Дракон Песка. Хищники Дриомы.

Три года спустя. Дриома. На этот раз я приехал поразвлечься. Очень уж настойчиво зазывал старый бургомистр, слишком сильно расписывал веселье и слишком уж упорно клялся, что никакой работы и никаких неприятных сюрпризов меня не ждет. Только самые приятные, но это когда моя милость приедет, а пока — тайна. Пришлось согласится. И вот мы с Салураном снова тут, на площади, среди домов из ракушечника. Судя по толпе и шуму, угодили на мы тот самый праздник, куда нас и звали. Народ сновал, оживленно шептался. Ходили молодые парни с чашками, собирая звонкую монету «на освящение с опьянением от чистого сердца и с поклонами». Мне это ничего не говорило, и пришлось идти за объяснением к первоисточнику. То есть, к пригласившему меня бургомистру. Старый хитрец почти не изменился, разве что пузо стало больше да седины прибавилось. Обрадовался он мне, как родному.  — Как ты вовремя, Дракон Песка! Мы как раз новый храм Покровителя открываем, и первой парой будем с Тасей, как раз и освятим! Примета такая — когда брак в новом храме заключаешь, то как бы наполняешь его светом. Ну и свою жизнь тоже — соответственно.  — Поздравляю. Значит, нас звали на свадьбу?  — Нас? Не избавился еще? — хмыкнул бургомистр. — Ну, значит вас обоих.  — И не избавится, пока я не захочу! — Салуран появился пред очи бургомистра и уточнил: — Что-то мне подозрительным кажется это приглашение! Что за сюрприз ждет нас?  — Вот сейчас переоденусь, и увидите! Со мной поедете, в карете! Бургомистр вышел, а мы с Салураном остались его ждать. Я за столом, а он — на столе, скрестив ноги и активно болтая.  — Не нравится мне это все! Темнит старик.  — Расслабься, ты сильнейший из магов ферганата, я тоже не просто так меч к поясу привязал. Ничего нам не грозит!  — Я просто не люблю сюрпризы! Последний обернулся для меня смертью… временной, и попаданием в рабство. Да, могло быть хуже, знаю! Можешь не спорить. Но все-таки! Я не спорил, привычно пропуская ворчание мага мимо ушей. Бургомистр вернулся в парадном строгом мундире, темно-синем, отороченным золотым галуном, с белой крахмальной манишкой на груди. Охрана с необычайно довольным, я бы даже сказал, предвкушающим видом, препроводила нас до кареты. Настоящей, позолоченной, запряженной четверкой гнедых лошадей.  — У невесты — белые и карета и лошади! — гордо сообщил бургомистр. — Почтенные жители острова должны видеть, что сегодня величайший праздник в истории нашего города. Садитесь, майрэ! Карета мерно покачивалась, я делал вид, что слушаю рассуждения бургомистра о величии города и счастливом случае, приведшем меня на остров.  — Кстати, о случае! — разом проснулся я. — Как там лейтенант Амус поживает? Не сожрала его гончая?  — Женил я его. Невесте лично приданное собрал, его повысил, отсыпал денег. А собака его погибла.  — Она не собака.  — Да что бы ни было, герои они. Ей на площади памятник велел поставить. У нас тут два года назад корабль с мертвецами объявился, а все знают, это к мору или к голоду. Так лейтенант со своей зверюгой переплыл к ним и ее поднял на борт. — Бургомистр развел руками: — Уж не знаю, что там было, но мы ее потом отмывали за казенный счет. Вся в какой-то слизи, бедолага, лечили магами, потому что оружие у них тоже проклятое! А все равно сгинула через некоторое время. Ушла и не вернулась. И корабль сгинул! Сперва плыл, а потом истаял, проклятый! Амус с женой так Морду искали, звали по ночам! Эх… Мы с Салураном переглянулись. «Ушла и не вернулась» означало только одно — гончая больше не нуждалась в человеке и пошла осваивать территорию. В принципе ничего страшного, если она не начнет охотиться на людей. Надо будет узнать, не причалил ли куда-то корабль с мертвой, загрызенной зверем командой. Этот хищник не приручается… Наконец-то карета докатилась до порта, миновала его и проследовала дальше. Хотя вроде бы тут должно быть море…  — Ради хранителя создали! — похвастался бургомистр. — Ему пещеры нужны с течениями, вот мы и скинулись всей Дриомой. Сам Ллас-а-Тарна по старой дружбе с господином Луном расстарался — скалу пригнал. Там одних пещер аж пять штук под водой! Да не суйтесь на улицу, майрэ, дайте вас удивить-то! Ему это удалось! Когда карета остановилась и мы выпрыгнули, то слов у меня не осталось. Скалу не просто пригнали. Ее еще и украсили! Новый мыс имел собственную пристань, от которой шла широкая дорога к основному храму. Комплекс состоял из семи основных зданий, исполненных в виде кораблей. Скульпторы точно воспроизвели суда — от просмоленных досок и заклепок, до мельчайших деталей оснастки. Но все это чудо меркло по сравнению с центральной фигурой — статуей коня. Не знаю, во что обошлось острову это творение, и боюсь даже представить. Творец сделал невероятное: каждая мышца, каждая волосинка коня дышала жизнью, словно он был воссоздан не из камня, а из настоящей плоти. Конь шел, наклонив голову, преодолевая сопротивление ветра — об этом говорили его развевающиеся грива и хвост. Ноги скакуна утопали в волнах, взбесившихся поодаль и укрощенных там, где их попирали копыта.  — Что это? — еле выдохнул я, сраженный зрелищем.  — Хранитель наш, — голос бургомистра дрогнул: — Семь кораблей из бурь вывел. Тогда семь. Теперь уже больше, там мы еще сад разбиваем внутри, со скамейками и фонтанами. Мы, как «Легенда» не пришла вовремя, поняли, что все. Не придет. Он указал на самое первое здание — огромный корабль со множеством парусов.  — Сам знаешь, жены ждут, дети… И тут смотрим, идет! В борту пробоина, вода хлещет, от мачт обломки! А впереди конь водяной, и корабль за ним, как на привязи! Так и привез. Ну, тут мы и поняли — у нас божество появилось. Пока звали жрецов, пока они разговаривали, как его чествовать и чем — он еще корабль притащил. Арийский. Капитан сундук золота отмерил на храм! Купцы в Арии богатые — оттуда скульпторы приехали, Ллас-а-Тарна прибыл. Со скалой помог, наши бы ее не уперли. Вот такой вот у нас теперь храм и такой покровитель Дриомы. Не зря я звал тебя, а, Дракон Песка?  — Не зря! Это лучший праздник в моей жизни! — я не кривил душой. Кто бы мог подумать, что, отпустив старую лошадь на волю, я спасу столько жизней? Салуран ругнулся над ухом, помянув мое непонимание сути черных магов. Но было видно, что он и впечатлен и польщен, как творец, чье создание отделилось, ожило, стало большим, чем задумано. Белая карета подкатила и бургомистр поспешил к ней — помочь выйти невесте. Я занял место в толпе, выстроившейся с двух сторон на ведущей в храм дороге. По этому живому коридору жених с невестой пойдут внутрь, получать благословение богов… На улицу уже выносили столы, расставляли блюда и кубки — гуляние обещало быть всенародным… Ночью, оставив шумную свадьбу, я спустился к воде. Тихо шелестели волны и в их бормотании мне чудился отдаленный топот копыт и негромкое ржание…