Заткнись

Ваня поджимает губы каждый раз, когда в аудиторию входит Пешков. Если появляется это чудо, на нём всегда что-нибудь новенькое: сначала всё начиналось чокером, потом ушки, а в этот раз он припёрся в розовой портупее. Всё бы ничего, но Бессмертных возбуждается. Не на шутку, к сведению. Брюки его в области паха натягиваются сильно. Кудрявый садится к Ване за парту и улыбается, смотрит на бегающие по парте глаза. — Ну что, нравится? — тихо шепчет Сергей, наклоняясь к уху собеседника. — Заткнись, — отвечает Ваня, краснея до кончиков ушей. — А что, возбудился? Если бы он только знал, насколько прав. После пары Бессмертных, конечно же, мозолит тому уши, отчаянно скрывая свой стояк завязанной на поясе зипкой. Кто в таком виде в университет тащится, ты совсем ебик? Тот, кто в таком виде тащится, самый настоящий Сергей Пешков. И его совершенно не волнует мнение ни одногруппников, ни преподавателей. Но волнует мнение Вани. До чёртиков волнует. Когда Ваня пытается лучше завязать зипку, чтобы его проблемку не было видно, Сергей замечает бугорок и своей ехидной улыбкой во все тридцать два зуба светит. — Так всё-таки возбудился? — Иди нахуй. — Если только на твой, Ванюш. Пешков смехом заливается и смотрит на то, как Бессмертных лицо ладошками прикрывает. А Ване совсем не смешно. Он хочет смять его как бумажку и в окно вышвырнуть. А после в блаженстве по парте расплыться. Но это же Пешков, с ним так просто не бывает.

***

Сергей на следующей паре Ваню взглядом сверлит, то и дело под парту поглядывая. Ибо, как бы Ваня не пытался скрыть свой стояк, тот всё равно его уже заметил. Пешков глазами по аудитории бегает, оглядывается по сторонам. Под стол аккуратно пролезает. Рукой по бедру проводит нежно, отчего Ваня вздрагивает. Чуть стул отодвигает от стола и голову наклоняет. Тихо шепчет смотря в шоколадные глаза. — Ты с ума ,блять, сошёл? — Возможно, — светит своей смазливой улыбочкой Сергей. — Прекращай эту хуйню, тут люди. — Когда нас это волновало? — Блять, Пешков. — Ну да, я. Рукой от груди до бугорка на спортивках ведёт. Медленно, к завязанным бантиком шнурками лицом тянется. Цепляет один конец зубами, постепенно тянет, развязывая. Бессмертных губу закусывает и чуть ли не хнычет от вида Пешкова. Когда тот пальцем оттягивает край ткани, он снова вздрагивает и ноги свести пытается. Но между ними сейчас Сергей, и он ни за что не допустит этого. Поэтому он легонько шлёпает Ваню по бедру, практически бесшумно. Жожо теперь аккуратно и не спеша оттягивает край боксеров. Бессмертных рукав толстовки ко рту подносит и покусывать начинает. Ведь ебаный Пешков водит по красной головке пальцем, иногда задевая ногтем нежную кожу. И Ваня бы за это ему пальцы переломал с удовольствием. — Блять, вот ты сучка кудрявая… — Сучка тут только ты. — Заткнись и продолжай то, на чём закончил.