А вы точно двойной агент?

      – Кажется, я забыла в палате записную книжку, – Гермиона сидела на полу перед своим журнальным столиком и нервно копалась в ворохе писем и пергаментов, вываленных из сумочки. После пребывания в Святого Мунго собственная квартира казалась ей ещё меньше, чем раньше. И ещё грязнее.       – Вот она, – Северус невозмутимо вытащил лиловую пухлую книжечку из-под диванной подушки. – Зачем ты это делаешь? Тебя еще не восстановили – ты даже не сможешь попасть на собрание.       – Кингсли написал, чтобы я и на пушечный выстрел не приближалась, – фыркнула она, бегло просматривая колонки чисел в длинном пергаменте, – Но можно попробовать проскользнуть в министерство как посетитель. Это же итоговое голосование, я бы хотела быть там, когда всё решится... Не понимаю, почему рознятся показатели, которые должны дублировать друг друга. И почему всё такое кривое – они там что, пишут, гарцуя на мётлах?       – Ты слишком много думаешь о работе, – медленно проговорил он, рассматривая её, – Ты меня слышишь?       – Мне кажется, эти данные задвоились каким-то образом, – застонала Гермиона, – Я прикончу Брука.       – Мисс Грейнджер, – требовательно произнес Северус, и она мгновенно подняла на него взгляд.       – Перестань работать, – он улыбнулся уголком губ.       – Знаешь, теперь я тебе сочувствую – до того как они начали работать на меня, большинство училось у тебя. Как ты это выдерживал?       – Как только выпустились вы – стало легче, – сварливо сказал Снейп.       – Ну да, – девушка засмеялась и засучила растянутые рукава своего свитера.       – Тебе нужно прекратить всё контролировать.       – Кто бы говорил, – огрызнулась она.       – Верно. Но у меня в волосах нет волшебной палочки, а на щеках нет чернил. И в мой камин не шастают безумные подчиненные как к себе домой с рукописями, которые я какого-то чёрта должен перепроверить.       – У тебя во всём полный порядок, я поняла. Но... – Гермиона подняла на него взгляд. Ей так нравилось, что Снейп, чинно восседающий на её бордовом диване, не смотрится инородно в этой неряшливой маленькой квартире. Напротив, он смотрится очень привычно в её жизни. Ей захотелось забраться к нему на колени и не слезать оттуда весь оставшийся отпуск. – А знаешь, ты прав. К чёрту их. Разберутся без меня. К тому же, скорее всего, меня действительно туда не пропустят.       – Мудрое решение, – Снейп кивнул. – Отдыхай. В данный момент ты выглядишь еще более напряженной, чем до Мунго. Как ты себя чувствуешь?       – Я же говорила, гораздо лучше. Тремор почти пропал, кошмаров нет. Головная боль по крайней мере начала поддаваться обезболивающим зельям.       – Хорошо. А сеансы?       – Будут продолжаться по крайней мере до весны, – она сощурилась, – я уже смирилась. Жалуюсь там на то, какой ты злобный и несговорчивый.       – Я не против, – Северус усмехнулся, – Так когда Бруствер ждёт тебя обратно?       – Он дал мне две недели на восстановление. Сомневаюсь, что мне это поможет. Сидеть здесь в одиночестве без дела... – сказала Гермиона и прикусила язык. Они негласно избегали обсуждать то, что между ними будет, как только Снейп вернётся в школу. Девушка прекрасно понимала, что большую часть своего времени он как декан должен находиться в замке. И даже не была уверена, хочет ли Северус проводить с ней больше времени. Поэтому быстро сменила тему, – Я хочу есть.       – У тебя в холодильнике только кошачий корм и маггловские напитки, – сообщил он.       – О. Не хотелось бы сейчас куда-то идти. Жаль, что мы не можем заказать доставку. Квартира всё ещё под чарами, как ты, наверное, помнишь.       – Тебе ещё нужны эти чары?       – Да, я решила пока их ставить, так спокойнее, – ей было неловко это признавать, – Спасибо, что проводил меня. Мне не слишком хотелось сюда возвращаться.       Мужчина кивнул.       – Я тоже голоден.       – У тебя же есть домовик! – вспомнила она.       – Он довольно костлявый, – поморщился Северус. В ответ на это Гермиона расхохоталась.       – Ты слишком громко смеёшься, – Снейп наклонил голову набок. – Никогда не замечал.       – Пойдём к тебе, пусть твой эльф нас накормит. Если ты согласен. Заодно покажешь мне дом, – приподняв плечи, предложила Гермиона, подумав в первую очередь о спальне. Я согласен? Чёрт, да.       Не сдержавшись, она на скорую руку отправила на работу пару громовещателей, после чего Северус аппарировал их в свой аскетичный дом. Ужин прошёл на небольшой неуютной кухне под завывания ветра и скрип старой кровли. Судя по всему, флегматичный эльф Северуса не стал сильно утруждать себя готовкой и просто принёс им еды из Хогвартса.       Из разговора за ужином выяснилось, что Снейп собрал внушительную коллекцию первых изданий справочников по зельеварению за несколько веков. Гермиона заподозрила, что он не гнушался даже воровством, чтобы заполучить некоторые из них. Наевшись, они пересели в кресла перед камином, чтобы выпить чаю. Девушка устроилась поудобнее, взяла чашку и тут же широко зевнула.       – Ты устала, – заметил Снейп.       – Немного. Ночью долго не могла уснуть. Я могу сегодня остаться у тебя? Конечно!       – Конечно.       – Ты дашь мне футболку? – с замиранием сердца спросила она. Это странно. Почему от этого у неё замирает сердце? – Если у тебя есть.       – У меня есть футболки, – ответил мужчина, едва не закатив глаза.       Спустя полчаса Гермиона забралась в постель, с удовольствием ощущая на себе запах его шампуня. Для такого неухоженного дома кровать была на удивление роскошной – широкой, с балдахином на деревянном каркасе. Очевидно, второй его приоритет после работы – комфортный сон. Она хмыкнула, обняв тёмно-синюю подушку. Снейп ходил по комнате, магией поправляя шторы и разжигая камин. Он до сих пор был полностью одет, потому что привык ложиться за полночь. Погасив свет, Северус улёгся рядом с ней поверх одеяла и прижал девушку спиной к себе.       – Отдыхай, а я ещё поработаю, – прошептал он, касаясь губами её волос, – Ты можешь спать сколько захочешь. Тебя никто не потревожит. Завтра тебе никуда не нужно.       В её голове мелькнула мысль, что за целый день ей ни разу не пришло в голову проверить охранные чары. Она накрыла ладонью мужскую руку поверх своей груди и, убаюканная заботой, уснула.       Гермиона открыла глаза ночью от уханья совы где-то за окном и первым делом подумала, не сон ли это. Снейп лежал к ней спиной и глубоко дышал. Они впервые спали вместе. Поборов желание дотронуться до него, она тихо поднялась и вышла. Сходив в туалет, девушка несколько минут простояла над раковиной, глядя в небольшое, треснувшее с краю зеркало.       Это был поистине унылый дом, стоящий в ужасном безликом городе, с трудом пригодном для жизни. Но находиться здесь было так спокойно.       Быстро перебирая ступнями по холодному дощатому полу, Гермиона вернулась в спальню. Северус, лёжа на боку, смотрел на неё в полумраке комнаты. Оказывается, он спит чутко.       Она молча скользнула под одеяло и потянулась к нему. В одно движение Гермиона оказалась сидящей на его бедрах. Мужчина спустил с себя пижамные штаны и отпихнул их вниз вместе с одеялом. Она быстро стянула свою футболку, провела ладонями по его голой груди и наклонилась для поцелуя. Мужские ладони заскользили по мягкой коже её спины, по ягодицам и бедрам, сжимая и поглаживая. Гермиона подалась вперед, чтобы один из сосков оказался над его губами. Усмехнувшись, Снейп взял его в рот.       – Только языком, – прошептала она и застонала, когда Северус послушался и убрал губы. Облизывая сосок, он поглаживал ладонью вторую грудь.       Наконец девушка спустилась ниже и, подставив шею покусывающим поцелуям, направила в себя его член и опустилась на него.       Снейп почти физически ощущал её разрушительное влияние на свою способность мыслить связно. Она дробила его мысли. Путала их. До того момента, пока он не увидел Гермиону на своём постельном белье, он даже не предполагал, насколько сильно мечтал об этом. В темноте мужчина мягко надавил ей на затылок, чтобы целовать её и ловить губами каждый сладкий стон. Она такая тесная. Чёрт, такая тесная. Поцелуй. Вдох. Ещё поцелуй. Участившееся дыхание. Её язык. Беспорядочные прикосновения. Скрип кровати. Её вздох. Боль от её ногтей. Далекое уханье совы. Запах моего шампуня в кудрявых волосах. Её укусы. Её стон. Её бессвязный шёпот. Её пот. Громкие влажные шлепки. Моё имя её губами. Поцелуй. Свет фар, осветивший её тело. Напрягающиеся бедра. Подпрыгивающая грудь. Её вскрик. Её оргазм. Усилившиеся рваные толчки, уже почти, очень близко. Нарастание, мощь, взрыв, вспышка. Свободное падение. Выдох. Её ладони на моём лице. Поцелуй. Мурашки. Уханье грёбаной совы. Поцелуй, поцелуй, поцелуй.

***

      Проснувшись и ещё даже не открыв глаз, Гермиона сразу осознала, в чьей она постели. Снейпа в комнате не было. Судя по холодному свету, льющемуся из окон, было больше полудня. Снизу доносился шум. На улице что-то хлопнуло. Сладко потянувшись, девушка поднялась и выглянула в окно – от дома отъезжал зелёный грузовик. Она поморщилась от унылого вида улицы. Сложно представить, каково воспитываться в таком месте.       Гермиона почистила зубы наколдованной вчера зубной щеткой, надела носки, очищенные заклинанием трусики и его чёрную футболку.       Выйдя из комнаты, она остановилась на лестнице и посмотрела вниз. Как и ночью, Снейп был в одних пижамных штанах, сидящих низко на бедрах. Он заносил в дом небольшие коробки с крыльца. Некоторые были тяжелыми. Когда мужчина наклонялся, мышцы играли у него на спине. От двери тянуло холодом.       – Руками? Как маггл? – съязвила Гермиона. Северус на секунду обернулся и продолжил свое занятие.       – Они уменьшены и под стазисом. Боюсь, левитирование не переживут. Долго ты будешь припоминать мне это оскорбление? Я ведь сам наполовину маггл, – он ворчал, но выглядел довольно добродушно.       – Это для школы? Ингредиенты? – она кивнула на коробки.       – Да. Как ты спала?       – Прекрасно, – Гермиона облокотилась бедром на перила.       – Ты бормотала во сне.       – Правда? Что?       – Что-то соблазнительно бюрократическое.       – Да, мне снилась работа, – девушка нахмурилась, припоминая сон.       – Тебе не должна сниться работа, – сурово сказал Снейп.       – Как скажете, профессор, – кротко ответила она, наблюдая, как перекатываются его мышцы.       Он оглянулся на неё, чуть нахмурившись, поставил последнюю коробку на пол и захлопнул дверь.       – Мне никогда не нравились игры в профессора и студентку.       – Конечно, сэр, – согласилась Гермиона, не двигаясь.       Снейп выпрямился и бесстрастно посмотрел на неё. Он выглядел очень главным, хотя смотрел снизу вверх и стоял в пижамных штанах. Мужчина заговорил так медленно и тягуче, что у нее участилось сердцебиение.       – Если ты обращаешься ко мне так, то должна быть готова... слушаться.       – Я готова, – она переступила с ноги на ногу в предвкушении.       Он медленно прошел к дивану, больше не глядя в её сторону и сел по центру, расставив колени.       – Спустись ко мне.       Гермиона спустилась по ступеням и встала перед ним на ковер, обратив внимание на его босые ноги. У него очень красивые ступни.       – Я говорил, что тебе нужно меньше думать?       – Да.       – Полагаю, самое время, – Северус приподнял бровь, – Разденься.       Гермиона стянула с себя футболку и отбросила в сторону. Неловко стащила носки и осталась в одних трусах. Несмотря на то, что он неоднократно видел её голой, было непривычно обнажаться перед ним днём под таким оценивающим взглядом.       – Давай зашторим окна, – попросила она.       – Нет, – мягко ответил Снейп, – Снимай и иди сюда.       Сняв трусики, девушка приблизилась и, опустившись на колени, потянулась к нему ладонями.       – Нет, руки за спину.       Она скрестила запястья у себя на пояснице. Северус вытащил полуэрегированный член из штанов и немного подрочил его, не спуская с неё взгляда. Ей нравилось то, как он её осматривал. Было волнительно подчиняться его требовательным просьбам. Мужчина убрал руку от члена и едва заметно кивнул. Гермиона подалась вперед и взяла его в рот, предварительно облизав. Было сложно удерживать равновесие с заведенными за спину руками, поэтому Снейп придерживал её за плечи.       Не прекращая сосать, она бросала на него взгляды. Северус чуть откинул голову и приоткрыл рот, когда Гермиона взяла глубже, затем выдохнул и коснулся языком своей верхней губы.       – Прикуси его внизу. Ещё…       Она послушалась, после чего поднялась наверх и обвела языком головку.       – Да… Хорошо. Медленно... Как ты… это делаешь?.. – Северус со стоном приподнял вверх бедра.       – А вот вы говорили, сэр, что у меня нет фантазии, – девушка снова плотно обхватила член губами и опустилась вниз.       – Выходит, я… ошибся… – Северус с закрытыми глазами запустил пальцы ей в волосы. – Сейчас я хочу, чтобы ты расслабилась.       Гермиона не совсем понимала, как можно расслабиться с членом во рту и жестким ковром под коленями. Она продолжила сосать, пока он не остановил её.       – Прекрати. Посмотри на меня, – Снейп ласково вытер вязкую слюну с её подбородка. – Ты меня услышала? Расслабься. Открой рот.       Она послушно раскрыла рот и он, мягко сдавив пальцами её виски, насадил её на себя.       – Тебе ничего не нужно с этим делать, – Северус подался бедрами вверх и скользнул головкой по внутренней стороне щеки, – Ничего не делай. Хорошо. Вот так.       Он держал голову Гермионы и двигался у неё во рту, чуть ускоряясь. Она сдавленно дышала и уже подумывала молить о передышке, потому что заболели колени и устали губы. Наконец Снейп отстранил её. Пытаясь отдышаться и проглотив слюну, Гермиона со стыдливым удовольствием почувствовала, как по бедру стекает смазка.       – Достаточно. Ляг грудью на диван. Руки держи за спиной. Расслабься.       Он встал и скинул штаны. Она подползла на коленях ближе к дивану, легла грудью на сиденье, переставив ноющие колени, и повернула голову набок. Северус нежно убрал волосы с её лица и спины и тут же резко сказал:       – Расставь ноги. Ещё.       Под его ладонью она прогнулась в пояснице, расставляя колени шире. Одной рукой он стиснул её скрещенные за спиной запястья.       – Мечтал взять тебя сзади, – хрипло сказал Снейп, погружаясь в неё одним быстрым движением. Она застонала и попыталась толкнуться ему навстречу.       – Ничего не делай, милая, – сказал он, наращивая темп, – Я всё сделаю сам. Для тебя. Я всё сделаю.       Его глубокий ласковый голос, сбивающийся от тяжелого дыхания, совсем не сочетался с крепкой хваткой его рук и тем, как жестко он её брал. Гермиона чувствовала, как сознание замутняется и раскачивается силой, которой она не может сопротивляться. Слова Северуса звучали в её голове и отдавались мурашками по всему телу.       Ничего не делай.       Теперь стало ясно, что он имел ввиду, когда просил расслабиться. Её затекшие в одном положении руки, ноющая боль в коленях, стискиваемые сильными пальцами бедра, талия, ягодицы, снова бедра – это ощущалось как разрешение наконец передать ему контроль. Ей ничего не нужно было делать.       Мужчина чуть наклонился, и его рука скользнула к её промежности. Продолжая ритмичные толчки, он массировал клитор двумя пальцами, наблюдая за лицом девушки. Чувствуя подступающий оргазм, она закусила губу, сдерживая стон.       – Не сдерживай, – выдохнул он.       – Я просто…       – Нет, не думай. Кричи для меня.       Через минуту она уже кричала. Содрогаясь от эйфории. Захлебываясь от сильнейшего наслаждения. Кажется, она ненадолго отключилась. И даже пропустила тот момент, когда он со стоном кончил в неё.       Гермиона вяло моргала, пока Северус помогал ей подняться и усаживал на диван к себе на колени. Обхватив её руками, он принялся растирать онемевшие кисти, попутно восстанавливая собственное дыхание.       – Хорошо. Ты молодец.       Призвав тонкий голубой плед, мужчина укрыл их обоих и начал поглаживать её покрасневшие колени. Она посмотрела на него.       Его торс, еще влажный от пота, растрепавшиеся черные волосы. Его одобрительный шёпот. Это действительно профессор Снейп?       Да, это он. Её Северус.       Он её.       Гермиона видела его таким и чувствовала себя так, словно она его победила. Девушка чувствовала, как в уголках глаз собираются слёзы.       – Иди сюда, – Северус крепко прижал её к себе. – Всё хорошо. Моя умница.       Ощущая щекой его горячую кожу, Гермиона захныкала, а после впервые за много лет по-настоящему разрыдалась. Она плакала долго и до изнеможения. Северус поглаживал её спину и даже немного покачивал, пока она не успокоилась. Убаюканная его теплом, девушка продолжала изредка всхлипывать.       – Спасибо, – прошептала она.       – Ты в порядке?       – Кажется, – Гермиона улыбнулась и съехала с его колен на сиденье вместе с пледом.       – Хорошо... Тебе понравилось?       – Очень. Теперь я хочу есть.       – Мы проспали сегодня и завтрак и обед, – немного ошарашенно сказал Снейп, – обычно я так не делаю.       – А я делаю, – улыбнулась она.       – Предлагаю ранний ужин. Только улажу один вопрос... Скоро заявится Поттер, – Северус взглянул на часы и потянулся за штанами. – Можешь побыть наверху, если не хочешь афишировать, что ты... со мной.       – Всё в порядке, он давно в курсе, – Гермиона шмыгнула носом. – Думаю, что также в курсе все Уизли, в том числе и их тётушка Патрисия из Принстона... А также Забини. А также Паркинсоны и так далее.       – Тем лучше, – Снейп натянул свежую рубашку, призванную чарами из шкафа.

***

      Приняв душ и одевшись снова в свитер и вязаную юбку, Гермиона спустилась по лестнице. В гостиной горело несколько светильников, потому что за окном уже стемнело. Снейп, откинувшись в кресле, изучал длинный свиток пергамента. Гарри мерял шагами гостиную с бокалом в руке.       – Привет, – она была рада его визиту. И рада, что он застал её здесь. Не то чтобы Гермиона нуждалась в чьем-либо одобрении, просто ей хотелось однозначно заявить своим присутствием в этом доме о том, что она с Северусом. Наконец-то она с ним. Девушка не возражала бы, если бы сейчас здесь сидела вся верхушка министерства вместе с полным преподавательским составом Хогвартса. Гарри шагнул навстречу и крепко её стиснул.       – Привет. Как ты? Чертовски непривычно тебя здесь видеть, – тепло ответил Гарри. – Я рад. Кстати, не было возможности сказать – вы отлично справились в Австралии. Хоть и за моей спиной, – посуровел он.       Северус, наблюдающий за ними, закатил глаза и снова вернулся к документу.       – Ну, это было крайне секретно, – Гермиона залезла в кресло с ногами.       – И опасно. Ты действительно сунулась к Гридансу? Я поверить не мог.       – Он был так гостеприимен, что я с удовольствием навестила бы его снова. Может, в следующий раз Северус опять возьмёт меня с собой, – сказала она, игнорируя скептический взгляд Снейпа, – Так мы нашли что-то ценное?       – Теперь это материалы расследования, – Гарри развёл руками. – Но мы работаем. Кажется, за последние пару недель я ни хера не спал.       – Ты слишком хорошо выглядишь для аврора, работающего по ночам, – с подозрением отметила Гермиона, оценив его выглаженную мантию. – И приятно пахнешь.       – Спасибо. Ты слышала, что у Стенли был выброс магии?       – Ого, это же чудесно! Как Дадли и Лиз?       – В норме.       – Отправлю им сову. А дедушку Вернона пришлось откачивать?       – Ха!       – Мы можем продолжить? – в привычной раздраженной манере перебил Снейп.       Гарри повернулся к нему.       – Да, так что скажете?       – Что именно тебя интересует?       – Какая квалификация необходима, чтобы сварить такое? Навскидку.       – Не ниже Мастера. И доступ к большому количеству крайне дорогостоящих ингредиентов.       – Подпольный обеспеченный Мастер, – пробормотал Гарри, – ну, это сужает круг. У вас есть предположения?       Северус молча написал несколько слов на обратной стороне пергамента. Гарри заглянул через его плечо.       – Я вас понял, спасибо, Северус.       – Останешься на ранний ужин? – Снейп отдал ему пергамент и вальяжно потянулся за графином с соком. Гермионе нравилось, когда он выполнял бытовые действия без использования палочки.       – Не могу, я собираюсь наведаться в Малфой-мэнор, – серьезно ответил Гарри. – Драко упёрся и не даёт доступ к архивным документам по старой дружбе, так сказать. Бегает от меня. Хочу застать его врасплох.       – Немного невежливо вваливаться без предупреждения. А вдруг он там… я не знаю… не причёсан? – Гермиона хихикнула.       – Он меня заебал, – отмахнулся Гарри и сделал глоток из бокала, – Малфой теперь заправляет Отделом магического транспорта, я ни один вопрос не могу решить быстро. Мне позарез нужна отчётность по несанкционированным порталам. Он прекрасно знает, что если делать официальный запрос, это займёт не одну неделю, чёрт бы его побрал. Я аппарирую к его воротам и вытрясу из него этот доступ, если потребуется.       – Передавай ему привет, но не очень пламенный, – сказала Гермиона.       – Ага, выбью из него всё дерьмо и сразу передам, – Гарри кивнул на прощанье и вышел за дверь, чтобы с хлопком исчезнуть.       Гермиона подошла к креслу Северуса и снова забралась к нему на колени. Он обнял её, уткнулся в кудрявые волосы и глубоко вдохнул.       – Как ты себя чувствуешь? – тихо спросил он.       – Прекрасно. Правда.       – Хорошо.       – А я ведь не знала, что ты сотрудничаешь в том числе и в Авроратом… С чего вдруг?       – Просто Поттер долго канючил, – протянул Снейп.       – Ха-ха. И зачем тебе это?       – Я помогаю им, а они мне. То же самое с Мунго.       – Кстати, Аврорат ждёт узаконивания твоих разработок по подавлению воли как манны небесной – весь порог мне оббили, – скривилась Гермиона. – Совы шастают каждый день, таскают сладости моему секретарю. Вынюхивают. Её легко задобрить, как ты знаешь.       – Зря, поскольку, полагаю, поправку Стивенсона не примут. По моим расчётам только процентов тридцать совета будет "за".       – Но ты всё равно этим занимаешься.       – У меня своя выгода даже в случае неудачи, – туманно ответил он, поглаживая её бедро под юбкой.       – Слизерин! – она закатила глаза. – Не знала, что вы с Гарри так часто контактируете. Общаетесь только по работе?       – В основном. А вы контактируете?       – Посылаем сов на праздники. Иногда вместе обедаем, если он в здании. С остальными не лучше. Но в Мунго он писал мне часто.       – Почему вы все разбежались? В школе вас было не отодрать друг от друга.       – Не знаю толком, это случилось само собой. Гарри и я заняты в Министерстве, у Рона семья занимает все свободное время, меня недолюбливает его жена, – Гермиона хмыкнула, – Джинни разрывается между малышом, больницей и светскими раутами. Но с ней общение я поддерживаю. Невилл завален сверхурочной работой по вечерам, – с укором сказала она.       – Молодым профессорам всегда достается больше дежурств.       – Это произвол.       – Это традиции, – он провел губами по её шее.       – Поужинаем вне дома?       – Хорошо.       – Ты ведь не против острой еды?       – Не против.       – Можно отправиться в Хогсмид. Когда тебе возвращаться в замок? – спросила Гермиона и где-то в груди неприятно заныло.       – Сегодня.       – До отбоя?       – Да.       Этот разговор назревал давно, но они упорно игнорировали его необходимость.       Снейп безуспешно пытался придумать, как вписать Грейнджер в свою жизнь. Жизнь, заполненную практически круглосуточной работой в Хогвартсе. Мог ли он отказаться от деканства ради Гермионы? Теоретически да. Но кто тогда будет ежедневно вставать на сторону слизеринцев? Снейп нахмурился от перспективы оставить детей беззащитными перед директором-такой-отъявленной-гриффиндоркой, что странно, как она ещё не покраснела и не слилась с их флагом.       Он не может оставить их без своей защиты, ни за что. Они – дети, племянники и дальние родственники пожирателей смерти. Не важно, мёртвых, осуждённых или сбежавших. Он должен быть рядом с учениками. Должен защищать их и вправлять им мозги, объясняя, что, не смотря ни на что, они не хуже остальных.       Также Снейп не желал отказываться и от прочих своих занятий помимо Хогвартса. Его слишком устраивало быть значимой фигурой в стольких магический институтах. И устраивало получать дивиденды от сотрудничества со структурами. Если отказаться от этого – что у него останется? Снова мизерное жалованье профессора?       Его чертовски злила необходимость этого выбора. Какого черта я должен перекраивать из-за неё свою жизнь?       Но разве он мог не делать этого? Разве мог оставить всё как есть?       Они аппарировали в Хогсмид, одетые в теплые мантии. Сверху нависало зимнее злое небо. Гермиона снова поймала себя на мысли, как идеально они выглядят вместе, отражаясь в сверкающих витринах. Северус был настолько высок и статен, что она рядом с ним казалась совсем хрупкой и маленькой.       Снейп, периодически поправляющий вязаный черный шарф на шее, выглядел мрачнее обычного, поддаваясь тяжелым мыслям. На столе в Коукворте лежала стопка ещё даже нераспечатанных писем и его это беспокоило. Он не хотел даже думать, что творится в его отсутствие в классе зельеварения и на факультете, пока его несколько дней подменяет Кронсвиль.       Мужчина нахмурился и накрыл ладонью ледяные пальчики Гермионы у себя на предплечье. За два с лишним десятилетия он слишком привык к тому, что в его жизни все налажено и организовано. Именно этот порядок помог ему продержаться шпионом столько лет. Он привык скрупулёзно просчитывать каждый свой шаг. Но Гермиону Грейнджер он не просчитал. И пересёк ту грань между язвительным подтруниванием и жарким сексом, отключающим разум, оставляющим только неукротимое желание обладать ею. Пересёк грань, за которой легкое увлечение превратилось в одержимость.       Северус наблюдал словно со стороны, как разрушается его привычная распланированная жизнь, подчиненная строгому распорядку. Как её терзает что-то горячее и живое. Болезненное. Что-то красивое.       Он безуспешно пытался придумать, что делать дальше. Выбор был не велик – отложить этот разговор на неопределенный срок и отправиться в Хогвартс на несколько недель без полноценных выходных. Видеться с ней урывками, видимо, умасливая Минерву и пренебрегая своими прямыми обязанностями и нормальным сном. Или… можно было обсудить это с Гермионой сегодня и принять решение вместе.       Вместе с заказом им традиционно принесли палочки желаний. Снейп сразу схватил свою и разгрыз.       – Сладкое перед основным блюдом, – покачала головой Гермиона, – ну и кто из нас ребенок? Ладно, – она тоже разгрызла палочку и захрустела, пережевывая. – Что ты загадал?       – Уволиться из Хогвартса, – мрачно соврал он.       – Ты никогда этого не сделаешь, – Гермиона с улыбкой махнула рукой, – тебе слишком нравится унижать.       – Что за чушь. Унижать можно и вне школы. А что загадала ты?       – Получить всё, что хочу, – ответила она, похрустывая.       – Мисс Грейнджер, Слизерин, – проскрипел он.       Гермиона рассмеялась, прикрывая рот ладонью. Последнее, что она могла вообразить, это Снейп, передразнивающий распределяющую шляпу.       Северус готовился к тому, чтобы заговорить с ней об их будущем. Думал, как начать разговор. Он не мог решиться. Позволит ли Грейнджер забрать её с собой в Хогвартс? Это было бы идеальным решением. Но что он будет делать, если она не позволит? Она зажимала мою рану руками и вливала мне в рот зелья. После битвы, обессиленная и на грязном полу.       Снейп отчетливо понял, что должен сделать всё возможное, чтобы не потерять её. С неожиданной для себя нежностью он смотрел, как Гермиона ест, пробегая глазами рекламный проспект, торчащий из подставки для салфеток.       – Почему тебе доставляют ингредиенты не в Хогвартс, а домой? И маггловским транспортом? – девушка подняла глаза.       – Это удобнее по многим причинам. Всё законно, – заверил Снейп.       – Так твой поставщик – маггл?       – Можно сказать, наоборот.       – Наоборот? Пожиратель?       – Нет. Укрывал Таперсов после войны.       – Пособничество пожирателям? – она скривилась, – Оправдали по Империусу?       – Ожидаемо, – подтвердил он.       – И вы поддерживаете связь?       – Да.       – Ясно, – Гермиона сосредоточенно воткнула вилку в блестящий от масла картофель.       – Тебя это беспокоит? – Северус приподнял бровь, вытирая губы салфеткой.       – Нет, просто… Нет.       Несколько минут Снейп смотрел на её нахмуренное лицо, пока девушка молча ковыряла запеченые овощи.       – Я наелась, – она неуверенно отложила вилку и взяла его за руку, – У тебя же есть ещё немного времени? Аппарируем к океану ненадолго?       – Хорошо.       На выходе из кафе Северус перенес её в одно из пустынных мест. На побережье дул пронизывающий ветер. В молчании они дошли до пирса и остановились.       – Ты думаешь о завтрашнем голосовании? – спросил он, видя, что девушка беспокоится.       – Да. И о том, что тебе нужно возвращаться в Хогвартс.       Снейп весь подобрался, потому что, видимо, время для разговора настало.       – Мы ведь даже не имеем отношения к этому отделу, – внезапно она вернулась к разговору о работе и покачала головой в негодовании, – Мы с Бруком и Оливером помогали на добровольных началах, потому что это касается нас напрямую. Брук – магглорожденный, а Кольман – полукровка. Я не могу поверить, что после войны, после победы в борьбе за наши идеалы, мы по-прежнему должны что-то доказывать и надеяться, что собрание проголосует "за". Статус крови, – она зло усмехнулась, – Ты же в курсе, что до сих пор нечистокровные не могут вступать в совет? – не дожидаясь ответа, Гермиона хмуро продолжила, – Я бы хотела сделать что-то более серьезное для магглорожденных волшебников, чем просто помощь со статистикой.       – Тогда ты сидишь не на той должности, – сухо ответил Снейп.       – Я знаю. Я заместитель, но я всего лишь подписываю бумажки и отправляю записки. Чёрт, в последнее время я часто думаю, что мои амбиции превышают текущий уровень моих обязанностей. Теперь, после терапии, я бы хотела больше движения. Хотела бы… не знаю, участвовать в чем-то более глобальном. Меня не устраивает то, что я делаю, понимаешь?       – Да. Она хочет остаться в Министерстве. Блять, разумеется, она этого хочет.       Он что, всерьёз вообразил, что Гермиона согласится прогуливаться до теплиц и обратно и после этого сидеть в подземельях, ожидая окончания его уроков? Даже если бы ей дали преподавать – разве она смогла бы усидеть в замке долгие месяцы? Бешеная Грейнджер? Дурак.       – А тебя сейчас всё устраивает? Северус?       – С недавнего времени не совсем, – ответил он, замешкавшись.       – А чего ты хочешь? – рассеянно спросила Гермиона, глядя на бурлящую тёмную воду. Он молча рассматривал её профиль и трепещущие локоны вокруг лица. Девочка пробовала мою кровь, чтобы спасти мне жизнь. Даже не зная наверняка, что я не предатель. Чёрт, да она же больная.       – Чего ты хочешь? – повторила Гермиона, не дождавшись ответа. Она повернула к нему лицо и удивилась его отчаявшемуся взгляду. Между черных бровей появилась складка, знакомая ей с Хогвартса.       – Любить тебя.       Гермиона замерла и посмотрела на него растерянно. Любить тебя. Любить.       Холодный ветер с океана затрепал её мантию и она поежилась. Северус машинально бросил невербальное согревающее. Девушка нетерпеливо сбросила с себя тёплые чары и шагнула к нему в объятья. Чтобы ощутить его тепло. Уткнувшись в грудь лицом, она задрожала, ощущая сильные руки у себя на спине и слушая его бархатный голос.       – Хочу любить тебя, – прошептал он, сильно прижимая её к себе, – Если ты мне позволишь. Так, как ты мне позволишь. Так долго, как ты позволишь.       Гермиона почувствовала, как её снова начинает потряхивать от неконтролируемых рыданий. Она ничего не могла поделать. На его мантию потекли горячие слезы, девушка плакала до икоты и некрасиво подвывала. Плакала в голос, как в детстве. Северус молча держал её в своих руках, заслоняя от ветра.       Несколько месяцев назад Гермиона так неожиданно для себя самой приняла его помощь, потому что не ждала от него унизительного сочувствия. Она потянулась к нему, потому что он казался безопасным – холодным и отстраненным. И сейчас, когда рыдания стихали, на промозглом ветру, который, возможно, преодолел весь Атлантический океан для того, чтобы высушить её слёзы, Гермиона ощутила облегчение. Которое ей не дали маггловские таблетки, рисование или душещипательные истории малознакомых людей на групповой терапии. Глубоко внутри, под грудиной, словно лопнуло что-то давно саднящее и причиняющее боль. Что-то её освободило. Вздрагивая, она медленно выравнивала дыхание и чувствовала себя немного опьяневшей.       – Я больше не хочу ночевать в своей квартире, – приглушенно сказала Гермиона в ткань его мантии и всхлипнула.       – Значит, тебе больше не придется.       Ей показалось, что он не понял.       – Я не хочу спать одна, – она попыталась объяснить, – не хочу просыпаться одна. Когда я одна, я так много думаю… О всяком.       – Это всегда было проблемой, – саркастично заметил он и получил маленьким кулаком по спине.       Снейп поднял к себе её зареванное лицо.       – Теперь я буду спать с тобой и я буду с тобой просыпаться, – мгновенно решил он. Как просто оказалось принять это решение, придерживая её подбородок и закрывая от ледяных порывов. Так легко. Никаких сомнений.       – Но это… невозможно? А как же Хогвартс?       – Я не могу оставить Хогвартс, – подтвердил Северус с опаской.       – Я знаю, – испуганно сказала Гермиона, – я никогда не попросила бы тебя об этом. Но ведь Минерва не допустит проживание декана вне замка.       – О, она допустит. Рано или поздно. В конце концов, для чего ещё нужны навыки шантажиста?       – Но как?       – Не беспокойся об этом.       – Я не могу отрывать тебя от работы. Ты ведь допоздна проверяешь эссе, патрулируешь, – нахмурилась она, опасаясь распалять забрезжившую надежду.       – Я могу приносить эссе с собой. Для патрулирования у меня есть Невилл. Он неплохой специалист, так и быть, но в общении со мной, слава Мерлину, абсолютно бесхребетный.       – Мы обсуждаем сейчас совместное проживание? – девушка робко улыбнулась и его сердце дрогнуло.       – Обсуждаем.       – Ты уже думал об этом раньше?       – Да, – признал он.       – А где ты хочешь жить? В Коукворте?       – Мерлин, нет. Мы подыщем что-нибудь в Лондоне. Чтобы ты ходила пешком, если захочешь.       – Думаю, теперь я готова открыть камин. А ты будешь возвращаться через него из школы. Ко мне.       – Буду возвращаться к тебе, – повторил Снейп, словно пробуя слова на вкус.       – Ты готов сделать это для меня? – она улыбнулась шире.       – Даже больше. Я буду делать всё, что потребуется, – мужчина снова прижал её к себе и зарылся лицом в развевающиеся волосы.       – Например?       – Буду слушать тебя. Полагаю, буду с тобой спорить. Буду заботиться. Ублажать тебя. Смотреть, как ты кончаешь. Укрывать ночью. Любить. Буду тебя любить.       Никогда, даже в самых смелых мечтах, Гермиона не могла представить, что он может быть ещё и таким. Таким заботливым, что сердце начинало щемить от нежности к нему. Это же чёртов Северус Снейп. Могла ли она подумать, провожая взглядом в подземельях Хогвартса его стремительную устрашающую фигуру, что он будет так искусно ласкать её тело? Что он будет шептать на ухо непристойности, пока вбивает её в матрас мощными точками. Что будет звучно смеяться, прижимая к себе её вспотевшую спину. Что заставит её плакать, но сделает её тем самым только счастливее.       Гермиону поразила эта сторона его личности, ведь в то же самое время он всё ещё оставался тем Снейпом, которого она всегда знала.       Теперь Гермиона хотела бы изменить свой ответ Джинни. О, она бы добавила пару слов в его характеристику.       Страстный. Чувственный. Нежный.       Идеальный.       Великолепный двойной агент.