Кто-то из прошлого

«Теперь я один, а ты с кем-то проходишь мимо. Могу сказать то, что ты, как и раньше, выглядишь мило. Никак не обращай на меня внимание, Хотя я так близко, холод твоего взгляда как льдина.»

(White Punk feat. MAYOT — Мимо)

Сейчас…

      Саске упивался в баре, когда по глазам сквозь полумрак и светомузыку ударила вспышка розового. Он протер глаза, пытаясь сбросить наваждение. Казалось, он раз за разом возвращался мыслями в прошлое, где у него не было никаких проблем, девушки соглашались на короткие встречи и никакого похмелья наутро.       Он вернулся к недопитому стакану, опрокинув еще одну стопку в горло. Этого было достаточно для расслабленности, но рука сама потянулась вверх, подав сигнал бармену.       Его самые длительные, сложные и ресурсозатратные отношения закончились. Он не винил уже бывшую девушку в выборе, карьера и правда опережала его самого по важности. Она хотела жить так, чтобы ни в чем не нуждаться, развиваться и идти вверх по должностной лестнице, а Саске… Он снова остался предоставлен сам себе.       Мимо снова проскользнуло розовое, теперь достаточно близко, чтобы он понял — это не галлюцинация. Девушка с розовыми волосами стояла к нему спиной, о чем-то разговаривая с, очевидно, подругой. Саске прожигал взглядом розовый затылок, напрягаясь всем телом. Он не хотел подниматься со своего места, чтобы привлечь внимание (возможно) старой знакомой, надеясь, что приложенных усилий хватит.       И это сработало, девушка действительно повернулась к нему всем корпусом, выполняя просьбу подруги обернуться.       Саске смотрел на нее немигающим взглядом, с едва заметной полуулыбкой. Он подавил желание поманить ее рукой, зная, что Сакура могла на это резко отреагировать. Она сначала распахнула губы от удивления, потом нахмурилась, всучила стакан подруге и уверенным шагом направилась в его сторону. — Я не видела тебя тысячу лет!       Она оказалась еще красивее вблизи. Когда-то детские черты лица вытянулись, волосы отросли. Сакура была кем-то из прошлого, кого он действительно рад увидеть. — Не думал, что мы когда-нибудь пересечемся в таком месте.       Он имел ввиду то, что она всегда была младше него на приличное количество лет, чтобы алкоголь в ее руках смотрелся неуместно. Даже когда ей стукнуло двадцать, он выхватывал у нее бутылку, говоря, что совершеннолетие не дает ей право на испорченность. Возможно именно его замашки собственника повлияли на то, что они перестали общаться в какой-то момент. На самом деле, Сакура просто переехала в соседний город, и их встречи стали редкими. Саске все понимал: колледж переместился на первый план, и Сакура с головой ушла в учебу. — Ты же понимаешь, что нам двоим уже пошел четвертый десяток, — даже это не показалось ему убедительным. Надень она клетчатую юбку и какую-нибудь блузку, перед ним бы снова появилась застенчивая школьница. — Для меня ты так и осталась ребенком. — Ребенком, которого ты трахнул в своей машине, — теперь-то уж Сакура не стеснялась в выражениях. Ее детская влюбленность растворилась среди амбиций выше среднего и планами на жизнь. — Не делай из меня педофила, — Саске не особо волновала его репутация, но он на всякий случай осмотрелся на наличие пары ушей рядом. — Я, наверное, достаточно преисполнилась, чтобы сказать это сейчас… Спустя столько лет, я действительно понимаю, что была очень проблемной, и тебе приходилось часто подстраиваться под меня и мое настроение. Надеюсь, ты не злишься, что из-за меня у тебя были неприятности.       Сакура видела на его лице удивление и некоторую снисходительность, ей и самой казались собственные слова смешными, но это и правда тревожило ее на протяжении всего времени. Саске был ответственен за едва ли не лучшую часть ее жизни, наполняя ее весельем и инфантильностью, он заменял ей слишком большое количество людей, чтобы не быть благодарной. — Ты слишком хорошего мнения обо мне. Я, безусловно, возился с тобой о-очень долго. Но, по большому счету, мы ведь оба приятно проводили время, не ты одна. И, наверное, ты была моим ограничителем. Я мог натворить миллион херни, но был занят заботой о тебе. — Ты сейчас серьезно?       Сакура даже не предполагала ничего такого. Она всегда думала, что Саске раздражался от того, что была ребенком, который требовал и требовал. — Ну, смотри, я завязал с травой, потому что тебе не нравился запах и то, какой я вялый после нее. Я перестал общаться с несколькими подозрительными людьми, потому что у тебя развивалась паранойя. За нее я, кстати, очень благодарен, потому что как минимум пару человек из той компании до сих пор мотают срок. — Ты никогда не говорил мне об этом. — Давай не будем разбирать на составные то, что было тогда. Мы встретились сейчас, я хочу хорошо провести этот вечер.       Сакура замолкла, усевшись на рядом стоящий барный стул и подперев щеку рукой. Она улавливала каждую мелочь, Саске говорил, не останавливаясь. Он ни капли не изменился с тех пор, когда они виделись в последний раз, разве что взгляд стал более серьезным. Между ними что-то щелкало теплыми вспышками, создавая вокруг купол чего-то знакомого.       За пару часов они узнали много нового друг о друге. Например, что Сакура вышла замуж по настоянию отца за того, кого не любила. Он был хорошим другом и компаньоном, но совсем не привлекал ее как мужчина. У них всего пару раз была близость, но Сакуре приходилось сильно выпить, чтобы не думать о неприязни. Не то чтобы это делало ее жизнь менее интересной или плохой от этого факта, просто приходилось делить ее с тем, кто спал в другой постели и никогда не приходил на ужин.       Почему-то Саске испытывал за случившееся неподдельную вину.