Кофе без сахара

Сергей зевает и медленно встает с кровати. Дверь террасы широко открыта, и он ясно слышит чаек, морские волны и… свой собственный голос? Он привык, что Арсений смотрит их шоу, и знает обычную причину. Арсений часто недоволен собой – как он сыграл, как отреагировал, как ответил. Сергей вздыхает, ждет свой кофе, и быстро надевает свой белый халат, затягивая его. Секунду колеблется насчет сахара, но ухмыляется, решив, что он ему не нужен. Медленно выходит на террасу и вздыхает. Арсений тихо сидит в одной белой майке и трусах, и нервно постукивает своими самыми длинными ногами по соседнему стулу. Он неспокойно поправляет очки на носу и делает то лицо, которое Сергей просто обожает – морщит брови и губы и издает хриплый звук, похожий на раздраженное кошачье мурлыканье. — Не загоняй себя, — Сергей делает глоток. Арсений судорожно вздыхает и решает бросить быстрый взгляд на Сергея. Но он точно не получается быстрым. Его светло-голубые глаза вдруг темнеют, бродя по белому халату Сергея, чуть приоткрытый, чтобы Арсений мог разглядеть ключицы и волосы на груди Сергея. Арсений громко сглатывает и сжимает руки в кулаки так сильно, что костяшки пальцев белеют. Сергей ухмыляется и делает еще один громкий глоток, затем машет чашкой, “Хочешь?“ — Хочу. Блин, хочу, — Арсений очень хочет. Сильно хочет. Просто нужно уточнить, чего или кого он хочет. Он небрежно закрывает ноутбук и медленно встает, делая большой шаг в сторону Сергея. Выхватывает чашку из его рук и делает глоток. Сергей усмехается, ожидая реакции, которая следует почти сразу, “Без сахара?“ — Ну... Ты такой сладкий, зачем мне сахар? — Сергей улыбается хитро, глаза чёртиками смотрят прямо в лицо Арсению. Арсений матерится себе под нос, ставит чашку на стол за своей спиной, не сводя глаз с Сергея. Затем немного наклоняется вперед, кладет обе руки на перила террасы около Сергея и облизывает губы. —Хочу, — его взгляд падает на губы Сергея, а его колено протискивается между ног другого мужчины. Сергей судорожно вздыхает и тянется к очкам Арсения, медленно снимая их. Арсений несколько раз моргает, затем широко открывает глаза и позволяет им пройтись по груди Сергея. Арсений облизывает верхнюю губу. Наклоняется вперед и проводит губами по виску Сергея, спускается к щеке, медленно, дразня. Хотя кто тут дразнит кого? Арсений чувствовал, что едва сдерживается, ему так хочется крепко схватить Сергея, глубоко поцеловать его и утащить обратно в номер, обратно на кровать, только уже не для того, чтобы спать на ней. Но Арсений любил игры. Поэтому продолжал невесомо водить коленом по внутренней стороне бедра Сергея и оставлять едва заметные поцелуи на его лице, ощущать приятную шершавость жесткой черной бороды. Наконец, Арсений остановился и горячо выдохнул в губы Сергея, которые от интимности происходящего тут же распахнулись шире. Сергей не выдержал первым. Свободной рукой он схватил Арсения за щеку и потянул к себе, целуя в губы. Оба мужчины гортанно выдохнули в наслаждении, прижались ближе друг к другу. Арсений вдруг понял, что чувствует на себе лишь одну руку Сергея, в непонимании отстранился и заметил свои очки, которые Сергей продолжал аккуратно держать. Улыбнулся — Серёжа знает, что эти очки одни из любимых, бережёт, это приятно. Казалось, он должен был давно привыкнуть к тому, что Сергей действительно знает его, заботится о нём, думает о нём, но нет, каждый раз такие мелочи заставляли сердце Арсения сжиматься. И вот снова он смутился своих чувств, своему слишком сильному удивлению этому скромному жесту от Сергея. Он взял очки, положил рядом с кружкой кофе. Ему нужен был перерыв "на чувства", так называл это Арсений. Он схватил кружку и с игривой улыбкой повернулся обратно к Сергею. — Хочу кофейный поцелуй! — он отпил напиток первым и передал кружку партнёру. Сергей сделал большой глоток уже подостывшего кофе, не отрывая взгляда от самых прекрасных глаз на свете. Отдал кружку Арсению, успев провести пальцами по его запястью. Поцелуй горько-сладкий. Горький, очевидно, из-за неподслащенного кофе, вкус которого ярко ощущался на чужих губах. Сладкий из-за того, что эти самые губы были такими родными, такими желанными. И сладко было оттого, что твои губы также отчаянно хотели целовать в ответ. Чувствовать на себе этот напор, это желание просто невероятно, это зажигало огонь в сердце ещё сильнее. Сергей оторвался от жадных губ Арсения и ещё раз взглянул ему в глаза. Сейчас они отражали море и были яркими как никогда, пленили Сергея как в первый раз. В этот момент бриз разворошил волосы Арсения, несколько прядей упало на глаза. Оба мужчины заулыбались, а рука Сергея потянулась наверх, чтобы растрепать тёмную копну волос ещё сильнее. Арсений не любил, когда кто-то тянул руки к его волосам, не говоря уже о том, чтобы позволять зарыться в них всей пятернёй, но Сергею было можно всё. Буквально. Он не спрашивал. Он знал, что можно. И что такая милая ласка именно от него будет Арсению приятна. Так и есть — Арсении в наслаждении прикрыл глаза, заулыбался, давая Сергею насладиться лучиками морщин, которые тут же появились у глаз Арсения. — Пойдём в номер? — промурлыкал Арсений прямо в ухо Сергею. От томного шёпота пошли мурашки, Сергей лишь заворожённо кивнул и позволил себя увести с ветренной террасы. Взлохмаченный Арсений уселся на край большой кровати и за кушак халата притянул партнёра ближе к себе. Руки от кушака перешли на лацканы, заставляя Сергея немного нагнуться. Арсений наконец-то смог уткнуться носом в манящие ключицы, на которые он так заглядывался на террасе, вдохнул ставший уже родным запах, и удовлетворённо замычал. Сергей продолжал зарываться в волосы Арсения, гладить его шею, пока тот медленно выцеловывал ключицы и виднеющуюся из-под халата загорелую грудь. Стоять внаклонку было неудобно, так что Сергей нажал на плечи Арсения. Тот понял без слов и сел чуть глубже, позволяя Сергею поставить колени на кровать и едва ли не оседлать Арсения. Тела совсем близко, но тёплый халат мешался. Арсений раздражённо начал распутывать узел на кушаке, желая поскорее снять это белое недоразумение с желанного тела. Вот наконец халат полетел на пол, губы прижались к тёмному соску, ладони принялись выводить круги на спине, потом спустились на поясницу, притягивая Сергея ближе, чувствуя животом его возбуждение. В трусах в ответ на это ощущение тут же заныло. — Давай-ка присядь, Сергуль, — Арсений потянул партнёра вниз, заставляя его усесться ему на колени. Застонав, Арсений опёрся одной рукой на кровать позади себя, а другой продолжал притягивать Сергея за талию к себе. Ещё один горячий поцелуй вперемежку с тихими стонами, потирание пахом о пах. Руки Сергея заползли под майку партнёра, начали гулять там, поминая, оглаживая и сжимая. Ладонь Арсения спустилась с поясницы на ягодицы, недовольно вернулась наверх и подлезла под резинку трусов. Помацав всласть ягодицу, ладонь вернулась на поясницу. Какой же Сергей всё же потрясающий! Арсений никак не мог им насытиться. Он немного отстранился, чтобы сменить опорную руку, освободившейся рукой он тут же начал спускать трусы Сергея — это томление было сладким, но уже стало нестерпимо хотеться разрядки. Сергей поелозил на коленях Арсения, позволяя тому стянуть немного трусы, сам потянулся к нижнему белью Арсения, но замер на полпути, вздрогнув и застонав, почувствовав огромную и сухую ладонь на своём члене. Правда тут же ладонь пропала, чем и воспользовался Сергей, стягивая ниже боксеры партнёра. Одновременно Арсений плюнул на ладонь, а Сергей облизал свою. Оба захихикали такой синхронности мыслей и вернули ладошки друг другу на пах, водя пока медленно и размеренно, наслаждаясь тем, как от прикосновений член партнёра начинал тяжелеть в руке, твердеть ещё сильнее, сочиться смазкой. Оба мужчины прижались лбами, начали стонать всё чаще и громче, водить руками всё быстрее. — Бляяя, — протянул Арсений и убрал руку. Одной опираться было уже сложно, так что он завёл за спину и вторую руку, откинув голову назад. Сергей тут же взял ситуацию в свои руки. Он прижался ближе, обхватил рукой оба их члена и продолжил действо уже самостоятельно. Перед глазами у него маячил подрагивающий от сглатывания слюны кадык Арсения, вздувшаяся вена. Так что Сергей не сдержался и свободной рукой схватился за шею Арсения, сжал совсем легонько. Второй же рукой он продолжал доводить их обоих до грани, до сжимающихся пальцев на ногах, до краснеющих щёк, до гулко ходящего в груди сердца. Ни с кем секс не был настолько ярким, как с Арсением. Да что уж говорить, Сергей никого никогда не любил больше, чем этого восхитительного мужчину. Его мужчину.