Волколак и Красная Шапочка

Третий раз случился в ветренную и дождливую погоду, когда крупные капли с деревьев метят прямиком за шиворот, а под ногами месилась грязь. Ни о каком перепихе на свежем воздухе не могло быть и речи. КШ надеялся, что волколак не совсем уж идиот и не станет трахать его в луже. КШ уже дошел до калитки бабушкиного дома, а волколак так и не появился. Испугался дождя? Вот и славно. Юноша вздохнул свободнее и вошел в дом. На столе стоял самовар, вокруг теснились тарелки с пирожками и самой разнообразной едой. Бабушка наливала себе чай, стоя к КШ спиной, а когда отодвинулась, юноша сразу увидел ненавистную зубастую морду. — А вот и внучек пожаловал! — проворковала бабушка. — Садись, попей чаю, только вскипел. Я пирожков напекла. Вам домой тоже передам. — Сперва плата, — напомнил волколак. — Точно. Что это я, старая, совсем порядки перепутала. Сперва плата, потом пирожки, все верно. В баньку пойдете? Там тепло, я утром подтапливала, стиралась. — Можно и в баньку, — согласился волколак, схватил за плечо опешевшего от происходящего КШ и потащил за собой. — Вы знакомы? — отмер КШ, когда волколак уже стащил с него рубаху и принялся вылизывать шершавым языком соски. — Она еще батюшке моему хуй сосала, — подтвердил волколак. Меня помогала растить. — Вот это поворот, — присвистнул КШ и ойкнул от неожиданности, когда его посадили голой задницей на верхний полок. Стянув с парня сапоги и штаны, волколак брезгливо отшвырнул их подальше, помыл руки в тазике и раздвинул КШ колени с таким предвкушением на морде, что того аж передернуло. — Ты мне это, не откуси чего, — краснея, пробормотал КШ и откинулся спиной на стену. — Не учи ученого, — отмахнулся волколак и всосал вялый человеческий член. Насосавшись вдоволь и почти доведя КШ до оргазма, волколак снял его вниз, поставил к себе спиной, заставил закинуть одну ногу на скамейку, достал с верхней полочки какой-то горшочек и щедро смазал КШ и свой член. — Ой, что это? — дернулся КШ. — Особый состав, с мятой. Не нравится? — Холодит. — Сейчас согреем, — заверил волколак. — Кто у нас такой хорошенький, кто такой узенький? — заворковал он, толчками пропихивая член. — Кого мы сейчас раздолбим по самое горло? — хихикнул, заходя на всю длину. КШ скривился и показал ему язык, изображая отвращение. — Прекрати сюсюкать, сейчас все слипнется, — проворчал парень и уперся в скамейку сильнее. Сегодня волколак его не жалел и вбивался со всей дури, будто и правда решил пробить насквозь. Через некоторое время, немного притомившись, волколак перевесил поближе керосиновую лампу и принялся играть, вынимая хуй и заглядывая в незакрывшееся отверстие. КШ старался вернуть растянутые мышцы в первоначальный вид, и скоро ему это удалось. Едва член выходил, зад закрывался. Тогда волколак стал ловить дырку пальцами и тянуть в разные стороны, не давая закрыться. — Порвешь, придурок! — шипел КШ. — Еби быстрее, да пошли. Я жрать хочу. — Растущий организм, понимаю, — согласился волколак и засадил елдак, одновременно притягивая КШ к себе за бедра. — Блядь! Урод! Достал так делать! — задергался КШ, но тут член нашел правильный угол и юноша заткнулся, уже самостоятельно подаваясь назад, чтобы стало еще приятнее. И когда до пика оставалось всего ничего, волколак спустил в него и тут же вышел, оставляя неудовлетворенным. — А как же я, придурок? — Ручками, ручками, — довольный, уселся рядом волколак, расслабленно откидываясь на стену. — Это тебе за «урода» и прочие ругательства. — Ах ты собака лохматая, — рассердился КШ, схватил волколака за неопавший еще хуй и сел на него, внезапно принимая вместе с узлом. — Твою мать. — И правда, дурачок ты, КШ. Это же узел. Он час может опадать. Или два, — подвигал бедрами волколак, заставляя КШ шипеть сквозь зубы. — Вынь его из меня, — просипел юноша, от страха теряя эрекцию. — Не получится. Сиди, получай удовольствие, — хихикнул волколак и толкнулся еще раз, вызывая новый поток ругательств. Посидев немного в неудобной позе, КШ все же попросил прощения, и волколак устроился на скамейке, растянувшись во весь рост, помог КШ перевернуться к себе лицом, не снимаясь с хуя, и лечь себе на грудь. Теперь он мог двигаться крохотными толчками, но КШ хватило и этого. Скоро он вновь возбудился, а потом и кончил, опять измазав им животы. К этому времени узел опал и благополучно вышел без травм и повреждений. Остаток дня они провели втроем, обмениваясь новостями, а на обратной дороге волколак даже помог донести мешок с травами для продажи. — Спасибо, лохматый, встретимся еще, — неловко попрощался с волколаком КШ у самой кромки леса. — Я буду ждать, — оскалился волколак в улыбке, махнул хвостом и скрылся в густом подлеске, будто его и не было.