Шансон наших лет

Снова утро. Сынмин протёр заспанные глаза. Будильник показывал около восьми утра. Пора собираться в музыкальную школу. Накинул первое попавшееся под руку. Сложил все необходимые вещи в чехол с гитарой и спустился вниз. Позавтракал блинами, которые перед уходом пожарила мама. Немного холодные, но всё равно вкусно. Мамина еда всегда будет самой вкусной. Никто и никогда не переплюнет заботу и чувства, которые она вкладывает. На последок посмотрел на себя в зеркало и пригладил торчащие в разные стороны волосы. Ощущение дня сурка застыло где-то на подкорке сознании. Тошнит. На момент несколько прошедших дней показались сном. Как будто не существовало тех мальчиков с личным убежищем в глубина леса. Он всё придумал, чтобы избежать вечной мерзлоты в одиноко-сером мире. Выдумки это плохо? Едва ли. Пока твоё сердце бьётся благодаря иллюзиям, которые ты возвёл в этом нет ничего плохого. Закрыв дверь, потихоньку направился в сторону нужного здания. Лучи солнца слепили глаза. Наушники служили верной службой и воспроизводили разные песни с пурпурного плеера. Однажды он накопит на кассету с песнями его любимой группы. Наконец-то перед взглядом появилось массивное здание. Предстоящее занятие почему-то вводило в тоску. Пересилив себя, парень зашёл внутрь. Педагог тихонько сидела перед кабинетом, перебирая какие-то листочки. Впервые она так рано. Девушка кивнула головой в знак приветствия. Посидели минут десять в тишине. Неловко. Нечего сказать. В горле стоял комок из клубка слов, но подходящих всё никак не находилось. Почему я здесь сижу? Что вообще происходит? Вот бы тут был Чонин, было бы гораздо проще. Интересно, а сегодня он придёт? Может быть он поделился частичкой души, чтобы навсегда сбежать из жизни Сынмина. Раствориться точно снег с приходом лета. Да нет же. Не мог он так поступить. Показать своё нутро и сбежать не в его стиле. Сынмину отчаянно хотелось верить что не в его. Чонин долго сомневался открывать душу или нет, а значит, что сейчас он привязан на столько, что не уйдёт даже если ты его будешь всячески прогонять, бросать, сбегать или быть может разбивать сердце на самые мелкие кусочки. Как побитый котёнок он будет зализывать раны и возвращаться обратно раз за разом. Никуда от него не денешься. Наконец-то время подошло к началу занятия и девушка впустила парня внутрь кабинета. Даже с распахнутым окном было душновато. Небо немного помрачнело. К дождю. Интересно, как же я домой пойду без зонтика. В голове крутились мысли вовсе не связанные с игрой на гитаре. Был далеко не здесь. Два часа ощущались, как целая вечность. Витает в облаках, ноты путаются и создают отвратительный звук. В пальцах пульсировало. Конец занятия. В воздухе витала горечь и недовольство собой. Слишком много ошибался. Педагог потихоньку собирала бумажки, а Сынмин складывал гитару в чехол. Вдруг за окном начали капать капли, а спустя пару секунд полил ливень. - Да уж, ну и погодка, - девушка немного грустно смотрела в сторону окна. Видимо перспектива промокнуть не особо радовала. - Да... А у вас есть зонтик? - Да я до машины добегу, не растаю. А ты как? - Под чехлом, - показал на гитару за спиной. - Смори поаккуратнее с инструментом, он важен как твоя жизнь. - Как жизнь? - Для музыканта нет ничего важнее его инструмента. - Пожалуй вы правы, да. - Что ж я бы поболтала ещё с тобой, но мне нужно спешить, до встречи. - До свидания. Педагог закрыла кабинет, быстро прошла на пост охраны и сдала ключи, а затем скрылась за массивной дверью. Сынмин тихонько поплёлся на выход. Да уж промокнуть до нитки не было желания, но и оставаться здесь было бесполезно. Неизвестно сколько ещё продлиться дождь. Вдруг он будет целый день. Попрощался с охранником, который несмотря на плохую память на лица запомнил Сынмина по его ауре, которая тянулась за парнем, а Ким даже не замечал. Не разу не видел волшебства, что тянул за собой. Волшебства, которым наполнял мир вокруг и людей с кончиков пальцев до макушки. Волшебства, которым пропитаны все его вещи, слова, эмоции и поступки. Он переливался, но правда никогда не замечал этого. Если бы он только знал, что слепит не чуть не хуже летнего солнышка или быть может звёзд в ночи. Толкнул тяжёлую дверь. В нос ударил запах свежести вперемешку с запахом свежескошенной травы. Видимо пока не начался дождь начали подравнивать газон. Об этом буквально кричали кучки скошенной травы по сторонам. Вокруг уже успело появиться пару луж. Очередная игра на везение. Наступишь и потонешь с головой или отделаешься мокрыми кроссовками. Похоже на морской бой. Один не верный квадратик и твой кораблик, который спокойно плыл в своём направлении, погиб. Удивительно, что игра напоминает жизнь. Одно не правильно движение или слово - смерть. Вдруг из-за угла выскочила знакомая физиономия с ярко-розовой прядкой. Промок до нитки, но улыбался ярче солнца в самый жаркий день. С волос стекали крупные капли. Интересно как долго он тут стоял? Неужели промокнуть до нитки может быть так весло? Милый. Неимоверно милый. На щеках вышел лёгкий румянец от клубочка мыслей в голове. Чонин продолжал улыбаться. И вправду не похож на настоящего человека. Может быть действительно выдумка? Не правда? Но с другой стороны было в нём столько много от обычного мальчика с не обычной жизнью. Пожалуй его жизнь была похожа на один из сериалов, которые так любила мама. Главный герой с трагичным прошлым и неизлечимой болезнью, которая ужасно мешает жить. Такая классика мелодрам, но всё равно так нравился Сынмину. Безумно нравился. До дрожи в пальцах, бабочек в лёгких и красных щёк от одной лишь мысли об этом мальчике с розовой прядкой. Бред? Да в целом чувства сплошной набор чего-то неконтролируемого и зачастую похожего на бред сумасшедшего, но в этом и их волшебство. Человек перестаёт контролировать себя, показывает настоящую личность и не строит из себя какой-то образ, который когда-то решил примерить на свою хрупкую душу. - Мин-Мин, посмотри на улице какой дождище! Я весь до нитки промок. - Да по тебе видно, - слегка толкнул пальцем в лоб. Ян немного пошатнулся, но всё же удержался на ногах. - Пошли гулять. - Сейчас? Под дождём? - Ага. - Заболеем же. - Ну и что? Вылечимся, у меня дома есть куча цветных таблеток от кашля, а дождь не всегда можно встретить. Особенно летний! Или ты боишься, что твои человечки слишком слабые и не смогут противостоять злым посланникам простуды? - Человечки? - Ну да. Вот мои например были слабы и не смогли противостоять болезни бабочки, но как видишь я всё ещё живу, а значит они до сих пор борются, так что пошли гулять, пока есть такая возможность. Пока мы дышим. Пока есть время радоваться летнему дождику. Сынмин не успел ничего ответить, как молочная перчатка вытащила его из под козырька здания. Крупные капли начали раздаваться звонкой дробью где-то в черепушке. Чонин задел Кима за плечо и с криками начал убегать от него. Догоняй. Такой ребёнок. Сынмин всё равно уже успел промокнуть под каплями дождя, поэтому решил поиграть в игры темноволосого и начал бегать за ним в попытках поймать. Однако парень оказался слишком шустрым, да и гитара на плечах не придавала особой скорости. Сбитое дыхание и громкий заразительный смех. Добежали до ближайшего парка и плюхнулись на сырую траву. Проходящие мимо под зонтиками люди с непониманием смотрели на парнишек, что щеголяли под дождём. Лишь пожилая пара тихонько переглянулась и улыбнулась. Они напомнили им себя из детства. Такие же независимые и полные любви к жизни. Так же бегали под дождём и сбегали с уроков. А милый дедушка иногда по ночам выкрадывал свою возлюбленную из дома её родителей, чтобы она могла попасть со всеми на вечеринку. Жаль, что молодость так быстро прошла и превратилась в рутинную работу. А в старости и вовсе все потерялись. Остались лишь они друг у друга. Никто даже не подтвердит все их приключения из юношества. Тоскливо основать, что больше никогда не станешь молодым, но они не жалеют, что провели свою юность так, а не сидя вечно за книжками и справочниками, ведь воспоминания это всё, что остаётся к старости. Подростки потихоньку приводили дыхание в норму, попутно смеясь с ничего. Чувствую себя живым. Я живой. Живой. Оказывается просто побегать под дождём так прекрасно. Да и вроде вправду не растаяли, а одежду можно и дома посушить. Интересно почему все так его бояться? Берут зонтики и как можно быстрее пытаются скрыться под какой-нибудь крышей, лишь бы не промокнуть. Кажется сегодня у дождя появился ещё один фанат. Их так мало, но все они были действительно ему, как родные. Чонин улёгся на траву и потащил Сынмина за собой. Сквозь кроны деревьев можно было видеть небо, которое потихоньку отчищалось от тёмных тучек и становилось светлее. Вот-вот дождь прекратиться и пропадёт этот волшебный момент. Но в появлении солнца есть тоже что-то таинственное и невероятное. Лучи солнца потихоньку пробирались сквозь тучки и начали падать на лица парней сквозь крону, подсвечивая созвездие из веснушек на лице Сынмина и ярко-розовую прядь на волосах Чонина. - Перезагрузился? - Чонин повернул голову в сторону Сынмина. Он знал. Всё знал. Подслушал через открытое окно, что пальцы тряслись, ноты путались, а в голове творился полный хаос из непонятных чувств. Знал, что так будет, но уже решил, что будет верить ему всегда. До последнего вздоха. Идти за ним с закрытыми глазами. Куда он туда и я. Даже не знает, что будет если мальчик-цветок от него отвернётся. Точнее не так. Он даже не думал, что тот может оставить его одного. Слишком прочная связь. Если один перережет эту тонкую нить, то второй сразу же погибнет. Об этом знали оба. С самого начала подозревали. - Более чем, - повернул в ответ. Глаза переплелись. Теперь они были открыты. Говорили всё, что на душе. Показывали настоящего Чонина. Такого, какой он есть. Прекрасного мальчика-бабочку с искалеченной судьбой. Он не пытался притворяться. Стараться быть лучше. Просто такой какой есть. Самый волшебный и невероятный в глазах Сынмина, только осталось набраться силы и рассказать ему об этом. - Сегодня ты совсем другой. - Какой? - Искренний. Кажется твои глаза начали оживать, а твой внутренний цветок распускаться. Я всё ещё жду твоего раскрытого бутона мальчик-цветок. Будь то день, два или целая вечность. Я буду здесь. Просто знай, что я всегда буду здесь, только позови. - Твои крылья тоже стали наполняться цветом. Прекрасный мальчик-бабочка, я буду ждать пока ты распустишь свои крылья. Насквозь мокрые, но по уши влюблённые. Чувствуют дыхание друг друга. Сердца бьются в унисон. На небе не осталось ни тучки. Глаза понемногу начали закрываться. Было комфортнее чем дома в тёплой и мягкой кровати. Чонин тихонько взял руку Сынмина и поднял вверх. Красные пальцы, мозоли стёртые в кровь. Музыка требует жертв. Да в целом всё в этой жизни требует жертв. Да даже та же доброта может довести до разрыва сердца, прямо как было с Феликсом. Интересно Сынмин скрывает, что его руки ноют от боли или это чувство уже на столько притупилось, что он даже не чувствует этого? Интересно какого это жить обычной жизнью и не бояться, что твоя кожа может просто разорваться и ты умрёшь? Какого это не думать постоянно как бы аккуратнее сделать то или иное действие, лишь бы не повредить кожу? Я не хочу умирать. Не хочу. Только не сейчас. Я наконец-то обрёл смысл существования. Я нашёл того самого, ради которого хочется дышать. Ради которого хочется двигаться вперёд. Можно я проживу с ним ещё целую вечность? А лучше две. Пожалуйста если там кто-то есть помоги мне. Пожалуйста. Ким неосознанно погрузился в сон, а Чонин, подперев голову рукой, тихонько наблюдал за спящим. Легонько поправлял волосы, что падали на глаза после лёгкого ветерка и отгонял листочки с деревьев, что так и жаждали упасть на лицо парня. Интересно, что ему сниться? Надеюсь что-нибудь хорошее. Что-то, что ему нравиться. Так прошло наверное минут тридцать, не меньше. Вдруг мальчик-цветок распахнул заспанные глаза и первое что увидел после сна - мягкую улыбку мальчика, что немного свисал над ним перекрывая яркие лучи солнца. Берёг глаза, которые только вышли из хрупкого сна. Сынмин тихонько положил свою руку на шею парня сверху. Мягко провёл до шеки, а затем погладил по голове. Тёмные как смоль волосы растрепались в разные стороны от чего Ян начал походить на маленький одуванчик. Тихий смех. Лёгкий ветерок взбодрил и рассыпал лёгкие мурашки по коже. Глаза Чонина переливались и горели прямо как звёздочки в тот день, когда они созванивались по телефону. Кажется, что сейчас он по настоящему счастлив, как никогда раньше не был. В глазах мальчика-бабочки застыл вежливый вопрос, а в глазах мальчика-цветка ответ. Чонин потихоньку начал приближаться к лицу Сынмина. Мгновение и их губы соприкоснулись. Это было неумело, смущённо и немного пугливо, но зато на столько искренне и наполненно приторно-сладкой первой влюблённость. Тихонько отстранился. На губах Сымина остался лёгкий вкус цветочного поля вперемешку с ярко-розовой жвачкой "Love is", что постоянно носил с собой Феликс. Чонин плюхнулся рядом с Кимом. Одежда уже успела немного высохнуть, правда спина была всё ещё немного влажная. По небу бежали облака разных форм. Одни похожи на животных, другие на фигуры, а третьи и вовсе на лица людей. Такие же разные и не похожие друг на друга. - Пойдёшь сегодня на ночёвку? - нарушил тишину Чонин. - К кому? - К Чану. В лестной домик. Сегодня все собрались и попросили позвать тебя. Но если не хочешь, то никто не принуждает. - Кто сказал, что я против? - Никто, я просто чтобы ты знал, что можешь отказаться. - А ты хочешь чтобы отказался? - Тогда бы не предлагал, - тихонько тыкнул пальцем в лоб. - Пошли ко мне, я позвоню родителям и оставлю гитару. - Пойдём. Парни тихонько встали с травы. Отряхнули одежду, которая уже успела позеленеть от мокрой земли. Сынмин накинул на себя чехол от гитары и они потихоньку направились в сторону дома Кима. На улицах снова бегали дети. Некоторые перепрыгивали через лужи, а некоторые наоборот плюхались в них со всей силы, чтобы посмотреть кто оставит вокруг себя больше брызг. Тихонько протиснувшись между играющими детьми, чтоб снова не промокнуть насквозь, парни стояли около входа в дом. Ключ повернулся и дверь с тихим скрипом отоварилась. По привычке скинули кеды и прошли внутрь. Первым делом Сынмин поставил гитару на место и принялся набирать номер мамы. Долгие гудки. Нет ответа. Понял, что бесполезно. Наверное на ваном интервью или быть может ведёт какой-то выпуск. Дозвонился до папы раза со второго. Тот немного опешил от просьбы сына. Впервые он собирается к кому-то на ночёвку. Спокойно отпустил и сказал, что передаст маме, пожелал хорошо посидеть. Он был рад, что вокруг его сына появляются хорошие ребятишки, которые помогают ему найти свет в жизни. Он начал расцветать на глазах. Сильно поменялся. Стал увереннее в себе? Нет. Просто начал замечать краски жизни. Правильные люди помогут найти выход даже из самой непроходимой чащи неуверенности и отрицания. Сынмин вытащил две футболки с каким-то непонятным рисунком и двое шорт. Переоделся и спустился вниз, где на диване его ждал Чонин. Кинул ему футболку и шорты. Видел, как его одежда сильно позеленела и до сих пор не высохла от сырой травы на которой они лежали. Ян осмотрел одежду с немым вопросом глазах, но затем поняв, что это значит начал потихоньку переодеваться. Хрупкая мраморно-белая кожа перетянутая бинтами, которые насквозь промокли. Вся спина была в маленьких ранках, которые были видны даже сквозь марлю. Интересно на сколько ему больно или он не чувствует? Чонин переоделся и Сынмин взяв их грязную одежду закинул в стиральную машинку. Поставил стул рядом с шкафчиком, в котором лежала аптечка. Тихонько достал её и начал рыться в поисках бинта и какой-нибудь мази. Наконец-то найдя что-то подходящее, парень сел напротив Чонина. Погладил Яна по голове с некой грустью. Сначала тихонько снял перчатки и положил их на сушилку, чтобы они хотя бы немного успели просохнуть. Ярко красные руки оставались в неподвижном положении. Они выглядели так, как будто он засунул их в кипяток и держал так несколько часов. Дак вот как твоё сердце рвётся на куски, когда ты видишь страдания дорогого тебе человека. Наверное эта агония хуже самых кошмарных пыток. Тихонько снял прилипшие к коже бинты с локтей и коленей. Аккуратно наносил мазь, видел, как Чонин корчиться, но всё равно не издавал ни звука. Уже привык терпеть. Когда закончили с руками и ногами. Сынмин тихонько снял футболку с Чонина. Тот слегка смутившись отвёл взгляд в сторону. Никто не видел его эту сторону. Безобразно-ужасную. Отталкивающую. Даже Карле с Гвен не давал. Сам еле-еле, смотря в зеркало. Сначала было очень тяжело, потом приловчился. - Ты же всего лишь такой же парень как я, такое же тело, чего смущаешься? - Сынмин тихонько погладил за ухом. - Это другое? - В смысле? - Знаешь, Сынмини, так странно показывать кому-то свою такую сторону. Даже Карла с Гвен не видели. - Какую такую? - Ну ужасно-страшную и безобразную. - Чего? Ты откуда это вообще взял? Ты же не выбирал рождаться с такой особенностью, да и это вовсе не ужасно. Просто ты немного другой, но это не делает тебя отвратительным или плохим. Ты такой какой есть. Со своими недостатками и преимуществами. Главное что твоя душа самое светлое, что есть в этой жизни. - Спасибо, - его глаза блестели, смотрели прямо. Открыт как книжка. - За что? - За то, что ты есть. За то, что живёшь. За то, что дышишь рядом со мной. - Аналогично, - пробубнил Сынмин и развернул парня с себе спиной, чтобы тот не видел его смущения. - Знаешь, сейчас я окончательно понял кое-что. Я люблю тебя, Ким Сынмин, слышишь? Люблю! - бормотал парень сквозь боль от очередного снятого бинта. - И я тебя, - пробормотал под нос Ким, но парень с розовой прядкой всё равно всё услышал. Каждую букву. Кажется они впечатались в его мозг на долгое время. - Чего сказал? - Ничего. Сиди ровно, а то тебе сейчас хуже будет. Наконец-то спина была перебинтована. Чонин тихонько болтал ногами сидя на диване и сжимая руку Сынмина. Странно но без перчаток было совсем не больно, правда немного покалывало где-то внутри от нахлынувших чувств. Тихонько работающий телевизор и шум стиральной машинки из соседней комнаты. Чонин потихоньку засыпал. Сынмин накрыл того пледом. Спустя где-то час машинка противно пропищала о конце работы. Сынмин тихонько переложил голову парня на диван и направился развешивать одежду. Затем вернулся обратно. Чонин уже успел открыть глаза и начал потирать их от сна, попутно потягиваясь. Увидев знакомую физиономию он легонько улыбнулся. На лице проклюнулись милые ямочки, что раньше очень редко появлялись. Мама как-то говорила, что если у человека появляются ямочки, значит он больше начал улыбаться и радоваться жизни вокруг. Интересно с Чонином так же или это всего лишь миф, придуманный кем-то? Но всё же такой вид парня растоплял сердце Сынмина и превращал в лужу из слащаво-розовой жидкости. Выпив чай, парни сложили спальную одежду для Чонина и Сынмина, зарядку от раскладушки и пасту с щёткой в его костяной рюкзак. Перчатки до сих пор оставались немного влажными, поэтому Ким достал фен из маминой комнаты и они подсушили их, так что они были полностью сухими. Накинув кеды парни тихонько направились в строну лесного домика скрепив руки. Солнце уже потихоньку начало садиться за горизонт. По пути зашли в магазин и накупили всяких снеков и газировки для мальчиков, что ждали их в глубине леса. Зелёные макушки встречали парней уже как родных, белки перепрыгивали с ветки на ветку рядом с ними, как будто сопровождали и были рады их возвращению. Рядом с домиком стоял велосипед Чанбина, а цветы, которые недавно посадили Минхо с Джисоном начали потихоньку распускаться. Определённая последовательность ударов. За дверью послышался шум и спустя пару секунд отворилась дверь. На пороге стоял парень с разными глазами. В отличии от их первой встречи взгляд стал намного добрее и теплее. Он принял его как своего. Никогда и никому не даст в обиду. Будет защищать несмотря ни на что. Тихонько прошёл вглубь, пропуская Чонина и Сынмина внутрь. Парни быстро скинули кеды и уселись на пол рядом с ребятами, которые их ждали. - Удивительно, что вы сегодня позднее всех, - Джисон игриво толкнул в плечо Чонина. - Ну так получилось. Мы под дождём промокли, вот и сушились. - Ага-ага, но вот правда одежды я такой у тебя не помню, - игривая улыбка Джисона прошлась по двоим. - Я ему одолжил, пока его сохнет. - Мммм. - Гулять под дождём наверное весело, да? - вставил слово Феликс. - Да ты просто не представляешь как! - глаза Чонина засияли. - Давайте как-нибудь погуляем под дождём! - светлая макушка прошлась по глазам каждого в домике. - Не боишься промокнуть и заболеть? - пробормотал Чанбин. - Это не важно. Можно же всегда вылечится, да, Чонин? - Да, у меня есть много таблеток от разных болезней. - Погуляем в следующий дождь? - Феликс вцепился в руку Чанбина. - Ладно-ладно. Домик наполнился звонкими голосами мальчиков. Минхо рассказывал Феликсу про какую-то книжку, которая недавно появилась в местной библиотеке. Кажется она была про эльфов или фей. Не помню. Но точно про каких-то волшебных существ из чащи леса, которые напомнили Минхо веснушчатого парня напротив. Так же вечно взяться с какими-то волшебными травами и мистическими штучками. А ещё у них такие блестящие на солнышке крылышки. Кажется если бы Феликс увидел их вживую, то точно потерял дар речи. Его всегда тянуло к земной магии. Знаете, он был тем самым мальчиком, который на прогулке управлял магией леса. Джисон и Чонин сидели, прижав колени к себе, и рылись в коробке с настольными играми, параллельно о чём-то шушукаясь. Их макушки периодически любопытно выглядывали на кого-то, сидящего в домике, а потом обратно прятались и продолжали о чём-то перешёптываться. Интересно о чём таком они разговаривают? Хёнджин рассказывал Чанбину про каких-то необычных рыбок, которых увидел вчера, пока прогуливался в поисках вдохновения. Представьте себе. Перепрыгивал по камешкам. С одного на другой, с одного на другой. Солнышко потихоньку садилось за горизонт. Тишину нарушали лишь тихие волны, что разносил ветер по речке. Завязки панамки разлетались в разные стороны. Хёнджин наконец-то нашёл подходящее место. Уселся на самый большой камень, достал из сумки, которую как-то сплёл Феликс на его день рождение, альбом и акварельные краски. Лёгкие взмахи руки. На щеках руках и локтях была ярко-жёлтая краска. Вдруг снизу кто-то плеснул водой и попал прямо по кончику носа Хёнджина. Удивлённые глазки-бусинки сверкнули на воду. Там резвились маленькие рыбёшки ярко-красного цвета с жёлтым пузом. Обычно тут таких не появлялось. А быть может они приплывали только когда никого вокруг не было? Интересно почему их никто не видел раньше, а может Хвану вовсе померещилось, но он успел сделать набросок карандашом. Совсем скоро он их раскрасит и они поплывут в его альбоме. Чан рассказывал Сынмину откуда появилась та или иная вещь в их лестном убежище. Например ту шишку принёс Хан в прошлом году. Сказал, что она упала на него с неба, а значит это точно судьба. А вон ту книжную полку он построил с покойным дедушкой. Чан особо не читал книжки, но дедушка как будто чувствовал, что скоро в жизни внука появится мальчик, который будет тащить все книги в домик в лесу. А вон ту картину с котом в портовом городке нарисовал Хёнджин, Чанбин даже где-то нашёл рамку чтобы они смогли повесить её. А вон те шторы с бабочками принёс Чонин. Карла с Гвен хотели вбросить, потому что они поизносились, но они слишком нравились Яну. Феликс немного подшил их. Вдохнул вторую жизни. Волшебно не правда ли? Он всегда знал, как оживить всё вокруг кроме самого себя и своего сердца. - Давайте прогуляемся пока совсем не стемнело? - наконец закончив шептаться предложили Джисон и Чонин. - Кто-то сказал вечерняя прогулка? - светла макушка повернулась в сторону парней, сидящих около настольных игр. - Давайте, только я сейчас вам дам всем по кофте, а то по вечерам холодает, - Чан резко соскочил и начал доставать из шкафа лёгкие кофты самых разных цветов. - Можно мне вон этот? - Феликс указал на золотисто-жёлтый с белыми крапинками. - Да никто и не претендовал на него. Хёнджину достался небесно-голубой, точно ясное небо в тёплый день. Джисон схватил тёмно-коричневый, что напоминал начало осени, и протянул Минхо, а себе взял тёмно-зелёный. Чан и Чанбин взяли по чёрному худи с разными рисунками на спине. У Чана млечный путь, у Чанбина чёрная дыра. Чонин уже по привычке взял тот, что подарил Феликс где-то года два назад. Тогда у Яна было паршивое настроение. Весь день ходил хмурый. Веснушчатый парень положил на коленки с маленькой записочкой, внизу которой нарисовал мордочку кота. "Чтобы твоя душа не мёрзла в дни, наполненные грустью". Он был фиолетовый с розовыми бабочками на рукавах. Сынмину же досталась белая с маленькими ушками на капюшоне, точно плюшевая. Раньше в ней ходил Феликс, пока мама Чанбина не подарила ему другую на Новый год. Специально хранили её здесь. Знали, что однажды появиться ещё один мальчик, который станет таким же родным, неотделимым. Тихий хруст веток под ногами. Весёлые возгласы. Спустя какое-то время подростки стояли у спуска к речке и потихоньку по уже отработанной схеме спускались вниз. Как только все оказались внизу, Хван резво побежал схватив Чанбина за руку к месту, где видел необычных рыбок, про которых рассказывал недавно. Вдруг они и сегодня приплыли чтобы показать свои жёлтые пузики. Никого. Глаза помрачнели, а в ногах было кучу песка. Лишь бы их не выловили рыбаки. Пусть они больше не приплывут и это была единственная их встреча, лишь бы были в безопасности. Чанбин слегка улыбнулся и потрепал Хвана по волосам, чтобы тот сильно не грустил. Вдруг они стесняются, а быть может хотели познакомиться только с Хёнджином. Учуяли его волшебство, когда он перескакивал с камушка на камушек. А может хотели, что он их нарисовал в своём альбоме волшебных рисунков, которые оживали по ночам. Из-за плеча Хвана выглянула любопытная светлая макушка, которая еле-еле догнала двоих. Феликс глядел в воду, чтобы узнать что такого они там нашли, но заметив грустную физиономию Хёнджина понял, что не появилось того, что он так хотел показать. Порывшись в карманах шорт, паренёк нашёл какую-то желейную конфетку и положил её в ладошку повесившего нос, а затем поскакал обратно к парням, что потихоньку догоняли троих. Джисон и Чонин уселись вблизи от воды и начали выискивать красивые камешки попутно продолжая разговор, что начали ещё в хижине. Интересно, какие секреты они скрывают. Ладно не моё дело, расскажут если что. Феликс и Чан искали необычные растения, которые можно было бы потом засушить и пополнить их небольшую коллекцию, что пряталась среди страниц одной из книг, которая ютилась на книжной полке. Минхо тихонько стоял позади с Сынмином и молча наблюдали, за всеми вокруг. Закатное солнце освещало всё вокруг золотисто-жёлтым цветом. - Такие любопытные, да? - Минхо слегка поёжился от внезапного ветерка. - И вправду. - Иногда не понимаю, почему они до сих пор со мной общаются. Я же их полная противоположность. Тихий и закрытый, немного угрюмый. - Ты же знаешь их намного дольше чем я и понимаешь, что они ценят тебя за то, какой ты есть. За то что ты есть. - Забавно, ты видимо понабрался этих слов от Чонина, да? Он тако-то сказал, что мы любим людей за то какие они есть сами по себя, за их привычки, взлёты и падения, слова. Иногда нравиться, что они просто находятся рядом. Такие речи наполненные страстью к жизни очень даже в его стиле. Удивительно, что парень с такой тяжёлой болезнью не возненавидел мир вокруг. - Возможно от него. А возможно от каждого из вас понемногу. - Знаешь, ты мне напомнил слова Джисона, которые он сказал мне когда мы первый раз общались через окна. Это было наверное года три назад. А может и больше, уже не помню точно. Да и это не так и важно. Ли Минхо, никогда не меняйся, оставайся самим собой, только может улыбайся почаще. А потом скрылся за створками окон. Представь себе. Я тогда вообще не понял его слов. Что значит не меняйся? Мы же взрослеем и обязательно поменяемся. Наши привычки, взгляды на жизнь - всё смениться. Посмотри даже на наших родителей. Какие они были раньше и что с ними стало сейчас? Но чем больше я с ним общался, тем больше понимал, как он боится изменений, сделать не верный шаг, оступиться. Поэтому он заключил себя в сказочных мирах, что описываются в книжках. Но это всё же лучше, чем уничижение себя ведь так? - в его глазах сверкнул страх, вспомнил что-то из прошлого. Что-то тревожащее сердце и терзающее душу. - Ты же сам знаешь, что ты его спас. Больше всего на свете боится потерять тебя. Думает, что если ты поменяешься, то не захочешь больше с ним общаться. Думаю как-то так. Я не на столько хорошо его знаю как ты, но со стороны могу сказать, что он очень тобой дорожит, ты наверное чуть ли не самый важные человек. Хотя наверное самый и ты прекрасно об этом знаешь. - Но это не так. Я не хочу переставать с ним общаться. Кто ещё будет слушать мои пересказы книг через окна? А кто будет так же вечно появляться из неоткуда и вытаскивать из дома на прогулку? Знаешь, иногда я думаю, что моя мама любит его больше, чем меня. Она постоянно ждёт его в гости, кажется скоро даст ему ключи от дома, - круглые глаза смотрели прямо на Сынмина. - Но он так думает. Поставь себя на его место. Вспомни, что он тебе рассказывал из прошлого. У него были друзья, которые поменялись и ушли от него. Он боится, что это повториться. - Да какие это друзья? Всего лишь кучка идиотов, - насупился и тихонько перевёл взгляд на спину Джисона. - Не мне судить. - Ладно, кажется сегодня я понял его ещё чуточку лучше, спасибо, - на лице появилась небольшая улыбка. Кажется это первый раз, когда Сынмин её видит. Удивительное зрелище. Джисон был прав ему надо почаще улыбаться. - Да не за что, рад, что смог хоть чем-то помочь. Минхо обратно погрузился в свои мысли и тихонько наблюдал за всеми со стороны. Наверное если брать какого-то книжного героя он бы точно был наблюдателем. Редко лезет в чужие дела, больше любит смотреть на то как всё идёт своим чередом. Состоит с ног до головы из спокойствия и нерешимости. Когда-нибудь он сделает шаг, но не сегодня. Однажды он наберётся храбрости. Спустя минут пятнадцать к Минхо с Сынмином вернулись Чан и Феликс. Они поделились своими находками. Одуванчики, ромашки и ещё какая-то непонятная трава, которую Феликс убедил Чана взять с собой, ведь коллекция нуждается в ней. Потом подтянулись Хёнджин с Чанбином, что успели вытряхнуть песок из сандалией Хвана и даже немного успели помочить ноги. Все окликнули Джисона с Чонином. Они улыбаясь во всё лицо притащили кучу камней разных цветов и размеров. Правда среди них попалось маленькое стёклышко, которое могло бы поранить рыбок, что выплывают ближе к берегу. Хорошо, что они его нашли и вбросили пока оно никому не навредило. Чанбин достал из чехла, что носил на шее, свой небольшой полароид, на который они любили делать фотографии. Долго теснились, чтобы все смогли точно попасть в кадр. Щелчок, вспышка. Кто-то опять зажмурился скорчив лицо. Хван Хёнджин и Хан Джисон. Невозможные. Не было ни одного фото где бы эти двое не жмурили лица. Не получалось оставить их открытыми, как бы они не старались не получалось. Но в этот раз всё было особенным. На фотографии появилось новое лицо. Оно улыбалось. Немного смущённо и неловко прикрывая рот ладошкой, но улыбалось. Пока возвращались обратно успело стемнеть. По лесу начали раздаваться звуки, которые обычно не услышишь в дневное время. Они не были пугающими, как писали в детских сказках, скорее наоборот. Похоже светлячки прилетели. Дверь тихонько скрипнув пригласила мальчиков внутрь. Чанбин первым делом достал альбом, который ютился на книжной полке и вложил внутрь полароид. Чан тихонько сложил кофты мальчиков обратно в шкаф, а Феликс разложил цветы и траву внутри книжки где они засушивали растения. Чонин с Сынмином начали доставать снеки которые принесли, а Хёнджин с Минхо настраивали телевизор, пока Хан выбирал самое удобное место на диване. Чан разлил чай по кружкам и с помощью Чанбина раздал всем свою. По телевизору началась заставка какого-то очень старого фильма. Все тихонько уселись на диван. Минхо у подлокотника, Джисон рядом, с другой стороны на подлокотнике сидел Хван, около него Чан и Чанбин, а Феликс как всегда расположился по серединке. На полу прямо как в прошлый раз Сынмин и Чонин. Даже Суни услышав шум телевизора выбежал к мальчикам. Величественно уселся на колени к Минхо. Какая-то комедия. Никто не видел раньше. Джисон смеялся во весь голос так звонко, что хотелось рассмеяться так же громко как он. Иногда шутки были вовсе не смешными, но его смех не давал шанса. Фильм подошёл к концу, как и снеки с чаем. Даже бутылка газировки была опустошена. Настенные часы указывали на час с лишним ночи. Глаза потихоньку слипались. Потихоньку пошли зевки. Решили разложить спальные места. На диване поместились Минхо, Джисон, Феликс и Хёнджин, остальные на полу. Куча цветных покрывал и подушки. Видно, что не первый раз так собирались. Всё продуманно. Минхо достал линзы из глаз и надел очки из-за чего Джисон расплылся в улыбке. Долго его просил показаться в них, а тот всё отнекивался мол не красивый в них и они вообще уродские. Комплекс привитый с детства. Говорили, что похож на зануду из-за этого почти никто не общался. С тех самых времён носит очки только дома, а каждый раз как Джисон просит показаться в них воспринимает как насмешку над ним. Но он и понятия не имел как нравился Джисону таким. Таким простым и домашним. Жаль, что из-за насмешек в прошлом он не может спокойно ходить в очках, ведь они так идут ему, он просто не представляет на сколько в них очарователен. На самом деле он всегда будет самым очаровательным для Джисона несмотря ни на что. Тишина и лёгкий ветерок, что раздавался из открытой форточки. Феликс как будто по щелчку провалился в мир сказочных снов утащив за собой Хёнджина, который последний раз спал чуть больше трёх часов дня два назад, если не больше. Но вот Джисон всё ворочался и не мог заснуть. Что-то мешало. Минхо тихонько начал поглаживать его по голове. Единственный знал его такую особенность. Когда парень мучался от кошмаров мама постоянно сидела у его кровати и гладила по голове наговаривая волшебные слова, которые были их тайной, поэтому каждый раз когда Джисон так ворочался Минхо тихонько поглаживал его по голове, пока тому не станет спокойнее и он не перестанет ворочаться от кошмарных снов. Интересно что же такое ему сниться, что не даёт покоя? Может быть опять какие-то чудища, что поглощают мир? А быть может мир без Минхо, которого он так боится? В любом случае это всего лишь сон и никогда не осуществиться в жизни. Ведь так? Наконец успокоился. Значит он победил свой страх и темнота развеялась. Чанбин спал свернувшись калачиком, а Чан периодически шептал что-то невнятное во сне. Милый. Интересно он знал о своей такой привычке? Сынмину не спалось. Впервые ночевал не дома. Всё так непривычно. Пытался считать овечек, не сработало, представлял разные сюжеты сна, тоже мимо. Уже даже глазами обошёл вс, что есть в комнате всё равно не получалось заснуть. Лёгкий толчок в плечо. Что это значит? Повернулся. Чонин показал на дверь. Тихонько поднялся с места и протянул руку Сынмину. Тот, схватившись, встал и пошёл за Чонином. Прокрались на улицу. Босые. Лёгкий ночной воздух ударил в лицо. Сели на какую-то перегородку перед домиком. - Тоже не спится? - наклонил голову на бок, так чтобы можно было видеть лицо Сынмина в лунном свете. - Да. Ой смотри, звезда падает, - показал куда-то в небо. - Что где? А вижу. Загадывай желание быстрее. Загадал? - Да, а ты успел? - Ага. А что загадал? - Так не честно, если расскажу - не сбудется. - А если сбудется расскажешь. - Обещаю. - Договорились. - О чём сегодня с Минхо разговаривали? - отвёл голову куда-то вверх. - Да так, ни о чём. - О Джисоне да? - Ну можно сказать так да. - Понятно. - А вы с Джисоном о чём? - О тебе. - Обо мне? - вопросительный взгляд. - О тебе, - перевёл взгляд на парня рядом. - Обычно когда о котом-то говорят за спиной, ему об этом не говорят прямо в глаза. - Разве? - Да. - Ну и странные заморочки у людей. - Сказал так, как будто сам не человек. - Ты же сам сказал, что я мальчик-бабочка, так что по сути я только на половину человек. - На этот раз выкрутился так и быть, - перевёл взгляд на звёзды. - Знаешь что общего у тебя и звёзд? - Чего? - Вы прекрасно сияете в ночи. - Что за дешёвые подкаты, - хорошо, что сквозь пелену ночи не было видно порозовевших щёк. Вот всегда он так. Застигал врасплох своими словами. - А я и вправду так думаю, - Чонин взял в руки щёки Сынмина и повернул к себе. Их глаза блестели ещё ярче в свете луны. - Ага. - Как же неловко это всё говорить, но у меня сердце вот-вот разорвётся на маленькие кусочки. Знаешь рядом с тобой всё какое-то другое. Мне постоянно хочется быть рядом. Каждую секунду. Кажется, мне стало намного легче когда я смог это сказать, - тихонько отпустил щёки и заправил за уши выбившиеся пряди. - Давай будем рядом как можно дольше? - Обещаешь? - Обещаю. Сынмин переплёл свои пальцы с пальцами мальчика напротив. Аккуратно положил свою руку на шею Чонина и провёл до уха, тихонько поглаживая большим пальцем щёку. Медленно начал приближаться всё ближе и ближе к лицу мальчика с розовой прядкой. Их носы соприкоснулись. Поднялся лёгкий ветерок, что развевал волосы в разные стороны. Сынмин продолжил приближаться. Их губы соприкоснулись. Теплые и мягкие. Смотрели в глаза. Не закрыли ни на секунду. Никто не хотел отстраняться первым, но всё же немного отстранились оба. Смущённо улыбнулись. На губах остался сладкий вкус газировки и холодок летней ночи. Сынмин провёл по спутанным ветром волосам Чонина, вглядываясь в каждую деталь на лице мальчика-бабочки. Хотелось так пробыть как можно дольше, но ночной холодок, который обдавал по босым ногам так и кричал, что им пора бежать обратно, пока они вовсе не околели, а потом и того хуже не заболели. Болеть летом самое ужасное, что можно себе представить. Лежать дома в невыносимой духоте с температурой. Даже звучит ужасно. Сынмин тихонько слез с перегородки, а потом помог спустится Чонину. Тихонько толкнули дверь внутрь. Слава богу не скрипнула. Тихонько закрыли и улеглись на свои места. Все вокруг давным-давно видели наверное уже десятый сон, а эти двоя кидали влюблённые взгляды. Подложили руки под головы и ещё чуть-чуть о чём-то перешёптывались. Прямо как Чонин с Джисоном около настольных игр. Правда темы были разные, но суть одна и та же. Чонин приблизился и обнял Сынмина за талию тем самым немного притянув к себе поближе, а затем уткнулся носом в его шею. По телу прошлись лёгкие мурашки от тёплого дыхания. Затем Ким почувствовал лёгкий поцелуй из-за чего запылали уши. Знал, что никто не увидит, но всё равно смущался как дурак. Любовь и вправду ослепляет. Ты ничего не видишь, движешься только основываясь на чувствах. Чонин выводил какие-то узоры на спине Сынмина прежде чем заснуть. Кажется это было что-то очень знакомое, но Ким всё не мог понять, что за знаки парень рисует на его спине. Немного щекотно. Странно, он же перестал бояться щекотки ещё в детском саду. Может это другое чувство? Сынмин тихонько поглаживал Чонина по голове. Глаза потихоньку тяжелели и закрывались. На лицах застыли улыбки, а сердца трепетали от чувств. Интересно, что будет дальше? Хотя не важно. Я живу здесь и сейчас, а то что будет дальше - будет дальше. Единственное что я знаю, что я счастлив сейчас и это главное. Наверное впервые за долгое время Чонин смог спокойно поспать не мучаясь от болей. которые приносили ранки на спине. Интересно это потому что Сынмин хорошо обработал их или из-за того, что с ними Чонин чувствовал себя защищённо. Как за каменной стеной. Сынмин тоже впервые за долгое время смог спокойно заснуть без своих звёздочек над головой, что пересчитывал каждый раз как ложился спать. Может быть просто потому что он на столько доверился Чонину, что теперь не представлял жизнь без него. В его объятиях было тепло и хорошо. Прямо как в детстве, когда ты ни о чём не думал. Когда ты просто жил. Просыпался и шёл в садик, где были такие же дети, которых привели мамы или папы. Не знаю к чему это всё приведёт, но сейчас я уверен в одном я так сильно люблю Ян Чонина, что готов кричать об этом на весь мир. Я так сильно люблю Ким Сынмина, что готов кричать об этом на весь мир.