Наоборотия

Стоя у борта корабля и крепко сжимая ручку синего чемодана, смотря на который становилось ясно, что он стар, девушка с чёрными распущенными волосами, вглядывалась в гладь моря, с улыбкой на устах наблюдала за тем, как чайки, кружившие над водной поверхностью, удачно поймав мелкую рыбешку, улетали к берегу, дабы поесть, либо же накормить своих птенцов, и снова улетали за новым уловом. Сара всё же, наконец, решилась отправиться к своей матери в Японию, которую она так долго не видела. Они обменивались лишь письмами, отправляя друг-другу большие исписанные листы бумаг и с разъедающим из нутри нетерпением и тоской ожидали ответа от друг-друга. А когда получали, то с жадностью и в захлёб за раз их читали, после по несколько раз перечитывая и любуясь почерком отправителя, А после пряча в специальном месте с другими письмами. Не виделись каких-то полгода, А такое чувство, что прошли века с момента последней их встречи. — Прекрасная погода, неправда ли? Молодой матрос в белоснежной кофте, чёрными широкими штанами и фуражкой на голове, приблизился к Саре, выводя её из размышлений своим голосом и заставляя девушку обратить на него внимание, резко повернув в его сторону голову, отчего понама, что спасала её от жара, свалилась в море, скрываясь из виду. — Мда… — мужчина неловко улыбнулся и сжимая одной рукой фуражку, а второй взлохмачивая свои русые волосы. — Может, мою фуражку возьмёшь? Это же из-за меня твоя попала в море свалилась. — Не стоит, честное слово! — Сара смущённо замахала руками, слегка отодвигаясь от незнакомца. — Я всё равно собиралась её рано или поздно выкинуть. — Ну, тогда хорошо, — матрос кивнул и протянул руку Сара, — меня зовут Томас Сойер. — Прямо как главного героя из книги «Приключения Тома Сойера.» — Сара заулыбалась ещё шире, но заметив, что рука Томаса всё ещё висит в воздухе, ожидая когда её пожмут, спохватилась, пожимая её. — Меня зовут Сара Элфорд, очень приятно с тобой познакомиться. — Мне тоже, и я бы с радостью с тобою ещё поболтал, но мне надо помочь пассажирам. Томас спустился с корабля на сушу и принялся помогать людям, перенося либо их груз на, как он выразился, и не раз, самую лучшую посудину в мире, либо помогая им самим подняться. « Корабль отплывает в десять, щас только девять утра, что означает, что у меня ещё час в запасе. Может, купить себе что-нибудь? Ну, там булку, например? Хотя… думаю, не стоит. » * * * Поднявшись по трапу на корабль и жуя булочку, начинкой которой являлся шоколад – девушка всё же не сдержалась и купила себе то, чего хотела, хоть и говорила, что не купит – пробираясь сквозь толпу пассажиров, направилась к капитану, что говорил свою речь, дабы получше его слышать. — Мой корабль «Коршун» проходил через огромное количество опасностей и, как видите, он цел, как и я, так что можете не беспокоиться! Все вы прибутите целыми и невредимыми на сушу, даже если мне придётся сломать рога самому чёрту! — голос капитана корабля был твёдым, уверенным и вселяющим надежду, отчего во многие сердца проскальзывала надежда на то, что они и вправду прибудут целыми и невредимыми в нужные им места, не пострадав, хотя в сердце самой Сара прокралась лёгкая тревога непонятно из-за чего. Особо стараясь не обращать на неё внимания, что получалось довольно плохо, девушка направилась к себе в каюту, таща за собой синий старенький чемодан, подаренный ей матерью. Уже в каюте, стараясь особо не шуметь из-за своей соседки старушки, что улеглась спать, Сара быстренько переоделась прямо там, не зная где это ещё можно сделать и, вытащив из чемодана папку, достала оттуда последнее письмо полученное от матери, и убрав всё лишнее под койку, поудобнее села и принялась уже в который раз его перечитывать. « Дорогая моя Сара, как ты уже догадалась, тебе пишу я, мама твоя. Передаю тебе привет от себя и от Луи, но уже только большущий. Я снова вчера навещала могилу твоего отца, но уже вместе с Луи, ибо с няней его оставить не вышло. Та заболела и не смогла выйти на работу. Бедняга вчера на меня сильно обиделся из-за того, что мы целиком закопали папу, не оставив голову на поверхности, чтоб он всё видел и не боялся. Знаешь, кимоно очень удобный наряд, хотя моему сердцу больше близки платья. Я вчера, например, купила себе юкату сиреневого цвета с тёмной фиолетовым оби. Луи сказал, что оно мне идёт и лучше всего гармонирует с моими блондинистыми волосами. Тебе же я купила тёмно синюю юкату без узоров, на моём их тоже нет, с оби нежно голубого цвета. Когда приедешь, оценишь их и сумеешь надеть. Знаешь, меня до сих пор мучает совесть из-за того, что я отпустила девятнадцатилетнюю тебя одну с тётей. И пусть тебе щас двадцать, ты всё равно для меня маленькая, так что, я до сих пор о тебе беспокоюсь. С любовью, мама и Луи. » Убрав письмо в чемодан, Сара перевернулась на бок и прикрыв глаза, стала представлять себе встречу с мамой и Луи – её младший брат, которому сейчас пять – и сама того не заметив, заснула. — Просыпайся, кушать пора! — старушка принялась трясти за плечо Сару, что лишь от неё отмахивалась, неё делая расставаться с царством Марфея. — Смотри, пропустишь ужин! Нехотя встав, Сара, приведя себя в порядок и убедившись, что выглядит прилично, вместе со своей соседкой старушкой направилась в столовую… или камбуз? Она уже и не помнила как правильно столовая на корабле называлась. Придя к месту назначения, Сара внимательным взглядом окинув длинный стол, направилась вместе с бабушкой к свободному месту и нехотя принялась есть, морщась из-за неприятного писка в ушах и лёгкой боли в голове. Не успела Сара поднести ложку с кашей поднести ко рту, как в помещении объявился матрос, крича «Капитан, у нас проблемы!». Пассажиры, с недоумением смотрели то на капитана, то на матроса, а когда в столовую вбежал ещё один матрос с криками «Шторм!», всё до единого как удалённый подскочили со своих мест, несясь по помещению словно муравьи и вопя как ума лишённые, выбегая на палубу, топча друг-другу и не слушая капитана, ни матросов. Всё, что происходило дальше, Сара помнила смутно и плохо, словно это происходило и не с ней, а кто-то просто рассказал ей давно этот рассказ, а её мозг попросту нарисовал картину. Старушка, что секунду назад сидела рядом с ней, пропала. Лишь минуту спустя её поисков, с помощью блуждания по столовой взглядом, она заметила её у выхода, которая пихая всех и вся, пыталась протиснулся в дверь вместе с ещё двумя людьми. Потом кто-то её схватил за руку и грубо потащил за собой на палубу, болезненных толчков от других людей не обошлось, а после посадил её в шлюпку, сунув ей в руки железную коробку с письмами и пропал, пустив её вместе с мужчиной и девушкой – которые теперь были её соседями по шлюпке и братьями по несчастью – в море, что-то невнятное сказав на прощанье. Что было дальше девушка не помнит. Её тут же вырубило из-за сильного удара об бортик шлюпки, когда огромная волна перевернула её. Продолжение следует…