Триггеры

В целом, против Брока Баки ничего не имел. Он вообще не имел ничего ни против, ни за в любом вопросе. Ему было все равно. После выхода из состояния Солдата и спасения из ГИДРЫ все чувства будто атрофировались, оставшись за стенами секретного бункера. Стив сошёлся с Броком намного раньше, чем Баки вообще узнал, кто такой Брок, и вспомнил, кто такой Стив. Его никак не трогало, что они жили в одной квартире, ели одну еду и обнимались по утрам. Ничего не ёкнуло даже тогда, когда Стив, краснея и бледнея, сказал ему, что любит Брока. Баки был привязан к Стиву на подсознательном, инстинктивном уровне, неосознанном, а потому никак не классифицировал свои к нему чувства. Он их не помнил. Он не мог ревновать или радоваться за друга. Он вообще ничего не мог, эмоциональный калека. Впрочем, можно было сказать, что Баки скорее рад, чем нет, что именно Брок стал избранником Стива. Потому что к Броку Баки тоже был привязан и тоже бессознательно. Десятилетиями вбитые рефлексы воспитали в нём определенное отношение к хэндлеру, и пусть даже мозгами он осознавал, что не обязан подчиняться, вытащить эту занозу из себя он не мог. Единственный раз, когда Брок всколыхнул в нём что-то чувственное, случился буквально на следующий день, как Баки переехал к ним жить. За завтраком, при Стиве, от простого слова. – Джеймс, передай мне сахар, пожалуйста. Баки внутренне дернулся, как будто Брок ударил его шокером, но внешне наоборот застыл, как статуя. – Не зови меня так. На него обрушилась сотня воспоминаний – "Джеймс" разными интонациями, тихими, властными, мягкими, нежными, злыми, строгими, горькими... Всё одним тембром, но так многогранно. Так искренне его по имени не звал никто. Он любил тот голос, обволакивающий, со странным акцентом. На его дне не было страха, как в других голосах. Перед глазами мутным образом встал человек, ниже ростом и более хрупкий, такого металлическая рука переломила бы с лёгкостью... Но от одной мысли об этом Баки становилось плохо. – А как мне тебя называть? Не Баки же. – Брок звучал немного зло, и Стив вмешался, чтобы сгладить углы. – Джеймсом назваться Баки никогда не любил, даже в детстве. – Не Джеймс, не Солдат, не Баки... А что плохого в "Джеймсе"? Если они ещё хоть раз назовут это имя, он не удержит себя в руках и сломает что-нибудь. Это в лучшем случае. Он позволял так называть себя только Ему, тому человеку. Только он мог вытащить его из боевого амока или приструнить разошедшуюся истерику. Только он мог воодушевить и поощрить одним простым словом... Другим нельзя было позволять иметь над собой такую власть. Они её попросту не удержали бы. – Что на счёт фамилии? А, Бак? – Стив внимательно вглядывался в его лицо, обрывая Брока на полуслове. Стив знал его, как облупленного. Он точно что-то заподозрил. Что такого, это же просто имя. Нужно было согласится. – Да, фамилия подойдёт. – Отлично, в таком случае, Барнс, передай мне сахар. Пожалуйста, – добавил Брок под укоризненным взглядом Стива. И Баки передал ему сахар, снова погружаясь в блаженное бесчувствие.