Всегда с тобой

      Две недели превратились в один вихрь, состоящий из договоров, списков и лиц. Джинни едва ноги волочила, каждый день возвращаясь из Министерства. Джордж не высказывал открытых претензий, но встречал её на рабочем месте не с самым довольным лицом. Хотя после войны улыбку брата Джинни и не часто-то удавалось видеть. Если быть честной, младшую Уизли это всё откровенно достало. Она не только выручала Джорджа в магазине и теперь ещё и организовывала праздник общего друга их семьи — Гарри — но вдобавок, как минимум, два раза в неделю навещала родителей, чтобы помочь им в содержании дома. Молли, после смерти одного из сыновей, стала совсем плоха и не способна вести хозяйство так же хорошо, как прежде. Визиты целителя, облегчавшего душевную боль женщины, обходились недёшево. Кто же их оплачивал? Половина счёта лежала на плечах Джинни. Все видели в ней силу, несгибаемый характер и огромную волю. Даже Рон обращался к сестре за советом в своих отношениях с Гермионой. Все что-то от неё требовали, чего-то ждали. Но почему никто ни на минутку, хотя бы на жалкое мгновение не задумывался, что она такой же человек, как и они? Что она также страдает из-за утраты Фреда, также зарабатывает себе на жизнь, вынужденно ютится в небольшой квартирке в немагическом Лондоне, чтобы быть поближе к семье и даже отказалась от многообещающей карьеры в квиддиче? Лишь бы только близкие были хоть чуточку счастливее. «Больше быть опорой для них просто некому», — каждый раз твердила себе Джинни. У неё с детства в голове, что семья — самое ценное, что есть у человека. И нужно беречь родных любой ценой. Но кто бы сберёг её?… Хороший вопрос, задвинутый куда-то в дальние отделы мозга, так и оставшийся там без ответа. Потом, возможно, она вернётся к нему, а пока всё ещё есть дела, не терпящие отлагательств. Джинни пробежалась взглядом по списку, врученному ей Гермионой несколькими минутами ранее. Эта финальная встреча заняла даже менее получаса, так что она надеялась закончить всё и вернуться на Косую Аллею в кои-то веки вовремя. Последние организационные вопросы, и можно будет выдохнуть. До заветного торжества оставалось всего ничего — вообще-то, оно было уже завтра вечером. Список состоял всего из нескольких пунктов: «1) Обсудить с официантами подачу большого праздничного торта P.s.: Это должно быть нечто грандиозное! 2) Связаться с кем-нибудь из приглашённых слизеринцев от моего имени, т.к. отозвался только Блейз Забини и сообщил, что придёт с Пэнси Паркинсон 3) Отправить сову Полумне с предложением встретиться у меня за три часа до начала праздника и собраться на него вместе» Второй пункт заставил Джинни хмыкнуть. А она ведь говорила Гермионе, что полагаться на Нотта всё-таки не стоит. Хороший работник не равно хороший человек. Уизли шагала по коридору к лифту и размышляла, что стоит сделать в первую очередь. Заурчавший живот помог определиться с ответом. Для начала — пообедать. Однако судьба, в которую Джинни упорно отказывалась верить, решила иначе. Когда она оказалась в Атриуме и до каминов оставалось всего несколько метров, что-то заставило её обернуться — ощущение устремлённого на неё взора. Девушка не удивилась, когда увидела Нотта. Она невольно остановилась, не зная, чем было вызвано внимание к её персоне. Парень тоже замер, причём с таким видом, словно принимая какое-то решение. Джинни поняла, что всё-таки удивилась, когда парень начал приближаться к ней. — Привет, — его тон не был дружелюбным. Но и на враждебный не тянул. — Привет, — эхом отозвалась Джинни. Список, где значилось имя её неожиданного собеседника, предательски вылетел из головы. — Ты… торопишься куда-нибудь? — если бы Джинни не была так растеряна, она непременно посмеялась бы над напряжённым в ожидании лицом Нотта. Она отрицательно помычала. Что ему всё-таки нужно? — Я бы хотел обсудить с тобой кое-что. Это касается вашего праздника. Когда ты сможешь уделить мне время? — он говорил отрывистыми фразами, по всей видимости, призывая всё своё воспитание, чтобы не нагрубить ненароком гриффиндорке. Что ж, похоже это и правда что-то важное, раз Нотт так старается быть учтивым. — Сейчас я хотела бы пообедать. — Я составлю тебе компанию, — вспомнив про вежливость, он поспешно добавил: — Можно? — Ну, пойдём. Ты знаешь хорошие места поблизости? Они направились к каминам. — Нет. — Но ты же работаешь здесь? — И что? Министерство находится под землёй, и я даже не бывал наверху, — в тоне парня чувствовалось раздражение. — Я прихожу на работу через каминную сеть. — Тогда я выберу куда идти. Джинни хмыкнула, набирая в ладошку горсть летучего пороха. — Косая Аллея, — мстительно проговорила она, кидая порох себе под ноги. Она не видела лица Нотта, но надеялась, что оно стало ещё менее довольным. Он пренебрежительно отозвался о магазинчике Джорджа в прошлый раз, так что Джинни поставила цель обязательно заглянуть туда по пути. Просто назло надменному слизеринцу. Джордж даже приоткрыл рот от удивления, когда увидел гостей. До этого он сидел на ступеньках лестницы, а теперь приподнялся, чтобы встретить «покупателей», но так и замер над своей ступенькой в полусогнутом состоянии, одной рукой держась за перила. — Джинни? И… кто это с тобой? Нотт? — тон старшего Уизли был полон недоверия. — Добрый день, — кисло отозвался брюнет. Джинни не сомневалась, что сейчас он с удовольствием её бы прикончил, — Как идут дела? — Нормально, спасибо. А ты… как ты поживаешь? — Знаешь, на удивление неплохо, — с полной желчи усмешкой ответил Нотт. Наверное, карьера у него и правда шла более успешно. Джинни предупредила, что поднимется в верхние комнаты, чтобы переодеться в НЕделовую одежду и взять деньги. Скользя по лестнице вверх, она спиной чувствовала убийственный взгляд Нотта. По крайней мере, хоть немного насолить ему удалось. Только не обернулось бы это в итоге ей же во вред. Джинни собралась как можно скорее, чтобы не испытывать терпение навязавшегося попутчика ещё больше. — Идём. Тут рядом есть приличное заведение. Там подают очень вкусный крем-суп.

***

      Диалог не вязался. Было дело в том, что Нотт всё время витал в своих мыслях или в том, что Джинни не могла воспринимать его как потенциального собеседника, но они уже с полчаса сидели, уткнувшись носом в свои тарелки и лишь изредка перебрасываясь короткими фразами по типу «Передай, пожалуйста, соль» или «Интересно, скоро ли принесут десерт?». Когда перед ними наконец были расставлены чашки с напитками — чёрный кофе для Нотта и зелёный чай, разбавленный холодной водой для Джинни — и блюдца с выпечкой, Нотт заговорил об истинной причине этого совместного обеда. — Грейнджер вложила мне три дополнительных приглашения в конверт, чтобы я пригласил ещё кого-нибудь из слизеринцев, помимо Блейза Забини. Так вот… — Ох, точно! — перебила его Джинни, — Гермиона просила меня узнать, что в итоге с этими билетами. Ты раздал их друзьям? Кому именно? Они согласны? Тео недовольно дёрнул щекой. — Так вот, — с нажимом повторил он, из-за чего Джинни ойкнула, чувствуя себя немного виновато, — будут Пэнси Паркинсон, Дафна Гринграсс и её молодой человек. Он не учился на Слизерине, вернее, он вообще не британец, но больше всё равно некого звать. Джинни открыла рот, чтобы задать уточняющий вопрос, но Нотт ещё не закончил. Он грозно зыркнул на неё, отпивая кофе и продолжил: — И тут объявилась одна проблема. Гринграсс, естественно, придёт со своим Раду в качестве пары, Забини с Паркинсон, а мне… — …нужно было быть расторопнее, чтобы не остаться одному. — Уизли, — прошипел Нотт, — Я вообще-то хотел вызваться сопровождать тебя. Но уже сомневаюсь, что это была разумная идея. — Конечно не была, — тут же вспылила Джинни, — Ты мог бы для начала поинтересоваться, нет ли у меня уже пары! — Вы с Поттером разбежались больше года назад, об этом все газеты кричали. А кроме него тебе вряд ли есть кого звать, разве что идти с кем-то из братьев, — Нотт нагло ухмыльнулся. Джинни заметила, что сейчас, в данный момент, он очень походил на своего однокурсника Забини. В школьные годы они вместе болтались по Хогвартсу и донимали всех, кого не лень. Вот только Нотт после войны стал серьёзнее и устроился, как оказалось, работать в Министерство. Чем занимался Забини Джинни не представляла, но могла поспорить, что в его буднях непременно фигурировали алкоголь, денежные ставки и подпольные бары. Имущества его матери хватило бы и на десять таких Блейзов, в этом точно не стоило сомневаться. Вероятно, у него и не было никакой работы, в привычном понимании слова. — Хорошо. Возможно, я и правда не позаботилась о партнёре на вечер. Но ты-то почему решил обратиться ко мне? — А к кому ещё? — как-то устало пожал плечами Нотт. Несмотря на распиваемый им кофе, парень всё равно не выглядел бодрым, — Ты не стала в меня плеваться в нашу первую встречу, и я посчитал, что этого достаточно, чтобы ты смогла потерпеть меня ещё один вечер. — В тебя серьёзно кто-то плевался?! Нотт промолчал, закатывая глаза. Джинни усмехнулась: — Что ж, я могу их понять, — и, не давая парню возможности ответить на это замечание, добавила, — Я согласна. Пойдём на праздник вместе. Нотт проглотил ту колкую фразу, поджав губы. — Хорошо, я рад, что мы поняли друг друга. Только скажи, в чём ты пойдёшь, чтобы я подобрал подходящий кос… Джинни вскочила, уже в который раз не давая ему закончить предложение. В чём она пойдёт?! ЧЁРТ! ЧЁРТ! ВОТ ЖЕ ЧЁРТ! Со всей это беготнёй и планами она совершенно забыла про платье. И не только платье — на такие мероприятия полагалось брать с собой сумочку и прочую белиберду. День рождения Гарри уже завтра вечером. У неё есть чуть больше суток. — Что случилось? — выгнул бровь Нотт. Он нарочито медленно отломил кусочек торта ложкой, чем заставил Джинни, и так находившуюся на нервах, взбеситься. С другой стороны, если бы он не заговорил про костюм, вспомнила ли бы она вообще про это? — У меня нет платья, — констатировала столь не радующий факт Джинни, садясь на место. Наплыв эмоций схлынул, но она всё ещё не могла мыслить трезво, без снова накатывающей паники. Нотт задумался на несколько мгновений. Джинни видела по его лицу, на первый взгляд безразличному, как внутри головы парня усердно крутятся шестерёнки. — Завтра в девять будь готова. Утра, естественно, — он едва заметно изогнул уголок губ. — К чему это? — Пойдём выбирать тебе платье, — как само собой разумеющееся объяснил Нотт, — Ты должна выглядеть достойно. — Не доверяешь моему вкусу? — Привык всё держать под контролем. — Ладно, — уступила Джинни. Она вытянула из специального держателя на столе салфетку и подняла взгляд на парня, — У тебя не найдётся ручки? Он молча вынул из портфеля карандаш и протянул ей: — Пойдёт? — Вполне. Джинни нацарапала адрес и вернула Нотту карандаш вместе с исписанной салфеткой. — Это… магловский район? — едва слышно спросил он, разобрав наконец слова. — Да. Не все, знаешь ли, могут позволить себе загородный дом. Нотт поджал губы, но свернул салфетку и убрал в нагрудный карман пиджака. — Аппарация хотя бы разрешена? — На крыльцо. Я живу на первом этаже, поэтому не пропущу её. — Ну, тогда до завтра. Ещё раз спасибо за, — он запнулся, подбирая слово, — содействие. — Ага, и тебе, — как можно беззаботнее отозвалась Джинни. Словно ей было привычно вот так обедать со слизеринцами, а потом договариваться с ними же о походе по магазинам. Нотт оставил плату и ушёл, перекинув мантию через согнутый локоть, потому что на улице даже в льняном пиджаке было жарковато. Джинни ещё какое-то время посидела за столиком, задумчиво крутя в руках уже опустевшую чашку чая. Когда она потянулась к кожанному переплёту, ранее принесённому официантом, чтобы положить туда свою часть денег, то с удивлением обнаружила, что Нотт оставил столько, что помимо их общих блюд, хватало ещё и на чаевые. Джинни захлопнула переплёт и покинула кофейню, не переставая поражаться своей судьбе. Но долго раздумывать о непонятных и недоступных её разуму слизеринцах — конкретном непонятном и недоступном слизеринце — она не могла. На втором этаже магазина Джорджа её ждал список дел, теперь состоявший всего из двух пунктов, но всё же требующий времени на выполнение.

***

      Она проспала. Об этом говорило время на настенных часах напротив кровати, лучи солнца, пробивающиеся через занавески, и характерный хлопок аппарации прямо за окном. Джинни вскочила, накидывая халат поверх тонкой короткой пижамы, и побежала к входной двери. Нотт встретил её растерянным взглядом. Он-то был собран волосок к волоску — прямая противоположность Уизли, что, кстати, проявлялось не только во внешнем виде — в выглаженных чёрных брюках и белой рубашке с рукавами, подвёрнутыми почти до локтей. Волосы находились в идеальном беспорядке, очевидно, созданном умышленно. Причёску Джинни же назвать идеальной язык нет повернулся бы точно. Со вчерашнего вечера, проведённого за перепиской с деловыми партнёрами по организации праздника, остался неряшливый пучок на затылке, во время сна превратившийся в нечто совсем уж бесформенное. Она досадливо поморщилась, пропуская Нотта в квартиру. Взмахом руки пригласила его присесть на диванчик в гостиной. Не заставлять же его стоя ждать, пока она соберётся. Джинни поспешила на кухню, чтобы по-быстрому заварить растворимый кофе, закусив его горячим бутербродом с сыром. Идти на пустой желудок — себе же дороже. Когда она голодная, то становится раздражительной и язвит по любому поводу. Пусть лучше Нотт сейчас посердиться, что они задерживаются, зато весь оставшийся день у них будет нормальное настроение.