Banana milk

            Джисон доходит до двери апартаментов, вздыхает и достает ключи. Он проходит в квартиру, разувается и оглядывается. В гостиной тихо и на кухне – тоже. Бросив ключи на тумбочку, он идет по коридору к спальне, и из нее тут же выскакивает Минхо. Он одет в свою домашнюю одежду, в которой Джисон видит его редко. Русые волосы небрежно растрепаны. Минхо такой домашний, такой мягкий. Хочется обнять. — Привет, я рад, что ты вернулся, – Минхо улыбается только губами, а во взгляде печаль. — Привет, – Джисон поджимает губы и закидывает рюкзак в комнату, а потом идет в гостиную. — Ты хотел поговорить, – садится на диван и разминает пальцы на руках. Нервничает, потому что чувствует, что закрыть глаза на проблемы не получится. — Да. Вчера мы как-то глупо поругались. Может, забудем эту ссору? – Минхо садится рядом и кладет ладонь Джисону на бедро, на что парень удивляется, потому что давно не ощущал прикосновений возлюбленного. А потом Хан анализирует сказанное и хмурит брови. — Ты считаешь это глупостью? – Джисон поворачивается и недовольно смотрит на Минхо. — Мы поругались из-за какого-то пакета с молоком. Я просто с утра всегда чувствительный очень. Прости, – Джисон сейчас готов броситься к Минхо в объятия, потому что действительно скучает по нему, но ведь что-то подсказывает, что Ли не совсем понял суть той ссоры. Все началось с молока, но закончилось совершенно другим. И Джисон не хочет списывать все это на чувствительность партнера. — Ты серьезно не видишь больше никаких проблем в наших отношениях? — Я не могу ничего поделать с работой. Я все равно буду поздно возвращаться. — Дело-то не в этом, – ноет Джисон. — Много кто работает и приходит поздно, но они не забывают о существовании своих близких. А ты перестал меня замечать, будто я тебе и не нужен вовсе, – раздражается Джисон, а потом обижается, надувая губы. — С чего ты это взял? Нужен, конечно, – Минхо растирает бедро Джисона, и, если честно, парню не так приятно от этого прикосновения. Минхо держит Хана крепко, хочет, чтобы Джисон его простил и забыл о ссоре, будто ее не было, но он не может. — В общем, я уже не ощущаю здесь себя счастливым. Я не чувствую с тобой связи, она пропала, – Джисон свешивает голову и прикрывает глаза, как бы сдерживая слезы, если они вдруг решат проступить. — Что ты такое говоришь, Хани? – Минхо придвигается ближе, приобнимает за плечи, но Джисон их одергивает. — Это ты сегодня такой, потому что у тебя выходной. И то, каждый свободный день ты просто смотришь сериалы. Я пытаюсь с тобой заговорить, а ты каждый раз отмахиваешься. Это, по-твоему, нормально? – Джисон поднимает на Минхо взгляд, в котором начинают блестеть слезы. — Ты снова о том же! – вскидывает руки Минхо. — А о чем еще? Мне тебя не хватает. Кажется, что ты в отношениях со своей работой и самим собой, а я тут просто так, – Джисон чуть повышает тон, чтобы быть наравне с Минхо. — Да что ты заел о работе?! – у Минхо, кажется, от этого разговора голова уже начинает болеть. — Ты вообще не слышишь, что я говорю? – возмущается Джисон. — Что я должен услышать? Этот разговор бесполезный совершенно. Давай успокоимся и просто не будем больше это обсуждать, – Минхо кладет ладони на свои бедра и трет их, делая при этом несколько глубоких вдохов и выдохов. — Знаешь, я не собираюсь успокаиваться и закрывать глаза на происходящее, – Джисон вскакивает с места и обиженно смотрит на Минхо сверху вниз, сжимая руки в кулаках, потому что злится, но так не хочет испытывать подобные эмоции по отношению к тому, кого любит. — Сядь, Джисон, – Минхо упирается локтями в бедра и свешивает голову. Голос непривычно низкий и грубый. — Нет, я, наверное, пойду, – Джисон делает шаг в сторону коридора, хотел направиться в спальню и забрать рюкзак, заодно кинуть туда еще парочку вещей, но Минхо хватает его за запястье. — Куда ты пойдешь? – низким тоном спрашивает Минхо, так что у Джисона внутри что-то содрогается. Все нутро Хана тянется к Минхо, хочет остаться, но он игнорирует зов сердца и следует за разумом. — К Чану, – отрезает Джисон. — Мы расстаемся? – в том же тоне интересуется Минхо. У него сейчас сердце кровью обливается, и он не может понять, почему все это происходит, потому что привык к тому, что было, потому что был слеп и не заметил, как его партнеру стало некомфортно в отношениях. — Может, стоит пожить раздельно некоторое время, – Джисон отчаянно выдыхает, после чего Минхо ослабляет хватку на запястье. Джисон уходит в спальню, кидает еще пару вещей в рюкзак, берет холщовую сумку и заполняет ее некоторой одеждой. Джисон много не берет, если что у Чана одолжит. Он и не хочет долго у него оставаться. Он надеется, что Минхо прозреет, и тогда они в скором времени помирятся. Джисон хлюпает носом, пока собирается, потому что слезы все-таки решили проступить. Сердце больно сжимается. Он лишь хотел быть ближе, но в итоге отдалился сам, решив за них двоих, что им стоит взять перерыв в отношениях. Повесив рюкзак на плечи и взяв в руку сумку, Джисон следует по коридору к двери. — То есть ты сейчас уходишь? – Минхо подрывается с места и быстрым шагом подходит к Джисону. У Ли гневно раздуваются ноздри и хмурятся брови, так что между ними залегла складка. — Пару дней поживу у него, – спокойно, но с грустью в голосе произносит Хан. — Может, ты с ним еще встречаться начнешь? Он ведь парень хоть куда! – разводит руками Минхо. — Давай не прыгать из крайности в крайность. Я не собираюсь с ним встречаться, – Джисон тяжело выдыхает и разворачивается к двери. — Да? А может, я собираюсь? – Минхо складывает руки на груди, а тон у него язвительный. Он говорит несерьезно, лишь хочет позлить, и это работает. Джисон сжимает челюсть, потому что одна мысль, что Минхо с кем-то другим, выводит его на эмоции. — Тогда, что мне мешает найти кого-то другого? – с напором говорит Джисон и поворачивается, смотря взглядом полным раздражения. У Минхо от этого заявления глаза на лоб полезли. — Значит, расстаемся? – Минхо стоит и ожидает ответа. У него губы нервно дрожат, хотя он и старается держаться, не показывая того, что расстраивается и готов броситься к Джисону в ноги, только чтобы тот не уходил. Джисон нервно сглатывает. — Значит, да, – нехотя произносит Хан. У самого сейчас слезы ручьем потекут. — Вали, тогда! – отмахивается Минхо и очень хочет, чтобы Джисон поскорее покинул помещение, чтобы он уже, наконец, мог закричать. Глаз уже дергается. Джисон лишь поджимает губы, кивает и уходит. Удар дверью несет за собой нескончаемый поток слез и жгучую боль в районе груди. Джисон упирается спиной к стене возле входной двери и слышит один непродолжительный крик. Минхо. Минхо прорычал так громко, хватаясь за свою голову и бросая подушку с дивана куда-то в сторону, совершенно не заметив, что там стояли рамки с фотографиями. Джисон слышит звук бьющегося стекла и хочет зайти, потому что волнуется. Он удивляется тому, что Минхо вспылил, хотя в разговоре был сдержанным и не показывал ярких эмоций. Хан глотает слезы, слизывает их с губ, вбирает заложенным носом воздух. Минхо собирает осколки, совершенно не задумываясь о том, что может пораниться. В сердце и так сейчас зияет дыра, а пара ранок на пальцах – это ничто. На удивление он не порезался. Слезы капали на паркет, а когда Минхо поднял рамку с фотографией, пара слезинок упала прямо на фото, которое больше не было защищено стеклом. Он смотрит на фотографию, которую Джисон и Минхо сделали на смотровой площадке. Они стоят на фоне башни Намсан. По глазам видно, что они счастливы. А еще по широкой и искренней улыбке Джисона, которая греет сердце, только взглянув на нее. На фото Минхо смотрит на Джисона влюбленно, он видит в нем свое счастье, свое настоящее и будущее. Ли склоняется над рамкой, прижимает ее к груди и плачет. Он думает о том, что же пошло не так. Что он сделал или не сделал? Джисон неровно дышит, слезы постепенно уходят из глаз. Он уже не слышит шума в квартире. Краем души надеется, что Минхо выскочит на площадку, но толку в этом будет мало, вряд ли он сейчас в состоянии что-то осознать, как и Джисон. han: могу я у тебя пожить пару дней? chan: вы не помирились? han: нет. все стало только хуже. chan: вы расстались? han: что-то вроде, но я надеюсь, что нет. я просто хочу несколько дней пожить отдельно. chan: окей. можешь остаться, конечно. только я сегодня вечером на свидание иду. зайди в студию, я тебе ключи передам, чтобы ты меня не ждал. han: хорошо. расскажешь потом про свидание?😏 chan: если удачно пройдет. han: по-другому и не должно быть. ты классный! chan: аха, спасибо. han: скоро буду. Всю дорогу до студии Джисон поглядывал в телефон, ждал сообщения от Минхо, хотя прекрасно понимал, что этого не случится. На заставке у Джисона стояла фотография Минхо, которую он сделал в один из довольно веселых вечеров, когда они еще проводили вместе время. Минхо на ней смеется, запрокинув голову назад, и сейчас у Джисона сердце щемит смотреть на его улыбку, которая навевает ему радостные воспоминания. Было ведь все хорошо. Что случилось? Когда все пошло по наклонной вниз? Джисон заходит в студию звукозаписи, и его встречает улыбающийся Чан, но, заметив друга в понуром настроении, тот тут же опускает уголки губ. — Вот ключи, – Чан показывает на связку возле его телефона на столе. — Спасибо, – робко произносит Джисон и сует ключи в карман. — Как ты? – заботливо интересуется Чан, не переставая следить за другом, который устало плюхается на диван. — Херово, – на выдохе издает Джисон. Чан чешет затылок. У него не было опыта расставаний, особенно после таких долгих отношений. Когда прощаешься с человеком только на начальном этапе, то не так больно. Чан просто понимает, что они вряд ли смогут что-то построить, потому что расходятся во взглядах, вкусах и мнениях. И это расставание больше приносит облегчение, чем переживания. — Я пойду, наверное. У тебя еще работа ведь, – Джисон встает и берет свои вещи. — Хочешь послушать готовый трек? Я вставил твои партии. Звучит очень круто, – Чан смотрит на Джисона таким чистым невинным взглядом, за которым скрывается волнение за друга. — Давай, – соглашается Джисон. Чан включает трек и надеется, что это хоть немного поднимет парню настроение. Это творение звучит так же мощно и дерзко, как и любое другое, которое создает Чан. Но он всегда подходит к каждому треку с новыми силами и взглядом, и на этот раз звучание приобрело иное настроение. Партии Джисона так удачно вписались в трек, что Хан сам от себя в шоке. Он кивает головой в такт, стучит ногой. Этот трек его цепляет, так что некая самовлюбленность и чувство собственной крутости охватывают его. Чан все это время наблюдает за реакцией Джисона. — А ты настоящий гений! – восклицает Джисон, все еще пребывая в восторге от трека. — Нравится? – Чан слегка смущается, мило закусывает губу и улыбается. — Офигенный трек. Почему ты на этом еще не зарабатываешь? — Как-то не было хороших предложений. Пока что я просто создаю то, что душе приятно, – Чан утыкается в ноутбук и прокручивает длинный список уже созданных треков. — Сколько их у тебя там? – Джисон наклоняется возле Чана, заглядывая в ноутбук, который хранит буквально все, что Чану дорого. — М-м-м, – тянет друг. — Тридцать четыре? Ну, это готовые, а еще полно тех, которые я забросил. Может, вернусь и к ним когда-нибудь, – Чан говорит так, будто это маленькая цифра и она ничего не значит, а Джисон в удивлении поднимает брови. — Это мало, по-твоему? – дивится Хан. Чан застенчиво пожимает плечами. — Может, однажды ты подумаешь над моими словами, что тебе пора на этом зарабатывать. Уйдешь из кинотеатра, будешь настоящим музыкантом, кем ты и являешься! – Джисон тыкает пальцем Чану в плечо. — Ладно, подумаю, – усмехается Чан и радуется, что у Джисона настроение стало получше. — Все, я пошел. Не сиди долго, а то на свиданку опоздаешь, – подмигивает Джисон и выходит.             За то время, что Джисон провел в студии, он действительно отвлекся, но теперь снова проверяет телефон на наличие новых сообщений от Минхо. Ноль. Ну и пошел он! Печаль сменяется злостью, и внутри просыпается какое-то бунтарское настроение.             Вплоть до самого вечера Джисон пытался найти себе занятие. Сначала поиграл в приставку, но одному стало скучно; позалипал в тиктоки, пока взгляд не стал плыть, а видео не наскучили. Джисон взял с рабочего стола листок бумаги и карандаш, подумал, что в таком настроении к нему как раз придет вдохновение написать что-то душераздирающее, но, просидев пару часов над бумагой, грызя время от времени карандаш и постоянно стирая строки, он понял, что дело не идет, слова не складываются в предложения. Текст выглядит скорее унылым, чем эмоциональным и душещипательным. Джисон рвет листок и бросает на кофейный столик, поленившись встать с дивана. Туда же летит карандаш. И Джисон откидывается на диван, запрокидывая голову на спинку. Он прикрывает глаза, потому что уже и спать хочется, но запутанные мысли не дают ему этого сделать. Пару минут Джисон вертит головой, кладет ее то на один бок, то на другой, а потом решает полностью лечь на диван. Свет в комнате Хан не включал, когда пришел, поэтому сейчас в гостиной темно. Джисон поджимает к себе колени, зевает, и сон приходит тут как тут.             Джисон прогуливается по оживленной улице, спешит на долгожданную встречу с Минхо в кафе, где у них было первое свидание. Значимое место для обоих. Джисон входит в заведение, осматривает помещение в поисках Минхо и видит за одним столиком русую макушку, которая кажется знакомой. Джисон подходит со спины и кладет на плечо парня ладонь, но когда молодой человек оборачивается, Хан понимает, что это не Минхо. — Простите, обознался, – виновато улыбается Джисон и продолжает оглядываться по сторонам. Кафе небольшое, он бы точно увидел Минхо, если бы он тут был. Джисон достает телефон, чтобы написать Ли сообщение. Раздается звон колокольчика над дверью – и Джисон машинально поднимает голову. У него челюсть отвисает, когда он видит, как Минхо, приобнимая за талию, заводит в кафе какого-то парня. Ли улыбается, как и тот молодой человек рядом с ним, которого Джисон не знает. Хан смотрит с недоумением и ждет, пока Минхо, наконец, заметит его, стоящего в недоумении посреди кофейни. И Минхо замечает, но на его лице нет выражения вины или удивления, он лишь едко ухмыляется и проходит мимо вместе с тем парнем, продолжая держать свою ладонь на его пояснице. Джисон в откровенном шоке. — Это как, блять, понимать? – подходит Джисон, когда те двое усаживаются за столик. Хан упирается руками в стол и сурово смотрит то на этого парня, то на Минхо. Он пытается понять, видел ли он когда-либо этого молодого человека. Может, коллега? Но это совершенно неважно. Минхо пришел на их свидание в их кафе с кем-то другим. — Что тебя не устраивает? – непринужденно спрашивает Минхо. — Ты еще спрашиваешь? Это кто? Ты позвал меня на свидание, а приперся с кем-то другим, – Джисон недоверчиво осматривает незнакомца. — Разве мы не расстались? Ты же сам ушел, – говорит Минхо и открывает меню. — Что будешь заказывать? – интересуется он у молодого человека напротив, игнорируя Джисона. — Я все еще здесь. Минхо, какого черта происходит? – вены на руках Джисона вздуваются, на лбу проступает пот. Еще минута – и он не сможет произнести ни слова, потому что начнет задыхаться от накрывающей паники. — Джисон, мы расстались два месяца назад. Я не понимаю, почему ты все еще думаешь, что мы вместе, – Минхо захлопывает меню и направляет свой слегка надменный взгляд на Джисона. — Что ты такое несешь? Я никогда не хотел с тобой расставаться, – у Джисона голос начинает дрожать, в ушах гудит. — Пойдем в другое кафе, – обращается Минхо к парню напротив, тот кивает. — Постой! – Джисон устремляется за Минхо, который быстрым шагом покидает кофейню вместе с незнакомцем. Джисон выбегает на улицу и уже видит парочку довольно далеко. Он начинает бежать за ними, кричит что-то неразборчивое вслед. Дыхание спирает, ноги становятся ватными, кажется, будто он бежит на месте и никак не может их догнать, а парочка удаляется все дальше.             Яркий свет чувствуется даже через тонкие веки. Джисон жмурится и еле-еле поднимается, потирая глаза. Чан вернулся и не заметил спящего друга на диване. — Ой, извини. Ты спал? — Задремал немного, – Джисон все еще трет уставшие глаза. С одной стороны, он рад, что проснулся, потому что сон был неприятный, хотя он его уже и не помнит почти, а с другой стороны, ему захотелось спать еще больше. — Под диваном белье, на котором ты спал. Я не стал далеко убирать, – Чан выглядит не особо радостным, а может, это просто усталость сказалась на нем. — Тебе в душ не надо? – Джисон мотает головой. — Тогда я пойду. Ты спать ложишься? – Джисон кивает. — Окей. Не буду тебе мешать, – Хан наблюдает за другом, как тот не смущаясь при нем стягивает с себя футболку, обнажая подкаченный торс, которого Джисон до этого момента никогда не видел. И Хан таращится, как на экспонат в музее – трогать нельзя, но смотреть ведь не возбраняется. Чан не замечает этого взгляда и идет в ванную комнату. У Джисона что-то внутри ёкнуло, когда он смотрел на пресс своего друга, но Хан тут же это подавил. Мимолетное влечение.             Джисон сидит на кухне и вяло помешивает ложкой сахар в кофе. Он проснулся первым, хотя на часах был уже полдень. Видимо, Чан изрядно утомился, раз спит так долго. Джисон проверяет уведомления на телефоне – ничего от Минхо, но зато появились новые запросы на тексты песен, однако Джисон сейчас совсем не в настроении, а вдохновение покинуло его еще вчера вечером. Джисону становится скучно, поэтому он решает зайти в спальню к Чану. Приоткрыв дверь, он заглядывает внутрь. Джисон осторожно заходит, стараясь не шуметь, но Чан уже не спал. — А, ты уже не спишь, – Джисон садится на край двуспальной кровати. — Нет. Просто сегодня выходной, неохота вставать, – Чан зевает. — Как спалось? — Нормально, – пожимает плечами Хан. В воздухе веет какой-то неловкостью. — Все вчера хорошо прошло? – начинает Джисон, интересуясь свиданием друга. Чан громко вздыхает. Что-то пошло не так на этой встрече. — Если не хочешь, не говори. Это твое личное, – Джисон приподнимается с кровати. — Да нет. Просто ничего толком не было. Меня продинамили. Я прождал в кафе около сорока минут, не получив никакого ответа на свои сообщения. И только потом, когда я уже понял, что ждать мне некого, он отписался, что не сможет прийти. В общем, мне было уже все равно. Да и настроение испортилось. — А ты с ним уже встречался раньше? — У нас было два свидания. И, если честно, я думал, что все складывается. Мы оба увлекаемся музыкой, так что нам было что обсудить, – Чан сейчас откровенно начинал в себе замыкаться, считая, что он сделал что-то не так, думая, что он недостаточно хорош. — Подонок! Зачем играть с чувствами других людей, не понимаю, – Чан лишь поджимал губы, потому что ему этот разговор не помогал почувствовать себя лучше. — Наверное, я никогда не найду свою любовь, – Чан тяжело вздыхает. — Найдешь! Обязательно найдешь! Нужно просто сперва перебрать весь этот шлак, к сожалению, чтобы найти алмаз, – обнадеживал друга Джисон. И тут Хан подумал о Минхо, потому что он точно алмаз, который Джисон так долго искал, постоянно пачкаясь в грязи, но нашел ведь. — Ты его заблочил? — Нет, – Чан поднимает на Джисона грустный взгляд. — А надо бы. Нафиг тебе нужен тот, кто так продинамил на свидании. — Может, у него не было времени ответить? – Чан, как и всегда, пытается быть человечным. — Свидание же вы назначили, значит, у него заведомо было время. А если появились неотложные дела, можно было заранее предупредить. Короче, он – говна кусок, – Джисон отзывался об этом парне грубо, совершенно не стесняясь, потому что встречал таких людей и поначалу тоже пытался их оправдать, натыкаясь на те же грабли – его ни во что не ставили, а лишь вытирали об него ноги. И Чан уж точно не из тех, кто заслужил такое отношение. Он достоин самой чистой любви. — Ты прав, – Чан свешивает голову. — Покажи мне его. Я еще по внешности научился определять кретинов, – Джисон залезает на постель и придвигается к Чану. Друг достает телефон, открывает Инстаграм и показывает страничку того парня. У молодого человека достаточно острые черты лица, в которых нет места мягкости. Нос с небольшой горбинкой, брови пушистые и низко опущенные, создающие хмурый взгляд. Джисону он не нравится. На всех фотографиях у парня слишком надменное выражение лица. Нарцисс? Возможно, раз не думает о чувствах других. — Блокируй. — Что? Прям сейчас? Может, стоит выяснить, почему он не пришел? – Чан все еще лелеет надежду на отношения с этим мудаком. — Нет. Игнор на третьем свидании – это знак, что дальше ничего не будет. Действуй. Я не уйду, пока не заблочишь его, – Джисон настаивал на своем. Чан нехотя заблокировал парня в Инстаграме, а потом и в Тиндере. — Мне почему-то не легче, – вздыхает Чан. — Пойдем, я тебе кофе сварю. А еще поиграть можем, – Джисон вскакивает с постели, игриво стягивая с друга одеяло, а потом резко отворачивается, чуть вскрикнув. — Боже, прости! Я не знал, что ты голым спишь, – Джисон держится за край одеяла, прикрывая им свое лицо, которое залилось краской, когда он лишь на секунду увидел Чана обнаженным. — Я же дома, – усмехается Чан. Он ни капельки не смутился, даже если бы Джисон не отвернулся. Но, возможно, стало бы неловко, если бы Джисон продолжил пялиться. — Одевайся скорее, – Джисон, все еще держа в руках край одеяла, стал маленькими шажками двигаться к двери и, когда оказался возле нее, выпустил одеяло и покинул комнату. — Жду на кухне, – Чана забавляет эта невинная сторона Джисона, когда на самом деле он совсем не такой. Джисон варит кофе и пытается выкинуть из головы тот секундный кадр, который успел сделать глазами, когда стянул с Чана одеяло. Какое тело! Джисон мотает головой, а потом выругивается, потому что он упустил момент, когда нужно выключить плиту, и кофе убежал. Коричневая пенка стекает по турке на чистую поверхность плиты, а Джисон стоит и недовольно смотрит, но не психует. — А чего горелым пахнет? — Не уследил за кофе, но он не весь вытек. Сейчас сделаю, – Джисон аккуратно наливает то, что осталось в турке, а потом убирает тряпочкой остатки с плиты. На удивление Хан спокоен, и его не вывела из себя эта мелкая неприятность, хотя вчера, вероятно, он мог бы разозлиться. А на кого злиться? На кофе? Абсурд. — Вы с Минхо не разговаривали? – спрашивает Чан, когда Джисон ставит перед ним горячую чашку с кофе. — Нет, – выдыхает Джисон. — Я уже и не жду. Вчера все закончилось не очень приятно. Вряд ли мы будем разговаривать в ближайшее время, – Джисон опускает взгляд на стол и нервно щипает бровь. — Вы были не разлей вода. Что же такое случилось? — Видимо, он устал от меня, – думает Джисон, а потом вспоминает, как Минхо взревел, когда Джисон покинул квартиру. Разве это было похоже на реакцию человека, которому наплевать на возлюбленного? Тогда почему Минхо не смог понять очевидной истины, что Джисону стало его просто-напросто не хватать? — Сомневаюсь. Он мне вчера писал. Спрашивал, дома ли ты у меня. Если бы кофе сейчас пил Джисон, он бы однозначно выплюнул его, удивившись сказанному. — Ты теперь наш медиатор, что ли? – усмехается Хан. — Что ты ответил? — Сказал, что ты у меня. А что еще? — А он что? — Написал «окей». — Минхо теперь через тебя будет следить за мной, кажется, – снова усмехается Джисон, а потом сникает. — Я не буду докладывать ему о каждом твоем действии. Мне это не надо, тебе – тоже. Вы должны разобраться сами, – Джисон это понимает, да вот только не знает, как должен разбираться. Кажется, что он сделал достаточно шагов навстречу. — Пошли играть, – Джисон тянет Чана за футболку, ведя в гостиную. Чан едва успел кофе допить и чашку на стол поставить. Весь день парни провели дома. Они играли в игры, общались, заказали пиццу. В общем, выходной Чана удался на славу. Но Чан не мог провести день впустую, поэтому сел на пару часов за свой ноутбук. Он выставил перед собой лаунчпад, на котором запрограммированы различные биты, надел наушники и стал экспериментировать со звучанием, пока Джисон тупо переключал телевизионные каналы. Сказать, что у Джисона на душе было пусто и одиноко – ничего не сказать. Он хотел написать Минхо и поинтересоваться, как у него дела, и еле себя сдерживал. Но он решил заглянуть в Инстаграм. Перейдя на аккаунт Минхо, который парень обновляет редко, Джисон удивился, увидев новую историю. Минхо выложил короткое видео, где он сидит возле барной стойки, а рядом его коллега слегка приобнимает за плечи. Оба пьяные, навеселе. Минхо улыбается, чуть двигается в такт музыке, которая играет в заведении. Джисон хмурится, глядя на это видео. Дыра в сердце растягивается. Минхо хорошо проводит время, даже смог пойти с коллегами в бар, несмотря на то, что вчера, можно сказать, расстался со своим парнем. Конечно, люди по-разному справляются с душевной болью, но Джисон не мог все равно этого понять, потому что сам привык замыкаться и прятаться от внешнего мира, когда дело касалось таких серьезных переживаний. Это злит Джисона, да так сильно, что он отписывается от Минхо и жмет кнопку «не рекомендовать публикации». Блокировать он его не хотел, но хотя бы так отгородится, чтобы не видеть, как Минхо весело проводит время без него.