Glowing gold

Чимин ахнул, прикрыв рот руками. — Блять, Юнги...Как ты? — Все в порядке, — заверил его Юнги, потирая щеку. Мин решил вмешаться, чтобы младший не пострадал, в результате чего на его щеке появилась ярко-красная отметина. — Я был тем, кто решил вмешаться. Это не твоя вина. — Давай, пошли, — сказал Чимин, хватая Юнги за рукав рубашки. — Да, все правильно! Тебе лучше бежать! — закричал их недавний противник, на что Чимин быстро отмахнулся от него и показал язык. Его лицо снова покраснело, но прежде чем он смог нанести ущерб кому-либо, появилась охрана и вывела его из помещения. Чимин торжествующе улыбнулся, прежде чем потащить Юнги за льдом. Парень поморщился, когда Чимин прижал к его щеке красную сольную чашку, полную льда. — Что ж, я надеюсь, что другие хорошо проводят время. — Извини, это должно было случиться. Я имею в виду, тебе не нужно было вмешиваться, это могла быть моя вторая половинка. — пошутил Чимин. — Подожди, Чим… — Я шучу. У него не было отметины на руке, — Чимин грустно улыбнулся, затем стряхнул чашку и протянул ее Юнги. — Вот, подержи его пока, моя рука устала. Юнги усмехнулся, забирая чашку у Чимина и прижимая ее к своей щеке. — Слушай, где вообще остальные? — Чимин пожал плечами. — Нам просто нужно найти Джина, потому что у него есть ключи от машины. Хотя сомневаюсь, что он захочет вернуться домой так рано. — Чимин вздохнул, скрестив руки на груди, и посмотрел на Юнги, поднося чашку к его лицу. — Извини, это вроде как портит весь вечер, не так ли? — Нет, тебя не ударили, так что, я думаю, это того стоило, — Юнги одарил Чимина липкой улыбкой. — Но в конце концов это я должен получить пощечину, — возразил Чимин, все еще расстроенный тем, что старшему пришлось пострадать. Юнги прикусил щеку. — Что ж, будем надеяться, что это будет только один раз и больше этого не повториться. Хотя, это произойдет, в конце концов, это произойдет. Чимин вздохнул. Разговор был закончен, но Чимин хотел продолжать говорить, ему нужно было придумать, как начать с чего начать. — Эм... Итак, ты играешь на пианино. Как долго? — блондин выглядел почти шокированным тем, что Чимин все еще был с ним и не взял больше выпивки. — Эм, с тех пор, как я был ребенком, моя мама любила играть, поэтому она научила меня. Я хочу сочинять больше музыки, даже если это не для карьеры, а просто для удовольствия. — Ах, тогда есть я со своей славной специальностью, — сказал Чимин, положив руку на грудь, чтобы подчеркнуть свою драматическую вспышку. — Какой именно? — спросил Юнги. — Танцы. — Это неплохо. — Да, хотя я не знаю, что делать после окончания школы. — Чимин пожал плечами, вытягивая руки за спиной. Юнги на мгновение задумался. — Ты можешь ставить хореографию или быть бэк-танцором. — Думаю, я мог бы выступить. Мне нравится выступать. Хотя Хосок хочет заниматься хореографией. — Это не значит, что ты не можешь тоже. — Верно. Но я бы чувствовал себя плохо, если бы украл у него такую возможность. Но я хочу снова заняться балетом. — О, балет? Я не уверен, представлял ли я, что ты когда-нибудь занимался балетом, но теперь, когда ты упомянул об этом, я с точностью могу это представить. — Юнги улыбнулся. Чимин повторил его действие. — Я бы похвастался тем, какой я гибкий, но я боюсь, что порву эти штаны, делая шпагат. Юнги усмехнулся, убирая чашку от лица. — Это было бы довольно забавно. — О, да? — незамысловато спросил Чимин, пытаясь потянуться, чтобы сделать средний шпагат. — Нет, я не смогу этого сделать. Юнги снова усмехнулся. — Может быть, позже? — Да! Да, позже я обязательно покажу тебе свою потрясающую гибкость. —сказал Чимин, все еще немного потягиваясь. — М. — Если ты продолжишь так злорадствовать, я подумаю, что ты блефуешь, — сказал Юнги, когда они встретились взглядами и улыбнулись друг другу. — Что ж, продолжай. Повеселись, — Чимин улыбнулся и пошел за еще одним напитком. С этого момента ночь стала немного расплывчатой. Он помнил только вспышки света и пьяные танцы. Когда Чимин проснулся на следующее утро, его голова раскалывалась по двум разным причинам. Во-первых, у него было сильное похмелье. Во-вторых, он ударился головой о кофейный столик. Потому что, когда он проснулся, он был под ним. В голове у него звенело, когда он выбирался из-под стола. Как он вообще туда попал? Это была его квартира, верно? Хосок спал на диване, свесив одну ногу с дивана, руки болтались повсюду. — Хосок, — Чимин встряхнул его обмякшую фигуру. — Хосок! Хоби-хен, проснись! Хосок застонал и перевернулся. — Хочу еще поспать! — Итак, вы, ребята, наконец-то проснулись! — прокомментировал Юнги, входя в гостиную. — Ты же знаешь, что сейчас около двух часов дня, верно? — Что? — Хосок сел, глядя на Юнги. — Не так громко! — Чимин поморщился, закрывая уши. — Так кто-нибудь помнит, что произошло прошлой ночью? — С какого момента? — спросил Юнги, садясь на пол. — Э-э, после того, как ты получил пощечину, — сказал Чимин, вытирая корку с глаз. — Подожди! Юнги получил пощечину!? — очень громко спросил Хосок. — Тсс! — зашипел на него младший, снова закрывая уши. — Чимин, ты... — начал спрашивать Хосок, но остановился, когда повернулся и увидел отметину на лице Пака. Чимин покачал головой. — Нет. Хотя я действительно ввязался в драку. Юнги вмешался и получил пощечину. В любом случае, Юнги, продолжай. — Я поехал домой, потому что все остальные были слишком пьяны. Поездка на машине домой была хаотичной, — Юнги застонал, вспоминая это. Ни у кого не было пристегнутого ремня безопасности. Чимин сидел на переднем сиденье, и все, что он делал, это все время смеялся. Все остальные ползали сзади, катались по полу, били друг друга. К счастью, никто не перелетел через машину, но Хосок был довольно близок к тому, чтобы его швырнуло на переднее сиденье. — Затем, когда вы двое вернулись домой, Хосок мгновенно потерял сознание, а ты! — сказал Юнги, поворачиваясь к Чимину. — Спрятался под кофейным столиком и притворился черепахой. Время от времени высовывал свои конечности, как бы "вылезая из своей скорлупы". И я пошел спать. — Вау. — Хосок потер лицо. Чимин ахнул. — О боже… — Почему вы замолчали? — спросил Хосок. — Твоя рука! Твоя метка исчезла! — О БОЖЕ… — Твою мать, — закричал Хосок во всю глотку, уставившись на свою руку, перевернув ее несколько раз. Юнги быстро метнул взгляд на свою отметину, чтобы убедиться в ее наличии, даже если Чимин разговаривал с Хосоком, она все еще была там. — Что случилось!? Какого хрена!? Кто? Что? КОГДА? — Прошлой ночью на рейве! — напомнил Чимин. — О боже мой... О боже мой... Я больше никогда не буду пить. Прошлой ночью я встретил свою вторую половинку и даже не могу вспомнить, кто она! — Хосок вздохнул, растянувшись на полу. — У меня нет ничего, никакой информации. — Я уверен, что ты можешь вернуться на рейв и найти ее, — заверил Чимин. — Она заметит, что ее метка исчезла, и вернется, верно? — Я надеюсь на это... — Хосок вздохнул. — Хорошо, я выхожу! — Вот так сразу? — спросил Юнги, глядя на грязные сальные волосы Хосока и мятую одежду. — Да! Если я буду тратить время на то, чтобы привести себя в порядок, она может исчезнуть к тому времени, как я доберусь! — Чон схватил ключи от машины и выскочил за дверь. Чимин и Юнги с минуту смотрели на дверь, как будто Хосок мог вернуться в ближайшее время. Старший оглянулся на Чимина. — Ну, ему это смогло сойти с рук, но тебе - нет. Иди прими душ. — безоговорочно сказал Юнги, указывая на ванную. — Блин… — застонал младший. — Дай мне поспать еще несколько часов. — попросил он, плюхаясь на теперь уже пустой диван. — Нет! Вперед! Давай же! — Юнги ткнул Чимина ногой. — Иди прими душ. Ты весь грязный со вчерашнего вечера. — Но.. — Чимин. — Извини. Я пойду. — он встал и поплелся в душ. Чимин схватил простую белую футболку и пару рваных джинсов, параллельно с этим настраивая воду. Сняв с себя одежду, он шагнул в душ, позволяя горячей воде стекать по спине. Намылив руки своим душистым шампунем, он осторожно втер его в кожу головы. Чимин смотрел, как мыло стекает по его телу в канализацию. Пока он натирал кожу средством для мытья тела, Чимину пришла в голову глупая идея. Он быстро закончил принимать душ и накинул одежду, из-за ткань прилипла к его мокрому телу. Чимин выбежал на кухню, где Юнги стоял с куском хлеба во рту, как горячий герой аниме. — ААА! — закричал парень, встряхивая своими мокрыми волосами, с которых капала вода, как собака. Юнги отшатнулся, вздрагивая от брызнувшей на него воды, в то время как Чимин только провел руками по волосам, размахивая руками в попытке намочить старшего еще больше. — Чимин! — Мин фыркнул. — Для чего это было? — Просто потому. — Чимин невинно улыбнулся, напоминая в этот момент провинившегося ребенка. — Теперь мой хлеб весь мокрый и сырой, фу. — Юнги обреченно вздохнул, откладывая еду на тарелку. — Ты знаешь, что твоя футболка в основном ничего не скрывает прямо сейчас, верно? — спросил Юнги, оглядывая его с ног до головы. — Ой, — Чимин пожал плечами и подошел, чтобы сесть на диван. Юнги заскулил. — Стоять! Ты намочишь диван! Чимин остановился. — И что? — Ну, я иногда сплю на этом диване, знаешь ли, и я не хочу, чтобы он был мокрым! — продолжал спорить Юнги, подходя к младшему, который уже успел сесть на предмет обожания своего хена. — Ой, — снова произнес Чимин, прежде чем перекатиться по дивану, оставляя на нем мокрые пятна. — Чимин! — рявкнул Юнги. — Стоп! — выдохнул блондин, когда младший лег на живот, выглядя вполне довольным собой. Мин поднял бровь. Он... Испытывает меня? — Ай, — Чимин оглянулся на старшего с потрясенным выражением лица. — Ты только что... меня ударил? По моей заднице? — Может быть, я это и сделал... Может быть, я и не знал. Может быть, ты просто замочил диван, а может, и нет. И на тебе были джинсы, это не значит, что я шлепнул тебя по голой коже. — сказал Юнги, сбрасывая ноги Чимина с дивана, чтобы он мог сесть. Чимин потер ушибленное место в попытке облегчить боль. — Эх... Вероятно, это была бы единственная пощечина по моей голой коже, которую я бы принял... Ну, знаешь, кроме этой. — сказал он, указывая на свою метку. — Значит, тебе нравится, когда тебя шлепают по заднице? — Нет! — Чимин сделал паузу. — Ну, может быть. Кроме того, подожди, может ли это быть что-то вроде метки души на твоей заднице или что-то в этом роде? — Возможно. — Что, если бы у тебя было что-то вроде отметины на члене... — Чимин! — прошипел Юнги. — Ты все еще пьян со вчерашнего вечера? — Возможно. — он пожал плечами, Юнги просто усмехнулся, и прежде чем он смог ответить, Хосок ворвался обратно в квартиру. — Агх, я больше никогда не буду пить! — Что случилось, Хоби-хен? — спросил Чимин. — Ну... оказывается, такая ситуация довольно распространена. Так что там была целая толпа людей. — Хосок застонал. — Некоторые были с предыдущих вечеров, так что я, наконец, нашел свою группу примерно из ста человек, нескольких человек узнали. И несколько парных, потому что у них были очевидные совпадающие метки. Теперь я в групповом чате примерно с ДВАДЦАТЬЮ ЛЮДЬМИ. — Хосок вздохнул и плюхнулся на пол. — Ну... один из этих людей, вероятно, твоя родственная душа. — подбодрил Чимин. — Да, но сколько времени пройдет, прежде чем мы это выясним? А что, если бы она не появилась сегодня! — Хоуп снова застонал, катаясь взад и вперед, барахтаясь в своем отчаянии. — Теперь ты просто говоришь, как я, — пробормотал Чимин. — Ну, по крайней мере, попытайся поговорить с ними. — Я так и сделаю... Я просто хотел бы вспомнить тот волшебный момент, когда я встретил свою вторую половинку... — он испустил еще один вздох и, наконец, поплелся принимать душ. — Бедный, — пробормотал Чимин, и Юнги кивнул в знак согласия. — Мы должны попытаться помочь ему! — Как? — спросил Юнги. Чимин пожал плечами. — Эм, я не знаю, я надеялся, что ты подумаешь об этом. — Я думаю, лучшее, что мы можем сделать, это надеяться, что Хосок найдет свою вторую половинку самостоятельно. В конце концов, это его родственная душа. — Юнги указал на это. — Да, но мне жаль, что он так близок со своей второй половинкой, но даже не знает, кто это. Это, должно быть, пытка. — Чимин вздохнул, глядя на дверь в хосоковскую спальню. — Какая часть будет пыткой? — Быть так близко к ним и не знать об этом. Представь, что ты так близок со своей парой, а она все еще находятся вне досягаемости, так близок, но вы еще не вместе. — пояснил Пак, оглядываясь на хена. Юнги встретился взглядом с Чимином. — Да, должно быть, действительно отстойно.