Западня

Через минут пятнадцать весь вчерашний наряд по КПП стоял возле стола подполковника. – Внимательно посмотрите на этого бойца, – сказал он. – Он утверждает, что вчера с вами был в контакте. Вы его должны были видеть. И не только видеть, а еще и задержать. Знаком ли он вам? – Никак нет! – ответил за всех сержант. – Как «нет»? А кто из вас его вчера посадил в подвал? – Не было такого. Сержант поглядел на своих бойцов, и они кивнули. – Не было, – подтвердили они. – Хорошо, вы свободны, – произнес подполковник и взглядом проследил, как те покинули канцелярию. – Ну что, Иванов? – посмотрел он на меня сквозь брови. – Что будем с тобой делать? Вывод напрашивается один: диверсант. Бандиты при отходе тебя специально здесь оставили, чтобы ты им передавал о нас сведения? – Ну, товарищ подполковник, не мог я с ними встречаться, они враги. – Согласен! Они наши враги. А твои наверно, командиры. Так что некогда нам с тобой здесь возится. Передам я тебя в штаб. Пусть там следователи с тобой разбираются и выясняют кто ты и откуда. У меня здесь совершенно иные боевые задачи. У меня нет времени на пустую болтовню. Капитан, – он кивнул на того человека, который сидел с ним рядом, – сейчас тебя доставит в штаб и там ты все выложишь на чистоту. – А что мне выкладывать? Я ни в чем не виноват! – Я, по-твоему, виноват, что не помню тебя, боец? Там твою личность и установят. Все, больше ни хочу с тобой говорить. Уведите его капитан с глаз моих долой! – Есть! – отрапортовал тот. Высокий стройный мужчина в военной офицерской форме подошел ко мне и быстро застегнул наручники на моих руках, а потом взял со стола мой военник и положил его в свой коричневый портфель. Ключи от наручников последовали туда же. – Встать! – приказал он, и я тут же подскочил со стула. – Иди вперед, – снова произнес он. С сожалением я оглядел всю канцелярию, подполковника, больше не смотревшего в мою сторону и нехотя вышел из его апартамента. Вскоре капитан довел меня до вертолетной площадки, на котором красовался старенький МИ-8. – Запрыгивай! – услышал я привычную немногословную речь капитана. Он показывал мне рукой на вертолет. Я прекрасно понимал, что прощаюсь со своей срочной службой. До глубины души, мне стало так обидно, что все закончилось не так, как мне бы хотелось. И служба моя пошла коту под хвост. И вообще, меня здесь и знать не хотят и никто не помнит. «А действительно, существую ли я на самом деле? – Я задумался. – Может быть, и в зеркале не отражаюсь – некий человек-невидимка?» Я залез в кабину вертолета и чуть ли не выронил слезу. Так было жаль себя. Жаль всех тех людей, с которыми воевали бок о бок. А теперь, они не хотят знать меня. Капитан расположился в вертолете рядом со мной и скомандовал летчику: – Взлетаем, в штаб! Через мгновение шумно заработали винты, и мы взлетели над землей. Вокруг все время мелькали горы, ущелье. Какие-то узкие тропы и резкие обрывы. Меня уже ничего не интересовало: где мы и сколько пролетели и тем более, сколько осталось до места высадки. Я постарался прикрыть глаза и уснуть, но у меня ничего не выходило. Глупые мысли все лезли в голову. Наконец я широко открыл глаза и посмотрел в окно вертолета. Там с земли мы увидели яркую вспышку, и ракету, пущенную в наш вертолет. Похоже, душманы стрельнули с ущелья по нам. – Стингер, – только и успел выкрикнуть капитан. Летчик не успел вывернуть вертолет, и ракета попала в нас. Раздался взрыв. Нас накрыло осколками. Я увидел, как капитан первым принял их на себя. Они с тяжелым гулом решетили все внутри вертолета, даже проткнули всю мою верхнюю одежду, но по каким-то странным обстоятельствам не коснулись моего тела. Двумя руками я начал вытаскивать их с себя и откидывать в сторону, пока не вспомнил о портфеле капитана. Пока вертолет кружился в воздухе, я кое-как достал этот пресловутый портфель и пошарил внутри. Нащупав ключи от наручников, сразу начал снимать с себя железные браслеты. А потом откинул их в сторону. «Что с летчиком? – подумал я и посмотрел вперед» Он был еще живой, хотя его живот пронзило лобовым стеклом. Я видел, как он пытался выровнять подбитый МИ-8 и пролететь еще немного, где была территория нашей дивизии. Вторая ракета, пущенная с земли свела его шансы на нет. Вертолет разломился на разные куски, и мы полетели вниз. Я закрыл глаза, чтобы не видеть свою смерть, когда приземлюсь вниз или я уже был мертв, а чувствовал себя, как будто живой. Не важно. Наверно, мы все погибли, во всяком случае, они. Очень странное ощущение шлепка о землю. Ну почему-то я могу еще мыслить. Значит, все-таки есть жизнь после смерти? Может быть, здесь меня вспомнят? И тут я почувствовал, что меня тормошат. Кто это? Я открыл глаза и увидел перед собой людей в военной форме. Эта форма была русских солдат. Они попытались забрать у меня портфель. Но я его так прижимал к своему телу, что выдернуть его из моих рук было проблематично. Один из солдат увидел, что я открыл глаза. – Он живой! – крикнул боец. К нам подбежали еще несколько человек. – Живой... живой... быстрей... в госпиталь его.