Сонная бесконечность.

- Куда? – парень, всё ещё удивлённо, стоял напротив мужчин, наблюдая за разувающемся информатиком. - Я никуда, - произнёс Сергей, - и Дима тоже. - А мы идём, - Арсений потрусил руками в подгоняющем жесте, - телефон не бери. Входная дверь закрылась с другой стороны. Дима шокированным взглядом смотрел в след выбегающему другу, облокачиваясь о стену прихожей. - А куда они? – наконец, решил узнать Позов. - Гулять, - Сергей поставил свой рюкзак на пол и подошёл ближе, - ты обещал довериться, - мужчина положил руки на плечи парню, наклоняя голову и заглядывая в глаза напротив. - Помню, - Дима улыбнулся, пряча взгляд в смущении от такого близкого контакта, - идёмте чай пить. Мужчины сидели на кухне, попивая тот самый малиновый чай. Дождь всё не прекращался, а обстановка была очень приятная. - Вот, - протянул ученик, - и он тогда догадался, я думал – убьёт! – сильно жестикулируя, вызывая у мужчины сильный смех, - И до сих пор же ничего не рассказал. Но я всё равно всё знаю. Мне Арс в тот вечер писал почти каждые минут тридцать. Ну я же должен был знать все подробности вечернего похода в кино! - Арсений Сергеевич, - обратился Антон, попивая молочный коктейль из трубочки, - а что вы постоянно там пишете? Историк и ученик, после просмотра фильма, зашли в кафе перекусить. В торговом центре уже было пусто, но единственная рабочая забегаловка согласилась принять последних посетителей. - Нет, - учитель отложил свой смартфон подальше экраном вверх, - уже ничего, - он улыбнулся и подмигнул мальчишке. - Прикинь! Чуть не спалил, - Позов выдохнул, облокачиваясь спиной назад, - я в шоке, как Арс смог это утаить от Шаста, он всегда был очень проницательным. - Мне Попов тоже писал в тот вечер всё, - информатик заливался смехом, - это ему нужно было двум людям всё объяснять! За такими разговорами прошло добрых полтора часа. Дождь уже стих, только изредка постукивая по стеклу. За окном давно светила луна, пытаясь показать путь всем спешащим, а звёзды складывались в причудливые рисунки. В коридоре стукнула дверь, а это значит, что два влюблённых путешественника пришли домой и их пора согревать другим, но уже тайно, влюблённым.

***

Сегодня всё слишком бесило Шастуна. Будильник рано зазвонил, чайник громко закипел, машина быстро проехала, Дима шумно дышал, кот мимо пробежал, охранник хропел, дети быстро бегали, а Ира… Ира просто существовала. Девушка сидела на подоконнике и листала какую-то книгу, всеми силами показывая, что не видит наблюдающую за ней Окси и Асю. Моисеева эти два дня прокручивала у себя в голове те строки из личного дневника, но никому о них не говорила, только наблюдала за отношением Сурковой к Ире. В итоге пришла к выводу, что чувства взаимны. Все эти взгляды, попытки поговорить, помощь во всём, до чего может прикоснуться Окс, не давали Асе покоя. Ася – девушка. Это всё объясняет. Любая девушка имеет способность замечать каждую мелочь, а когда это касается влюблённости – тем более. Вот и сейчас она видела взволнованную Суркову, которая уже минут пять не решалась подойти к Ире. - Я не дура, - Моисеева толкнула подругу в плечо, обращая на себя внимание, - и она не дура, и ты не дура, - Суркова непонимающе, или ей так хотелось показать, смотрела на одноклассницу, - чем дольше ты будешь тут стоять – тем больше ты будешь сомневаться, - она легонько шлёпнула Окси по пятой точке, - иди, Ромео. Девушка уже не скрывала своё волнение, но, тяжело выдохнув, направилась в сторону Кузнецовы. К Асе подошли Дима и Антон, с интересом смотря в след Сурковой. - Молчите, - только хотел Шастун открыть рот, как Моисеева прервала, - просто молчите. Антон видел, как Окси подошла к Ире, бурно уговаривая её, кажется, остаться и не избегать разговора. Кузнецова присела обратно и отложила книгу в сторону, опуская голову. - Между ними что-то происходит, - вдруг заговорила Ася, врываясь в мысли Антона. Тот кивнул и облокотился о стену сзади, - и не только между ними, - девушка посмотрела в сторону стоящих учителей, среди которых находились историк и информатик. Моисеева хотела что-то добавить, но вдруг замолчала, снова поворачивая голову на двух девушек. Окси неуверенно шагнула к Ире, что-то говоря, на что та подняла на неё взгляд. Взгляд полный боли, слёз и…любви. Она вмиг спрыгнула с подоконника и прильнула к девушке, обвивая её шею двумя руками. Окси пошатнулась, ловя в свои объятия Кузнецову, и прижала к себе как можно крепче. Антону даже показалось, что та её задушит, но улыбка появилась на лице троих сама собой. - Вот так бывает, - Ася поджала губы, но глазами показывала всю свою радость за лучшую подругу, - да, парни? - Да, - ответил Позов, глупо улыбаясь, и перевёл взгляд на информатика, что вёл историка, обнимая за плечо. Дима только хотел повернуться к Антону, как тот подхватил его под руку и полетел к своим учителям. Шастун не знал что происходит между другом и Сергеем Борисовичем. Ну, точнее, знал, и очень даже понимал. И был очень рад за него. Но, знаете, ещё два месяца назад он и подумать не мог, что он и его друг окажутся бисексуалами. Не геями, ибо тогда явления в лице Иры и Кати объяснить было бы невозможно. Да и Ира оказалась би, что тоже довольно сильно шокировало парня. Но сейчас каждый счастлив. У Антона есть Арсений Сергеевич, у Димы Матвиенко, Ира, кажется, теперь вместе с Окси, Рената с Макаром, а Асе и Кириллу не нужны отношения, у них есть цель – карьера. И пока они точно не готовы отказаться от своей мечты ради какой-то любви. И как же хорошо, когда твои друзья не осуждают тебя за твой выбор, за твою ориентацию, ибо это будет… Френдли фаер – огонь по своим. Подумал Антон, войдя в квартиру вслед за историком. Сзади почти в обнимку ввалились Поз и Матвиенко. Мужчины решили после школы поехать к Арсению домой, повеселиться и поиграть в карты. По дороге они заскочили в магазин, купив ананасовый сок и пару сладостей. Алкоголь в корзинку не попал благодаря Попову, который вспомнил, что парни не пьют. Дима с Антоном, прищурив глаза, наблюдали за бегающем по отделу с соками историком в поисках именно ананасового сока, а информатик тихо стоял и посмеивался, видев эту картину. - На раздевание, - отрезал Борисыч и принялся раздавать карты, когда все сели в круг. Удивительно, но в ответ не было и звука возмущения, через две минуты все были увлечены игрой. - А что ты скажешь на пиковую даму? – со смешком выкрикнул Позов, бросая Попову козырь. Историку пришлось отдать свою последнюю козырную карту, отбиваясь и держа в руках две шестёрки и одного вальта. Следующий ход предоставлялся именно ему. Бросая взгляд то на карты в своих руках, то на Матвиенко рядом, он кинул ему крестовую и чирвовую шестёрки. - На погоны бы оставил, - информатик громко рассмеялся, отбиваясь десятками и откидывая отбой. Дальше по кругу сидел Антон со своим пиковым тузом, Матвиенко подкинул последнюю карту в своих руках, давая «пять» парню, когда тот отбился, - Ну что, кто у нас будет раздеваться? - Видимо не я, - Позов подал козырного короля, поднимая руки в победительном жесте. Арсений кинул своего вальта на стол, роняя вслед голову, - С проигрышем, Арсений Сергеевич. Информатик начал аплодировать, откровенно смеясь, складывая руки у лица. Дима перевёл взгляд на друга, сидящего по другую сторону от себя. А Антон… Ну что «Антон»? Глаза Шастуна засверкали, когда до него наконец дошёл итог первой партии. Учитель поднял голову, бросая быстрый взгляд на своего лучшего друга, и останавливаясь на Антоне напротив. Матвиенко с Позовым бросали смешки, иногда подбадривая историка, и лишь Антон сидел неподвижно, смотря прямо в глаза Попову. Арсений, не отводя взгляд от ученика, принимается снимать рубашку. Антон наблюдает за крепкими руками, которые начинают расстёгивать пуговицы, оголяя грудь. Дыхание замирает, когда Попов уже стягивает тонкую ткань с плеч, всё ещё смотря на реакцию ученика. Рубашка опускается до локтей, а сердце Антона падает в пятки. Резко не хватает воздуха, хочется выпрыгнуть с одиннадцатого этажа, на встречу дождю, научиться летать и влиться в ключ улетающих птиц. Шастун успел пересмотреть уже все возможные варианты суицида, когда вновь вернулся в реальность.

Я покажу тебе космос в одно касание. Смотри в глаза, детка, узнавай меня. Все сумасшедшие сны будто наяву. Здесь ты со мной, а не с ним.

Антон не может отвести взгляд от оголённого торса Арсения. На секунду даже теряется, это космос?... По всему телу разбросаны родинки-созвездия, к которым так и хочется прикоснуться. Шастун тяжело сглатывает, поднимая глаза выше, осматривая каждую выступающую косточку, на секунду задерживаясь на ключицах и изящной шее, в итоге натыкаясь на заинтересованный взгляд учителя. - Антон, - обращается Матвиенко, - водички? До этого момента Шастун даже не задумывался, что учитель может проиграть, а после раздеться. А ещё Антон не думал, что спустя десяток партий все, кроме него самого, будут сидеть в одних трусах. - Погоди, Антошка, - раздражённо рычит Поз, раздавая колоду, - сейчас и с тебя стянем штаны. Шастуну и так было тяжело сидеть и делать вид, что ему абсолютно нормально, его не смущает раздетый напротив Арсений, и вообще. - Со мной всё в порядке! – кричал парень, когда Серёжа пятый раз предложил пойти умыться холодной водой. - Да что ты говоришь, - рычал информатик, смотря на розовые щёки ученика. А кто бы не смущался, видя полуголого Арсения? Только голый Арсений. Подтянутое тело не давало Антону покоя, и, если он сейчас проиграет, будет довольно неловко, когда историк и все присутствующие увидят идеальный стояк. В семнадцать лет много не требуется, чтобы завестись, особенно, если перед тобой сидит мужчина твоей жизни, да ещё и без одежды. Антон проклинает всё живое в этот момент за то, что они не вдвоём в этой квартире. Он не может позволить себе накинуться на Арсения, пройтись по всем родинкам, рёбрам, облизать молочную кожу, утонув в запахе кокоса. Но нет, и вот Антон уже сидит с одной крестовой десяткой на подкинутую даму чирв. - Снимай, - кричит Дима, играя бровями, и, сверкающими глазами, смотрит на Арсения. Антон переводит взгляд на Сергея, что глупо улыбается, тоже смотря на реакцию Попова. Антон решает не медлить, он поднимается и, буквально, одним рывком стягивает злосчастные спортивки, случайно оттягивая боксеры, сразу возвращает их на место. Парень сейчас явно бы слился с каким-то помидором, но ему даже удаётся прикрыть пах и сесть на место. - Продолжаем, - с игривой улыбкой, жёсткослегка залипая на Позова, Сергей принимается раздавать очередную партию. - Думаю, хватит, - историк поднялся с пола, куда они переместились в процессе игры, и направился к холодильнику. Вот правда, уже не знаю, с чем сравнивать цвет лица нашего Шастуна. Парень даже не пытается снова контролировать себя и конкретно пялиться на учителя. Боксеры идеально сидят на подтянутой заднице. И, собственно, это всё, что сейчас было на Попове. - Да, согласен, - Антон подскочил и, забрав свои спортивки, убежал в уборную. Дима и Серёжа проводили его взглядом и, посмотрев в глаза друг-другу, сразу поняли, что их мысли в данный момент совпадают.