Конец всему

      И он стоит пред ней. Стоит. Словно залитый медью. Статуя-спаситель. Ангел греха. Она лежит, неподвижна, изящна. Белая птица смерти, идущая наперекор самому богу. Одна. Среди шторма. А ведь она сама не позволила ему быть рядом. Смог бы он что-то изменить? Он тешит себя этой мыслью, та мягкой кошкой трется о кровоточащее нутро, зализывает его рану. Но что тут теперь думать?       Вот по другую сторону, от её издыхающего тела, стоит он. Реальный спаситель. Принятый народом. Желаемый народом. Тот самый герой, сошедший со страниц детских книжек, в одной руке голова разъяренного дракона, а в другой изящная принцесса. Да, вот тот кто был им всем нужен. Тот кто не знает правды. Тот кто не хотел знать правды. Как могло так получится, что они — объединённые кровью, связанные нитями, оказались по разные стороны баррикад. Разделённые пропастью лжи, обмана.       -Дайнслейф! — он видит себя в острие его меча. Испуганное лицо. волосы скомкались. Плачет кровью, — Отойди от неё! Итер снова взмахивает мечом, встаёт в защитную позицию. Зачем? Путь ЕГО спасения лежит через уничтожение.       -Ты ошибся, — слова вялым и уставшим комком вываливаются из сухих губ, — Теперь конец всему, — слова испачканы кровью.       Дрожь пробивает их обоих. Кости ломятся, будто тянут непосильный груз. Ветра лентами острыми раздевают, избивают, а после, успокоившись, целуют в обе щеки.       Конец всему. Это так. Именно так. Вот она, та, за которую боролись. Разорванное ядро, посреди минного поля.       Дайнслейф нежно опускается на колени перед ней. Нежно поднимает руку, убирая прилипшие к лицу пряди. Нежно целует её в лоб. Холодно и остро. Словно выстрел. Ветра и мечи смолкли.

***

      -Но, Госпожа! Это же равносильно самоубийству! — маленькие когтистые лапки нервно дрожат, словно загнанные в угол звери.       -Я это понимаю, — её спокойная улыбка нарисована на лице насильно, глаза блестят пустотой ночных озёр.       Маг бездны безутешным комком вьётся вокруг неё. Дайнслейф молчит. Его лицо сохраняет самообладание. Внутри его кости рушатся каменным колоннами, превращаются в песок, душат. Сейчас, вот прямо сейчас он сорвётся с места и хорошенько встряхнет её. Закричит, а она нежно погладит его по щеке. И улыбнётся. Искренне улыбнётся. Но он стоит. А его нутро продолжает крошиться.

***

      Где же они свернули не туда? Её цветы в волосах сыпятся. Время сбежало. Конец всему.