Жемчужина и кипарис

      Открытое окно приносит далёкий шум моря, песни цикад, лёгкую прохладу с запахом лепестков сакуры. Шелест шёлковых одежд, скрывшихся за высокую ширму, которая закрывает хозяина спальни от посторонних глаз. Но это колыхание воздуха и юркая тень, мелькнувшая от окна, не могли остаться без внимания Аято. Будь он простым человеком, точно бы не обратил на это никакого внимания — может ветер колышет ветви деревьев? Но здесь всё иначе. Камисато не напрягается, не шарит рукой в поисках меча.       Он знает, чья это тень, чей лилово-голубой взгляд и тихий-тихий смех. — Мне стоит рассмотреть Вашу кандидатуру для Сюмацубан? — Я снова себя выдала? — Кокоми выходит из-за ширмы и опускается на край кровати. Она с мягкой полуулыбкой смотрит на Аято, который расслабленно расположился на шёлковых простынях. — Только тем, что начали со мной разговаривать.       И смеётся. Негромко, прикрыв глаза. Всё в той же расслабленной позе, словно и правда её ждал. Редкий момент, когда Аято ночует в своей кровати, в имении, а не за рабочим столом, где-то в другом месте — или же в бесконечной дороге из одного конца страны в другой. — Что ж, — Кокоми остаётся на месте, вглядываясь в очертания его лица. — Значит в следующий раз я учту это и составлю безупречную стратегию!       Сумрак комнаты делает Аято ещё более пленительным. Его волосы становятся почти белыми, а водянистые глаза словно светятся изнутри. Она облизывает пересохшие губы, хочет сказать ещё что-то, но с губ срывается только растерянный вздох, когда Аято притягивает Кокоми к себе.       Нависает над лицом, мягко целует в уголок губ. — Вы уже безупречны.

***

— В покоях господина Аято… — Тома сомневается, стоит ли это говорить. Он останавливается в нерешительности, облизывает пересохшие губы и смотрит на Аяку. — Я приносил ему чай по просьбе, а он и… Её волосы торчали из-под одеяла. — Сангономия Кокоми? — Девушка, кажется, совершенно не удивлена. Даже не отрывается от чтения. — Я знаю. Пожалуйста, не запирай заднюю калитку и делай вид, что ты ничего не знаешь.