется Гверену пора узнать о том, что сегодня ночью произошло ? " -- подумал Квилен, заранее получая удовольствие в предвкушении его реакции. Квилен уже открыл было рот, собираясь огорошить его этой новостью, но Гверен опередил его: -- Нам сейчас особо много лучше не есть. После завтрака у нас парабол будет. -- сказал он когда их заказ наконец прилетел. -- Да? -- удивился Квилен -- С кем это? -- С «Закатом». Я обо всём договорился. Третье поле наше на весь день. Сегодня играем у нас на острове, а завтра у них. -- Когда это ты успел договорится? -- не понял Квилен. -- Я ещё вчера связался с ними, предложил сыграть пару игр, ну они и согласились. -- снисходительно пояснил Гверен. -- А почему мне не сказал? -- А я тебе говорил, -- в свою очередь удивился он. -- вчера кажется, весь вечер за ужином только об этом и распинался, но ты был какой-то... как сказать... никакой в общем. С тобой всё в порядке было? -- Да, да, всё в порядке. -- Поспешно проговорил Квилен, которому вдруг резко расхотелось о чём-либо ему говорить. Гверен был настоящим фанатиком спорта, так что узнав, что его лучший нападающий, услышав "песню" скоро отбывает, и следовательно не сможет принять участие в завтрашнем матче на острове "Прохладного заката", мог просто взбесится. Во всём что касается спорта, никаких смягчающих обстоятельств Гверен и слушать не желал. -- Ты уже получил ответ из профессиональной лиги? -- желая свернуть с темы спросил он. -- Нет ещё. Но я подал заявку всего месяц назад, а ты знаешь, как они там долго с этим копаются. Но можешь не беспокоиться, меня примут, я уверен. -- Важно произнёс его лучший друг, в полном противоречии со сказанным ранее, энергично набивая себе рот едой. -- Кстати а почему-бы и тебе не попробовать пойти в профессионалы ? Ты тоже не плохо играешь, не так как я конечно, но всё же? -- Ты же знаешь -- я хочу в поиски -- досадливо по морщась ответил Квилен. -- Но ведь тебя же не приняли, так? -- Увы... Ну может ещё... У меня было третье место всё-таки. -- неуверенно промямлил он. -- По мыслестранствию да, а по телекинезу семьсот двадцать четвёртое, я уж не говорю об остальном. Признай очевидное: конкурс ты завалил и больше тут ловить нечего. -- авторитетно сказал Гверен. -- Смотри -- бионики Алутиса победили, -- кивнул ему на соседний стол Квилен, вновь желая сменить тему -- пирожное у них. -- Ну то что от него осталось -- да. -- без интереса согласился Гверен. -- В общем так. -- с энтузиазмом хлопнул он по столу -- Я этой ночью много думал, и пришёл к выводу, что нам сегодня, нужно действовать резко атакующие. Защита у нас будет слабая. Столько хороших игроков ушло, -- С досадой воскликнул Гверен. -- Заменить некем. Тэкос вообще отказался, назло мне наверное, еле Нефрея уговорил на ворота встать, а игрок из него -- сам знаешь... Вот увидишь, эти парни из Прохладного заката, пройдутся сегодня по нашим головам и не заметят. -- с горечью закончил он. -- Но у них же тоже наверняка много народу выбыло. -- Попытался успокоить его Квилен. -- У них ведь как и у нас. Наверное будет не всё так плохо. -- Надеюсь. -- вздохнул Гверен. -- Ладно пожалуй хватит сидеть здесь. Пошли собирать команду. Я хочу пораньше прийти на поле и провести подробный инструктаж. А если останется время то и размяться немного. Докричаться до всех членов их команды, разбросанных по всему этому немаленькому залу, задача нереальная. И недолго думая Квилен связался с Бейролом, Алутисом и остальными телепатически, попутно удивившись тому как легко у него это стало получатся. Некоторое время спустя, когда наконец собравшаяся команда уже шла по коридору на улицу, Квилен думал о том что и здесь наставницы оказались правы. После этой ночи, у него похоже и в самом деле произошёл всплеск параспособностей. " А интересно, -- глядя на бодро вышагивающего впереди капитана со смехом подумал Квилен -- если поднапрячься, смогу я силой мысли, взять и поднять Гверена в воздух. Вот он наверное закричит от неожиданности." Он уже почти решил попробовать осуществить эту шутку, как прямо по коридору заметил идущую им навстречу Нойвин-Сон. Наставница вела на занятия возбуждённо галдящих пятилеток, самую младшую группу учёбы. Гверен и остальные смотрели на малышню снисходительно, у них самих учебных занятий уже не было, они были старшая выпускная группа. Парабольное поле с трёх сторон было окружено высокими зелёными деревьями, с широкими листьями, с четвёртой оно упиралось в морской пляж. Рядом с полем, в зелёных зарослях спряталось круглое белое здание, очень маленькое, но достаточно красивое. Издалека его можно было принять за резную беседку. Именно там и собралась спортивная команда во-главе с Гвереном. По традиции, это строение всё ещё именовалось раздевалкой, хотя появление трансформирующейся одежды, делало такие помещения явно ненужными. Так что теперь оно использовалось как своеобразная комната инструктажа, где игроки обсуждали тактику перед игрой, или отдыхали после. -- Гхм... Кхм... Итак команда прошу внимания. -- Начал Гверен когда все наконец расселись на стоящих вдоль стены диванах и креслах, внимательно ожидая традиционную речь капитана. Впрочем, не все так уж внимательно. Некоторые совершенно не слушая его разговаривали между собой, а Ламерол, их центральный защитник, вообще игнорируя всё, уткнулся в какую-то виртуал-игру. -- Слушайте меня, не отвлекайтесь. -- Уже громче повторил он. Убедившись что добился нужного внимания Гверен продолжил: -- Итак, как я уже недавно сказал Квилену, сегодня нам придётся действовать в непрерывной атаке. Хороших игроков всё меньше, а пришедшая им замена, -- он косо взглянул на Нефрея -- серьёзно ослабила нашу защиту. Атакуем клином по схеме два: Я и Квилен в прорыве, Бейрол и Алутис правые и левые полу-нападающие прикрывают нас. Ламерол... ДА ОТОРВИСЬ ТЫ НАКОНЕЦ, ПОСЛУШАЙ МЕНЯ!!! После первого забитого все защитники пусть атакуют. Новичкам-же сделать две вещи: постараться не путаться под ногами и постараться не делать глупостей. -- Гверен вновь взглянул на Нефа. -- Против нас конечно сильный соперник, -- тем временем продолжил он -- но мы не раз уже у них выигрывали. -- Или проигрывали. -- ехидно вставил Алутис -- И хотя сейчас у нас не самый сильный состав, -- не обращая на него внимания, с пафосом продолжал Гверен -- пока я ваш капитан, мы сильны и победа, почти что у нас в кармане. -- Между прочим, -- мстительно сказал «поэт» -- никакой ты сегодня не капитан. Сегодня капитан у нас, Квилен. -- Это ещё почему ? -- Гверен ревниво взглянул на Квила. -- Когда это он успел им стать? Я же вроде всегда капитан? -- А ты не забыл? -- насмешливо посмотрел на него тот -- Те кто уходят, всегда капитаны. Квилен от неожиданности резко вскочил и в изумлении уставился на «поэта»: -- Откуда ты знаешь?! Я же никому не говорил? -- Ну я немного влез в твои мысли, -- с самым невинным видом сообщил тот -- ты только об этом и думаешь. -- Подожди, подожди, Квил, ты хочешь сказать что...? -- растеренно произнёс Гверен. -- Да, сегодня ночью я услышал "песню", и значит я здесь последний день. -- Развёл руками он. -- ЧТООО!!! -- вытаращил глаза Гверен -- И ТЫ МНЕ НЕ СКАЗАЛ! -- Я хотел сказать. После игры. Чесно. -- Смущаясь стал оправдываться новоявленный капитан, попутно давая себе зарок, как-нибудь непременно при случае стукнуть Нефрея. Ну в самом деле, кто его просил лезть, да ещё в чужую голову? Он уже готов был услышать гневную отповедь, но реакция его друга удивила: -- Слушай, а на что она всё-таки похожа? Ну когда это происходит? -- неожиданно спросил его он. Квилен удивлённо посмотрел на него. Раньше его друг мало интересовался подобными вещами: -- Это было... Нечто запредельное. Даже не знаю. Словами не выразить. -- Вот все так говорят. Все, одно и тоже! -- с раздражением воскликнул Гверен. -- Но это правда Гвер. Подожди немного и сам убедишься. -- пожал плечами Квилен. -- И долго мне ждать по вашему!? -- с неожиданной досадой сказал он. -- До конца жизни!? Все уже разбрелись, а мне тут ещё сколько торчать!? -- Да ладно тебе. -- примирительно сказал Алутис -- Полгода назад в нашей группе было двадцать человек, а сейчас осталось всего одиннадцать, причём четверо выбыли за последний месяц. Не переживай, совсем немного и всех разберут. -- Только я останусь. -- буркнул их капитан. Квилен, с недоумением глядевший на своего друга, внезапно всё понял: Прирождённый лидер, Гверен привык во всём быть первым и то что здесь он первым не стал, и более того рискует стать последним, больно било по его самолюбию. Но тут уж от него, ничего не зависело. -- В общем давай новый кэп, принимай командование, -- перебил их Бейрол -- и произноси традиционную речь. А ты старый кэп, сиди и внимай ему. Может хоть раз узнаешь, какая невыносимая тягомотина была тебя слушать. С большой неохотой, пробурчав себе под нос что-то вроде " Ладно, только на этот раз", "Старый кэп" Гверен заставил исчезнуть со своей формы капитанскую звезду. "Новый кэп" Квилен, с большим удовольствием нарастил себе точно такую-же. -- Итак команда... -- Бодро начал Квилен. Кто-то хихикнул. Поняв что невольно начал пародировать Гверена, Квилен продолжил уже менее пафосно: -- Я пожалуй соглашусь с Гвереном. Будем действовать как он сказал и... Договорить он не успел. Алутис сидевший ближе всех к дверному проёму, внезапно вглядевшись во что-то , произнёс указывая на небо: -- Вот и они! Всё народ, хватит сидеть, пошли на поле играть. Вглядевшись туда, куда показывал Алутис, остальные тоже увидели их. В утреннем небе, пасмурно затянутом тучами, появилась чёрная точка. Она быстро увеличивалась в размерах, пока не приняла причудливые очертания небольшого транспортного средства. Стремительно спикировав, "стрекоза" заложила крутой вираж и быстро погасив скорость, плавно опустилась на небольшую посадочную площадку, которая находилась между пляжем и парабольным полем. Первым из открывшихся дверей выбрался высокий платиноволосый парень в красной спортивной форме. Квилен узнал его: это был Оленк -- капитан команды старшей группы "Прохладного заката". За ним из "стрекозы" быстро по высыпались и остальные игроки. -- Рано они что-то -- озадаченно сказал «бывший кэп», когда все они вышли из раздевалки им навстречу. Отделившись от остальных, он быстро подбежал к их капитану: -- Привет Оленк, как дела? -- спросил Гверен останавливаясь рядом и быстро изображая рукой приветствие. -- Привет Гвер, нормально. Ну что? Готова твоя команда продуть нам? -- ответил ему «платиновый». Подбежавший следом Квилен выразительно посмотрел на друга. -- Нет. Не моя Ол. Его команда готова продуть. Он капитан. -- кивнув на Квилена неохотно ответил тот. Платиновый сначала с недоумением перевёл взгляд на него, но потом его лицо прояснилось: -- Ааа... последний день. У нас вот тоже один сегодня... Поздравляю. -- Спасибо -- поблагодарил Квилен. -- Ну раз ты капитан, тогда жеребьёвку с тобой. Подойди-ка сюда -- с этими словами Оленк, вынул из кармана небольшой светящийся красным светом шарик. Положив его на правую ладонь, он перевёл взгляд своих янтарных глаз, на Квилена: -- Цвет? -- спросил тот коротко. -- Синий, -- ответил Квилен -- мы вроде всегда синий. -- Значит нам красный -- кивнул Оленк. Левой ладонью он несильно хлопнул по лежащему в правой руке шарику. Вместо красного, он стал светиться едва заметно мерцающим, фиолетовым цветом. Каждую нано-секунду, шарик менял свой цвет, глаз не успевал их уследить, и два цвета сливались в один. Оленк подбросил его над головой. Описав дугу, шарик упал на поле и прокатившись немного замер. Шар светился синим. -- Синий. -- подтвердил очевидное «платиновый» -- Выбирай. -- Ворота пожалуй, -- чуть подумав сказал Квилен. -- Вот эти. -- он указал на дальние от раздевалки ворота, рядом со "стрекозой" гостей. -- Зачем? Мяч надо было выбирать! -- простонал сзади Гверен. Разумеется Квилен и сам знал, что предпочтительнее выбирать мяч, но мог он хоть один день в жизни по оригинальничать? -- Тогда нам мяч. Все по местам, начинаем. -- скомандовал Оленк и направился к противоположным, от указанных Квиленом, воротам. За ним пошли и его, одетые в красную форму, игроки. Бело-фиолетовая команда Квилена направилась к своим. Игра в парабол, была одной из самых старых и наиболее популярных видов спорта на планете. У неё было довольно много всяческих нюансов, но если вкратце правила выглядели так: В каждой команде по десять игроков среди них один вратарь. На противоположных концах поля располагались ворота. Они имея форму заострённого овала начинались примерно в одном метре над землёй и были в высоту чуть больше метра в широкой части, и в длину меньше двух. Игра шла до десяти очков. Главная хитрость игры состояла в том, чтобы забросить пару. То есть чтобы гол был защитан, надо было забросить два мяча подряд в ворота соперника, не пропустив между ними ни одного в свои. Играли в основном руками. Зажимать мяч запрещалось, как и вести его с отскоком от поля. Так же запрещалось бить его ступнями, зато не возбранялось коленями и головой. Из силовых приёмов, разрешалось толкать противника плечом или корпусом, в определённых случаях даже сбивать его с ног, но запрещалось наваливаться на него или удерживать. Всё остальное, как-то; подножки или захваты были запрещены. Оленк подбросил мяч и игра началась. Поначалу игра пошла довольно ровно. В первую-же минуту Оленк у которого был мяч, перекидывая его с руки на руку, красиво обойдя Бейрола, проломился в защиту и сбив с ног Ламерола и Трома, их защитников, резким ударом загнал мяч в ворота. Спустя ещё некоторое время, Оленк передал пас какому то незнакомому им парню с тёмно-фиолетовыми волосами, и тот эффектно увернувшись от таранящего его Ламерола, изящно, даже с некоторой ленцой, вновь забросил мяч. Один-ноль, счёт был открыт. Но вскоре, команда Квилена смогла отыграться. После третьего пропущенного гола, Алутис в длинном прыжке, сумел перехватить мяч и переправить его Квилену. Тот в свою очередь, пробежав с ним немного, отправил его Бейролу. Фланговый полунападающий добежав до угла противника, обвёл их защитника, а затем в длинной передаче дал мяч Гверену. А уж их бывший капитан получив пас, недолго думая, мощным броском загнал мяч в ворота. Ещё через некоторое время, уже и Квилен сумев обыграть двух игроков соперника, увернувшись от кого-то пытавшегося его протаранить, загнал ещё один гол "Прохладному закату". Счёт стал: один-один. Потом долгое время ни одна команда не могла забросить два мяча подряд. Оленк играл великолепно. Квилен даже подумал что если профессиональной лиге придётся выбирать, между ним и Гвереном, выбор не будет оставлять сомнений. Три четверти мячей что они пропустили было забито именно им, остальные с его подачи. Можно сказать что Оленк играл за всю команду. Без него у "Прохладного заката" не было-бы никаких шансов. А вот у них самих имелось, как минимум четыре неплохих игрока. Квилен, Гверен, а так же неугомонная парочка Бейрол и Алутис хоть были даже вполовину не так хороши как этот платиноволосый Оленк, но всё-таки довольно не полохо вытягивали игру. Проблемы начались когда они уже вели с счётом три-два. Причём оттуда, откуда совсем не ждали. Вначале Оленк завладев мячом, заколотил четыре гола подряд. Причём их вполне можно было отразить, но Нефрей стоящий на воротах даже не попытался этого сделать. Последний мяч врезался в сетку просвистев у самого его уха, но он даже головы не повернул. -- Тьма вселенская Неф... ты вообще играешь или что? Ты... почему мячи не ловишь? -- подбежал к нему запыхавшийся и взмыленный Гверен. -- Что? -- Нефрей растерянно посмотрел сначала на него, а потом удивлённо, словно впервые в жизни их видел, посмотрел на стоящие за спиной ворота, -- А... Извини, у меня просто рифма начала складываться. Вот послушай, по-моему получилось неплохо. Но слушать Гверен не пожелал: -- Я... Тебя... Сейчас... Прикончу! -- с трудом выговаривая слова от ярости, сжимая кулаки, угрожающе стал надвигаться на него Гверен. Поняв, что "пока непризнанный поэт", рискует так и остаться непризнанным, по причине безвременной гибели от рук разъярённого нападающего, Квилен поспешил вмешаться: -- Так всё хватит! Гверен! Затеешь драку, удалю с поля. Имею право, я сейчас капитан, ты помнишь? А ты Нефрей, имей совесть, мы на тебя между прочим, рассчитывали. Гверен ещё некоторое время сверлил Нефрея раздраженным взглядом, но потом процедив, "в другой раз что-нибудь подобное и я..." всё же отошел. Видя что конфликт исчерпан, он бодро скомандовал: -- Ладно играем. Собрались, четыре-три проигрываем. -- обратился он к команде, дойдя до центра поля и встав в игровую стойку. К нему подошёл задумчивый Оленк. -- А странный у вас вратарь -- словно про себя проговорил он, пристально посмотрев на Нефрея. -- Кто-бы спорил. -- вздохнув согласился Квилен. Следующая проблема возникла когда бело-фиолетовая команда Квилена сумела наконец отыграться. Счёт был равный, семь-семь, и вот Оленк завладев мячом вновь проломился сквозь их защиту, и в очередной раз сбив с ног Ламерола, ( в восьмой за сегодня! ) мощным ударом издалека послал мяч в ворота. Соизволивший всё-таки сделать вид что играет Нефрей потянулся к нему, но было ясно что гол будет из разряда не берущихся. Квилен в это время находился на другом конце поля у вражеского "глаза", как иногда по старинке именовали ворота. Он всё равно не успевал ничего сделать и всё же зачем-то протянул руку к мячу. Почти долетевший до сетки мяч вдруг неожиданно изменил направление и облетев вокруг озадаченного Нефрея пронёсся через всё поле прямо в ладони к Квилену. Не ставший размышлять о природе столь странного поведения мяча, тот быстро переправил его в находившуюся рядом с ним белую сетку ворот с чёрным кругом посередине. И только потом задумался -- а стоило-ли это делать? -- Телекинез!!! Штрафное очко! -- завопил во всю мощь второй нападающий "Прохладного заката", тот самый парень с тёмно-фиолетовыми кудрями. Как выяснилось его звали Тирус. -- Нарушение Оленк. -- уже спокойнее сказал он обращаясь к своему капитану. -- Да. Действительно так. -- совершенно ровным голосом согласился тот -- Очко вычитаем. Шесть-семь. Нарушение правил было столь явным, грубым и очевидным, что даже Гверен, который имел привычку в таких случаях спорить яростно, с упоением, и до хрипоты, не нашёлся что возразить. Если-бы Квилен, хотя-бы не стал забрасывать мяч в ворота, тогда можно было ещё попытаться списать всё на спонтанный телекинез. Редко, но такое бывает. А так... В раздражении пнув ногой воздух Гверен подошёл к виновнику: -- Ты что делаешь? Ты хочешь что-бы мы проиграли? -- грозно вставая над ним зло прошипел Гверен. -- Извини, сам не знаю как это получилось. Просто захотелось что-бы мяч оказался у меня в руках и вот... Случайно. -- растерянно стал оправдываться Квилен. " А способности-то у меня действительно выросли" с удивлением добавил он про себя. -- Случайно!? Случайно!!? -- возмущению его не было предела -- Надеюсь меня ты в космос, "случайно" не закинешь? -- А это кстати интересная мысль. -- тут же встрял подошедший к ним Алутис. -- Может попробуем провести эксперимент? -- Если уж ты собрался закинуть кого-нибудь в космос, -- проворчал Ламерол вставая на ноги и отряхиваясь, -- начни вот лучше с этого придурка. -- он кивнул головой на стоявшего неподалёку Оленка. В ответ на это тот улыбнулся, но ничего не сказал. Квилен в свою очередь постарался сдержать улыбку. В космос -- не в космос, но он действительно не так давно хотел запульнуть Гверена в воздух. Как бы там ни было игра продолжилась. "Прохладный закат" недолго вёл в игре. Сначала Квилен двумя голами вновь сделал счёт семь-семь. А потом вруг брошенный Гвереном мяч вновь резко изменил направление и полетел совсем не туда куда по идее должен был лететь. Квилен уже испугался было, что опять невольно притянул его к себе, но мяч полетел... к Оленку. И хоть тот в отличии от Квилена не стал его никуда бросать, он всё-же согласился с вычитанием у его команды одного очка. К бурному неудовольствию своих игроков кстати сказать. Через некоторое время по одному голу забили Бейрол и Алутис. Потом сразу два забросил Гверен. Причём второй ему удалось забить особенно красиво: Прорвавшись к воротам соперника он резким ударом засветил мяч в лицо их вратарю. Отскочивший от его физиономии мяч остановил ладонью, подбросил вверх коленом и резким ударом головы отправил его точно в цель. Получилось настолько виртуозно, что даже кое-кто из игроков соперника присвистнул от восхищения. -- Вы видели? Как вам такое? -- в возбуждении закричал он. -- Да уж, наш Гверен совершенствуется. -- преувеличенно важно произнёс Бейрол. -- Глядишь и станет однажды нашим капитаном вместо Квилена. -- не менее напыщенно ответил Алутис. -- Нет. До Квилена ему далеко. Небось мячик с другого конца поля притянуть не сможет. -- с сомнением покачав головой сказал Бейрол. -- Жаль вот, зрителей нет! -- не обращая на них внимания воскликнул Гверен. -- И в самом деле зрителей нет. Где же они? Эй зрители! Отзовитесь! Куда же вы подевались? -- весело заорал Алутис. -- Я знаю где они! Они вон там! -- он указал на высившуюся неподалёку белую громаду главного корпуса -- Сидят там прилежно на занятиях и изучают всякую чушь. Географию там, историю, астрономию, литературу и прочие никому не нужные и неинтересные вещи. И это вместо того чтобы лицезреть столь эпическое зрелище! -- Как всё же мир несовершенен. -- добавил Бейрол. -- В самом деле Гвер, -- засмеялся Квилен, -- если ты уж захотел болельщиков, зачем надо было назначать матч на утро? Сыграли-бы мы вечером, тогда и народ подвалил-бы. -- Опасался что мы проиграем. Чтоб не видели. -- признался Гверен. Матч они в итоге выиграли. Даже несмотря на то что Оленк сумел на некоторое время сравнять счёт. С подачи Квилена Гверен заколотил победный мяч в ворота гостей. Десять-девять. В последней в жизни Квилена игре на этом острове они победили. Он счёл что это пожалуй доброе предзнаменование. -- Уфф... хорошая игра -- обратился ко всем уставший, но донельзя сияющий Гверен. -- может ещё одну партию? -- Послушай, -- ответил ему Бейрол. -- парабол конечно штука хорошая, но в мире есть и другие, не менее важные вещи. -- Что-же может быть важнее? -- то ли в шутку то ли серьёзно удивился он. -- Ну например чествование нашего сегодняшнего героя. Квилена. -- он указал пальцем на него. -- В конце концов он сегодня покидает нас, надо это отпраздновать или нет? -- Да я не спорю, но ведь вы наверняка хотите отыграться, разве не так? -- он вопросительно посмотрел на «платинового» и его игроков. -- Завтра. -- чуть подумав сказал тот. -- Завтра отыграемся. А сегодня у нас у самих кое-что намечается. Так что удачи. -- с этими словами он и его команда развернувшись пошли к своей "стрекозе". -- Тогда до завтра, у вас на острове. -- крикнул им в вдогонку Гверен. Оленк залезая в свою "стрекозу", в ответ на это лишь неопределённо мотнул головой. Плавно взмыв в воздух, транспорт гостей стремительно набрал высоту и вскоре скрылся за горизонтом. -- Послушай -- у меня идея. -- вставая рядом с ним и глядя вслед улетающим гостям сказал Алутис. -- Поскольку это твой последний день, надо провести его со-всем возможным шиком и помпой. Предлагаю взять водоходы и рвануть на "малый" остров. Приглашаются кстати все желающие. -- обращаясь уже ко всем выкрикнул он. Кроме Квилена сгонять на "Малую белую лагуну" согласились ещё Бейрол и к удивлению Квилена, Нефрей. Гверен сказал что обязательно присоединится позже. Алутис тут же, проговорив "Я сейчас, подождите" куда-то испарился, и через некоторое время вернулся с целой кучей еды и несколькими бутылками фруктового сока. -- Стащил на продуктовом складе, чтоб скучно нам не было. -- объяснил он. Взяв на стоянке быстрые, одноместные водоходы, все четверо понеслись к соседнему острову. Опасения Алутиса были напрасны. Скучно не было. Бейрол и его вечный компаньон Алутис вообще никогда никому не давали заскучать, а уж если они задались целью как можно больше умотать кого-нибудь, энергия из них так и хлестала. Идеи и их реализации сыпались нескончаемым ливнем. То они устраивали гонки на водоходах, то вдруг им понадобилось запалить костёр, причём непременно огромный, то пытались подбить Квилена отыскать на счастье красный янтарь. На это Нефрей резонно возразил в том смысле, что никакого красного, ни даже самого обычного янтаря он всё равно здесь не найдёт, хотя бы потому, что на всём архипелаге его сроду не водилось. Затем они попытались, что называется, взять его на "слабо". Уговорить его вновь проплыть насквозь подводную пещеру. Он уже почти согласился, но вспомнив чем это чуть было не закончилось в прошлый раз, в последний момент благоразумно отказался. Зато им удалось развести его на прыжки с "пальца". "Пальцем" называлась высокая и узкая скала вплотную примыкающая к острову. Прыгать с неё в воду разумеется строжайше запрещалось, но что запрещено то больше всего и хочется. Предложили прыгнуть и Нефрею, но тот ответил на это: "Слава Первожизни -- не все в этом мире идиоты". Гверен присоединился к ним когда они стоя по колено в воде кидали камни "рикошетом", или как бы мы сказали -- "блинчиками". -- Слушай, я обо всём договорился. -- тоже забегая в воду заявил он. -- О чём? -- спросил Квилен с размаху бросая очередной камень. -- Как о чём? -- удивлённо вскинул бровь Гверен. -- Традиционная вечеринка, ты не забыл? -- Не люблю традиции. -- признался он. -- Может, не надо? -- Этой пренебречь нельзя. -- категорично сказал Гверен. -- Будем праздновать и не отвертишься. -- Хорошо, только где? У меня в комнате? Там жуткий бардак. -- в растерянности проговорил Квилен. -- Я всё устроил. -- успокоил его тот. -- Торжество будет на верхней террасе, под самой крышей. Вон там. -- он показал пальцем в сторону главного корпуса. Квилен посмотрел туда, куда указал его лучший друг. На отделённом нешироким проливом соседнем острове, высилось одинокое белое здание. Огромное тридцати этажное строение имело форму полукруга, с трудом угадывающуюся из за отрастающих от него многочисленных галерей, портиков, террас, колоннад, и башен. Квилен подумал, что хоть ему и часто казалось, что он опостылел ему до невозможности, какой-никакой, это был его дом, и наверное он всё-таки будет по нему скучать. День тем временем клонился к вечеру. Раньше Квилен думал, что он может тянуться, либо слишком быстро, либо слишком медленно. Но никогда не предполагал, что и то и другое может быть одновременно. Его словно разделили надвое; одна его часть хотела как можно скорейшего отлёта отсюда, и требовала от времени идти побыстрее, другая часть жутко нервничала и просила его не спешить. Время в обоих случаях, разумеется поступало назло. Но всё же, как много позже решил Квилен, день можно было с полным правом считать великолепным. Особенно великолепной оказалась организованная Гвереном вечеринка. Они все собрались в огромном, находящимся на самом верху, и окружённом с трёх сторон белыми колоннами, открытом портике. В самом его центре, был установлен заваленный едой и напитками длинный стол. Пожалуй даже слишком длинный -- для одиннадцати человек что собрались здесь. Как их капитан умудрился уговорить Мейсли-Оз разрешить празднество тут, так и осталось загадкой, но выглядело всё просто шикарно. Бейрол и Алутис притащили с собою мысливон. Мысливоном называлось особое устройство, имеющее форму гибкой ленты, которую повязывали вокруг головы. Оно могло считывать различные образы, прямо из головного мозга, и передавать их голографическое изображение на окружающие пространство. Такие устройства имели широкое распространение на планете и использовались в основном в искустве и всевозможных развлечениях. Правда для того, чтобы образы получались чёткими и реалистичными, требовалась изрядная доля сноровки. Вот он к примеру, сколько не пытался так и не смог научится внятно пользоваться им. Зато Бейрол и Алутис были признанными мастерами. И теперь праздничный стол, со всех сторон окружали кошмарные твари, порождения больной фантазии талантливой парочки. Больше всего ему запомнились два клубка, один целиком состоял из рук, а другой из ног, а так-же плотное чёрное облако, сияющие разноцветными глазами, из которого через равные интервалы проступали искажённые ужасом человеческие лица. Всё это жуткое сборище бегало, прыгало, носилось и летало вокруг них, время от времени скандируя замогильными голосами: "Поздравляем Квилена! Поздравляем Квилена!". Они ели, пили, веселились, и похоже искренне радовались за него. И лишь один эпизод больно резанул его в сердце -- неприятным осадком впал в душу. Они только что закончили петь какую-то очередную -- очень забавную песенку и Гверен отсмеявшись вместе со всеми, обратился к сидящему рядом с ним Тэкосу: -- Слушай Тэк, а где ты был утром во время матча? -- В бухту ходил порыбачить, а что? Я же заранее отказался играть? -- несколько удивился он. -- Это потому, что и так знал что мы победим? Признавайся. -- Нет, просто не всех интересует твой парабол если интересно. -- начиная раздражатся ответил он. -- Ладно слушай -- ведь ты у нас провидец так? Предскажи тогда чего-нибудь Квилену. Ему хорошее пророчество, сейчас не повредило-бы. -- Отстань лучше. -- лишь отмахнулся от него тот. Чуть позже, Квилен вышел из-за стола что-бы немного проветрится и размять затёкшие ноги. Подойдя к ограждающему их террасу парапету, он, облокотившись на него, осмотрелся по сторонам. Позади уже начинало садится вечереющее солнце, а впереди, простирался объятый чернотой горизонт, казавшейся ещё более тёмным из-за наползавших на их остров тяжёлых грозовых туч. Здесь, на высоте тридцатого этажа, видно было несравненно дальше чем из комнаты Квилена, которая располагалась всего лишь на третьем. С удовольствием вздохнув начинающий свежеть воздух, он вгляделся вдаль. Отсюда в хорошую погоду можно было увидеть располагавшийся неподалёку остров "Холодные камни". Он был почти точно такой-же как и ихний, и там тоже находился воспитательный дом, точно такой-же как и у них, точно такой-же какой был на "Прохладном закате", точно такой-же какие были раскиданы на всём архипелаге. Однако сейчас он был полностью поглощён тьмой которой их накрыла приближающаяся буря. И только откуда-то с той стороны, где примерно располагался тамошний остров, донёсся отдалённый раскат грома. Должно быть у них уже началась гроза. -- К нам идёт буря. -- вдруг раздался справа, напряжённый голос. От неожиданности Квилен вздрогнул и оглянулся. Рядом с ним, прислонившись спиной к колонне и подогнув под себя ноги, прямо на парапете сидел Тэкос. Этот персонаж вообще был странной личностью. Квилен иногда в шутку называл его "остреньким". Узкое лицо его сужалось до острого подбородка, нос у него тоже имел странную заострённую форму, даже свои тёмные волосы он носил коротким колючим ёжиком. Вот и сейчас, он сидел неподалёку, подобрав под себя острые коленки, и вперив взгляд своих пронзительных бордовых глаз, прямо на горизонт. -- А я тебя и не заметил. Что ты сказал? -- переспросил Квилен. -- Приближается буря. -- повторил Тэкос. -- Э... Ну да. Похоже. -- несколько растерянно согласился он. -- А ведь знаешь -- в бурю, каждому приходится делать выбор. -- неожиданно заявил «остренький». -- В смысле? -- не понял Квилен. -- Ну в том что нужно выбирать как поступить: Можно к примеру спрятаться где-нибудь в укромном месте и переждать пока она не кончится. А можно встать во весь рост и продолжать идти к своей цели, наперекор всему. И наконец, можно попытаться использовать её. Для достижения собственных целей. -- Это как? -- совершенно сбитый с толку, вновь переспросил Квилен. -- Скажи, у тебя есть мечта? -- вместо ответа произнёс он. -- Эээ... Может быть. -- осторожно подтвердил он. В принципе он не очень-то об этом распространялся, но в мире, где многие вокруг тебя владеют телепатией, утаивать что-либо становиться проблематично. -- И на что ты готов пойти чтобы она исполнилась? -- Тэкос упёр в него внимательный взгляд. -- На многое, даже пожертвовать собственной жизнью. -- немного помедлив, ответил Квилен. -- А если не только? Готов-ли ты пожертвовать во имя неё жизнями других, тысячами, даже миллионами? -- Да о чём ты в самом деле? -- совершенно недоумевая, в сердцах воскликнул он. -- Поясни! -- Что если тебе, представиться шанс исполнить свою мечту, но при этом, должны будут погибнуть многие. Что ты выберешь? -- Глупости какие-то... Не хочу я чтобы погибли многие. -- Можно считать это твоим предсказанием? -- Квилен вдруг с усмешкой посмотрел на Тэкоса. -- Считай как хочешь. -- спрыгивая с парапета равнодушно пожал плечами провидец. -- Можешь просто вопросом. -- Подожди! -- окликнул его Квилен. Тэкос уже зашагавший прочь обернулся. -- А как по-твоему я выберу? -- В том-то и дело что плохо. -- грустно улыбнулся тот -- Ты погубишь миллионы и никого не спасёшь. С этими словами он развернулся и пошёл назад к праздничному столу, где Нефрей, в это время, пытался продекламировать очередное своё стихотворение. Но его никто не слушал. Часом позже, они с Гвереном уже неторопливо шли по стоянке "стрекоз". По обеим сторонам от них, ровными рядами выстроились вытянутые чёрные аппараты, причудливой формы и разного размера. Сначала шли огромные двадцати двухместные "стрекозы", способные вместить полную группу вместе с наставницами, потом шли поменьше, десятиместные, (именно на такой сегодня и прилетел Оленк вместе со своей командой) затем ещё более мелкие пятиместные, и наконец самые маленькие двухместные. Возле одной из них и остановился Квилен. Пора было улетать. Времени правда было ещё много, но он нарочно решил не тянуть с этим. Провожал его, один лишь Гверен. Квилен сам настоял на этом, хотя Бейрол и Алутис, вызывались сопровождать его аж до самого рейсопорта. Но он хотел без лишних свидетелей, поговорить с ним, с глазу на глаз. -- Слушай дружище, -- немного поколебавшись решился Квилен, -- пока мы пировали, я там поговорил с Тэкосом, и знаешь что он мне сказал? -- и он в двух словах поведал ему о произошедшем разговоре. -- И что ты об этом думаешь? -- спросил он в конце короткого рассказа. -- Да ничего я об этом не думаю. -- отмахнулся Гверен. -- И тебе не советую. Мало-ли кто-что болтает? -- Не знаю, -- неуверенно протянул Квилен. -- предвидение конечно редкий дар, но встречается. И у него он судя по всему есть, даже ты это признаёшь. -- Ты что-же -- Тэка не знаешь? Уж Нефрей чудик каких поискать, но Тэкос, это вообще уникум. Его впору на выставках показывать. Ну сам посуди: что за бред он тут несёт? Какая ещё буря? Кроме тех что с громами и дождями, никаких других бурь на планете, уже тысячи лет не было. А от этих вроде миллионы не гибнут. -- Наверное ты прав. -- немного успокоившись сказал Квилен. -- Тогда я полетел. -- Давай. Но всё-таки жаль что ты не сможешь завтра играть. -- Эй!!? -- удивлённо воскликнул Квилен. -- И это всё что ты можешь сказать на прощанье? -- Да ладно тебе, какое прощанье? -- Гверен легонько постучал пальцем по левому запястью где виднелся еле заметный, прозрачный браслет. -- Связь-то нам, на что дана? Созвонимся. -- Да пожалуй, тогда до связи. -- сказал он повернувшись и дотронувшись до сенсора произнёс: -- В рейсопорт. -- Принято. -- отозвался мелодичный голос "стрекозы". Бесшумно захлопнулась дверца и так же тихо взмыв в воздух, чёрный транспорт, стремительно унёс его прочь с этого острова. Навсегда. Полёт прошёл без происшествий. Квилен только попросил "стрекозу" подняться повыше чтоб с большой высоты ещё раз окинуть взглядом "Зелёный архипелаг", но к его разочарованию, грозовые облака уже накрыли острова сплошным непроницаемым слоем. Лишь когда они опустились пониже, внизу неясно промелькнул, смутный силуэт какого-то острова. Через двадцать минут полёта, аппарат уже опустился на стоянку рейсопорта. Здесь гроза бушевала вовсю. Косые струи дождя заливали всё вокруг таким потоком, что казалось с неба пролился целый океан. Вылезший из "стрекозы" Квилен припустил вовсю к стоявшему неподалёку строению, но всё равно, по дороге умудрился промокнуть насквозь. Войдя внутрь Квилен огляделся. Разумеется он не раз бывал в этом полупрозрачном здании рейсопорта. Много раз бывал в его огромном зале ожидания, с разрисованным жёлтыми звёздами, синим полом, синими колоннами, и длинными рядами мягких фиолетовых кресел в центре, но таким он видел его впервые. Почти пустым. Всегда, когда он видел его прежде, зал напоминал растревоженный улей. Именно сюда свозили воспитанников из всех воспитательных домов "Зелёного архипелага", чтобы затем, развести их на отдых по всем уголкам планеты. Квилен отлично помнил как это выглядело: Всё здание и территория около него, бывало буквально запружено народом. Всюду был невообразимый шум, гомон и суета. Кто-нибудь включит музыку как можно громче, кто-то потеряв свою группу кричит что есть сил, пытаясь довраться до своих, ( Просто воспользоваться браслетами связи, почему-то хватает ума не у всех. ) кто-то обязательно потеряет свой багаж, и вежливый женский голос с потолка настоятельно просит нашедших такую-то сумку, или такой-то ранец, сообщить об этом наставницам (Квилен усмехнулся вспомнив что этим кем-то, не раз был и он сам). Малышня помладше с диким визгом носилась вокруг кресел играя в догонялки. Ребята постарше искали в толпе своих приятелей с других островов, чтобы поговорить и поделится новостями. Всем было интересно узнать куда летят другие и рассказать куда летит сам. Всюду собирались разной величины компании от которых то и дело слышалось что-нибудь вроде: " Ну, куда летите на этот раз?" " На великие кольцевые рифы. Подводное плавание." " Ерунда, мы там были в прошлом году. Красиво конечно, но по моему -- ничего особенного. Вот нас этим летом, везут на извержение вулкана Тугер. Говорят столб поднимется выше облаков, зрелище будет просто обалденным." Некоторые, кто и пять минут посидеть спокойно не может, придумывают со скуки разные "приколы". Например выбрав из малышни кого-нибудь по-слабонервнее, создадут с помощью мысливона, чудовище пострашнее. После этого за спиной у выбранной жертвы раздаётся зловещий голос: "Не позволите-ли взять ваш багаж?". А когда он обернётся наслаждаться его реакцией. ( Надо-ли говорить, что больше всего подобными розыгрышами прославились Бейрол и Алутис, за что им кстати не раз попадало?) Во всём этом людском водовороте, сбиваясь с ног, сновали туда-сюда, узкие как жерди, бионики носильщики. Сбиваясь с ног, потому что, те из воспитанников, кому просто ждать отправки было скучно, а с фантазией было небогато, находили очень забавным ставить им подножки, и даже устраивать своеобразные соревнования кто больше свалит этих несчастных биоников. А над всем происходящим, словно айсберги среди льдин, возвышались наставницы в своих традиционных белых комбинезонах, стараясь не дать контролируемому хаосу, скатиться в не подконтрольную анархию. Однако до наступления летних каникул, было ещё полтора месяца так что сейчас здесь было тихо, и почти пусто. Лишь около трёх десятков фигур маячило в разных концах зала. Подростки, прибывшие сюда, с других островов архипелага. Все были, примерно его возраста. Куда они летели -- смысла спрашивать не было. Разумеется только в одно место. Туда-же куда и он. Направляясь к противоположной стене Квилен внимательно разглядывал окружающих, не встретится-ли среди них его знакомых. Кое- кого он действительно узнавал. Например на спинке самого крайнего кресла, сидел невысокий крепыш Авен, с "Холодных камней". Тот энергично размахивая руками, о чём-то увлечённо спорил с каким-то незнакомым худощавым парнишкой судя по всему с того же самого острова. С Авеном Квилен был неплохо знаком и уже хотел направится к ним, но тут он увидел одинокую фигуру сидящую неподалёку от них. По платиновым волосам и огромным янтарным глазам, Квилен с немалым изумлением узнал Оленка. Капитан команды "Прохладного заката" сидел на корточках, прислонившись спиной к колонне, игнорируя стоящие в двух шагах от него удобные кресла, и по своему обыкновению задумчиво смотрел в окно. -- Оленк, и ты здесь? Вот это да! -- удивлённо воскликнул Квилен подойдя к нему. -- Привет ещё раз Квил. -- обернувшись на голос ответил тот. -- Значит и ты тоже? -- продолжал удивляться Квилен. -- Ну конечно, я должен был догадаться! С чего это вдруг, мячи и к тебе стали летать? Почему тогда не сказал? -- Я говорил что у нас один выбывает. Разве не помнишь? А говорить что это я... зачем? -- Сказав это Оленк погрузился в молчание. Он вообще был неразговорчивым типом. Опустившись в кресло неподалёку от «платинового», Квилен с удобством откинулся на спинку. От нечего делать он стал прислушиваться к продолжавшемуся неподалёку разговору Авена с тем незнакомым парнем. Надо признать спор между ними был и впрямь любопытный, или по крайней мере необычный: -- Один древний философ, не помню уж его имени, -- с воодушевлением вещал худощавый. -- сравнивал нашу жизнь с листьями на ветру, в смысле кто знает куда занесёт? Но знаешь, я с ним не согласен. Я бы сравнил нас с каплями дождя, -- он указал за окно, где продолжал бушевать ливень. -- вот падаем на землю, образуя потом ручейки, реки, и в итоге вливаясь в безграничный океан. -- Не, я не хотел бы быть каплей. -- возражал Авен .-- Это скучно. Я лучше буду громом и молнией: Бах! Ба-бах! -- загрохотал он, яростно размахивая руками, изображая эти самые гром и молнию. -- Ну ты может быть и гром, -- несколько растерянно согласился тот. -- но я в общем смысле. Вот смотри: У капель нет иного пути кроме как падать вниз. А разве у нас есть выбор? Да ни у кого! Мы летим только туда, куда и должны были полететь. Сегодняшний день был предопределён всей нашей жизнью. Говорят судят за выбор, но разве можно за него судить, если выбора нет? -- Слушай, о чём это они? -- Наклонившись к Оленку тихо спросил Квилен. -- Твой вопрос лишён смысла. -- ответил он. -- Нойк, -- кивнул он на худощавого -- похоже строит из себя философа, значит обо всём понемногу. А Авен... Ну ты его знаешь, -- тут он усмехнулся. -- ему лишь бы потрепаться -- всё равно о чём. -- Понятно. В общем разбудишь когда надо, хорошо? -- попросил Квилен. Оленк согласно кивнул головой. С удобством откинувшись на кресле, Квилен закинул ногу за ногу и скрестив руки на груди, прикрыл глаза. Не то чтобы он и в самом деле собирался спать -- скорее сделать вид, но слушая в пол уха заумную болтовню Нойка и Авена он и вправду задремал. Сказались бурный день и ещё более бурная ночь, не говоря уже о том, что проснулся он сегодня, раньше обычного. Разбудил его однако Авен; Квилен проснулся оттого, что кто-то с нездоровым энтузиазмом тормошил его за плечо. Открыв глаза, он увидел перед собой этого энергичного субъекта, трясущего его так, будто хотел выбить из него дух. -- Просыпайся Квил, всё-же пропустишь! -- заорал он ему, прямо в ухо. -- А что? Уже посадка? -- встрепенулся Квилен. -- Напутственная речь! -- со-значением ответил Авен. -- Ну тогда мог бы и не будить. -- пробурчал он вставая с кресла. Весело заржав в ответ на это заявление, Авен побежал к центру зала, где уже столпились все отбывающие. Стряхнув с себя остатки сна Квилен поспешил присоединиться к нему. Там, перед собравшейся толпой, на небольшой дискообразной летающей платформе, уже возвышалась какая-то незнакомая наставница, одетая как обычно в белый комбинезон. Увидев что наконец все в сборе, она начала традиционную напутственную речь: -- Дорогие -- ну теперь уже бывшие воспитанники, сегодня без сомнения главный ваш день. Сегодня для вас начинается новая жизнь. И мы все искренне поздравляем вас, и желаем всем, как можно больше счастья, и удачи в наступающей новой жизни. Примите наши самые лучшие пожелания и надеемся, что вы будете помнить нас, так-же, как мы -- будем помнить вас. Она говорила что-то ещё, но Квилен уже не слушал -- всё равно ничего нового она сказать не могла. Впрочем как он заметил, многие из собравшихся тоже слушали невнимательно. "Странно, она поздравляет нас, словно в этом есть какая-то наша заслуга, а как сказала Мейсли-оз: рано или поздно это должно было произойти" -- отстранёно подумал Квилен. Наконец, когда речь была закончена, наставница ещё раз поздравила их пожелав удачи и они пошли на посадку. Выйдя с другой стороны здания, они, очутившись на огромном взлётном поле, направились к стоявшему неподалёку рейсовику. Над взлётной площадкой был натянут специальный защитный экран, защищавший от непогоды, так-что несмотря на продолжавший бушевать ливень, на этот раз, на Квилена не пролилось ни капли. "Странно, почему эту штуку не могли и перед входом поставить. Тогда вообще мокнуть-бы не пришлось" -- Слегка озадачился он заходя в рейсовик. Войдя внутрь, Квилен нашёл себе свободное место у большого прямоугольного иллюминатора, (Что впрочем не составило труда: рейсовик заполнился едва-ли на десятую часть.) и откинулся на удобном кресле. Вглядевшись в иллюминатор, больше напоминавший окно, он с нетерпением стал ожидать взлёта. Долго ждать ему не пришлось: не прошло и нескольких минут, как мягко загудел двигатель, и тонкий, серебристо-блестящий рейсовик, плавно оторвался от земли, и почти без разгона набрав сверх-звуковую скорость, стремительно взмыл в небеса. Прислонившись лбом к к экто-стеклу, Квилен продолжал смотреть наружу. Почему-то из головы не лез Тэкос. Что он всё-таки имел ввиду, когда говорил ему, что он погубит миллионы? Был-ли это обычный трёп, или всё-же предсказание? "Ладно -- успокоил себя он -- в конце концов он же сказал, что выбор будет за мной." -- Значит, мы всё-же летим? -- вдруг раздался над ухом до боли знакомый голос. Задумавшийся о своём Квилен, вздрогнул от неожиданности и резко обернулся. Справа от него, на спинке соседнего кресла, свесивший ноги вниз, сидел каким-то образом выбравшийся из походной сумки, Суфи. Надо сказать что Квилену не пришлось при посадке беспокоиться о своём багаже. Бионики носильщики, загрузили его в нужный рейсовик ещё до его прилёта туда. Так-же как и по-прибытии на место, вынесут из грузового отсека и отнесут до востребования в камеру хранения, без всякого на то, его участия. -- Ты как из ранца выбрался? -- спросил его Квилен. -- Ну так... как обычно -- ответил Суфи, не уточняя впрочем как обычно из него выбираются. -- А как ты включился? -- А ты разве меня выключал? -- в свою очередь ехидно спросил он. -- Так мы летим или нет? А то с этими компенсаторами вообще непонятно, летим или стоим. -- Мы летим. Вон там уже Гартамоум. -- кивнул Квилен за иллюминатор, где в ночной темноте, время от времени проносились редкие огни, самого большого континента планеты. -- Ну-ка дай гляну. -- сразу оживился Суфи и сделав головокружительное сальто в один прыжок, очутился возле окна и тут-же прилип к стеклу. -- Ух ты и в правду он. -- восхищённо произнёс бионик, будто и в самом деле мог отличить один континент, от другого. -- А когда всё-таки посадка? -- не унимался бионик. -- Скоро уже. Так-что давай иди обратно. -- Но ведь в ранце так скучно сидеть. -- жалобно заскулил Суфи. -- Можно я пойду с тобой? -- И речи быть не может, зачем ты мне там? -- Ну пожалуйста, я буду тихо сидеть. -- Хорошо, -- на удивление быстро сдался Квилен. -- но только я тебя выключу. И не дожидаясь новых протестов, Квилен быстро обездвижев Суфи, сунул его в нагрудный карман. Ждать и в самом деле оставалось недолго. Через несколько минут в воздухе зажглись большие голографические буквы, объявляя посадку. Самой посадки он не почувствовал, лишь по изменившемуся цвету, висевшей над ними надписи, Квилен понял что пора выходить. Поднявшись со своего места и встав в очередь на выход, Квилен оказался прямо позади Оленка. Приглядевшись к нему, он увидел что тот сменил свой повседневный наряд, и облачился в простой, но стильно выглядящий чёрный комбинезон. На левом предплечье своего костюма, Оленк нарастил четыре небольших зелёных круга, сложенных ввиде ромба -- эмблему "Зелёного архипелага", а чуть ниже располагался красный полукруг с синей чертой внизу -- символ "Прохладного заката". Эти знаки различия, обозначавшие группу воспитательных домов и конкретный воспитательный дом, практически никогда не носились в обычной жизни, но по прибытии сюда, почему-то считалось хорошим тоном нанести на одежду хотя-бы эмблему своего объединения домов. Переведя взгляд на себя, Квилен спохватился что всё ещё был одет в спортивную форму, и быстро сделал себе почти такой-же комбинезон как у Оленка. Правда белую подковообразную линию с синим кругом внутри -- знака своего острова, он наносить не стал, решив ограничиться простой эмблемой "Зелёного архипелага". Выйдя из рейсовика одним из последних и остановившись ненадолго на площадке трапа, Квилен огляделся: Свежий утренний воздух приятно продувал лицо. Справа от него, небо уже начинало светлеть за вершинами далёких гор. Прямо перед ним, с мягким гулом, выстраиваясь чётко в одну прямую линию, ещё продолжали садится рейсовики. Кинув взгляд налево, Квилен пристально всмотрелся в чернеющую неподалёку стену деревьев. Это и был, Лес-Лесэви -- цель его путешествия. Однако сейчас, в утренней полумгле, он был почти неразличим. Лишь вершины его деревьев, освещали мягким двойным светом, Гасмир и Форея -- две луны этой планеты. Только сначала ему не туда. Спустившись, он вслед за всеми повернул направо. Рядом с ними, шла группа точно таких-же подростков, высадившихся с соседнего рейсовика. Разве что было их, раза в три больше. Судя по серебристым треугольникам они прибыли с "Серебряных берегов", что находились на западном побережье, относительно недалеко отсюда. Стояла почти полная тишина. Странно -- но говорить почему-то никому не хотелось. Лишь изредка доносились приглушённые голоса, да слышался вокруг топот и шарканье сотен ног. Шли недолго. Очень скоро ровное поле прервалось гигантских размеров каньоном. Соседняя стена его, едва виднелась вдали, а дна даже не было видно. С этой стороны к обрыву спускались три широкие ступени. Дойдя до них, десятки людских ручейков растеклись по ним вдоль обрыва, образовав единую неровную линию. Последние разговоры смолкли. Повисла абсолютная тишина. Они ждали. И вот наконец из-за горной гряды выглянуло солнце. Щурясь Квилен протянул к нему правую руку, ладонью вверх и чуть наискось, словно хотел схватить его, или поддержать. В тот-же миг, почти пять тысяч подростков сделали тоже-самое. То была старая традиция. Настолько, что все уже забыли откуда она взялась. Но она давно перестала быть просто традицией, превратившись в некое подобие священного ритуала. И ей не рискнул пренебречь даже Квилен, крайне не любивший все на свете правила. Считалось, что по прибытии сюда, каждый юнец на рассвете, должен поймать первый луч солнца, символ перво жизни. Тогда она будет благосклонна к тебе и поиски будут недолгими, и всё в новой жизни сложится удачно. Поверье это настолько укоренилось, что все рейсовики, каждый день сквозящие сюда бывших обитателей воспитательных домов со всей планеты, вылетали с таким расчётом, что-бы приземлятся как раз, точно перед рассветом. Несколько минут они просто стояли молча, ловя первые лучи нового дня. Но через некоторое время, сначала самые нетерпеливые, а потом постепенно и все остальные, разворачиваясь стали идти обратно. Опустив руку Квилен поспешил вслед за всеми. Почти сразу-же пропала тишина. Отовсюду послышались разговоры в полный голос, кое-где даже смех. Отчего-то у Квилена внезапно, резко улучшилось настроение. Сам не зная почему но он вдруг уверился, что впереди у него будет только всё самое хорошее. " Ладно, -- сказал сам себе Квилен, бодрым шагом вступая под кроны деревьев Лес-лесэви -- кто-бы там что ни говорил, я думаю что всё теперь будет просто отлично. В конце-концов я наконец-то здесь, а впереди ещё, почти половина жизни."