Моменты из блокнота

      Девочка разговаривала с домом, потому что больше ей поговорить было не с кем. Тощая, несчастная, лет шести, она сидела на обшарпанном вечно скрипящем крыльце и беспечно говорила с домом напротив, делясь с ним всеми своими горестями и радостями.       Каково было дому (а по сути обоим домам, причём один из них – очевидец) выслушивать всё это от нелюбимого всеми ребёнка? Жалобы были тяжёлыми, рвали бы сердце тех, кто имел его и мог услышать этот тоненький дрожащий голосок, а от радости ребёнка наворачивались слёзы на глазах, настолько они были незначительны и мелки, но для девочки они были словно новогоднее чудо.       Чем больше горе человека, тем сильнее он радуется крупице хорошего в своей жизни.       Так, наверное, размышлял дом, угрюмо и величественно стоявший по соседству, напротив.       Шёл дождь, непрерывный и тягучий, монотонный. Девочка привычно щебетала, топая босыми ножками по самой нижней и мокрой ступеньке крыльца. Тоненькое дырявое платьице не защищало её хрупкое тельце, её била дрожь от холода, а губы посинели. Но она не обращала на всё это внимания, так как сегодня была очень рада. Жалобы прекратились на удивление быстро, что могло бы озадачить дом. Второй же, который очевидец, лишь многозначительно бы промолчал, зная, в чём тут дело.       - Представляешь! Знаешь, я же говорила о милой белой кошечке в ошейничке. И знаешь, что? Ну угадай! Да-да! – Девочка радостно закивала головой и холодными ладошками постучала по обшарпанной деревянной ступеньке, на которой она гордо, как ей казалось, восседала. – Я всегда хотела её погладить, и ты представляешь! Она от меня всегда-всегда убегала, но я не отчаивалась! И сегодня я смогла её поймать и погладить! Ура! Она такая тёплая, такая мягкая! Правда мокрая и пахнет от неё водой, но это ничего, зато…       И воодушевлённый ребёнок долго щебетал, делясь своими впечатлениями от неожиданно давшейся ей в руке кошке. Так было до тех пор, пока она не устала, не прилегла на широкую холодную ступеньку и не уснула. Она не шевелилась до самого вечера. Даже когда пришла безразличная пьяная мать и переступила через неё.       Всю ночь продолжал лить дождь, и утром тоже. Дом напротив безразлично взирал на холодную девочку, лежащую на ступеньке.